Комплекс превосходства: Следствие

File0: Backstory

Ключевой лор:

Существуют лишь две расы, которые смогли дожить до событий, происходящих в начале XXXII века — рексы и серви.

Когда-то по вине сбоя ИИ, управлявшего вооружением, ядерные заряды нанесли планете непоправимый ущерб, тем самым вызвав экологическую катастрофу. Выжившими оказались люди, оказавшиеся в момент катастрофы за толстыми стенами в привилегированных городах, спрятанных под куполами. Также им удалось сохранить большинство технологий. Впоследствии люди смогли наладить связь с другими закрытыми городами, восстановить железные дороги, подключиться к виртуальной сети. Города под куполами и прилегающие территории назвали Островами. Там есть все необходимое для безопасной жизни. Развитие ИИ в этих городах находится под строжайшим запретом, однако есть примитивные роботы и конвейеры.

После создания человекоподобных мутантов люди стали называть себя рексами и диктовать новой расе, названной серви, условия для жизни. Серви являются следствием экспериментов XXXI века, целью которых было выведение рабочей расы и прекращение использования ИИ. Каждая порода создана для определенных рабочих областей.

Основные отличия молодой расы от древней в иной анатомии: измененное строение ног и головы, а также продленный позвоночник, оканчивающийся хвостом. Шерсть у мужчин этой расы прорастает на задней части шеи, руках, ногах и по контуру лица, реже — на спине, тогда как у женщин — только на ногах до колен, реже — на руках. Волосяной покров плотнее, чем у людей высшей расы и обычно выбивается и полностью прорастает после двадцати лет. Рост, длина хвоста, цвет шерсти/кожи и форма ушей зависят от породы серви (кот домашний, ягуар-меланист, ирбис, лев, пума, тигр, гепард). Представителям расы не принято давать имена и фамилии, вместо них им достаются клички. Со временем рексы смогли обеспечить серви всем необходимым для жизни, но так и не дали политических прав, не разрешили получать высшее образование и менять работу, а занимать руководящие должности удавалось лишь единицам из числа приниженной расы.

Далеко не все серви были довольны своими условиями. Особо отважные из них бежали из городов за стены и обосновывались в развалинах. Из этих территорий развились теневые (тюремные/мафиозные) сектора. Сегодня они представляют собой огромные обжитые территории с отстроенными высотками и хаотичными пристройками. В этих секторах царят свои законы.

В этом мире люди презирают альбиносов за их отталкивающую внешность. И рексы, и серви считают альбиносов неадекватными и стараются держаться от них подальше. Но порою находятся те, кто считает, что белые ничуть не хуже обычных людей.

***

В предыдущей книге:

Блэк и Уайт — белые братья-близнецы, представители серви рода тигров, выполнявшие работу по исполнению смертных приговоров. Блэк был образцовым исполнителем, тогда как Уайт мог служить только помехой для выполнения поручений из-за своей врожденной аномалии — эмпатии. Уайт считал свою эмпатию проклятием и думал о том, что он слишком слаб для той жизни, которая была продиктована его породе рексами.

Их жизнь протекала без особых забот до тех пор, пока им не поручили ликвидацию мужчины-рекса и его сына из-за нарушения запрета на союз рекса и серви. По вине Уайта задание было частично провалено. Ребенок, рожденный от запретной любви, спасен Уайтом ценой разрушения жизни главных героев, которых бы самих казнили за отказ от выполнения работы.

После своего бегства за барьеры в мегаполис, не закрытый куполом, Блэк и Уайт попадают в больницу, которой заведует вирусолог Агата Картер. Молодая женщина принимает их с бежавшим вместе с ними ребенком. Мальчик в скором времени покидает их, отправившись искать свое место в теневом мегаполисе. В первые дни пребывания герои знакомятся с главами мафиозной семьи Норфолк — Биллом и Отисом. Билл начинает покровительствовать героям, мотивы остаются известными только ему.

Также после бегства героев в мафиозный сектор на их поиски с целью ликвидации были отправлены бывшие соратники — Даффер и Нудл. Будучи абсолютными новичками с неслаженной работой они не справляются с поручением и изгоняются из системы правительственных земель в конце первой книги. По ходу сюжета они то и дело конфликтуют друг с другом, и при этом узнают друг о друге больше. Даже когда их перестали связывать рабочие отношения, они так и не смогли разойтись.

