Как выплатить старые долги и не нажить новых врагов

Глава 1. Все ради твоей безопасности

- Ты задал много вопросов, Кроат, - Фенс улыбнулся совершенно по-доброму, но глаза его не улыбались. Ему не понравилось, что сын затронул темы о его прошлом. – Я знаю, что нам надо поговорить, но, думаю, одного вечера не хватит.

- Откуда ты? – Кроат нарочно не садился поудобнее. Стоит ему расслабиться, как информация потечет мимо его ушей. Надо было сконцентрироваться. – И мама.

- Почему ты сам не хочешь у нее спросить?

- А почему ты не хочешь ответить?

- Это невежливо, сын, - заметил Фенс, сведя брови.

- Я хочу знать. И я должен знать.

- Почему именно должен?

- Потому что я – твой сын. Ты сам сказал.

Вместо того, чтобы рассердиться еще больше, Фенс усмехнулся.

- Ловкач, - добавил он. – Молодец, поймал. И как же мне теперь не ответить?

- Никак? – улыбнулся в ответ Кроат, довольный тем, что наконец-то сейчас узнает всю правду о происходящем.

- Никак. Но зачем тебе все это?

Мальчишка хотел было сказать про мастера Вердина, который очень хотел отцовской поддержки в Совете Мерварда, но язык у него не повернулся. Слишком свежо было все происходящее, еще не уложилось окончательно в его голове и оттого Кроат не хотел принимать поспешных, как ему казалось, решений.

- Мы тут поговорили с Колтаном…

- Похоже, это я тебя совсем не знаю, - озадачился отец, на сей раз довольно серьезно. – То ты не разговариваешь с ним, то вдруг так тесно общаешься, что даже страшно становится. Как-то по вашим разговорам я понял, что ты приложил руку к его освобождению из тюрьмы?

- Не совсем, но вроде как да, - Кроат пожал плечами. – Почему он до сих пор не стражник? Почему Мани Итар не хочет использовать рыцарей?

- Я знал, что твоя пассивность в десять выльется вот в этот поток бесконечных вопросов, - покачал головой Фенс.

- Пап, просто расскажи, - почти что потребовал Кроат. – В Мерварде нет денег?

- Этого я тебе не могу сказать, эта информация не для всех. Только для членов Совета.

- Значит, ты предлагаешь мне стать членом Совета Мерварда, чтобы понимать, что происходит? – дернул бровью Кроат.

- Сын, ты наглеешь.

- Тогда расскажи про то, откуда ты. Колтан сказал, что наших бабушек и дедушек нет на здешнем кладбище.

Фенс поджал губы. Он не просто не хотел рассказывать, он всеми силами старался, чтобы его прошлое не настигло его детей. И в то же время не ответить сыну он тоже не мог. Надо было выбрать меньшее зло.

- Да, Колтан прав, мы не отсюда. Я прибыл сюда совсем издалека.

- А мама?

- Тоже, но чуть ближе.

- Почему ты не называешь конкретных мест?

- Потому что эти названия тебе ничего не скажут.

- А я хочу знать, - заупрямился Кроат.

- А мне уже хочется спать, потому что завтра будет день ярмарки.

- Отец! – закричал Кроат.

- Я прибыл сюда из Мордина, если это так важно, - внезапно покраснев, выдал Фенс.

- Что это за страна?

- Маленькое государство. Вероятно, его уже нет, - быстро ответил Фенс.

- Я…

- Хватит вопросов, сын.

- Но ты согласился на разговор! – возмутился Кроат.

- И уже жалею об этом!

- Потому что ты просто не хочешь ничего рассказывать.

Фенс промолчал, сцепив зубы. Его прошлое не должно было настигнуть его детей. Ради этого он остановился в Мерварде и не пошел дальше. Только здесь он до последнего времени чувствовал себя в безопасности. Пошатнулась эта уверенность лишь с арестом Колтана.

- Не хочу, ты прав, - ответил он.

- Тогда я сам все выясню! – едва сдерживаясь, выпалил Кроат.

- Не надо. Это может быть… - Фенс осекся.

- Опасно? – закончился за него сын.

- Да.

- А в Мерварде безопасно?

- Да, - повторил отец, чувствуя, что его загоняют в очередную ловушку.

- И за его пределами?

- До ферм Ортана – все в порядке, - ответил Фенс.

- Ты лжешь.

- Кроат! – с нажимом начал отец.

