В Тени Темного Мага

Смерть – не повод для тишины

Было далеко за полночь, когда темно-синий «Мустанг» резко затормозил около невысокого двухэтажного здания с небольшими окнами. Оно напоминало бездушную бетонную гробницу, судя по всему, спроектированную человеком в глубокой депрессии. Я заметил, с каким удивлением Эмили прочла едва различимую в тусклом свете фонарей надпись на табличке здания, и с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться. Она начала нервно ерзать в кресле, не скрывая своего волнения. Собственно, так бы на ее месте поступил любой нормальный человек, ведь не каждый день выпадает случай стать гостем главного управления судебно – медицинской экспертизы Нью-Йорка.

– Черт возьми! – воскликнула Эмили. – Ты туда пойдешь, да? – спросила она и слегка прокашлялась, потому что ее голос осип от волнения.

– Не «ты», а «мы», – парировал я, достал телефон и набрал номер Стива.

– А можно? Обалдеть! Всегда было интересно, как там все устроено! – неожиданно, вместо возражений, выпалила Эмили и с такой силой принялась отстегивать ремень безопасности, что побелели пальцы. – Ты представляешь, какие крутые люди там работают? – и, не дожидаясь моего ответа, выскочила из машины.

– Крутые, да. Вот только совсем не люди, – пробубнил я себе под нос и неохотно последовал за ней.

Мы прошли внутрь здания, где около регистратуры нас уже ждал дежурный санитар. Это был здоровенный лысый мужик с рыжей бородой, пирсингом в носу и татуировкой в виде огромного паука на всю лысину. И, судя по его недовольной физиономии, незваный визит живых посетителей не вызывал у него ничего, кроме раздражения. Натянув на лицо жалкое подобие улыбки, он ткнул пальцем в сторону длинного, ярко освещенного коридора.

– В конце дверь, – без лишних церемоний заявил он. – За ней, слева, трупохранилище. Справа – секционные7. Прямо по курсу – кабинет главного судмеда. Док ждет вас там. Дальше сами. Не заблудитесь, – не очень любезно закончил санитар и уселся в кресло перед телеком.

Мы с Эмили молча переглянулись и двинулись прямо по коридору. Девушка заметно нервничала, но с любопытством крутила головой, рассматривая высоченные стены и пол коридора, выложенные светло-голубым кафелем. Под потолком, мигая время от времени, светили холодным светом длинные люминесцентные лампы, а где-то в конце слышалось монотонное жужжание вентиляторов. Мы шли по этому коридору, а я никак не мог отделаться от мысли, что за нами кто-то идет. Паранойя, заработанная за эти дни, явно давала о себе знать, обостряя все базовые инстинкты выживания. Вдруг позади нас послышался грохот и лязг металла по кафельной плитке. Мы с Эмили резко обернулись, и девушка, вскрикнув, тут же спряталась за мою спину.

– Упс, сорян, ребят. Не хотел вас напугать, – невнятно промямлил молоденький паренек с длинными светлыми дредами, разноцветной вязаной шапкой на голове и широченными штанами с кучей карманов. Он быстро поднял с пола ведро, которое случайно опрокинул, и принялся шваброй размазывать по полу воду.

– Жесть! У меня чуть сердце не остановилось, – выдохнула Эмили и уткнулась лбом в мою спину. – Откуда он взялся? Как мы его не увидели?

– Да тут вон дверка есть. Вы ее, походу, не заметили, – услышав вопрос девушки, ответил парень и воткнул в уши наушники.

– Ладно, идем, – прошептал я и, крепко схватив Эмили за руку, повел вперед. Ее страх был почти осязаем, но она доверчиво следовала за мной, и уже меньше чем через минуту мы стояли около высоких металлических дверей, за которыми скрывалось настоящее царство мертвых.

– У тебя еще есть шанс передумать, – напомнил я, но девушка протянула руку и решительно толкнула дверь вперед.