Тем временем в атакуемом непогодой мафиозном секторе под покровительством мафии жил информатор сектора Лайон, заведовавший регистрацией жителей в системе Теневой сети. Анархист и бандит, он больше всего презирал рексов и принятый под куполом режим.

Также в секторе распространяется опасная болезнь, похожая на бешенство, но куда более смертоносная. Мафиозная семья предпринимает мелкие попытки контролировать ситуацию, но их оказывается недостаточно.

В ходе истории Уайт получает работу бармена в заведении, подконтрольном мафии, а Блэк заражается новым вирусом. Уайт влюбляется в танцовщицу клуба, и пока он налаживает личную жизнь, уже готовясь хоронить Блэка, брат самостоятельно поправляется, а Агата Картер задается вопросом о том, как так получилось. После изучения состава крови Блэка Агата делает изумительное открытие, коим является особый иммунитет. Это открытие стало тайной Блэка и Агаты, и тайну эту они скрыли от Уайта.

Есть предположение, что их иммунитет развился из-за влияния Девятого Острова — закрытой колонии, в которой братья родились. На этом Острове перерабатывались отходы из разряда опасных и особо опасных, а также проводились испытания биологического оружия. После изучения болезни Агата утверждает, что новый вирус был выращен в лабораторных условиях, и единственное место, где такое можно создать — Девятый Остров.

В конце первой книги (Причина) в сектор направляется армия для контроля ситуации с вирусом, так как вирус начал проникать под купол. Наступает информационная изоляция Острова. От пули солдата на глазах Уайта погибает Флай, к этому времени заразившаяся новым вирусом.

Об открытии иммунитета братьев узнает Лайон. Раскрыв свойства крови Уайту, которые скрыли от него Блэк и Агата, Лайон заручается его доверием, привлекает его к плану по наведению своих порядков в обществе и вживляет имплант, способный помочь устранить эмпатию. Уайт страдает от осознания, что мог бы спасти Флай, если бы знал о свойствах своей крови.

Блэк узнал о том, что глава мафии Билл Норфолк — их с Уайтом отец. Тот самый надзиратель, который в молодости бежал из Девятого Острова, где родились Блэк и Уайт. Билл обрадовался, когда Блэк передал ему жетон с кодом доступа к базам данных Девятого Острова. Армейский жетон Блэка, который в детстве передала ему мать, когда-то принадлежал патрульному колонии. Этим патрульным и являлся Билл. Блэк хотел сообщить обо всем Уайту, но было поздно: его контакт стал недоступным.

Файл1: Беспокойство

3100 г.

Island 3 (бывш. Лос-Анджелес)

Все больше районов погружалось в зловещую, гробовую тишину. Вдоль дорог множились заколоченные здания, в которых ликвидаторы оставили умирать инфицированных людей. Внутри зачумленных зданий военные заранее размещали камеры для наблюдения за зараженными, чтобы лучше изучить все стадии заболевания. Телевещание в теневом секторе перекрыли до особого распоряжения президента. Однако работало местное радиовещание, которое рекомендовалось оставлять включенным, чтобы отслеживать экстренные новости. Выход в глобальную сеть блокировали для жителей всего Острова, чтобы никто из местных не сообщил жителям иных Островов о происходящем на Тройке.

Недавно по радио один из патрульных отрядов передал тревожное сообщение о встрече с неописуемо уродливой тварью. По словам иных солдат, связь с тем отрядом после того рапорта оборвалась.

Вечер. Блэк спустился по лестнице, зажатой между стенами и вышел из переулка на более-менее оживленную улицу, залитую светом ламп. Огляделся. Справа военные развернули палаточный лагерь, перегородив дорогу, а вместе с ним и контрольно-пропускной пункт с целым рядом серых металлических арок. Редкие прохожие обеих рас брели через эти рамки, и каждый раз детекторы над их головами издавали короткий, монотонный писк, подтверждая, что у идущих нет повышенной температуры.

Во всех общественных местах, на перекрестках и внутри заведений тихо гудели подвижные объективы камер, фиксируя все, что происходит. У каждого солдата был доступ как к трансляции любой из камер, так и к огроменной базе биометрии каждого жителя трущоб. Спрятаться от военных теперь было практически невозможно.

