Пятый осколок. Голос крови.

— Но как же Морготрас? — спросил Элиан, с трудом сглатывая ком в горле. — Он охотится за мной. Почему он не тронул вас?

— Душа Морготраса, лишенная тела, жаждет вернуть свои потерянные части, — объяснил Король. — Он не тронул меня, потому что я научился прятать тьму. Я создал Скрывающий Барьер над всем государством, сотканный из изнанки этой самой силы. Для него эти земли — пустота.

Король указал пальцем на грудь Элиана.

— А ты. Ты пока слаб, мой принц. Сила, просыпающаяся в тебе, зовет своего истинного хозяина, а он тянется к ней в ответ, как маяк в темноте. Но если ты примешь ее и научишься подчинять себе, то ни одно живое или мертвое существо не сможет причинить тебе вред.

Элиан робко кивнул. Страх отступал, уступая место решимости.

— Легенда гласит, что, когда все пять частей вновь соединятся, Морготрас возродится в полной силе и превратит мир в мертвую пустыню порядка. Наша цель — не дать этому случиться.

Элиан глубоко вздохнул. Страх никуда не делся, но рядом с ним росла решимость. Он выпрямился и твердо посмотрел в фиолетовые глаза Короля.

— Я готов учиться. Научите меня контролировать это.

Сильваниэль смотрел на него долго. В его взгляде читалась древняя мудрость и какая-то бесконечная, тихая печаль. Но затем уголки его губ дрогнули в легкой, едва заметной улыбке.

— Мужество — это не отсутствие страха, юный принц, — произнес он мягко. — Это способность действовать, несмотря на него. Ты обладаешь этим качеством.

Король медленно опустил руки. Тени, которые клубились за его спиной, послушно отхлынули, растворяясь в воздухе, словно дым на ветру. Фиолетовый огонь в его глазах погас, уступив место обычному, глубокому лиловому оттенку. Он снова стал просто эльфом. Высоким, величественным, но не пугающим.

Вейл'Нор, Эфирный Скиталец, издал тихий, мелодичный звук, похожий на звон хрусталя, и плавно опустился на плечо Короля, свернувшись в кольцо.

— Мы начнем завтра, — сказал Сильваниэль, и его голос вновь зазвучал ровно, без эха, заполняющего зал. — Сегодня тебе нужен покой. Твое тело и разум пережили слишком много потрясений за последние дни.

Родрик, который все это время стоял, затаив дыхание, наконец выдохнул. Его плечи заметно опустились, словно с них сняли невидимую тяжесть. Маг шагнул вперед, и в его глазах блестели слезы облегчения. Он положил руку на плечо Элиана.

— Ты справился, мальчик мой, — тихо сказал Родрик, и в его голосе дрожала гордость. — Ты сделал самый трудный шаг.

Элиан посмотрел на наставника, потом снова на Короля.

— Спасибо, ваше величество, — произнес он, склоняя голову в почтительном поклоне. — За то, что не отвергли меня.

Сильваниэль кивнул.

— Талассар — дом для всех, кто ищет убежища от тьмы, Элиан. А теперь ступайте. Отдыхайте. Завтра будет новый день, и он принесет новые испытания. Но вы не будете одиноки.

Король развернулся и медленно пошел к трону, его длинные серебристые волосы скользили по полу. Родрик коснулся локтя Элиана, направляя его к выходу.

— Идем, — шепнул маг. — Тебе нужно спать.

Утро в Талассаре пахло морем и жасмином. Элиан вышел во внутренний двор и зажмурился от яркого солнца. Несмотря на позднюю осень, здесь было тепло, как ранней весной.

Рядом, бесшумно ступая по светлому камню, шел стражник. Высокий эльф в легких серебряных доспехах. Он не произнес ни слова с момента, как забрал Элиана из спальни. Каждый раз, когда принц оборачивался, стражник лишь чуть шире улыбался — приветливо, почти по-детски открыто.

— Что можно здесь посмотреть? — спросил Элиан, чувствуя неловкость от тишины.

Стражник молча кивнул и плавно указал рукой на арку, ведущую за пределы дворца. Элиан вздохнул и пошел следом. Эльф последовал за ним, сохраняя дистанцию в несколько шагов.

Аллея вилась вдоль замковой стены, увитой плющом с серебристыми листьями. Вскоре аллея вывела его на широкую дорожку, вымощенную белым камнем. И здесь, за поворотом, открылся вид на город.

