Мастер архивов. Том 4
У стены, на которую указал призрак, я остановился. Хотелось верить, что тот призрак не просто так на нее указал и за ней что-то есть. Это я сейчас и собирался узнать.
Я закрыл глаза и сосредоточился на внутреннем ощущении. Чужая магия, такая же дикая, как и тот монстр, бурлила в пустоте, не желая подчиняться.
Конструкт — вот что мне сейчас нужно. Как же я благодарен Арчи, который провел мне несколько уроков магии. Теперь, вспоминая каждый иероглиф и заклятие, я строил что-то вроде стенобитного орудия.
Пальцы задвигались в воздухе, чертя невидимые линии. Руны — древние, забытые, выгравированные в моем сознании самой магией — вспыхивали одна за другой, повисая в воздухе, переливаясь красным, синим, золотым. Выписать печать, закрепить ее узловыми заклятиями, добавить сверху руну.
Руки предательски дрожали, сердце колотилось где-то в горле. Если не удастся, то вся полученная сила уйдет напрасно и я
Не думать о плохом!
Когда последняя руна встала на место и все линии сошлись в центре, я открыл глаза и выдохнул.
Передо мной висело заклинание. Пульсирующее, живое, наполненное черным и золотым светом. Громоздкое и небрежное, оно все же было моей гордостью. Лучше я уже едва ли смогу сделать.
Я вытянул руку вперед. Конструкт сорвался с места и ударил в стену.
***
Катя и Алина стояли в кабинете Непомнящего и смотрели на нового начальника Архива так пристально, что Семен Семенович невольно смутился.
— Что случилось, девушки? Вы на мне дыру прожжете, ей-богу!
— Семен Семенович, — начала Алина, — возможно, вы нам не поверите, да мы бы и сами не поверили, потому что звучит фантастически, но Алексей пропал. Николаев. Его нет уже несколько часов. Никто не знает, где он.
Брови начальника поползли вверх.
— Пропал? — переспросил он. — Как это — пропал? Он же пошел просто за книгами, которые Зарен запросил. Вышел, наверное, куда-то. Чего вы так всполошились?
— Не вышел, — вмешалась Катя. — Лина не может его найти. Он исчез из систем Архива.
— Этого не может быть. — Непомнящий нахмурился. — Лина видит всех. И всех фиксирует. Это же не общественная баня и не магазин бубликов — зашел, вышел, и никто не видит. Государственный Архив! Императорский Департамент исторического наследия и магических артефактов!
— Позовите Лину сами, — предложила Алина.
Непомнящий, не говоря ни слова, нажал кнопку вызова на столе. Голограмма Лины появилась почти сразу.
— Семен Семенович, — произнесла она, — я знаю, зачем вы меня позвали. Подтверждаю: Алексей Николаев исчез в хранилище редких книг. Его сигнал пропал, камеры и другие датчики не фиксируют данного работника. Я не могу его найти.
— Вы уверены? — тихо спросил Непомнящий.
— Абсолютно, — ответила Лина.
— Хм — нахмурился Непомнящий. — Как это так? Пропал Это может быть связано — начальник на секунду замялся, — связано с прорывами реальности, которые порой бывают в западном крыле? Вдруг он попал в один из них? Аномалия, портал, что-то в этом роде.
— Всплесков магического фона я не фиксировала, — тихо сказала Лина. — В тот день и час — тоже. Ничего, что могло бы указывать на спонтанное расслоение. Алексей вошел в хранилище и просто перестал существовать. Он там. И его нет одновременно.
— Это невозможно, — прошептал Непомнящий.
— В магии, Семен Семенович, много чего бывает невозможного, — ответила Катя. — Но это происходит.
— Ладно, идемте, — сказал Непомнящий, беря со стола ключ-карту. — Сами посмотрим и проверим.
Они втроем вышли в коридор и направились в хранилище.