- Ты лжешь, - повторил сын. – Северный лес примыкает к ферме Ортана, шмыги ходят на холмах за пляжем у Порта, а ближе к городу там есть еще и крысы. В полях водятся гоблины и…

- Кроат, - спокойнее добавил Фенс. – У города сейчас имеются более серьезные проблемы.

- Какие?

- Не могу сказать.

- Что надо сделать, чтобы ты смог? Стать стражником, как Колтан? Вернее, не стражником, нет! – воскликнул Кроат. – Он дружинник. И он тоже ничего не знает. Может, мне попробовать сразу пройти в Совет?

- Не неси чушь, сын!

- Что случилось? – по лестнице спустилась Фелида.

- Разговариваем, - недовольно ответил Фенс.

- Вас на весь дом слышно!

- Сможешь тише – поговори с сыном, - и Фенс ушел наверх, хлопнув дверью.

Фелида похлопала глазами, выждала некоторое время, думая, что муж может вернуться, но в итоге села на его место и посмотрела на сына:

- Есть темы, которые в этом доме не стоит поднимать, - осторожно произнесла она. – Не надо злить отца.

- Я его не злил, - поспешно ответил Кроат. – Я только хотел, чтобы он рассказал, что происходит. И… откуда мы. Что такое Мордин?

- Маленькое государство. Больше, чем Мервард с его землями, но все еще маленькое.

- Ты тоже оттуда?

- Не совсем, - мать попробовала улыбнуться.

- Но ты тоже не скажешь ничего, да? – насупился Кроат.

- Прости. Это все для твоей безопасности.

- Причем тут моя безопасность? – он непонимающе уставился на мать.

- Сторонись храмовников, - наконец-то сказала она.

- Но ты отдала одному из них… кольца, что нашла Рия!

- Это были твои кольца, не надо врать, сынок, - мягко добавила Фелида. – То были опасные вещи. Магия в принципе опасна.

- А что не опасно, мам? – Кроат не собирался мириться с тем, что он так ничего и не выяснил. – Что мне можно знать? Или ты так и предлагаешь просто получать уровни, чтобы встать в очередь на какую-нибудь работу?

- Как добропорядочный гражданин, - ответила Фелида, но Кроату показалось, что она это выдавила через силу.

- Я знаю, что система в Мерварде не работает, мам. Знаю про Колтана. Есть и другие люди, которые сами по себе. Я не хочу терять время на это.

- Поговорим с утра, - мать улыбнулась. – Это был тяжелый день. Ты устал. Не время для разговоров о далекой стране, о которой здесь почти никто не слышал.

Кроат нехотя подчинился. Он понял главное – дома ему ничего не расскажут. Значит, информацию придется собирать иначе.

А что касалось системы Мерварда, так через шесть дней – проверка его способностей. Если он ее провалит, всегда есть Нолан, который относительно недорого выпишет ему все необходимые документы. Система Мерварда не работала, и Кроат это знал.

Сейчас некоторое время ему надо было побыть хорошим сыном. И заодно помочь другу с долгами. Вероятно, одно противоречило другому, но прошедшая неделя научила Кроата быть более изворотливым.

Глава 2. Планы

В очередной раз выбираться через окно и сбегать из дому Кроат не собирался. Вместо этого он спустился в ванную, что была в подвале дома, хорошенько помылся и убедился в том, что его спина полностью его устраивает. То есть, не болит и не нагнаивается.

Завтра он решил по возможности сменить повязку, потому что рана снова начала побаливать. Так что он, насколько было можно, промыл ее и, переодевшись в чистое, лег в кровать.

Впервые за несколько дней он мог спокойно поспать в своей кровати. Его не будил Арле со своими приключениями, он не проваливался в забытье, упав со стены, не дремал болезненно в сарае Ортана. Ах да, еще ему довелось поспать всего лишь четыре часа в доме самого Арле. Теперь можно было погрузиться в спокойный сон.

Который не пришел. И даже рядом не побродил. Вместо него возник вопрос: что такого было в той стране, что его родители так старательно скрывают всю информацию о ней?

Вероятно, стоит отыскать ее. В городе была библиотека и располагалась она в Среднем городе, совсем рядом. Кроат отметил у себя в голове первое дело на следующую неделю: библиотеку надо посетить во что бы то ни стало. Если не родители, так хотя бы хронисты и прочие люди, что записывают события в толстые книги, наверняка что-то слышали о Мордине.