Стараясь не производить лишнего шума, мы вошли в кабинет, на двери которого красовалась отполированная до блеска табличка с надписью «судебно-медицинский эксперт», и замерли на пороге. В кабинете царила стерильная чистота, а из старенького радио лился голос ведущего какой-то ночной передачи. Стив, облаченный в белый халат, навис над столом и что-то неразборчиво бубнил себе под нос. Он быстро заполнял чью-то медкарту и совершенно не обращал на нас внимания.

– Идиоты безмозглые. Вечно самому все приходится делать, – он с силой шлепнул печатью и громко выругался.

– Стив, – позвал я своего лучшего друга, и тот мгновенно выпрямился. Он медленно повернулся и застыл на месте, глядя мне прямо в глаза. А я невольно отметил, что с момента нашей последней встречи он почти не изменился: все такой же бледный гигант с прекрасно развитой мускулатурой, заметно проступающей сквозь белую ткань халата; все то же красивое лицо, идеально ровный нос, четко очерченный рот и каштановые волнистые волосы, аккуратно собранные в низкий хвост, спрятанный под медицинской шапочкой. Но, несмотря на отличное телосложение, в его внешности было и нечто особенное: неестественно большой для его возраста выпирающий горб и черные, словно уголь, глаза, которые он тщательно скрывал за слегка затемненными стеклами очков. Вот только в этих глазах было еще кое-что необычное. Если бы он снял очки, то при каждом движении головы его глаза, словно хамелеон, плавно меняли бы цвет, приобретая различные оттенки от изумрудного до ультрамарина, что делало его взгляд одновременно пугающим и завораживающим.

– Моэм, – хрипло поздоровался Стив и кивнул в знак приветствия. – Не могу сказать, что рад тебя видеть. Но, увы, все твои бредни подтверждаются почти с каждым новым трупом. А вы кто? – Стив наконец снял очки и, вопросительно подняв бровь, заглянул Эмили прямо в глаза. Я все еще держал ее за руку, поэтому тут же почувствовал, как под его взглядом обмякли ее пальцы. И нет, совсем не от страха.

– Эмили. Я так… за… за компанию, – заикаясь, прошептала она и покраснела, словно невинная школьница. Ее ладонь вдруг стала горячей и влажной, на шее выступили капельки пота, а по телу пробежала легкая дрожь.

– Если хотите, то можете подождать нас в кабинете. А то не дай Бог еще в обморок упадете. А там совсем не место для эмоций, уж поверьте, – Стив дружелюбно улыбнулся и отвел взгляд в сторону.

Он подошел к шкафу и достал оттуда два комплекта одноразовых медицинских комбинезонов, две пары высоких бахил и несколько новеньких респираторов.

– О нет, я… я пойду! – твердо заявила Эмили и протянула дрожащую руку за комплектом, который ей передал Стив. И в этот момент я украдкой глянул на обручальное кольцо, блеснувшее на безымянном пальце его левой руки.

– Что ж, надеюсь, у вас крепкий желудок. Тогда не будем терять времени. Хочу уже быстрее закончить и поехать домой. Завтра у сына день рождения, и я обещал ему и жене, что в этом году я его точно не просплю, – заявил Стив и с вызовом посмотрел на меня. – Пойду выпровожу санитаров и начнем.

Он быстро натянул на себя резиновый фартук, маску и вышел из кабинета.

– Какая у него офигенная внешность! Кто он, черт возьми, такой? – тихо спросила Эмили, едва дверь за Стивом закрылась. Она зажмурилась и тряхнула головой, словно сбрасывая с себя наваждение. – Господи, да что со мной? Какой у него рост? Метра два, да, или выше? Какие у него глаза, Боже! Просто космос! Черт, у меня от его взгляда мурашки по коже. А какой голос… Он точно не человек, это сто процентов. Но какой, блин, красивый! Обалдеть можно! А почему у него такой горб? – Эмили поймала на себе мой недовольный взгляд, и ее щеки тут же залил густой румянец. Она поспешно натянула на нос защитную маску, надела на голову капюшон и уставилась в пол.

