Сны демонов
Неопрятный длак плавал в мутных волнах склизкого сизого, фиолетового и красноватого тумана. Наркотики в Дрёме выглядят в виде этого мерзкого тумана…
Маша пошла прочь.
Термит даже звука не издал. Так и висела на его губах усмешка, глаза блуждали…
«Выгонять Термита из Круга? – размышляла Маша. – Надо посоветоваться с Коннором. Плохо. Найти адекватного оборотня – всегда проблема. Тем более, что нужен человек в теме, что называется…»
Настя растерянно смотрела на Машу и чтото говорила.
«Напрасно я её позвала. Дурочка она», – вздохнув, она махнула на всё рукой и направилась к выходу из подвала.
– Ты что, не слышишь? – одёрнула её Настя. – Там какойто парень странный.
Маша была так расстроена, что не сразу услышала её.
– Какой парень? О чём ты?
– Вон там, – Настя указала в глубину коридора. – Тот парень светился как неоновый… Они пошли туда.
– Как светился?
– Синим светом…
Маша задумалась: «Синим светом?! В Дрёму!..»
Да, она уловила синеватую ниточку. После всех неудач сегодняшнего дня это казалось настоящим волшебством.
«Неужели это то, о чём я думаю?! Если так, то это просто невероятно!»
Маша побежала вдоль этой ниточки…
– Эй, сучки, чего вы тут рыскаете? – внезапно раздался резкий голос откудато сзади, выдернув её из транса.
Настя испуганно взвизгнула. Маша тоже испугалась, но продолжила движение. У неё была цель – она пыталась догнать эту синюю ниточку, пока та не исчезла. Она была уверена, что эта нить приведёт её к высшему космическому существу, и даже страх не остановил её.
– Стоять, сучки!
Краем глаза Маша увидела, как ктото сбил Настю с ног и бросился уже за ней самой.
Маша почувствовала ужас. Снова пошла в Дрёму…
…
Их было двое – големы. Дырявые макушки их светились, а значит они были одержимы некими духами, которых Маша увидеть не могла.
Эти двое догнали и набросились на неё.
– «Ты что тут ищешь, сучка?!»
Маша в ужасе сжалась, даже позабыв, что она может колдовать.
– «Вы друзья Термита?»
– «Отвечай на вопрос!»
– «Я искала джинна!»
– «Какого джинна, сука?! Их не существует!»
– «Вот его следы…»
Эти двое внезапно стали избивать её ногами.
Маша никак не могла взять в толк, что такое вообще возможно. Они как два эсэсовца были совершенно равнодушны к её мольбам.
И тогда Маша вспомнила, что она демон и может колдовать. Она завопила, как умеют вопить только демоны. Обычно такие вопли угнетающе действуют на многих существ в Дрёме. Она увидела, как скорчилась от боли ахелада Настя. Так же должно было скорчить и этих двоих.
Но ничего не вышло. Эти двое даже не отреагировали, лишь усмехнулись и хорошенько стукнули Машу по голове так, что она просто потеряла сознание…
ПОШЛА ИГРА
– Очнись, Маша, я из Дубровского! – ктото брызгал ей в лицо воду, хохоча при этом.
Она очнулась. Чувствовала слабость во всём теле, тошноту. Наверное, сотрясение мозга. Пролечиться бы, но когда, да и не хотелось к врачам.
Подвал. Её перенесли в другую комнату. Вокруг четверо: Лев, Сильва, Илья и Коннор. Все четверо играли с Ольгердом в рокгруппе, были самыми закадычными собутыльниками. Пока трезвые.
– Как вы нашли меня, всадники Апокалипсиса?!
Лев заржал. Ему, наверное, польстило такое сравнение. Маша догадывалась, что он тайно влюблён в неё, но никак не мог признаться. С одной стороны она – бывшая Ольгерда, а гордость не позволяла ему “быть вторым”, а с другой стороны Лев хоть и был холериком, но его демоничность была будто блокирована, и он стеснялся девушек.
– Так мы и не искали, – сказал Коннор. – Ты тут на диване и дрыхла. Давно лежишь?
Маша ощупала голову. Шишка и пару ссадин. Да, приложили знатно по макушке.
– Тебя били? – участливо спросил Илья. – Надо компресс. Сейчас соорудим! – он выбежал из комнаты.