Дойдя до туда, сразу же приступили к изучению следов. Непомнящий прошелся между стеллажами, заглянул за каждый угол, провел рукой по стенам. В хранилище было тихо. Никаких следов борьбы, магических вспышек и порталов не обнаружил. Непомнящий вернулся к выходу, где стояли Алина и Катя, растерянно развел руками.
— Ничего не понимаю. Чисто. Датчики Лины и в самом деле не врут, визуально ничего нет, — он вдруг нахмурился, пробурчал: — Может быть, вы меня разыгрываете?
— Семен Семенович, — мягко сказала Алина, — мы не стали бы вас обманывать. Алексей действительно пропал.
Он посмотрел в их лица, увидел неподдельную тревогу, и его раздражение ушло так же внезапно, как и появилось.
— Извините, — тихо сказал он. — Я не хотел Просто я не понимаю. Как можно исчезнуть из закрытого помещения, в которое никто не входил?
— Может быть, мы что-то упустили? — предположила Катя.
— Да, мы явно что-то упустили. Давайте еще раз, — сказал Непомнящий. — Внимательнее оглядимся.
Они разошлись по углам, изучая каждый сантиметр. Осмотрели пол, стены, стеллажи, книги. Все казалось обычным. Но Катя, присев на корточки у центрального стеллажа, вдруг замерла.
— Идите сюда, — позвала она.
Алина и Непомнящий подошли. Катя указывала на пол. Там, где обычно лежали коробки с формулярами, пыль была сметена. Не везде, а по кругу — небольшое, почти незаметное кольцо.
— И что? — спросила Катя, не понимая, к чему клонит девушка.
— Уборку тут давно не делали, вот что, — проворчал Непомнящий. — Надо уборщику высказать.
— Нет, я не про это, — Алина опустилась на колени, провела пальцами по полу. Пыль была стерта, но не как от ног — ровными, правильными линиями, образующими почти идеальную окружность. — Это руны, следы от них, — пояснила она. — Кто-то тут чертил магические символы.
Непомнящий принес лампу поближе, осветил. На каменном полу действительно проступали едва заметные знаки.
— И в самом деле следы магии, — сказал он. — Так, что же тут
Он принялся разбирать едва заметный след.
— Тут контур тут печать, а вот тут не пойму.
— Похоже на узел силы, — подсказала Алина.
— Да, он самый. И здесь не разберу Руна «Крейн», кажется. Магия сильная.
— Зарен? — тут же прошептала Катя.
Непомнящий промолчал, глядя на эти странные узоры, которые складывались в пентаграмму, обрамленную рунами, похожими на те, что использовались в ритуалах магов.
— Он не мог, — наконец произнес Семен Семенович. — У него нет доступа.
— Значит, это сделал тот, у кого есть допуск сюда, — добавила Алина.
— И кто владеет таким уровнем магии.
Непомнящий выпрямился, вытирая руки о платок.
— Тогда, — сказал он, почесывая лоб, — нужно разбираться. Но осторожно. Если Зарен узнает, что мы что-то нашли
Он не договорил. Все и так, без лишних слов, все поняли.
Глава 3
Стена с грохотом раскололась. Магия, которую я вложил в удар, разлетелась яркими искрами, на миг осветив серый мрак. Пространство задрожало, обнажая пролом. Неужели получилось?! Я уже шагнул к раскрывшемуся проходу, ожидая увидеть знакомые коридоры, но вовремя остановился.
Пространство судорожно дёрнулось. Стены пошли рябью, пол качнулся под ногами. Я едва удержал равновесие, вцепившись в косяк. А из воздуха — прямо из ниоткуда — вырвался яркий шипящий луч.
Голубой, ослепительный, он прошил пространство в метре от моей головы, оставив за собой дымящийся след на стене. Я отшатнулся, пригнулся. Второй луч ударил сверху, едва не задев плечо. Третий — снизу, заставив подпрыгнуть.
