Солнце в зените

— Нет. Солнце успокоилось. Мы не убиваем уже много лет.

— А если снова начнёт?

— Тогда, возможно, придётся снова.

Он подошёл к ней, положил руку на плечо.

— Ты хочешь верить, Гвира. Я знаю. Я тоже хочу. Но иногда вера требует жертв.

Гвира отшатнулась.

— Вера всегда требует жертв, — прошептала она.

Она вышла. Свитки остались на столе.

***

Развалины оказались зданием. Металлическая дверь, приоткрытая. Изнутри тянуло холодом. Закар толкнул её.

***

Тамар стояла за углом, прижавшись спиной к холодной стене, и не дышала.

Она не хотела подслушивать. Просто проходила мимо, когда услышала голос Гвиры. Остановилась. Не смогла уйти. Стены здесь были тонкими, и слова пробивались сквозь них, как вода сквозь песок. Она слышала не всё — только обрывки, только отдельные слова. «Кровь», «еретики», «солнце требовало жертв». Она не понимала, о чём они говорят, но чувствовала — это что-то страшное. Что-то, что её подруга скрывает от неё.

Когда Гвира вышла, Тамар отступила в тень. Гвира прошла мимо, не заметив её. Лицо у неё было бледным, глаза пустыми. Она шла, не глядя по сторонам. Тамар не окликнула её. Она стояла в темноте и ждала, пока шаги не затихнут. Потом вышла из укрытия и посмотрела на дверь, за которой скрылся Авигдор. Она не знала, что он сказал Гвире. Но знала одно: теперь она будет следить.

***

Внутри горел свет — тусклый, голубоватый. Аварийное освещение. Воздух был прохладным — впервые за много лет Закар не чувствовал жара.

**

Тамар вернулась в комнату, где отдыхали младшие жрицы. Сёстры сидели на лежанках, переговаривались, чинили одежду. Тамар села рядом.

— Вы не замечали, что Гвира изменилась? — спросила она.

Несколько жриц подняли головы. Одна пожала плечами. Другая отвернулась.

— У неё свои заботы, — сказала третья. — Не лезь.

— Но я слышала, как она говорила с Авигдором…

— Ты ничего не слышала, — перебила старшая. — Иди молись. Это поможет.

Тамар замолчала. Она поняла: здесь ей не помогут. Её подозрения никому не нужны. Она вышла из комнаты.

***

Закар нашёл кран. Дёрнул — потекла вода. Пил долго, не отрываясь. Потом умылся. Впервые за много дней он чувствовал себя живым.

***

Тамар встретила Иону у выхода из храма, когда он уже собрался уходить. Она окликнула его.

— Иона.

Он обернулся.

— Что?

— Ты не замечал ничего странного в храме? В последние дни? — спросила она.

Иона нахмурился.

— Я почти не был в храме. А что случилось?

— Не знаю, — ответила Тамар. — Но… Моя подруга она изменилась. Постоянно пропадает в старых приделах, читает какие-то свитки. А сегодня я слышала, как она говорила с Авигдором. О чём-то страшном.

— Может, у неё какие-то обязанности, — пожал плечами Иона.

— Может быть, — Тамар не настаивала. Она не знала, что рассказать ему. Она сама не знала, что именно случилось. Только чувствовала — что-то не так.

— Ты веришь в солнце? — спросила она вдруг.

Иона удивился.

— Верю. А ты?

— Я хочу верить, — ответила Тамар. — Но иногда… иногда мне кажется, что оно не слышит.

— Оно слышит, — сказал Иона. — Просто иногда ответы приходят не сразу.

Тамар ничего не ответила. Она смотрела на алтарь, на желобки, уходящие в темноту.

— Я пойду, — сказала она. — Мне нужно молиться.

Она ушла.

***

Иона вернулся в казарму, когда солнце уже погасло. Небо было тёмным, только оранжевое зарево на горизонте напоминало о том, что солнце всё ещё там. В казарме было тихо. Другие стражники уже спали — кто-то храпел, кто-то бормотал во сне. Лежанка Закара была пуста. Иона смотрел на неё долго, потом разделся и лёг.

— Ну что, дождался? — раздался голос Аарона.

Иона приподнялся на локте. Аарон сидел на своей лежанке, чистил палку. Старый стражник, который не спал уже много лет.

— Нет, — ответил Иона.

— И не дождёшься, — Аарон отложил палку. — Я знаю, куда он пошёл.

Иона сел.

— Откуда?

— Я старый, но не глупый. — Аарон усмехнулся. — Нахаш перед смертью тоже туда ходил. Говорил, что ищет что-то. Что-то важное.

— Что?

— Не сказал. И тебе не скажу. Потому что не знаю. — Он помолчал. — Но знаю, что те места опасны. Не для всех.

— Закар сильный.

— Сила тут не при чём. Там другое. — Аарон посмотрел на него долго. — Ты когда-нибудь видел пустошь, мальчик?

Иона покачал головой.

— Я видел. Много лет назад. Мы ходили туда с отрядом. Искали диких. — Он замолчал. — Никого не нашёл. Зато нашёл… кое-что другое.

— Что?

— Не важно. Важно, что тот, кто туда уходит, не всегда возвращается. — Аарон снова взял палку, начал чистить. — Но если и возвращается, то уже не таким, как был.

Иона хотел спросить ещё, но Аарон поднял руку.

— Спи, мальчик. Завтра новый день. Может, он вернётся. А может, и нет.

Он отвернулся к стене. Иона остался сидеть, глядя на пустую лежанку Закара.

***

Ночь тянулась медленно.

Иона не спал. Слушал, как дышат другие стражники, как ветер гуляет по двору, как где-то далеко скрипит колодезное колесо — хотя колодцы в городе давно высохли, и он знал, что ему просто чудится. Несколько раз ему казалось, что он слышит шаги. Он садился, всматривался в темноту, но никого не было. Только тени.

Гвира не спала. Сидела в своей келье, прокручивая в своей голове свитки, которые оставила у Авигдора. Она надеялась най