У входа в метрополитен Блэка остановил ликвидатор. На фоне остальных прохожих белый тигр и военный лев казались великанами. Солдат молча вскинул сканер, мазнул холодным лучом по лицу Блэка, сверяя биометрию с базой, и сухо кивнул, разрешая пройти. Проводив уходящего солдата угрюмым взглядом, Блэк пошел дальше, начав спускаться по ступеням вниз к станции монорельса.

***

Дверь в лабораторию Агаты тихо раздвинулась, пропуская хмурого Блэка. Главврач подняла голову, отвлекаясь от предметного стекла микроскопа. Одного взгляда на помрачневшего тигра ей хватило, чтобы понять, что случилось нечто плохое.

Тихо трещало радио из ее включенных наручников, ожидая вестей.

— Его нет, — вместо приветствия выдохнул Блэк. Он подошел к столу и тяжело оперся на него ладонями. — Уайт исчез. Контакт отключен, маяк потух. Последний раз его засекли в районе твоей клиники.

Блондинка высшей расы сняла защитные очки. На ее усталом лице отразилась смесь тревоги и понимания.

— Да, я заметила. Есть идеи, куда он мог пойти?

— Каким он был, когда вы виделись?

— Он был очень зол. Но я его понимаю. Погибла девушка, которую он полюбил. Умерла практически на его руках.

— А я его даму сердца так и не оценил, — хмыкнул Блэк.

— Флай была скромной девочкой, хоть и работала танцовщицей с «дополнительным прайс-листом». Вскружила нашему мальчику голову. Обратись ко главе сектора, может, он что-то подскажет.

И ведь правда, стоит попробовать связаться с главами теневого сектора — Норфолками. Кивнув, Блэк развернулся и вышел из лаборатории. Агата проводила его взглядом и вздохнула.

— Слушай, — говорил Блэк в микрофон своих наручниковТак называют наручные компьютеры (сокращение — НК). Состоят из двух браслетов и экрана. Отдаленно действительно напоминают наручники., шагая по коридору, — тут такое дело: брат у меня пропал.

— Что значит «пропал»? — спросил Билл. — Не можешь с ним связаться?

— Не могу. Не хочешь помочь с поисками?

— Я поспрашиваю по поводу него. Однако у меня есть кое-какие подозрения

— Какие?

— В общем, Дакота сказал, что Лайон исчез.

— Что за Лайон?

— Ну ты даешь, сынок. Информатор наш.

Блэк остановился посреди коридора, вспоминая. Точно, информатор. Тот мутный тип. Блэк успел забыть о существовании этого большого черного уродца. А ведь Уайту он, помнится, понравился. Блэк опустил ушки. Если Уайт теперь в логове Лайона, то, выходит, Блэк — плохой брат, который не уследил за родственничком, не оградил его от плохих людей.

— Зайди ко мне, — попросил Билл. — Я тебе жетон отдам. И заодно пообщаешься с моим братом, он с Лайоном ладит. Может, знает, где они оба пропадают.

***

Башня Цитадели. В небольшом помещении над цехом сидели оба брата из семьи Норфолк. Крепкий старик в мантии и молодой накачанный блондин в мятой рубашке. Развалившись в углу на черных кожаных диванах за низким журнальным столиком, братья из высшей расы буравили друг друга хмурыми взглядами. Их сведенные брови выдавали только что утихший спор. Отис даже не курил привычную электронную сигарету. На вошедшего Блэка они даже не взглянули. Наверное, источником их ссоры стало то, что стало известно Норфолкам благодаря коду с жетона, который они сегодня получили из рук Блэка. Но самому Блэку не были интересны их распри.

Блэк прошел вглубь помещения и остановился у широкого панорамного окна. За стеклами видно, как внизу в зале кипит автоматизированная работа: по лентам траволаторов неспешно плывут тары с темными стеклянными бутылками, большие клешни синхронно перемещают эти тары, то подставляя их под массивные цилиндры, то убирая на другую ленту. Из цилиндров в узкие горлышки бутылок вливался алкоголь.

— Молодец, что пришел, — подал, наконец, голос Билл. — Садись к нам, Блэк, не стесняйся. Вот, возьми.

Белый прошел к столику и забрал жетон, который ему протянул седеющий старик. Но садиться не стал. Сидевший у стены напротив Блэка Отис поднял на него глаза. В его тяжелом взгляде мелькнул интерес.

— Ну привет, племяшка, — сказал он. — Где второй?