– Он демон, Эмили. Инкуб8, – глухо ответил я сквозь фильтр респиратора и заметил, как расширились от ужаса ее глаза. – А на спине у него далеко не горб. И ты даже не представляешь, насколько это опасное существо.

– Да ладно! А я всегда думала, что инкубы и суккубы – просто древняя байка!

– Какая наивная.

– Стоп. А ему разве можно… Он сказал, что женат и у него есть сын.

– Сказал.

– Но это же…

– Противоречит нашему кодексу?

– Еще как!

– Вот этот момент, честно говоря, меня тоже напрягает, – признался я.

Дверь в кабинет беззвучно открылась, и из-за нее показалась невысокая девушка в больничной униформе.

– Доктор Грант ждет вас в первой секционной, – устало пробормотала она сквозь маску и исчезла.

Больше не произнося ни слова, мы с Эмили вышли из кабинета, повернули налево и уперлись в стальную дверь с надписью «Секционная №1». Я толкнул дверь, и мы переступили порог огромного холодного помещения. Несмотря на респираторы, плотно прижатые к нашим лицам, в нос тут же ударил резкий коктейль из запаха хлорки, формалина, крови и тухлого мяса. Слева от нас стояли высокие стеллажи, на полках которых разместились различные емкости, стеклянные колбы, подносы с хирургическими инструментами, бинты, пакеты и всякая ветошь. Справа, вдоль стены, были расположены огромные холодильные камеры для хранения тел, весы, пластиковые ведра и канистры с розовой жидкостью для бальзамирования. В центре зала, под яркими колпаками светильников, свисающих с потолка, стояли четыре металлических стола, на каждом из которых лежали безжизненные тела. Все трупы, кроме одного, спрятанного в черный бесформенный мешок, были накрыты белыми простынями, пропитанными пятнами крови и еще какими-то жидкостями.

Эмили нерешительно мялась на пороге и никак не могла сделать шаг в глубь зала и подойти к трупу, около которого стоял Стив.

– Если Вам страшно, Эмили, вы можете присесть там, – Стив указал пальцем в резиновой перчатке на стул, стоявший в углу рядом с дверью, и Эмили тут же плюхнулась на него и отвернулась к двери. – Но как показывает практика, чаще всего бояться нужно живых, а не мертвых. Ну что, Крис, готов? Выбирай. Первый и второй – твои «клиенты», – выдохнул Стив и резким движением сорвал простынь с первого тела.

Я подошел ближе к столу и уставился на труп. Передо мной лежал очень худой юноша с огромной, длинной дырой в области лба и Y-образным разрезом, зашитым крупными неровными швами по всему туловищу.

– Брайан Беркли, – совершенно будничным тоном пояснил Стив и указал на рану на лбу парня. – Знакомая фамилия?

Я покачал головой и немного склонился над телом, рассматривая почерневшее от крови лицо.

– Родители нашли его сегодня утром в саду. Он лежал на лужайке позади дома, лицом вниз. Упал и напоролся лбом на мотыгу. Видимо ее просто воткнули в землю и забыли убрать.

– Ребенок совсем, – изумился я и с трудом проглотил ком, застрявший в горле.

– М-да, всего шестнадцать. Семья обычная, благополучная. К шишкам из министерства, да и вообще к министерству, никакого отношения не имеют. Отец работает на стройке, а мама – учитель начальных классов. Наркотиков или признаков алкоголя в крови не обнаружено. Под ногтями ни крови, ни грязи, ни частиц кожи.

– Сбежал из дома? А под утро хотел незаметно вернуться, да поскользнулся на росе и упал?

– В одних трусах возвращался? – усмехнулся Стив и взял парня за руку. – Нашли его только в трусах.

– Ты когда-то возвращался и без них, – усмехнулся я, припоминая о прошлых подвигах Стива, за что тот мгновенно прибил меня взглядом.

