Коп-стоп

Джин попытался прикинуть, сколько лет Арсений гостит, как выразился Монти, в этом баре. Получилось слишком много. А потом Джин осознал, что не может вспомнить, в каком году жил сам. Детектив помнил какие-то фрагменты из восьмидесятых, но роковая погоня за Сладкоежкой произошла, вроде бы, не тогда.

Монти немного помолчал, будто прикидывал, стоит ли рассказывать что-то еще, а потом кивнул сам себе.

– Я даже принес ему орден Красного Знамени, – тихо продолжил бармен. – Ими награждались милиционеры в сорок четвертом. Арс тогда уже был здесь, продолжал мучиться виной. Я хотел показать ему, что там, на родине, знают о его подвиге, помнят и гордятся. Уже очень много поколений. Он носит этот орден в нагрудном кармане и никому никогда не показывает. Изредка, когда тут пустеет, я вижу, как Арс украдкой достает его, нежно прячет в здоровенных ладонях и улыбается в усы. В такие моменты мне кажется, что он вот-вот решится и отправится дальше. Но он все еще здесь, и я не смею его торопить. Его история – одна из самых жутких, какие мне приходилось слышать за всю свою чересчур долгую жизнь.

Монти вздохнул, переводя дыхание, и Джин отчетливо разглядел пугающую древность этого существа. Детектив вышел, наконец, из мрачного оцепенения и обернулся. Арс все так же сидел на табурете возле двери и покачивал ногой в такт задорному кантри. Он добродушно оглядывал посетителей, на миг встретился взглядом с Джином и подмигнул ему. Джин невольно улыбнулся, кивнул в ответ и повернулся обратно к Монти.

– Я думал, что прошел через полнейшую дрянь. Но по сравнению с ним – Джин осекся, пытаясь хотя бы отдаленно вообразить, что испытывал Арс, отправившись в промерзшие недра осажденного города. Какие мерзости он видел и слышал там во мраке.

Монти опустил детали, но Джинджер был уверен, что там орудовал какой-то темный культ. Он обязательно узнает об этом у самого Арса, если тот захочет рассказать.

– Не сравнивай такое. Ты можешь ощущать лишь за себя. И ты повидал разного, не правда ли, напарник? – спросил бармен, обновляя Джину стакан.

– Правда, – ответил Джин, благодарно принимая очередной пенный напиток.

– Но не будем больше о плохом. Расскажи-ка мне о самых светлых моментах своей жизни, – улыбнулся старый бармен и снова подпер полки у стены.