Илья. В Дрёме он красавецбогатырь, а в реальности человек, слегка поехавший крышей на коммунизме и СССР, но милый, весёлый, общительный..
– Давай мы тебе головку подлечим, – Сильва присел на кровать, уложил её голову себе на колени и стал водить над её головой руками.
Сильвестр в Дрёме он был огромный, как мамонт – волот: его косматые борода и волосы были столь обширны, словно не они росли на человеке, а он прятался в этом лесу косм, колтунов, косичек, грив…
Коннор присоединился к лечению.
В четыре руки они сняли боль и подарили энергию.
– Ребята, там… – Маша немного пришла в себя, хотела уже встать, но Коннор вернул её голову в лежачее положение. Она хотела поделиться важной новостью: – Настя джинна видела!
– А где Настя? – спросил Коннор. – И как она могла видеть? Она же не умеет!
– Да не в Дрёме! Я нить видела, а она свечение и самого парня, – Маша попыталась объяснить.
Ребята рассмеялись.
– Джиннов не существует! Это выдумка! – чуть ли не синхронно сказали Сильва и Коннор. Переглянулись и снова рассмеялись.
– Но меня избили изза этого парня!
Ребята нахмурились.
Илья, который будто за смертью ходил – невероятно долго, зашёл в комнату с мокрой тряпкой:
– Кто тебя избил? На, приложи компресс!
Маша взяла тряпку и приложила к шишке. Полегче. Голова ещё гудела, но холод отвлёк. Сильва продолжил снимать боль волхвованием.
– Давайка, подруга, рассказывай всё по порядку! – приказал Коннор.
Пока Маша рассказывала, Лев рычал, перебивал и предлагал:
– Да сразу пойти их всех от***ить, что там разбираться, где нацики, где сатанисты, в аду всем места хватит!
На него все цыкали, пытаясь узнать у Маши все детали происшествия.
– Тактактак! – Коннор в последнее время стал самым рассудительным. – Могу предположить, что у Термита появились новые спонсоры в его общественной организации.
Лев, Сильва и Коннор рассказали о своих вчерашних приключениях на майдане.
– Это п***ц, товарищи! – возмущался Лев. – Я же говорю, надо их всех давить в зародыше!
– Ага! – качал головой Илья. – Один в поле воин! А там тьма!
– А нас рать! – пафосно сказал Лев.
– Погоди! Думаю, длаков привлекут на майдан, как и упырей, – сказал Сильвестр. – Мы сегодня опять наблюдали целую стаю кровососов…
– Да, я даже одного допросила, – Маша кратко поделилась информацией с майдана. – Ты думаешь, что у Термита были гости оттуда?
– А кто у нас в стране столь же отмороженный? – сказал Илья. – Там готовят боевиков уже на потоке! Думаете этот майдан держится на энтузиазме? Никакой энтузиазм не сравнится с баблом и дурью.
– Ты чтото знаешь? – спросил Коннор.
– Коечто, – сказал Илья. – Видел один документ. Там фонды, фонды. Западные крышуют, а наши олигархи наделали стиральных машинок, прокладок, тоже, типа фонды. Как термитовская “Воля”. Я покопал информацию. Там все олигархи, кроме Игельса. Они не прямые владельцы и управляющие, но власть и гешефт видны невооружённым глазом. Капитал будет столько вливать бабла, чтоб не дай бог здесь снова призрак коммунизма не забродил, чтоб народишко забыл о советской власти, как о страшном сне! А нацик – лучший инструмент буржуя против советской идеи.
– Уверен в достоверности? – спросил Коннор.
– Я так и думал! – сказал Лев. – Помните тех уродов, с которыми мы подрались? Я одного вспомнил. Тот, что в знамя заворачивался. Он нацик. Я видел его… Мы против них тогда… Ладно! Не хочу вспоминать, но эту гниду я запомнил, у него свастика под волосами, сейчас он изменился, волосишки отросли, но я узнал тварь!
– Хренасе! Нацист?! – ухнул Илья.
– Неонацист!
– Б***! Тогда понятно! Кто ещё более лютый враг советской власти, чем фашисты и нацисты?
– Там не только нацики! – заметил Коннор. – Там хватает всяких других б***й отмороженных: и неоязычники, и сатанисты, и сектанты, и даже ультрас! Где есть бабло и дурь, это как маяк для уродов всех стран!