— Что за — выдохнул я, уворачиваясь от четвёртого.
Лучи посыпались градом, стараясь поджарить меня. Я принялся метаться между стеллажами, перепрыгивая через обломки, падая, вставая, снова отскакивая. Один из лучей чиркнул по руке — острая боль ожога тут же ошпарила разум.
Я вдруг понял, что же это за лучи такие.
«Щит».
Система защиты Архива, которую я сам активировал когда-то в западном крыле. Она реагирует на магические угрозы. И мой удар, мой дурацкий, отчаянный удар по стене, запустил её. Не полностью, не так, как тогда, но — запустил. Видимо, подпространство, в котором я заперт, находится совсем близко с реальностью, и система уловила магический всплеск. А уловив, активировала защиту. И сейчас я для Архива — враг.
— Отключись! — заорал я в пустоту. — Я свой! Сво-о-ой!
Я было скорее от безысходности, потому что я знал, что так «Щит» не работает и голосовые команды для него бесполезны.
Еще один луч ударил в стеллаж рядом, и тот рассыпался щепками. Я откатился в сторону, ударился головой о колонну, и на миг перед глазами всё поплыло. Черт!
Ругаясь и чертыхаясь, я с трудом поднялся. И весьма вовремя, потому что в ту же секунду очередной луч прожег пространство.
Отскакивая в сторону, я с ужасом обнаружил, что эти самые лучи и в самом деле прожигают пространство, оставляя на нем черные полосы. Ткань бытия тут очень тонкая, и магические эманации просто уничтожают ее. Там, где лучи попадают в стены или пол, пространство расходится, оставляя чёрные, пульсирующие дыры. Порталы? Нет, скорее разрывы или ожоги.
Я благоразумно решил, что нужно держаться подальше от этой черноты, но лучей становилось всё больше. Я забежал за стеллаж — он рассыпался от удара. Отпрыгнул влево — там уже зияла дыра. Вправо — ещё одна.
Пришлось выскочить в коридор между чёрными провалами. Пробегая мимо, почувствовал, как они притягивают, тянут меня, как магниты. Пол под ногами задрожал, с потолка посыпалась бетонная пыль, а плотность лучей стала такой, что уже сложно было увернуться от них. И в какой-то момент я оступился.
Не удержал равновесие, потерял опору. И полетел в темноту.
Я пытался ухватиться за край этого провала, но пальцы скользнули по чему-то холодному и гладкому.
Черт! Черт-черт-черт!
Падение. Я падал. Ветер засвистел в ушах, сердце ушло в пятки. Вокруг меня сомкнулась тьма, густая и не пробиваемая.
Падение было недолгим, вскоре я вновь почувствовал, как поверхность под ногами становится твёрдой. Как воздух наполняется запахами. Как реальность возвращается. Хотелось верить, что это мир, из которого я вернулся, но, судя по серозной вони, которая ударила в ноздри, я попал совсем в другое место.
Тьма начал рассеиваться, обнажая не радостную картинку.
Первое, что понял — стою на обрыве. Твёрдая, каменистая земля под ногами, изрезанная трещинами, из которых сочится бледный, фосфоресцирующий туман. Я поднял голову — и замер. В небе, высоко над головой, висели три луны. Огромные, неестественные, они заливали берег холодным серебристым светом. Одна — чуть красноватая, с пятнами на поверхности, похожая на старую монету. Вторая — голубоватая, гладкая, как стеклянный шар. Третья — жёлтая, с размытыми краями.
— Чтоб меня — только и смог вымолвить я, глядя вверх. Я никогда не видел таких лун. Ни в этом мире, ни в том, откуда пришёл. Понятно одно — я точно не в Петербурге. И даже не на Земле. Я был где-то в другом месте.