– Давай-ка не будем ворошить грехи моей юности, ладно? Смотри, – одним легким движением он ловко перевернул тело на бок. Я склонил голову и заметил на спине юноши необычные сложные узоры. Они были похожи на те, что обычно рисует мороз на окнах, только здесь они покрывали не стекла, а кожу и были черными. Кожа под ними сморщилась и покрылась глубокими трещинами. – И самое интересное, – продолжил судмед, – он будто высох за эти несколько часов. Причем и все внутренности тоже. Когда его привезли, он казался довольно крупным и упитанным для своего возраста пацаном. Понимаешь, что это значит?

Я почувствовал, как по спине пробежали холодок, и кивнул. Кто-то забрал его дар. Причем забрал силой, пока он был еще жив. А врожденный дар для мага – это неотделимая часть его души, без которой он не может полноценно жить.

– И следующий номер нашей программы, – деловито произнес Стив и жестом указал на соседний стол. – Пожилая дама. Рисунки на теле точно такие же, как и у парня. Только вот есть нюанс, – док подошел к столу и осторожно снял с трупа простынь.

Я содрогнулся. Передо мной лежала тощая женщина с неестественно выгнутыми конечностями и широко распахнутыми глазами. Казалось, будто все кости внутри ее тела были вывернуты наизнанку; пальцы были скрючены, ногти местами сломаны, а на лице застыла странная гримаса, будто она чему-то очень радовалась. Ее лицо казалось мне знакомым, но я никак не мог вспомнить, где мог ее видеть.

– Судя по состоянию ее печени, пила она ведрами.

– Но умерла-то она точно не из-за нее. Как ее зовут?

Стив потянулся за медицинской картой, которая лежала на тумбочке, и случайно зацепил мешок на соседнем столе.

– А там кто?

– С этим пока ничего не понятно. Утопленник. Лицо полностью обглодано. Тело слишком раздуто, чтобы вскрывать, поэтому я решил отложить это удовольствие на потом и сперва оттяпал ему кисти рук и отправил в «сушилку9». Может, дактилоскопическая экспертиза поможет установить его личность.

– А четвертый?

– Байкер, – Стив безразлично махнул рукой, – подрался с мужиками в баре и схлопотал пулю в лоб. Ага, вот! Нашу «пациентку» зовут Кейтлин Уиллер. Шестьдесят три года.

– Охренеть, – удивленно пробормотал я, мгновенно вспомнив эту женщину. Она была главой отдела стратегического развития, а заодно и супругой Уолтера Уиллера, одного из самых влиятельных директоров министерства магии. Всего полгода назад они с мужем внезапно ушли на пенсию. Причем сделали это в стиле «взяли и испарились», из-за чего акции министерских предприятий мгновенно рухнули, что стоило нашей казне миллионы долларов.

– Кстати, я сделал запрос по делам того нарика Хьюза и проститутки, – продолжал Стив, расхаживая между столами, – на их телах были такие же узоры.

– Удивительно, что их не привезли к тебе.

– Тело Хьюза забрали в окружной морг. Помимо всей этой компании были и другие. И, судя по всему, все они были одаренными. Я начинаю беспокоиться, Крис. У меня ведь семья. Расскажешь, что за дерьмо происходит? – устало спросил Стив и пристально посмотрел на меня.

– Вот сейчас и узнаем, – прохрипел я в ответ и принялся стягивать с рук неудобные резиновые перчатки. Я хотел увидеть последние минуты погибших и узнать, что же высосало из них дар и, в конце концов, убило. И только я стянул перчатку с левой руки, как дверь отворилась, и в секционную, один за другим, вошли четверо: уже знакомый нам бородатый санитар с татуировкой паука и еще трое незнакомцев. Двое мужчин были в джинсах и простых футболках, а третий, коренастый и самый наглый, с кольцом в ухе, в выстиранных черных брюках, мятой клетчатой рубашке и старом вельветовом пиджаке. Он быстро пробежал маленькими, бесцветными глазками по секционной и направился прямиком к Стиву. Он что-то неразборчиво буркнул и сунул ему под нос корочку в черной обложке. Стив прищурился, чтобы изучить мелкий шрифт документа, но пришелец резко захлопнул удостоверение и шустро спрятал его в карман.