После этого Кроат наконец-то уснул. Он не слышал, как на рыночной площади еще с темноты начали собираться люди, ставить временные лавки, лотки – а кто-то и вовсе торговал с телег. Все они готовились к воскресной ярмарке.

Для Мерварда это было рядовым событием, но отчасти и каким-то праздником. Дело в том, что трудовые будни не отличались особым разнообразием. А когда в воскресенье в город приходили люди, что бывали тут крайне редко, было, на что посмотреть. И было, что показать.

Наутро Кроат никак не мог решить, что делать с кольцом. Надевать его он не решился, оставлять в комнате – тоже. Потому что мать могла в любой момент зайти и проверить. Теперь он не мог быть уверенным в безопасности собственной комнаты. Тем не менее, брать с собой было рискованно – любой воришка сунет руку в карман или подрежет кошелек. И все, волшебное кольцо исчезнет.

Меж тем, оно давало силу. Настоящую и безудержную силу. Но, вместе с тем, оно делало человека яростным и даже в какой-то степени безжалостным. Кроат, вспоминая, как отделал Бора, подумал, что если бы на его месте был Толлен, здоровяк, покрытый шрамами и лишенный части зубов, вероятно в серьезных схватках, он бы точно не остановился. И, вполне возможно, даже убил бы его.

Словом, утренние мысли Кроата не радовали. Не философские, но все равно важные. Сложные. И главное было в том, что дом теперь не чувствовался таким же, как и прежде. А кольцо мальчишка все же взял с собой, прицепив на тонкой веревке.

Сперва изменился Мервард, который стал другим, открыв свою изнанку. Это случилось, когда Кроат вернулся от Ортана. Потом изменился Арле, который вдруг оказался жаден до денег и был готов браться за любую работу, которую хорошо оплачивали – и неважно, насколько противозаконной она была.

Этим утром Кроат понял, что изменился его собственный дом. Если раньше тут было безопасно, то теперь степень недоверия к собственным родителям превратила дом в обычное строение. Он с тем же успехом мог уйти ночевать к Арле, пока его отец греет мервардские нары.

Колтан, старший брат, ушел из дома раньше. Они даже не увиделись, но от мысли, что он вернулся на службу и дела его вроде бы как должны пойти в гору, грели Кроата.

Отец тоже ушел в Верхний город. Мать, как всегда, была дома вместе с младшей дочерью Рией. Девочка теперь смотрела на Кроата иначе, когда узнала, что именно он помог Колтану избавиться от несправедливого наказания. У нее в голове он теперь был героем.

Никто в семье не знал, на что именно пришлось пойти Кроату. Что спасение Колтана – это своего рода бонус. А на самом деле он просто помогал Арле избавиться от неприятностей, в которые он влез.

И до сих пор не вылез. Если поход к летописям можно было отложить до понедельника, то вопрос со штрафом мастеру Вердину требовал как можно более быстрого решения.

Девять серебряных – это приличные деньги, которые в Мерварде не каждый стражник за два месяца получал. Эту сумму надо было собрать почти за неделю. А значит, начинать надо было прямо сейчас.

Поэтому Кроат не собирался оставаться дома и с утра пораньше, позавтракав, оставил мать с Рией. Фелида проводила его привычным взглядом, полным материнской озабоченности, но говорить сыну она ничего не стала. Знала, что он все равно уйдет. Только не могла пока смириться с тем, что он как-то внезапно вырос.

Сам Кроат ушел в Кузнечный квартал, где жил Арле, постучал в дверь и дождался, пока ему не открыла Тоуда, его мать.

- Он ушел минут пятнадцать назад. Не знаю, куда. Наверно, на ярмарку.

Кроат закивал. С Арле они ни о чем не договаривались, но, вероятно, его друг и правда ушел на ярмарку. Маловероятно, что после нескольких дней в Порту он снова туда поперся.

Поэтому выбор казался очевидным. После того, как все планы на ближайшие часы и даже дни были выстроены, после того, как у родителей не удалось ничего выяснить, самым логичным решением было просто получить удовольствие от очередной воскресной ярмарки.

Кроат вернулся в Средний город, вышел на рыночную площадь и принялся бродить меж лавок и телег.

- Жалкое зрелище, - услышал он насмешливый возглас и вздрогнул.

Глава 3. Ярмарка

- Ты! – только и выдохнул Кроат, увидев Миру.

