УЗНИКИ ЭМОЦИЙ. Книга 2: «ОМЕГА»

Глава 1. Выгорание

После работы наверху, в институте нейропсихологии, новое место, где проводил эксперименты доктор наук Иван Сергеевич, оказалось напряжённым для него самого и его помощников.

Институт «Гармония» славился уровнем технического оснащения. Но после полного засекречивания проекта, над которым работал Иван Сергеевич, из лабораторий под основным зданием создали, в прямом смысле, двойной бункер. Просторное помещение, куда хоть как‑то проникал солнечный свет, углубили и в центре, среди колонн, выстроили ряды металлических помещений. Экранирование требовалось, чтобы исключить любые излучения, способные скомпрометировать исследования.

Последний год он и его команда работали, по сути, в консервной банке без света. Порой было непонятно — день или ночь: времена года не распознавались в стенах этой безумной подземной конструкции.

Иван Сергеевич давно привык к условиям, почти к жизни в такой обстановке. Металлические стены с мягкой на ощупь звукоизоляцией снаружи и красивой отделкой внутри казались сносным решением — но дневного света они никогда не видели и не увидят, как и те, кто находился внутри.

Люди приходили зимой, когда ещё темно, а уходили, когда уже темно. Для некоторых солнечный свет и тепло были чудом — как северное сияние или запах утренней росы. Коридоры подземелья оснастили лампами дневного света. В отчётах по условиям труда значилось, что они эритемные и вырабатывают витамин D, — но психологический груз всё равно накапливался.

Сотрудники пытались создать уют: подпольно принесли телевизор и вывели наружу антенный кабель; кто‑то устроил тренажёрный зал — принёс в пустую комнату скамью для пресса и гантели. В коридоре приспособили трубу для подтягиваний между креплениями вентиляционных шахт.

Эта способность приспосабливаться поражала доктора наук. Он понимал: лишать людей маленьких радостей кощунственно — особенно с учётом того, какими исследованиями они занимались. Порой ему казалось, что все работники, включая его самого, стали частью какого‑то большого эксперимента.

Глотком воздуха для Ивана Сергеевича были две вещи: лекции по курсу «Нейропсихология и практика управления сознанием» и редкие поездки в «Заполярье» — северный «филиал» института.

«Заполярье», впрочем, было скорее колонией‑поселением, куда отправляли неугодных учёных якобы на повышение. Там царил жёсткий контроль, но, по слухам, работникам жилось спокойнее, чем «на материке». Иван Сергеевич согласился бы уехать туда навсегда — но репутация и преданность системе не позволяли высказать такую мысль.

Карьера доктора наук взлетела после разработки «Считывателя», и он остро осознавал груз ответственности. Год назад смерть одного из испытуемых едва не лишила его всех наработок за пять лет — той самой «библии» исследований, что была частью его самого. Тогда он понял: чтобы сохранить дело жизни, придётся соглашаться на любые условия.

День за днём Иван Сергеевич видел: коллектив топчется на месте, люди отвлекаются на странные занятия. Чтобы это предотвратить, он выходил из кабинета, ходил по бетонному полу, заглядывал в отделы и привычно спрашивал, как продвигается работа. Но нового ничего не было — и это угнетало сильнее, чем сама металлическая клетка лаборатории.

Как и прежде, доктор наук шёл по коридору и заметил бурно общающихся сотрудников. Он подошёл к «толпе» из трёх человек и увидел старый пожарный ящик с песком. Крышка была открыта — на поверхности лежал истлевший скелет какой‑то рыбы, непонятно откуда взявшийся. Песок, видимо, привезли с берега и хранили здесь годами. Бедняга с плавниками застыл с открытым ртом, удивительно натурально — словно экспонат из музея биологии попал в катакомбы лаборатории.

Иван Сергеевич слышал споры: одни считали, что это сделано специально, другие отвечали — неважно, сам факт появления скелета в унылом коридоре заслуживает почтения.

Он невольно подумал: если так пойдёт дальше, они сами превратятся в ходячих скелетов — или уже превратились. От этой мысли стало не по себе.

Вернувшись в кабинет, доктор наук понял: надо что‑то решать. Выгорание было налицо. Всё давило вокруг, мешало сосредоточиться. Нужен был глоток технической свежести.

Завтра, по плану, очередная лекция у первокурсников. Иван Сергеевич не знал, что именно на ней он получит то, чего так желал.

Глава 2. Лекция

На столе лежал ворох бумаг. Складывалось впечатление, что у Ивана Сергеевича такой же хаос и в голове. Но, скорее, позитивный. Постоянный объём выполняемых задач — будь то подготовка к лекции или размышление о векторе дальнейшей работы лаборатории — добавлял внутреннее чувство заполненности: дело движется. Пусть не туда, но хоть куда‑то.

Серьёзный подход сбивала какая‑то надвигающаяся пустота. Иван Сергеевич всячески пытался её заглушить умными беседами со своим помощником Александром Волковым, несмотря на то что тому ещё не было 30. Вдвоём они могли беседовать в кулуарах железного подполья до глубокой ночи, рассуждая, какие ещё разработки, кроме «Считывателя», они смогли бы сделать. Но эта болтовня не давала ровным счётом ничего, кроме прожигания очередного рабочего дня и нерабочего вечера.