– Вы еще кто такие? – сердито спросил Стив, заметив, как незваные «гости» рыскают по залу и с любопытством рассматривают мертвецов. Один из незнакомцев склонился над телом в мешке, сморщил нос, с трудом подавив рвотный рефлекс, и провел пальцем по столу, оставив на холодной, стальной поверхности длинную, жирную полосу. И от этого неуважительного жеста Стив закипел. – Эй! Вы сдурели что ли? Вы понимаете, где, черт возьми, находитесь? Немедленно отойдите от тел! Вы вообще в курсе, что в это время любые визиты запрещены? Из какого вы участка?

Пока Стив ругался с нежданными гостями, я отвернулся и осторожно взял мальчика за ледяную руку.

– Покажи, что с тобой случилось, Брайан, – едва слышно прошептал я.

И тут же перед глазами возникла вспышка. А затем темнота. Ночь. Тишина. Мальчик выключил компьютер, стянул с себя футболку и шорты и, зевнув, завалился на кровать. Какой-то шорох со стороны сада привлек его внимание. Негромкий, но достаточно различимый в ночной тишине звук. Парень встал с кровати и подошел к окну. Он недолго всматривался в плохо освещенную улицу, но, так никого и не заметив, задернул штору и отвернулся от окна, чтобы вернуться в кровать. Но звук повторился. На этот раз он прозвучал громче и ближе.

– Браа-й-аа-н, – вдруг позвал странный голос, и мальчик, забыв одеться, словно заколдованный, взял в руки телефон и, включив фонарик, вышел из своей комнаты. Он миновал спальню родителей, бесшумно спустился вниз и вышел в сад.

– Кто здесь? – голос дрогнул, выдавая его страх, но ответа не последовало. Брайан с облегчением выдохнул и усмехнулся. – Меньше ужастиков надо смотреть, дурень.

Он уже собирался вернуться в дом, как вдруг на него что-то налетело. Темное, беззвучное, но физически ощутимое. Мальчик пошатнулся, но сумел устоять. Так часто бывает, когда у людей резко падает давление. Но темная сущность налетела на него с новой силой. Она сдавила его, впитываясь в его плоть. Она высасывала из него жизнь и всю его суть – его дар. Ту уникальную искру, которая делала его особенным. Она держалась внутри его тела всего несколько секунд, а потом резко вылетела из него и исчезла, растворившись во тьме, также мгновенно, как и появилась. Брайан не кричал. Крик словно застрял посреди его горла, не давая сделать вдох и позвать на помощь. Он стоял босиком, с искаженным от боли и ужаса лицом, посреди мокрой от работающих водоразбрызгивателей лужайки и не мог даже моргать. Его зрачки стали огромными и налились кровью, губы побелели и стали покрываться глубокими трещинами. Вдруг его тело дернулось и он попытался сделать шаг, но непослушные ноги на мокрой траве разъехались в стороны; он полетел вниз и упал лбом на тупой железный нос, торчавшей из земли садовой мотыги…

Я одернул руку и зажмурился, пытаясь прогнать видение. А громкий голос Стива с каждой секундой все быстрее возвращал меня в реальность.

– Да срать я хотел на твои приказы, понял? Еще раз покажи удостоверение, «следователь», – сокрушался Стив. – И хватит тыкать пальцами в моих мертвецов!

Я осторожно обошел Стива и встал около стола, на котором лежал байкер, украдкой бросив взгляд на Эмили, все это время тихонечко сидевшую в углу. Мне даже показалось, что эта троица ее не заметила, что неудивительно, потому что выглядела она белее любого покойника в морге и изо всех сил старалась слиться со стеной, чтобы не привлечь к себе их внимания.

– Вы, кстати, док, тоже не ответили ни на один мой вопрос. Кристофер Моэм. Вы случайно не знаете этого человека? До нас дошли слухи, что вы с ним знакомы.

Услышав свое имя из уст незнакомца, я застыл на месте, стараясь не выдать себя.