– Наш коммуняка прав! – сказал Лев. – Но есть нюанс! Вопервых, эти уроды в связке с полицией, вспомните, как нас быстро повязали, а потом насекомый нас выручил. Вовторых, там действительно до хрена отмороженных б***й, Коннор прав. И, втретьих, тут просто дать п***ы будет не просто мало, а опасно. Побьёшь двоих – набежит сотня. Там, где гранты – мрази копится как грязи! Да! А наш насекомый друг так подсел на гранты, что его давно взяли в оборот. Да, оборотень в оборот – хороший каламбур! Кстати, а почему он Термит, если оборотень? Надо както про волчару позорную!
– Он не волкодлак, он длак, у него несколько оборотных образов: кроме псины, один из них насекомое, типа муравья или термита, другой… – Маша не вспомнила. – Короче, он нестандартный оборотень! Не скурвился бы изза наркоты, стал бы крутым магом! Ладно! Хрен с ним! Что с джинном будем делать?
– Да не было никакого джинна! – сказал Коннор. – Может, просто шеша?
– Ну, пусть шеша! – Маша подумала, что это действительно больше похоже на правду. – Но почему они меня приложили? Была бы я обычным человеком, так и вовсе убили бы!.. Настя! Они её убили!
Эта дикая мысль вдруг пришла ей в голову. Хоть Маша к Насте относилась без особого уважения, но потерять подругу и единомышленницу!.. Вина – чувство неприятное.
Коннор быстро сообразив и не теряя времени уже дозвонился:
– Настя, ты где?.. Так! Хорошо!..
Маша выдохнула. С удовольствием отогнала чувство вины. С глупой ахеладой всё в порядке.
Коннор ещё послушал Настю и закончил разговор.
– Ну, Игорёша, что? Говори! – поторопила Маша.
– Они её просто выбросили на улицу! Серёга Термит был просто так обдолбан, что вряд ли чтото понимал! Настя уже дома, она тебе звонила и писала. Где твой телефон?
Маша стала шарить по карманам, в рюкзачке. Телефон обнаружился с разбитым экраном, выключенный. Маша проверила его. Включился, работал.
– Да, подруга, – сказал Илья. – Мы знаем, чьи это методы!
Ребята покивали.
– Ты у них на карандаше! – сказал Лев. – Смотри! Вангую! Ты демон и уже у них в списках на потенциальных агентов. Как и я, как и Алиса. Так что рано или поздно на нас выйдут. Либо через вашего Виктора, либо через Термита, либо ещё както. А то такие опасные существа – и не работают на интересы Инферно!
– Лёва в които веки говорит дело! – сказал Коннор.
– Да, реально! – сказал Илья. – Нагнали всю нечисть со всей страны и даже изза бугра.
– Гаввах собирают, – сказал Коннор. – Много накачали, видела?
– Думаю, совсем крохи!
– Что за гаввах? – спросил Лев.
– Это тёмная энергия страха от людей, ею питаются мрачные: демоны, кощеи, упыри... – коротко объяснил Коннор. – Маш, так что там?
– Они готовят чтото кровавое. Гавваха надо много – кормить воронку!
– С чего ты так решила? – воскликнул Илья, он, как правильный атеист, всегда проявлял изрядный скептицизм.
– Чутьё на кровь. Лев, принюхайся, поймёшь! Игорь, видишь дрёмное напряжение. Инферно просто так не появляется!
Ребята выругались. Чуть ли не синхронно.
– И что, товарищи колдуны, мы ничего не можем сделать?! – воскликнул Сильвестр.
– А чем это так опасно? – спросил Илья. – Ну, майдан – понятно! А эти ваши инферно… Вам мало чертей и демонов?.. Вы ж сами – демоны!
– Илюша, не тупи! – покачала головой Маша. – Оттуда такое насыпется! Что мы окажемся милыми няшными котиками!
– Так вы же говорили, что тут концлагерь космический! Нахрена им сюда?!
– Это концлагерь для светлых, исправляющих ошибки, а все мрачные тут как надзиратели или… паханы! – сказал Коннор. – Тут им вольница, малина! Тут столько еды, столько ресурса! Ну, это как запустить западных капиталистов в разваленный Советский Союз!