— Пропал, — Блэк застегнул за шеей цепь, на которой тускло блестел жетон. — И поэтому я здесь. Есть подозрения, что его скрывает твой дружок.

Отис недоверчиво хмыкнул и скрестил массивные руки на груди.

— И зачем же он ему понадобился?

— Спросишь у него сам. Этот урод вашу расу терпеть не может, а ты с ним дружить пытаешься. Уверен: он спит и видит, как тебя с Биллом прирезать.

— Да откуда тебе знать, что у него на уме? — процедил Отис. — Да, Уайт наверняка с Лайоном, так как я сам советовал ему пойти к нему. Вероятно, они оба в логове клана «Прайд». Но Лайон не причинит Уайту вреда. Он не такой урод, каким ты его малюешь.

— Нашел, куда мальца отправить, — заворчал Билл на Отиса. — Лучше бы клубом занимался, а не с этой швалью уличной возился. Вот глянь на меня: я ни разу не приходил в логово Тонгва и держу связь с ними на расстоянии. И все в порядке. Их лидер сам высылает отчеты обо всех их планах. Лайон не видит в тебе авторитета как раз из-за того, что ты с ним сюсюкаешься вместо того, чтобы на место поставить.

Отис насупился и парировал:

— А не потому ли ты для их лидера авторитет, что он тебе жизнью обязан за свое положение?

— А Лайон нам не обязан? Он точно так же занимает свое место лишь потому, что мы его туда поставили.

Отис утомленно вздохнул.

— Да этот ваш Уайт как побитая собака ходил. А попав в клан, он хоть увереннее держаться начал, — он покосился на Блэка. — Рядом с Лайоном он нашел ту защиту и то понимание, которых ты ему дать не смог.

Не фраза, а удар под дых. На миг Блэк растерялся. В груди разлилась обида. Он с самого детства оберегал своего брата, отгонял обидчиков во время их с Уайтом обучения, делал за него всю грязную работу. И даже сейчас он делает все, что может, лишь бы Уайт был в безопасности.

— Да что ты знаешь о том, сколько я для него делаю, — огрызнулся Блэк.

— Да видно, сколько, — промычал Отис.

— Отведи меня к своему дружку.

— Увы, не могу. Ни я, ни Билл, никто из нас не в праве раскрывать местоположение кланов. Только их публичные главы. Ищи другого проводника.

Посверлив Отиса недовольным взглядом, Блэк развернулся и размашистыми шагами покинул помещение, оставив братьев Норфолк наедине с приглушенно гудящим внизу конвейером. Просить еще о какой-либо помощи здесь бесполезно: договоренности между мафией и рейдерами с окраин важнее семейных уз.

Зато теперь Блэк понимал, где стоит искать Уайта. Но понятия не имел, как туда добраться. И пока он спускался на лифте, пропахшем сладковатым дымом от электронки Отиса, кончик его хвоста нервно дергался. Ему было больно думать о том, что Уайт добровольно ушел к Лайону. Блэк прислонился спиной к стенке лифта. Сжал кулаки. Коготки впились в ладони.

«Идиот. Ну какой же ты идиот, Уайт», — крутилось в его голове.

Уайт всегда был правильным и мягким. Он верил, что в мире можно найти справедливость. Но Лайон Как Уайт мог поверить этому черту? Как же он глуп, как доверчив. Лайон сожрет его. Даже не подавится.

Блэк прикрыл глаза, откинув голову к стенке. Разжал пальцы. Что, если Лайон уже все знает? Что, если прямо сейчас Уайта держат на цепи и выкачивают из него кровь? От этих мыслей к горлу подступал комок бессильной ярости. Белый открыл глаза и уставился на медленно сменяющиеся цифры этажей на панели.

***

Блэк спустился в мастерскую изобретателя, который также являлся лучшим другом Билла и гробовщиком сектора. В царство Дакоты — подвал Цитадели. Стеллажи здесь, как обычно, завалены причудливыми жестянками.