Внизу, у подножия обрыва, плескалось море. Чёрное, маслянистое, с редкими всплесками, на поверхности которого плясали лунные дорожки. А над водой, медленно, плавно, словно в замедленной съёмке, кружились странные существа. Прозрачные, желейные, они пульсировали в ритме, меняли форму, перетекали из одной в другую.
Красиво. Но красота эта была какой-то болезненной. Стало довольно скоро понятно, что в этом мире происходит что-то неправильное. Всюду, куда падал взгляд, проступали рваные, неестественные струпья: участки почвы, покрытые бурой коркой, похожей на запёкшуюся кровь. Сквозь корку сочился тот самый бледный, фосфоресцирующий туман. Он стелился низко, цеплялся за корни, обвивал стволы. Там, где туман касался деревьев, их серебристые метёлки тускнели, чернели по краям и осыпались серой трухой.
«Тут что-то случилось, — понял я. — Какая-то катастрофа? Может, война? Впрочем, не важно. Важно другое — нужно как можно скорее валить отсюда».
Я попытался призвать дар, но получил колкий удар прямо по голове. Откат. Да, слишком много магии я использовал, чтобы пробить стену. Нужно выждать. Сейчас дар работать не будет.
Я сделал шаг вперёд, и под ногой хрустнула корка. Туман зашевелился, потянулся ко мне, как живой, и я поспешно отступил.
Так, нужно быть осмотрительным. Сначала — осмотреться. Понять, как здесь выживают если выживают вообще.
Где-то вдалеке завыло — низко, тоскливо, совсем не похоже на вой волков или собак. Я поёжился и зашагал вдоль обрыва, ища спуск. Вниз, к морю. Туда, где, может быть, был кто-то, кто мог мне помочь.
Я спустился с обрыва, огибая больные участки земли, стараясь не наступать на корку заразы. Туман стелился низко, цеплялся за ноги, но я шёл дальше, вглядываясь в сумрак, подсвеченный тремя лунами. Серебристый свет делал всё вокруг призрачным, нереальным, словно я бреду не по земле, а по чьему-то тяжёлому, больному сну.
А это еще что
Впереди, у подножия скалы, я увидел тело. Оно лежало на боку, частично засыпанное песком и мелким камнем, и лишь тусклый отсвет лун выдавал металлический блеск. Я подошёл ближе, стараясь ступать тихо, но под ногами всё равно хрустело — сухая корка, мелкие ракушки, песок.
Мертвец был одет в доспехи. Не такие, как я видел в музеях или у аристократов на балах. Другие — более гладкие, обтекаемые, с вкраплениями тёмного, почти чёрного металла. Выкованные умельцем явно не из нашего мира. Предназначение некоторых частей амуниции и вовсе непонятно.
Кто ты, воин? Благородный рыцарь? Или бандит с большой дороги?
Боец лежал на правом боку, вытянув руки вдоль тела, словно решил вздремнуть.
Немного поколебавшись, я все же наклонился и осторожно перевернул тело. Доспехи скрипнули, и я увидел скелет. Человеческий череп, с выщербленными зубами, провалившимся носом, пустыми глазницами. Кости были старые, почти истлевшие — в некоторых местах сквозь них проросли какие-то странные чёрные нити, похожие на грибницу. Лобная кость треснута от тяжелого удара, который, видимо, и оборвал жизнь бедолаги.
Я осмотрел доспехи. Ржавые, но не развалившиеся — металл был удивительно прочным. На нагруднике, чуть ниже ключицы, я заметил выгравированный символ — сложный, с завитками, похожий на стилизованный меч, пронзающий звезду. Герб. Семейный знак. Может быть, имя.
Рядом, в песке, наполовину засыпанный, лежал меч.
Я вытащил его, стряхнул песок. Лезвие было длинным, прямым, с лёгкой долой — желобком, который тянулся почти до самого острия. Гарда простая, крестообразная, с небольшими шариками на концах. Рукоять обмотана промасленной черной кожей.
Я взвесил оружие в руке, проверяя баланс, и он лёг в ладонь так, будто всю жизнь ждал этого момента.