- Я! – звонко ответила она, сверкнув глазами, которых не сводила с мальчишки. – Вот так неожиданная встреча, правда? – И, не дав ему ни единого шанса продолжить, болтала дальше: - А ты молодец.

- Я? – спросил Кроат, пока не очень понимая, куда клонит его новая знакомая.

Знакомой ее, конечно, он мог назвать с трудом. Тот факт, что он свалился с крыши, пока Арле оставил его одного, мог подвести Кроата лишь под неприятные разговоры о подглядывании – чего он в принципе стыдился, несмотря на то что девушка была красивой.

Но получалось, что Мира опознала его, сказала отцу, то есть, мастеру Вердину, и тот уже прижал Кроата, заставив его найти Арле и вернуть украденный им золотой подсвечник.

История, вся вина в которой лежала исключительно на Арле, была крайне неприятной. Отсюда неприятным казалось и знакомство с Мирой, которая, в общем-то, была ничуть не виновата в том, что так же, как и сам Кроат, в нее попала.

Для нее сын начальника городской стражи был лишь очередным приключением, необычным увлечением, который сделал то, чего не делали другие. Разумеется, докладывать ему об этом она не считала нужным, играя, как кошка с мышкой.

- Ты молодец, - повторила Мира, не заставляя Кроата еще раз повторять вопрос. – Потому что ты действительно сделал то, что не под силу многим. Представляешь ли, мой отец очень доволен тобой. Он возлагает большие надежды…

Она продолжала говорить, не без удовольствия наблюдая за тем, как краснеет Кроат. Вчера он видел ее мельком, когда возвращал подсвечник ее отцу, и совершенно не был готов видеть ее снова. Тем не менее, избавиться от компании Миры оказалось непросто.

Девушка была красивой и чем-то тоже его притягивала – чем именно, Кроат и сам себе объяснить не мог, потому что согласиться с тем, что манила в ней лишь красота, он считал слишком неприличным. А ее происхождение в роли магнита казалось в его глазах еще более неприличным. Оттого он чувствовал себя до крайности неловко.

- Я… был рад помочь, - выдавил он из себя, когда Мира наконец-то закончила говорить.

- А я рада, что ты не оказался каким-то там пройдохой.

- Кем-кем? – нахмурился Кроат, заставив Миру широко улыбнуться. От этого у него что-то екнуло, и он заставил себя прикусить щеку едва ли не до крови.

- Проходимцем. Мошенником. Лжецом. Тем, кто не держит слово и не исполняет обещаний, - продолжала Мира так, словно играть в слова было ее единственным профессиональным увлечением.

- Понял, - коротко ответил Кроат, а потом через силу спросил: - Ты не видела Арле?

- А кто это? – теперь настала очередь Миры хмурить брови.

- Мой друг.

- Тот самый, который спер папин подсвечник?

- Да, именно… спер, - удивился выражению Кроат, а Мира расхохоталась так заразительно, что он не выдержал и улыбнулся.

- Пройдемся, посмотрим ярмарку? – предложила девушка. – Заодно, быть может, твой друг найдется!

И он без лишних слов пошел за Мирой. Та, сделав несколько шагов и заметив, как он держится позади, притормозила и взяла его под руку. Кроат залился краской окончательно.

- Я тебя не смущаю? – вдруг спросила Мира.

- Нет. Нет, конечно! – воскликнул Кроат, думая о совершенно противоположном.

- Вот и прекрасно! – уверенно заявила девушка и потащила его вдоль торговых рядов, прилавков и телег, которыми теперь полнилась торговая площадь.

Фермеры продавали, что у них успело вырасти к сезону: редис, зелень, кто-то привозил цветы, но их было мало. Некоторые торговали сеном и относительно свежей травой для городских лошадей под заказ. Были ремесленники из деревень близ города: старый горшечник привез отличные чайники и чашки с удивительной резьбой.

- Сколько? – спросила Мира, взяв в руки небольшую чашку, едва ли не меньше, чем ее собственная ладонь.

- Четыре доли, - ответил горшечник.

У Кроата душа опустилась в пятки, потому что денег у него оставалось лишь символические доли – и никаких покупок он бы себе не позволил. Кроме того, над ним висел штраф Арле, так что деньги надо было беречь.