— Ох, Блэк, вряд ли я тут чем-то помогу, — говорил низкорослик породы «домашних», когда Блэк попросил о помощи. — Я в курсе того, кто умер, кто жив, но вот местоположение только если тот, кого ты ищешь, случайно попался на камеры в центральном регионе. Давай-ка глянем рядом с тем местом, где он исчез

Голограммный экран, висевший над креслом, подсвечивал сосредоточенное лицо Дакоты. На экране одна за другой в быстром темпе прокручивались видео, снятые с уличных камер. На одной армейские ликвидаторы расстреливают группу местных жителей. Там были и серви, и рексы. На второй все спокойно: разношерстные прохожие прогуливаются вдоль улицы. На третьей чумазые дети весело пинают жестяную банку вместо футбольного мяча. На четвертой троица полуголых девиц лениво зазывает людей в местечковый бордель. А вот на пятой камере уже попался тот, кого искал Блэк.

— Стопай.

Быстрая перемотка сменилась на обычное воспроизведение. Качество картинки паршивое, но силуэты читались четко. На видео — неширокая улочка между высотками, посреди которой — закрытый люк. Встав на колени, черный лев отодвинул круглую крышку люка. Он коротко кивнул, пропуская в темноту следовавшего за ним Уайта. Вскоре Лайон спустился следом и задвинул за собой люк.

Блэк подался вперед, нависнув над головой сидевшего в кресле Дакоты.

— Что под крышкой?

— Канализация, — Дакота пожал плечами. — Хрен знает, что они там забыли. Хотя Скорее всего, они этими стоками до логова добираются. Но даже если это так, Блэк, я не советую тебе спускаться в одиночку, — он глянул на тигра. — В этих каналах водятся крысы, и размерами они побольше, чем те, которые на свалках шастают. Да и без понимания, в какой именно области расположено гнездо их клана, ты их не найдешь даже с картой каналов. Это самоубийство. Ты сгниешь в этих лабиринтах. Тебе нужен кто-то, кто знает, как туда добраться.

***

Когда Даффер вернулся на закате, то ему сначала была неловко идти к главврачу. Но нужно. Больше тигр не знал, куда идти. Как, впрочем, и все те люди, которые бродили по залу больницы, сидели и даже лежали на лавках.

Сама главврач клиники — Агата Картер — стояла в зале у автомата с быстрым перекусом. Выслушав робкий вопрос брюнета по поводу временного пристанища, Агата устало потерла переносицу. Бегло окинула взглядом ту толпу, которая ожидала размещения.

— Боюсь, в нашем общежитии сейчас не предвидится свободных коек, — сказала она и снова подняла глаза на высокого человека. — Нам даже этих бедолаг разместить негде. Могу предложить только кладовую и спальный мешок. Помещение крошечное, но тебе там места хватит. Однако у меня будет условие. Думаю, догадываешься, какое.

— Поработать на тебя? Не вопрос, но я мало смыслю в медицине. Нас учили только первой помощи, да и то спустя рукава.

— Сейчас мне нужны не только медики. Очень не хватает сильных рук для физической работы, которая не требует особых навыков. Погрузить, разгрузить, перевязать несложные раны Ну и усмирить буйных, если понадобится.

— Буйных?

— Иногда к нам приходят неустойчивые типы, которые любят права качать. Они могут нападать на персонал. Справишься?

Даффер согласился. Работа обещается простенькой. И первым поручением оказалась разгрузка ящиков с контрабандой, привезенной с соседних Островов.

Благодаря тайным соглашениям с армией Альянса, в больницу ввозятся медикаменты и расходные материалы в обход официальных квот. Это был взаимовыгодный обмен между мафией и властями Тройки: мафия гарантировала военным караванам безопасный проход из пустошей к купольному городу через центральный регион, а глава города в ответ снабжал клинику едой и предметами первой необходимости. Возвращаясь домой, караваны передавали теневому сектору гуманитарную помощь, а самое ценное везли дальше, к стенам города.

Небольшое старое помещение приемной освещалось тусклым желтым светом. У входа — ряд деревянных ящиков. Как оказалось, те военные, которые вошли в сектор, прибыли не только для того, чтобы убить зараженных, но и чтобы пожертвовать клинике медикаменты.

Первый ящик — лекарства. Довольно распространенные, но очень нужные. Жаропонижающие, анальгетики, антибиотики. Подхватив ящик, Даффер вышел в коридор.

— Не тяжело? — спросила Агата, когда Даффер переступил порог лаборатории.

— Нормально, — коротко ответил он. — Полагаю, здесь нужно оставить не все?

— Да, только часть. Поставь, я посмотрю, пока ходишь за следующим.