Я отступил на шаг, сделал пробный выпад. Лезвие рассекло воздух с тихим, едва слышным свистом. Хороший клинок. Кованый не на скорую руку, а с любовью и знанием дела. Я взглянул на скелет в доспехах.
— Тебе он уже точно не понадобится, воин. А вот мне возможно, спасет жизнь.
***
Я шагал по каменистой тропе, сжимая в руке меч. Три луны висели над головой, заливая берег мертвенным сиянием. Тишина стояла такая, что звон в ушах казался оглушительным. Ни птиц, ни насекомых, ни шороха ветра. Тишина эта давила на мозги, и я даже иногда намеренно шоркал ногами, чтобы услышать хруст песка и камешков и осознать, что не сплю и все это происходит со мной на самом деле.
Пнув подвернувшийся камешек, я вдруг краем глаза увидел какое-то еще движение.
Черная тень метнулась в сторону.
Я не успел рассмотреть его толком — только смазанное движение, блеск чешуи и запах гнилой рыбы, ударивший в нос. Реакция меня не подвела. Я отпрыгнул назад, вскинул меч, и тварь пронеслась в сантиметре от моих ног, врезавшись в скалу. Камень треснул, посыпалась крошка.
Я отступил еще на шаг, выставив клинок перед собой.
Тварь развернулась, и я наконец увидел ее. Каракатица. Это первое, что взбрело в голову. Хотя это была совсем не каракатица, потому что те живут в воде, а эта вполне прекрасно чувствовала себя на песке. Огромная тварь, размером с крупную собаку. Только у той каракатицы, что я видел в океанариуме, были гладкие красивые щупальца. У этой же покрыты наростами, похожими на роговые шипы, а вместо присосок — маленькие хищно раскрывающиеся рты с острыми зубами. Глаза — два черных вертикальных провала — горели красным блеском. Тело мерно пульсировало, переливаясь багровым и черным.
Тварь прыгнула снова. Я едва успел уйти в сторону, рубанув мечом наотмашь. Клинок скользнул по влажной коже, не причинив вреда, и тварь, взвизгнув, хлестнула меня щупальцем. Шипы разорвали куртку, достав до тела, содрали кожу на плече. Я заорал от боли и откатился, прижимая руку к груди.
Существо не остановилось. Еще атака.
Я вновь отступил.
Тварь издала гортанный булькающий звук, начала недовольно перебирать щупальцами.
Я перехватил меч покрепче. Сейчас главное не паниковать. В западном крыле Архива и не такое довелось увидеть.
«Что, закусить мной захотела? Не выйдет!»
Тварь снова прыгнула, и я на этот раз не стал уклоняться. Вместо этого я шагнул навстречу, пригнувшись, и с разворота рубанул снизу вверх. Меч вошел в мягкое подбрюшье, и черная, маслянистая жижа хлынула мне на руки. Тварь взвыла, дёрнулась, и я едва успел отскочить — щупальце с шипами пролетело над головой, вырвав несколько волос.
Еще атака, стремительная и яростная. Каракатица прыгнула на меня, решаясь на отчаянный шаг. Это была ее ошибка.
Я уклонился от выпада и вновь рубанул. Лезвие разрубило тварь надвое. Трепыхающиеся куски зловонной плоти упали на землю. Щупальца обмякли, безжизненно распластавшись по земле. Глаза потухли, превратившись в мутные белые пятна. Я отошел на несколько метров и опустился на камень, переводя дух. Плечо горело огнем, в боку кололо.
Но это сейчас не важно. Важное другое — я все еще был жив. В отличие от твари, рискнувшей напасть на меня.
Я глянул на меч. Не зря взял.
В полумраке, у подножия скалы, послышался еще один шорох. Я не стал ждать и побежал прочь, туда, где виднелись скалы — единственное место, где можно было укрыться.