– Чудесная аналогия! – ткнув в плечо Игоря Коннора, рассмеялся Сильва, потом спросил: – Всётаки чтото можно сделать?
– Да что тут сделаешь? – Маша, как самый опытный маг, лишь развела руками. – Ты, Сильва, черкни Алисе, она сейчас у Виктора в секте, может, у него чего узнает!
– Да, тема! – Сильвестр сел писать Алисе.
Илья и Лев о чёмто переговаривались. На тему политики и возможных последствий ритуального убийства.
Маша тем временем вручила Коннору бумаги с расшифровками надписей из храма Макоши:
– Вот. Ты, зараза такой, не отвечаешь! Пришлось Настю и Термита привлечь, но вон как обернулось. Изза тебя всё, полуангел! Ладно! Ты мне поможешь с марной нитью?
Коннор виновато скривился, потом посмотрел документы.
Маша достала зеркальце, пудру и чутьчуть привела себя в порядок, наложила несколько заклятий няшности, полюбовалась собой, осталась довольна.
Коннор искоса глянул на неё, усмехнулся, но продолжал смотреть документы.
Она видела его взгляд. Не то, на что рассчитывала. Вздохнула, давно заметила, что этот полуангел сохнет по другой. Сигналы, намёки и даже откровенные приставания Маши он мягко игнорировал. Она понимала, что он старался не обидеть. Но всё равно обижал.
«Вот ведь душнила! – подумала Маша. – На него даже няшность приходится тратить впустую».
Коннор сказал, что Алиса ему уже немного рассказала о своих находках в храме.
Сильва сообщил, что Алиса уже возвращается из Недолья.
«Ага. Вот на слово “Алиса” реакция у Игорёши гораздо бодрее! Дурилка ты!» – Маша в очередной раз подтвердила себе, кто был интересен Игорю.
– А который час вообще? – Маша вдруг поняла, что изза подвала совершенно теряет ощущение времени.
– Уж полдень давно миновал! – сказал Сильва.
– Тото я голодная, как собака! Кто угостит кофейком бедную девушку? – Маша спрятала в рюкзачок все свои вещи и документы.
Лев тут же проявил джентльменство. Коннор тоже решил прогуляться. Илья и Сильва остались.
По пути на поверхность Маше позвонила Алиса, позвала к себе.
Много чего стоило бы обсудить. Они обе не стали бы раньше этого делать. Им обеим было не очень приятно общаться друг с другом после размолвки изза Ольгерда.
Но сейчас было не до обид и злости.
Пошла такая игра!
ЗЕРКАЛЬНАЯ КОМНАТА
Маша впервые была у Алисы дома. Она с интересом осматривала её зеркальную комнату. Тут было на что посмотреть!
— Алиса, у тебя очень-очень-очень странная комната, — заключила она.
— Ну да, все так считают.
Зеркала стояли, висели и лежали везде. На стенах, на столах, в серванте, на полу. Разной формы и размеров. Полка от пола до потолка была забита разными книжками, книжечками, брошюрками, и даже было несколько свитков и деревянных табличек. Помимо книг и зеркал в комнате всюду валялись всякие магические и сувенирные цацки.
– Ну и энергетика тут! – Маша сканировала всё своим дрёмным взором. – Это не только Дрёма… Вижу, как у тебя тут энергии распределяются. Нити соединяют миры Яви, Нави и Прави. Как твоя небогатая мама могла позволить такое, в общемто, недешёвое удовольствие?
– Это мне досталось в наследство. В основном…
– Что за наследство?
– Не суть важно.
«Склептоманила? – подумала Маша. – Да и пусть! Она же демон! Может творить, что захочет!»
– Ну что, доставай свои материалы! – сказала она вслух.
– У меня обычно это не получается. Но я так воодушевилась после Недолья, что даже маму могу заморочить…
Маша припомнила, что мама Алисы – упырь, та ещё особа мерзкого поведения.
Однако поработать спокойно не получилось.
Неожиданно пришёл Термит с компанией из пятерых обдолбанных.
Маше сразу показалось, что они рассчитывали застать Алису одну. Но увидев серьёзного Коннора и злобных Льва и Машу, незваные гости слегка притормозили.
Прихожая в один миг стала тесной.