Второй ящик — бинты, антисептики, пластыри, маски, рулоны ваты и упаковки со шприцами. Этот ящик оказался объемнее, но полегче. И когда ящик был поставлен на пол лаборатории, Агата вдруг спросила:

— Что-то случилось?

Взяв первый ящик, Даффер разогнулся. Удивленно приподнял брови.

— Все в порядке. А что?

— Будто в облаках витаешь. Мыслями ты явно не здесь. Что тебя беспокоит?

— Да ничего такого, — он опустил глаза на открытый ящик с лекарствами. — Нудл не возвращается.

— Ах вон что, — выдохнула Агата. — Не волнуйся раньше времени. Уверена: скоро ее контакт отобразится среди твоих.

— А если она этого не захочет?

— Захочет. Ты ей дорог. Иначе она бы сбежала от тебя при первой же возможности.

Он глянул на медичку. И взгляд его после услышанного уже не казался таким отрешенным.

Однако шли часы. Уже перевалило за полночь. А Нудл не спешила возвращаться. Но одно радовало: она и правда появилась в сети, маякнула зеленой точкой на карте, а значит, успешно прошла регистрацию. Но идти обратно тигрица не хотела. Судя по карте, остановилась в здании клуба Прайд. Решила оторваться, пока Даффер сходил с ума от тревоги.

Рассвет окрасил грязную улицу в багровые тона.

— Ужасно переживаю, — признался Даффер, когда вернулся Блэк. Они стояли у гаража на заднем дворе, прислонившись к облупленной стене. — Даже уснуть не смог. Вокруг такое дерьмо Я не хочу, чтобы она была во все это втянута. И особенно не хочу, чтобы до нее дотянулся тот ублюдок, которого здесь называют информатором. А если с ней что-то случится? Я ведь не успею добежать. Прямо паранойя какая-то, понимаешь?

— Смотрю, тебе Лайон тоже не понравился, — хмыкнул Блэк. — Я от него тоже не в восторге. Особенно сейчас, когда пропал Уайт.

— Думаешь, этот Лайон замешан в пропаже?

— Да тут и думать нечего. Он точно замешан. У него есть мотив.

— Какой?

— Умеешь тайны хранить?

— Могила. Рассказывай.

— У нас с Уайтом иммунитет к вирусу, из-за которого вся эта шумиха.

— Шутишь? — опешил Даффер.

— С таким не шутят. Если верить Агате, на основе нашей крови можно делать вакцину. А Лайон он ведь такой, систему купола ненавидит. Считает, что там рабские земли. Если он пронюхает, что Уайт — главный источник лекарства, он сделает все, чтобы эпидемия не кончалась. Смекаешь?

— Тогда почему Агата тянет? Она же да она прямо сейчас может запустить производство и закрыть вопрос с вирусом.

— Ну, знаешь ли, не все так просто. Время нужно, лаборатория, формулы Все по науке, так сказать. Да и столько проблем на ее плечи свалилось. Помочь надо разгрести, тогда и дело пойдет быстрее. Ты Нудл набери, спроси, долго она там сидеть собирается? А то тут ее руки пригодятся так же, как и наши.

Даффер развернул экран. За ночь он делал это уже четвертый раз. Все отслеживает ее маяк. Но теперь он решил набрать ее и сообщить, что здесь ее, вообще-то, ждут. Но увидев ее контакт, Даффер отпрянул от стены.

— Что еще за фигня

Ее контакт стал серым. Статус — «не в сети». Заметив, как изменился в лице друг, Блэк невесело помычал.

— Может, глючит? Ты через часок еще раз посмотри.

Даффер испуганно посмотрел на Блэка.

— А если этот гад ее-таки — он мотнул головой и снова уставился на голограмму экрана. — Да нет, быть того не может, не так же быстро

Блэк положил когтистую руку ему на плечо.

— Если это Лайон, значит нам с тобой по пути.

Файл2: Проблемы

6 часов назад.

Клуб «Прайд» уже перешел на ночной режим, когда Нудл прошла на порог коридорчика. Гробовщик сектора Дакота смог зарегистрировать ее вместо информатора, которого не оказалось на месте, так что на ее запястье уже поблескивал мелкий экран новеньких наручников. А это значит, что она наконец-то может здесь оторваться. Уже не на правах незваного гостя, как ранее, а на правах полноценной гражданки застенных трущоб.