Добравшись до туда, я с облегчением забился в расщелину между скалами, прижимаясь спиной к холодному, скользкому камню и стараясь дышать как можно тише. Меч я положил рядом, рукоятью под руку. Плечо саднило, но кровь уже почти остановилась. Я все оторвал от рукава небольшой лоскуток, перевязал рану. Потом поколдовал с одеждой, чтобы закрыть дырку. Получилось вполне неплохо.
Потом, немного отдохнув и собравшись с мыслями, прислушался к себе. Внутри — там, где обычно пульсировал дар — было пусто. Абсолютно, выжжено пусто. Откат, будь он неладен. Так не вовремя! Да и почему он вернулся, ведь я же с таким трудом добыл эликсир, спасающий меня от этих неприятностей? Впрочем, ситуация, в которую я попал, была весьма нестандартной и уповать на эликсир бессмысленно.
Нужно переждать. Да, именно так. Дать отдохнуть себе и дару. Набраться сил, а потом уже планировать и думать, как отсюда выбраться. С даром будет проще.
Я осторожно, очень медленно высунул голову из-за камня.
Вдалеке, на берегу, где черное море лизало больную землю, что-то двигалось. Ветер качает деревья? Нет, это не деревья. Какие-то фигуры. Их было несколько — штук пять, не меньше. Я прищурился, пытаясь разглядеть их в серебристом свете трех лун.
Сначала я решил, что это люди, даже обрадовался. Но потом, присмотревшись, похолодел. Нет, точно не люди. У фигур не было голов. Вернее, головы были, но расположены не там, где положено, а ближе к груди, сильно скошены. Вместо рук — крепкие, похожие на канаты щупальца. И передвигаются существа не как люди — странно, враскачку, переваливаясь с боку на бок.
Осьминоги!
Те самые, которых я видел в видениях, когда Кристалл показал мне армию Вожака. Те, которые пытались прорваться в Архив. И я уже не сомневался, что те, которые убили рыцаря в доспехах.
Они здесь. В этом мире. Точнее, я в их. Твою мать! Вот так попал! В самое осиное гнездо
Меня обдало ледяным холодом. Система защиты «Щит» Архива «удружила» мне, прорезала ткань бытия и выкинула в мир, где кругом сплошные враги.
Я отпрянул за камень. Так, не паниковать, нужно собраться с мыслями. И не отсвечивать, пока меня не приметили.
Я перевёл дыхание и снова выглянул. Осьминоги остановились в нескольких сотнях метров от меня. Они окружили что-то, но я не видел, что именно. Один из них наклонился — если это можно было назвать наклоном, — протянул щупальце, и в воздухе вспыхнула багровая вспышка. Она осветила всё вокруг, и я успел заметить развалины, похожие на остатки крепости, и еще одну фигуру — человека, привязанного к камню.
Человека?
Я напряг зрение. Нет, не человек. Идол, вырезанный из камня, сильно похожий на человеческую фигуру. Только вместо головы — кругляш с щупальцами, свисающими вниз, словно колтуны бороды бездомного доходяги.
Я замер, даже дышать перестал.
Существа замерли вокруг идола. Одно из них — видимо, главный — подняло щупальце, и из него вырвалась тонкая багровая нить. Она вплелась в статую, и та засветилась изнутри — тусклым, мертвенным светом, похожим на тот, что исходил от тумана. Нить оборвалась, и теперь уже от идола потянулись другие — к каждому из осьминогов. Они как будто соединились, образовав единую сеть. Я смотрел на это, затаив дыхание.
Ритуал. Они проводят какой-то ритуал. Что-то вроде питания или обмена энергией.
Существа замерли, их щупальца задрожали, переливаясь багровым и черным. Идол пульсировал в такт. Я уже хотел отползти обратно, переждать, когда они уйдут, но вдруг одно из существ — то, что стояло ближе всех ко мне — пошевелилось. Оно развернулось, и я увидел в его щупальце что-то знакомое, какую-то вещицу. Пригляделся и не сдержал вздоха удивления.