- Молодой человек! – его окрикнул Симеон, размахивая руками так, что видно было бы через всю торговую площадь, а стоял он почти рядом. Кроат подошел ближе, Мира благодушно отпустила спутника. – Я же вам должен! – воскликнул Симеон. – Сдачу я так и не отдал!

И вместе с долями медяка в ладонь Кроата упал маленький предмет. Он вопросительно посмотрел на Симеона и тот сразу же ответил:

- Для нашего общего друга-лодочника. Он поймет.

Маленький предмет имел форму семиконечной звезды. Кроат вернулся к Мире.

- Что такое?

- Симеон дал сдачу на мой серебряный, - честно ответил мальчишка и не соврал. А потом предложил: - Тебе же понравилась чашка?

- Она не лишена некоторой изящности, - уклончиво ответила Мира.

- Я мог бы… хм… подарить ее тебе.

- Как мило, - неподдельно восхитилась она. – Таких подарков мне еще никто не делал.

Кроат буквально поплыл. Он смутно помнил, как отдавал доли медяка мастеру горшечнику, совершенно не видя его беззубой стариковской улыбки. Лица Миры он тоже не запомнил в этот момент, потому что сердце барабаном било в уши, лишая его любой возможности реагировать на происходящее рядом.

- Кроат. Кроат! – наконец-то услышал он.

- А?

- Спасибо, - она аккуратно улыбнулась и коснулась губами его щеки.

Брусчатка под ногами парня поехала в разные стороны. Тем временем Мира снова взяла его под руку, и они пошли дальше.

Показался деревянный помост, на котором уже поставили навес и готовили отыграть представление: пара мужчин в ярких одеждах доучивала последние слова. Они тоже прошли мимо, как в тумане. Кроат не запоминал ничего. И не понимал ничего. Надо было найти Арле, но оставить Миру одну он тоже не мог. А искать с ней он не мог. Получался замкнутый круг.

Вдруг он увидел Ортана. Фермер заметил его почти сразу и поспешил подойти.

- Здравствуй, - поприветствовал он Кроата, крепко пожимая тому руку.

Тот пытался совладать с собой, но выражение запутанности на лице заставило Ортана обратить внимание на его спутницу. С ней он тоже поздоровался, добавив при этом:

- Ваша компания много объясняет.

Девушка понимающе кивнула. Кроат наконец-то пришел в себя. Заметив это, Ортан вежливо поинтересовался:

- А твое дело было успешным?

- Да, - уверенно ответил Кроат, старательно игнорируя любопытный взгляд Миры. Не в первую же встречу рассказывать ей обо всем.

Фермер кивнул и сославшись на дела, пошел дальше. Почти тут же в поле зрения Кроата появился Арле.

- Слушай, тут такое дело… - запыхавшись, выпалил он, - нас…

Заметив Миру, которая, к тому же, держала его друга под руку, он застыл на месте, недоверчиво посмотрел на нелепую парочку, а потом медленно кивнул девушке, как бы приветствуя ее. Не узнать Миру он не мог – ведь он тоже видел ее в окне.

- А это, должно быть, тот самый друг Арле? – она смерила его взглядом без тени улыбки на лице.

- Он самый, - ответил Арле сам за себя.

- Тогда я вас оставлю, - Мира с явным неудовольствием отпустила Кроата. – Отец ждет, а я тут… приятно провела время, - она подняла чашку повыше: - Спасибо за подарок.

И неспешно ушла прочь. Арле подошел ближе к другу, уставившись вслед Мире вместе с ним.

- Что это было?? – спросил он.

- Не знаю, она сама меня нашла, - Кроат пожал плечами.

- Я про подарок! Ей! Она же дочь… Или ты в счет штрафа?

- Арле, я не собираюсь платить штраф за тебя, - тут же выдал друг. – Помочь – помогу, но вместо…

- Да понял я, понял! Жадина. Что тут на ярмарке? Я только что подошел, был у Ванса.

- Мать думала, что ты на ярмарке.

- Не стоит ей знать, где я на самом деле, учитывая, что надо найти серебряный в день.

- Больше.

- Это каждому! – воскликнул Арле. – Ты же сам сказал, что поможешь.

Кроат вздохнул.

- Давай пока пройдемся, вдруг чего прямо тут и найдем! – предложил Арле.

Они не успели сделать ни шагу, как неподалеку загремели мужские голоса:

- Это мой нож! Давай его сюда! Живо!

- Да? Твой! Уверен?

- Мой-мой! Я знаю свои вещи.