Алиса не хотела их пускать в комнату, но они включили режим “весёлые, на позитиве”, будто пришли старые друзья. Алису затискали в дружеских объятиях, безбожно фамильярничали. Двое смогли протиснуться в зеркальную комнату и тут же стали кривляться своим отражениям в сотне зеркал. Все шестеро говорили одновременно и очень громко. Словом, создавали такую суету и хаос, что Алиса едваедва их удерживала, чтобы они ненароком не задели хрупкую обстановку её жилища. Какоето время у неё это получалось…
Маша решила помочь подруге из демонической солидарности. Она взяла на себя Термита. Говорить с пьяными и обдолбанными тяжело. Но пришлось:
– Термит, какого хереса вы докопались до Алисы?!
Тем временем Алиса уже не смогла сдержать оборону, и один из парней задел большое зеркало. Оно закачалось.
Алиса с криком ужаса бросилась на защиту зеркала.
Второй из парней задел маленькое зеркальце, и то упало, покатилось под стол. Благо не разбилось.
Термит сделал шаг назад и наступил на какойто хрупкий предмет.
Алиса закричала ещё сильнее и чуть не стала биться в истерике.
Накал страстей достиг пика.
– Я всё снимаю! – громко сказал Игорь Коннор, включая камеру на смартфоне. – Если хоть чтото пропадёт, мы будем знать, с кого спрашивать!
Компания пришельцев слегка присмирела.
– Ща всех нахер выкину отсюда! – взорвался яростью Лев.
– Да вы сволочи! – Алиса была готова разрыдаться. – Я же вам говорю, я не брала ваше кольцо!
– Какое кольцо? – и Маша, и Лев, и Коннор воскликнули чуть ли не одновременно.
– Кольцо Соломона! Оно у Алисы! – медленно проговорил Термит в полной тишине.
Наигранное веселье полностью улетучилось.
Коекакие подозрения у Маши были по поводу самого Термита.
– Идём в Дрёму, проверим! Она всё прячет в зеркалах!
– Ты о***л?! – Лев оскалился и подошёл к Термиту вплотную. – Обыск решил тут устроить, прокурор ***ев?!
– Идём, восстановим события! – орали парни из гопкомпании Термита. Они стали наперебой чтото говорить, спорить друг с другом…
Лев взялся за Термита. Он схватил его за грудки и чтото орал прямо в лицо.
– Какая пьянка без драки?! – хохотал ктото из делегации.
– Только умоляю, не у меня дома! – кричала Алиса. – Все валите в подвал!
– Сейчас речь о кольце! – орал Термит. – Маша, ты же знаешь, что Алиса – клептоманка! Вспомни, как пропадали вещи! Её же поймали однажды!
«Был такой грех у Алисы, – поморщилась Маша. – По дурости украла зеркало. У неё страсть к зеркалам… Этим и пенял ей Термит. На Алису многие давно криво смотрят… И Генри, и Настя, почти вся их тусовка, кроме разве что Коннора… Этот почемуто всегда требовал сначала доказательства, даже когда всё вроде бы лежало на поверхности. Дурилка всё про Алиску мечтает?.. За руку Алису до того никто не хватал. Она, что называется, отмазалась, но пятно на репутации… А теперь!.. Что бы ни происходило, Алиса – первая на подозрении…»
А уж что творилось с Алисой! Маше казалось, ещё чутьчуть, и та начнёт метать огненные шары…
– А не это ли кольцо ты сам у меня украл?! – орал Лев, выкручивая руку Термиту.
Маша усмехнулась и тут же поддержала блеф:
– Точно! У Льва было кольцо такое, с четырьмя камнями!
– Хватит! Идём в Дрёму! – орал Термит, и его моральная поддержка ему дружно подвывала.
Льва оттеснили, но он всё ещё держал Термита одной рукой за воротник. Алису тянули за руки двое упырей, тоже чернобожники. Ещё пара какихто ухмыляющихся рож торчали с разных сторон. И все чтото бурчали, кричали, комментировали, гоготали и улюлюкали…
– Да смотри! Мне нечего скрывать! – Алиса чуть не сорвалась в плач.
– Да пошли они в *опу! – Лев стал выталкивать гостей из комнаты. – Я Алисе верю!
Эмоции зашкаливали.