Первый учебный год для первокурсников почти шёл к завершению, и они усердно накапливали знания, конспектируя каждый жест основателя «Гармонии». Иван Сергеевич буквально притащил Александра на лекцию, чтобы хоть на несколько часов, слушая фоном лекции, побыть на весеннем солнце, которого так не хватало всем «узникам» железного подземелья. Создатель «Считывателя» иногда называл их «детьми подземелья», но в этой шутке скрывался смысл. Он шутил, но понимал, что это не так смешно, как кажется.

Иван Сергеевич смотрел на студентов и видел в их глазах полное погружение. Это было хорошо. Но он хотел видеть появление в их глазах творчества, стремление к исследованиям и, в целом, рвение к науке. Пока было видно лишь стремление записать всё, что он говорил и рассказывал.

Большие окна гигантской аудитории, где ярусами полукругом размещались почти 200 человек, освещали весенним солнечным светом абсолютно всё. Вдруг он заметил лицо одной из студенток. Она слушала его, но уже почти тридцать минут с момента начала лекции смотрела в окно. Её глаза были чуть прикрыты, а на лице был румянец и неспадающая улыбка, немного прикрытая золотистыми прядями волос.

Эта картина, представшая его взору, напоминала Ивану Сергеевичу его прошлое, его детство. В этом беззаботном взгляде было много позитива и теплоты, а окружавшие лучи солнца добавляли всему увиденному некую таинственность. Казалось, что это и есть полная гармония человека и природы, несмотря на изучение науки в стенах «Гармонии».

В какой‑то момент на небе появилось небольшое облако. Буквально вмиг солнце пропало. Почти все в аудитории облегчённо вздохнули: в 1985 году ещё не было кондиционеров, и такое количество света несколько мешало дневному поглощению науки.

Иван Сергеевич увидел: лицо девушки мгновенно сменилось суровым выражением. Глаза открылись, она повернулась и посмотрела прямо на него. В свои 39 лет он не видел такого взгляда никогда. В нём была сама наука, и он не осознавал до конца, кто перед ним; он даже не вспомнил фамилию студентки.

«Лина…» — вспомнил он. — «Да, это она».

Он начал перебирать вчерашние курсовые по тематике «Гормоны и их влияние на эмоции» и подсознательно искал папку обладательницы этого взгляда. Надев очки, он наконец нашёл её. Открыв, он увидел аккуратный почерк и маленький треугольник, нарисованный на каждой странице. Раньше он не встречал таких пометок. Стороны треугольника были ровными, но нарисован он был не сразу, а по отдельности — каждая сторона в разное время, так как иногда было видно, что линии накладывались на лист бумаги не в один момент.

Резкая смена мимики студентки разжигала внутренний анализ Ивана Сергеевича всё больше.

Александр Волков заметил, что профессор прервал лекцию и смотрит прямо перед собой — на папку.

— Всё нормально, Иван Сергеевич? Всё хорошо? Что с вами? — спросил он.

Далее последовала пауза, и в аудитории воцарилась тишина. Студенты услышали голос помощника, и вся аудитория синхронно подняла взгляд на преподавателя.

Иван Сергеевич не видел ничего и никого вокруг — он прислушивался к своим мыслям и ждал отклика из самых глубин своего мозга. Он был уверен, что именно сейчас, именно в этот момент происходит нечто очень значительное.

Он поднял взгляд на окружающих. Зал как будто ждал, что он скажет в следующий момент. До конца третьей лекции оставалось 15 минут. Его взгляд нахмурился.

— На сегодня всё. Все могут быть свободны, — произнёс он.

Александр Волков встал первым и подошёл прямо к доске, встав рядом с Иваном Сергеевичем. Тот обернулся, не вставая из‑за стола.

— Саша, кажется, я нашёл то, что мы искали, — сказал он.

Лицо Волкова выражало не удивление, не восторг, а скорее ужас. Иван Сергеевич увидел это и понимал почему. Многие беседы не прошли мимо его собственной реальности. Александр знал, на пороге чего они стоят. Он увидел в глазах доктора этот отчётливый, ни с чем не сравнимый пожар.

Они оба молчали. Студенты выходили молча из аудитории. Одной из последних выходила Лина. Иван Сергеевич проводил её взглядом. Александр заметил это, но не до конца понимал смысл происходящего.

Ясно было одно: Иван Сергеевич нашёл ответ на один из значимых вопросов, которые они обсуждали уже много недель.

— Саша, нам срочно надо вернуться в лабораторию. Я всё объясню, — сказал он.

Не дожидаясь ответа Александра, он взял одну папку со стола. Остальные Александр быстро собрал в стопку и пошёл за ним вслед.

Глава 3. Таинственный треугольник

Они зашли в просторный кабинет директора «Гармонии» и, как обычно, уселись за переговорным столом друг напротив друга. Иван Сергеевич не любил сидеть в своём рабочем кресле: он предпочитал постоянно перемещаться по лаборатории и кабинетам. Но если приходил Саша, обязательным атрибутом их разговоров и застолий был кофе или чай — обязательно с чем‑то сладким.

Разговор должен располагать собеседников друг к другу и вызывать положительные эмоции, которые неизбежно появлялись от потребления любимых напитков и сладостей. Любая беседа шла на позитивных тонах, и со стороны это выглядело не как мини‑учёный совет двух светил, а скорее как чаепитие двух закадычных друзей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.