— Кристалл
Да, это и в самом деле был тот самый Кристалл, который создал Зарен и который что исчез из Фонда Ноль.
Тот самый, в который вместились практически все знания Архива.
Я сидел в расщелине, прижимаясь спиной к холодному камню, и смотрел на могущественный артефакт. Он пульсировал в щупальце одного из существ, переливаясь золотым, синим, багровым. Кристалл надо признать, что только с его помощью я смогу выбраться отсюда. Больше никак.
Но как заполучить заветный артефакт? Атаковать в лоб? Глупо. Их пятеро. Я один. Меч — хорошее оружие, но против магии, которой они владеют, он почти бесполезен. Дар молчит, зараза такой. Как же не вовремя!
Как забрать у них Кристалл? Дождаться, когда закончился ритуал? А что, если он закончится не так, как я ожидаю? Вдруг тут все полыхать синим пламенем начнет? Или с неба кислотный дождь пойдет? От этих тварей можно ожидать чего угодно.
Попытаться украсть артефакт, пока они спят? Но спят ли они вообще?
Тогда — засада? Один на один. Выбрать момент и напасть...
Выбор за меня сделала сама судьба — меня заметили...
Глава 4
Заметили...
Я замер, стараясь даже не дышать. Чего я ждал? Что монстр, идущий прямо на меня, подумает, что это ему все показалось? Бред, конечно, но таков уж разум людей. Как же мне хотелось сейчас стать невидимым, раствориться в воздухе и оказаться да где угодно, лишь бы не тут!
Тварь шла прямо на меня. Её щупальца скользили по земле, оставляя влажные следы, тело переливалось багровым и чёрным в свете трёх лун. Вот ведь гадина, мерзкая какая. А где же остальные существа? Кажется, им не до меня — продолжают ритуал. А может, и вовсе не обратили на меня внимания?
Что ж, если так, то расклад вполне неплох. Не все потеряно, ведь одна тварь — не армия. И если все сделать тихо, то...
Я сжал рукоять меча. На него сейчас вся надежда.
Тварь приближалась. Ещё шаг, ещё.
В тот момент, когда существо поравнялось с камнем, я выскочил.
Один удар. Резкий, хлесткий, от плеча. Меч точно вошёл в щель между головой и телом — туда, где кожа была тоньше, — и отделил голову от остального. Чёрная жижа брызнула в стороны, тело дёрнулось, забилось в конвульсиях и рухнуло. Голова покатилась по песку, оставляя тёмные, дымящиеся следы.
Переборов отвращение, я тут же схватил тело за щупальце, оттащил за камни, завалил обломками скал. Быстро, бесшумно, как мог. Потом сам отполз в сторону — в другое укрытие, в расщелину, где за камнями было не видно ни тела, ни крови.
И замер. Только дыхание — тихое, поверхностное, чтобы не выдать себя. Получилось? Не заметили?
Ждать пришлось недолго. Через несколько мгновений — секунду, две? — из-за поворота показалась вторая тварь. Она шла медленнее, осторожнее, конечности ощупывали воздух, тело пульсировало быстрее. Да, кажется, тварь что-то почувствовала. Запах крови сородича? Вполне возможно.
Паниковать и пугаться не было уже времени. Только ледяной разум. Я подпустил тварь почти к самому укрытию. А потом повторил успех — выскочил, рубанул.
Точнее, попытался
Меч скользнул по чешуе, не причинив вреда противнику. Тварь взвизгнула, хлестнула щупальцем — я едва успел пригнуться, шипы разорвали воздух над головой. Второй удар — снизу, в брюхо. Меч вошёл в мягкое, и чёрная жижа хлынула на руки, обжигая, дымясь. Тварь забилась в агонии, и я добил её, рубанув по шее.