Элиан остановился. Он уже видел Талассар с моря, но сейчас, стоя в самом его сердце, он понял, что вчерашнее восхищение было только началом. Дома поднимались террасами, утопая в зелени. Между ними вились прозрачные мосты, по которым скользили эльфы в светлых одеждах. Где-то вдалеке звенела музыка — тонкая, едва слышная, похожая на перезвон капель.

В центре площади бил фонтан. Вода в нем кружилась, закручивалась в прозрачные воронки, перетекала из одной чаши в другую, создавая причудливые узоры. А внутри этих струй, кувыркаясь и играя, кружились существа. Они были похожи на того, что летал рядом с королем: небольшие, гибкие, без четких конечностей. Только маленькие. Размером с ладонь. Их тела переливались оттенками бирюзы и серебра.

Они извивались в воде, ныряли, выпрыгивали наружу, рассыпая вокруг себя мириады брызг, и снова уходили вглубь. Элиан завороженно смотрел на них. Одно из существ заметило его.

— Привет, — шепнул Элиан, сам не зная зачем.

Существо метнулось к краю бассейна, выпрыгнуло и брызнуло ему в лицо. Элиан зажмурился, чувствуя прохладные капли.

Затем снова выпрыгнуло к нему. Элиан вздрогнул, но не отшатнулся. Существо обвилось вокруг его руки — прохладное, скользкое, приятное, как шелк. Оно щекотало кожу, довольно урчало. Элиан невольно рассмеялся.

— Они не ко всем так милы, — раздался рядом мелодичный голос.

Элиан вздрогнул и обернулся.

На него смотрела молодая эльфийка. Она была невысокой, хрупкой, с круглым миловидным личиком, на котором играл легкий румянец. Волосы светлые, почти белые, с голубым отливом, словно иней. Они свободно спадали на плечи, обрамляя лицо. Но главное — ее глаза. Большие, теплые, карие, совсем не такие, как у других эльфов. В них плескалось живое, человеческое любопытство.

— Привет, — сказала она, слегка склонив голову набок. — Я Айрин ты, кажется, Элиан. Человеческий принц.

Она произнесла слово «человеческий» с такой интонацией, будто говорила о редком виде жука.

— Принц людей, — поправил он, и вышло это немного обиженно. Слово «человеческий» резануло слух, сделало его каким-то чужим, почти неодушевленным. — Меня зовут Элиан. Очень приятно.

Айрин моргнула, и улыбка ее стала чуть шире.

— Прости. Я не хотела обидеть. У нас редко бывают гости из мира людей. Я даже не знаю, как правильно говорить.

— Просто Элиан, — смягчился он. — А ты принцесса?

— Я? Нет. Я просто учусь в Академии. Хочу стать целителем. А ты чего тут стоишь с малышом на руке?

Элиан посмотрел на существо, которое все еще обвивало его запястье и довольно жмурилось.

— Оно само пришло.

— Повезло тебе, — Айрин подошла ближе. Стражник за спиной Элиана напрягся, но она не заметила. — Они выбирают тех, у кого сердце чистое. Говорят, они чувствуют тьму. Если бы ты был плохим, оно бы укусило.

— Укусило?

— Ага. Больно. И место потом чешется неделю.

Элиан невольно отодвинул руку с существом подальше. Айрин рассмеялась — звонко, искренне.

— Да шучу я. Они вообще не кусаются. Просто ты им понравился.

Существо согласно уркнуло и скользнуло обратно в фонтан, подняв тучу брызг.

— Какие они красивые, — сказал Элиан, глядя, как стайка малюток кружится в водовороте. — У нас таких нет. У нас вообще ничего такого нет.

— А какие у вас есть? — спросила Айрин. В ее глазах загорелось искреннее любопытство. — Я никогда не была в человеческих землях. Говорят, у вас там холодно и много камня. Это правда?

— Не везде, — пожал плечами Элиан. — Есть леса. Горы.

— А люди? — она чуть приблизила лицо. — Какие они? Я читала, у вас короткая жизнь.

— Ну наверное, — задумался Элиан. — Мы живем меньше. Но стараемся многое успеть.

— И уши у вас смешные, — выпалила Айрин и тут же прикусила губу.

Элиан почувствовал, как к