– Так, мне это уже надоело. Немедленно покиньте помещение или я вызову полицию. Потому что вы – точно не из нее, – сердито рявкнул Стив, не собираясь отвечать на его вопросы. Он быстро стянул с себя резиновый фартук и перчатки, демонстративно швырнув их на пол, и скрестил руки на груди. Бородатый санитар тут же последовал его примеру. «Следователь» усмехнулся, но вдруг задержал взгляд на лице судмеда, а затем переметнулся на его горб, неестественно торчащий из-под халата. Он прищурился, склонил голову на бок и, сложив руки за спиной, сделал шаг к демону.

– А что у вас с глазами, доктор? – вдруг поинтересовался он и подошел еще ближе. Но Стив, вспомнив, что оставил очки в кабинете, не шевельнулся и лишь крепче сжал зубы. А я в этот момент нащупал под простыней руку подстреленного байкера, осторожно сжал его пальцы и наклонился к его почерневшему уху.

– Поднимайся, – прошептал я. – Быстрее, подъем.

– Я задал вопрос, док, – не унимался тип, впившись взглядом в демона.

– Аллергия, – ответил врач, не моргнув и глазом. – Да и ночные смены дают о себе знать.

Я стоял чуть позади Стива и потому отлично видел, как ткань на его медицинском халате натянулась до предела и начала медленно расползаться по швам. А это был верный признак того, что пора отсюда валить.

– Аллергия, значит, – промычал незнакомец, цокая языком. – Тяжело с ней, наверное, – он незаметно завел руку под пиджак, сделав вид, что поправляет ремень на брюках, и потянулся за пистолетом, спрятанным за спиной. Стив, мгновенно поняв, что он замышляет, тут же ринулся вперед и засветил кулаком прямо в его самодовольную рожу. Бородатый санитар вдруг махнул головой, и я заметил, как резко сузились его зрачки, а по шее и рукам быстро поползла густая рыжая шерсть. Он злобно зарычал, обнажая в оскале длинные, острые клыки, и бросился на одного из незнакомцев.

– Ну все! Вам хана! – проревел Стив, схватив «следователя» за локоть, а второй рукой хватая за глотку третьего верзилу. – Мои ребята вас всех сожрут! Особенно Барри. Он от вас даже костей не оставит, – с этими словами он швырнул обоих в длинный стеллаж, стоявший у двери.

Стеклянные колбы и банки с мутной жидкостью посыпались на пол, и по залу мгновенно расползся терпкий, вонючий запах. И в этот момент швы на его халате не выдержали и разорвались. Стив выпрямился и расправил огромные, темные, словно у летучей мыши крылья. Его глаза почернели, а рот искривился в хищной ухмылке, обнажив длинные клыки. Мужик на секунду замешкался, раскрыв рот от удивления, но все же вскочил на ноги, выхватил пистолет и прицелился им в лицо крылатого судмеда. Но тут вдруг Эмили, которую никто до этого и не замечал, наконец сумела совладать со своим страхом, схватила с подноса скальпель и вонзила его прямо бандиту в бедро. От неожиданной боли тот взвыл и случайно пальнул в потолок; лампочка над моей головой с треском разлетелась. В коридоре морга послышались громкие крики и выстрелы, а значит, к этой компании спешила подмога, которую кто-то старательно сдерживал.

– Я сказал, вставай! – рявкнул я. Тело под простыней дернулось и его свела судорога. – Быстро!

Я сорвал с байкера простыню и довольно улыбнулся. Я слышал, как хрустят его окоченевшие кости, тело задрожало, а зрачки под закрытыми веками забегали. Грудь начала вздыматься. Рука трупа медленно сжалась в кулак и с силой стукнула по гладкой стальной поверхности. Он медленно открыл запекшиеся от крови глаза, уперся локтями в стол и, шатаясь из стороны в сторону, сел. Затем свесил ноги и, замычав, спрыгнул на пол.

– Давай, покажи, на что ты способен. Отомсти за свою пулю и помоги доку, – подбодрил я покойника и отступил. И сделал я это как раз вовремя, так как уже спустя секунду в зал влетели еще два здоровенных увальня с пистолетами. Их костюмы были залиты кровью, а лица исполосованы, словно на них напало дикое животное.