- Ну хорошо. Стража! Стража!!

Кроат и Арле, точно зная, где их ждут неприятности, бросились на звук и застали Ортана с Альто, которые, как два быка, готовились кинуться друг на друга. Им помешал только десятник, выскочивший, откуда ни возьмись в сопровождении двух стражников.

- Вот! Он признался! – Альто ткнул пальцем на Ортана.

Кроат с удивлением смотрел на происходящее. У фермера удивления на лице было ничуть не меньше. Десятник, однако же, подошел ближе к фермеру.

- Твое? – он ткнул мясистым пальцем в нож. Фермер кивнул.

Двое стражников скрутили его почти мгновенно.

- За что?? – вопил Ортан.

- За убийство охотника Вольги!

Глава 4. Обещание

- Пойдем скорее, - Арле тащил друга прочь с рыночной площади.

- Куда? – Кроат во все глаза таращился на то, как Ортана уводят прочь, уже закованного в кандалы.

Убийство в Мерварде каралось строго, но, что куда важнее, делалось все очень быстро. Достаточно было лишь пары свидетелей, неоспоримости доказательств – и если человека схватили утром, то вечером того же дня он мог лишиться головы прямо на той же рыночной площади.

Схема работала настолько хорошо, что до членовредительства доходили лишь в самых отчаянных случаях. На памяти Кроата за все его четырнадцать лет рыночная площадь наполнялась для наблюдения за казнью лишь трижды. Занятно, что отец в последний раз сказал о невиновности казненного, но, похоже, что другие доказательства, помимо его слов, были куда сильнее.

Сейчас Кроат не мог быть уверен в его невиновности, потому что не видел фермера всю субботу. Нож, которым со слов Альто, проткнули его брата, он сам последним держал в руках. Точнее, не сам, а…

- Когда ты его потерял? – спросил он Арле, стоило тем удалиться от рыночной площади достаточно, чтобы никто не смог, подслушав их, связать их разговор со случившимся. – Еще там, на холме?

- Да. Не помню.

- Ты ТОЧНО потерял его?? – с нажимом спросил Кроат.

Арле отскочил прочь:

- Совсем разум потерял? Намекать на такое!

- Я и не намекаю… - растерялся Кроат.

- Да, конечно, ты прямо говоришь, что это я взял и зарезал охотника! Точно с ума сошел.

- Не говорил я такого, не надо, - он даже головой замотал. – Мне надо знать, когда ты понял, что у тебя нет с собой ножа Ортана! Не когда сказал, а когда понял!

- Да почти сразу, почувствовал, что его нет рядом.

Кроат засопел. Не хватало ему только этих проблем. Он внимательно посмотрел на друга:

- Ортана надо вытащить.

Арле сразу же ощерился:

- Так сходи к своему Вердину. Раз он вытащил твоего брата из тюрьмы, может, поверит твоим словам и вытащит еще и фермера?

Кроат поразился. Лицо его друга на миг лишь, но исказилось злобой, которую его внимательность не могла пропустить.

Вот уже несколько дней он гадал, что же стало причиной такой перемены в Арле. Спросить он не решался, а догадываться – все равно что строить предположения одно другого чище.

- Должен быть другой способ, - неровно ответил Кроат, с трудом сдерживая ответные эмоции. – Я не хочу обращаться к Вердину. Он нас использует, а мы к нему с новыми просьбами? Чтобы долги выросли еще больше?

- Да я же шучу! – Арле расслабился, но за этим скрыть нервозность не удалось. – Просто я…

И тут он впервые наткнулся на тупик. Оба варианта были несказанно плохи. Заявить в лоб, что он попросту завидует удачливости друга, или придумать отмазку, которая не будет звучать натурально – а она точно не будет звучать натурально, как ни старайся – все упиралось в его новый страх остаться одному.

Это ведь не только Кроат нашел себе друга в лице Арле, чтобы защищаться от хулиганов Кузнечного квартала. Это еще и Арле искал себе разумную компанию, за которую его не стала бы стыдить мать. И Кроат в роли друга подходил идеально.

А сейчас остаться в одиночестве – не лучшее время. Пока отец не вернулся, пока он должен Вердину денег, лишиться поддержки Кроата, который внезапно оказался не просто другом, но еще и сообразительным напарником в любом деле – от охоты на шмыга до поиска людей и снаряжения – все равно что топор себе на ногу уронить.