– Хватит! – закричал Коннор. – Маша, звони ментам! Пока соседи сами не позвонили! Такой гевалт…
– Короче! – закончил разговор басовитый товарищ Термита. – Мы пошли! А завтра мы тебя ждём у нас в подвале. Проведём расследование!
– Отлично! – Маша стала их выталкивать. – Завтра на трезвую голову разберёмся, восстановим события. Всё найдётся!
Непрошенные гости пошли прочь.
Лев и Коннор их выпроводили и остались в коридоре поговорить.
– Не подеритесь там! – крикнула им вдогонку Маша.
Посмотрев на Алису, Маша тяжело вздохнула, поднялась и молча ушла на кухню. Заказала еды в ресторане, так как холодильник дома у Алисы был почти пустым, а мать Алисы уехала.
Через минуту вернулась со стаканом воды. Подошла к дивану.
Алиса сидела, ссутулившись, опустив голову и обхватив её руками, пытаясь удержать мысли, которые, казалось, начинают бегать по бесконечным отражениям зеркальной комнаты. Нет, она не плакала. Даже сейчас держалась из последних сил и не позволяла себе этой слабости.
– Всё. Успокойся. Попей воды.
Алиса глубоко вдохнула, будто ей не воздуха не хватало, а самой способности жить дальше, взяла стакан и медленно выпила почти залпом.
Жаловаться она не стала.
И это Маша оценила.
Она слишком хорошо знала людей, которые при любой боли начинали упиваться собственным страданием, превращая его в спектакль. Алиса была другой. Если ей было плохо, она скорее молчала и сжималась внутри, пока совсем не начинала трещать по швам.
Маша догадалась, что боль вернулась. Опять спина. Опять эта нить тянувшая Алису за позвоночник кудато в Навь.
– Лечиться не думаешь? – спросила она уже спокойнее.
Алиса только раздражённо махнула рукой, словно вопрос был бессмысленным, и после короткой паузы сказала:
– Термит прикидывается… Или за ним ктото стоит.
Маша присела рядом на подлокотник кресла и криво усмехнулась:
– Конечно стоит. Ты знаешь, кто его спонсор?
– Олигарх. Но это не Игельс с нами играет, – Алиса подняла голову и посмотрела кудато мимо комнаты, пытаясь увидеть то, чего обычным зрением разглядеть невозможно. – Мы для него вообще никто. Игрушки. Как и все жители этой несчастной страны…
Она замолчала. И в этой паузе отчётливо чувствовалась усталость. Родившаяся давно, словно Алиса в свои семнадцать уже слишком много всего увидела и слишком мало хорошего от этого мира ожидала.
– Сто процентов они сами туда влезли, – зло сказала Маша, пытаясь не дать разговору окончательно уйти в отчаяние. – Я только не понимаю, чему именно служат Термит и его дружки. Они реально нашли какойто канал к Чернобогу? Или просто бесятся от скуки и наркоты? Хотя… – она задумалась и сама же помрачнела, – вполне возможно, за ними действительно стоят реальные силы Мрака. И если ты права, то это уже не Игельс. Ктото куда хуже.
Алиса молчала.
Маша смотрела на неё и видела сквозь Дрёму, как эмоции постепенно затапливают подругу изнутри, мешая нормально соображать. Боль, страх, усталость, чувство вины – всё это смешалось в один тяжёлый клубок.
Жалко ли ей было Алису? Маша не любила слово «жалость». Жалость унижала и того, кто жалеет, и того, кого жалеют. Жалеть можно слабых, беспомощных, убогих – а Алиса не такая. Даже сейчас, когда выглядела почти сломанной.
Но смотреть спокойно на её состояние Маша не могла, спросила:
– Ты когда последний раз нормально ела?
Алиса даже усмехнулась – устало, едва заметно.
– Не помню.
– Ясно… Великий демон голодает ради спасения мира.
– Ага. Очень пафосно звучит.
– А выглядит как бомжиха после трёхдневного рейва.
Алиса тихо фыркнула.
– Слушай… – сказала Маша уже серьёзнее. – Если за всем этим реально стоят не люди, а чтото инфернальное… то мы с тобой уже слишком глубоко влезли. И вылезти нам спокойно не дадут.
– Я знаю.
– Тогда хватит жрать себя изнутри. Давай жрать чтото более удобоваримое! Скоро привезут покушать.