Дар Тьмы

Облачившись обратно в простую белую сорочку, я почувствовала себя не лучше. Под тонкой тканью была все та же холодная, мертвая плоть. Внутри текла его сила, его кровь. Сапфировый яд, отравивший мою душу. Я ненавидела его. Ненавидела так сильно, что эта ненависть стала единственным, что я чувствовала по-настоящему. Она была моим пульсом, моим дыханием, моей единственной связью с той Клариссой, которой я когда-то была.

Ночь тянулась бесконечно. Я не спала. Я больше не нуждалась во сне. Я сидела у окна, глядя на темный, как смоль, лес, и пыталась собрать воедино осколки своей воли. Он думает, что сломил меня своим прикосновением, своим уроком о слабости и силе. Он ошибается. Он лишь показал мне, насколько глубока пропасть между нами. И я научусь летать над этой пропастью, чтобы однажды столкнуть его вниз.

Дверь открылась без стука. Он всегда входил так - бесшумно, властно, не считая нужным предупреждать о своем появлении. Он был одет иначе. Не в аристократический сюртук, а в темные брюки и простую рубашку, плотно облегавшую его мускулистое тело. В его руках был сверток.

- Время для следующего урока, - сказал он, и его голос был лишен каких-либо эмоций. - Мы покидаем замок.

Мое нутро сжалось в ледяной комок. Покидаем замок? Выйти во внешний мир? Туда, где когда-то светило солнце, где жили люди, где жила я?

- Нет, - вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. - Я никуда с вами не пойду.

Он медленно подошел и бросил сверток на кровать.

- Это не просьба. Ты наденешь это.

Я посмотрела на одежду. Плотные темные штаны, мягкие кожаные сапоги и темная туника. Одежда для охоты. Для убийства.

- Я сказала нет, - повторила я, вкладывая в свой голос всю сталь, на которую была способна. Я поднялась, вставая между ним и кроватью. Маленькая, слабая, но несломленная.

Его янтарные глаза потемнели. Он сделал шаг, и я инстинктивно отступила.

- Ты все еще не поняла, Кларисса? - его голос стал ниже, опаснее. - Та кровь, что ты пьешь из кубка, - это лишь поддерживающая мера. Она не дает силы. Она лишь отсрочивает настоящий голод. Голод, который уже зарождается в тебе. Голод, который заставит тебя напасть на первую же живую тварь, что попадется тебе на пути, и разорвать ее на куски, как дикий зверь. Я предлагаю тебе научиться контролировать это. Но если ты предпочитаешь стать безумным животным, я могу просто запереть тебя в подвале, пока это не случится. Выбирай.

Его слова были холодными и жестокими, но в них звучала неопровержимая логика. Я почувствовала, как этот самый голод, о котором он говорил, шевельнулся внутри, словно дремлющий дракон. Я ненавидела его за то, что он был прав.

Я молча, не глядя на него, взяла одежду с кровати. Мои руки дрожали от сдерживаемой ярости.

- Отвернитесь, - бросила я ему.

На его губах промелькнула тень усмешки. Он не стал спорить. Просто развернулся и встал у двери, высокий темный силуэт. Я быстро переоделась. Чужая одежда казалась странной, но удобной, не сковывающей движений. Она была создана для скорости и бесшумности. Создана для хищника.

Когда я была готова, он повел меня за собой. Мы спускались по винтовой лестнице все ниже и ниже, и я впервые поняла, насколько огромен этот замок. Наконец, он толкнул массивную, окованную железом дверь, и в лицо мне ударил ночной воздух.

Я замерла на пороге, ошеломленная. Запахи. Я никогда не знала, что у ночи столько запахов. Запах влажной земли после недавнего дождя, прелых листьев, острой хвои, аромат какого-то ночного цветка и далекий, едва уловимый мускусный запах зверя. Звуки. Я слышала шелест каждого листа, треск ветки под чьим-то весом в миле отсюда, уханье совы и биение крошечного сердца полевки в корнях старого дуба.

Мир был живым. Оглушительно, пугающе, прекрасно живым. Это было слишком. Слишком много информации, слишком много чувств. Я пошатнулась, прижав руки к голове.

И тут я почувствовала его руку на своей спине. Не властное прикосновение, как в столовой, а твердую, уверенную поддержку.

- Дыши, - сказал он тихо, его голос был совсем рядом. - Не пытайся услышать все сразу. Выбери один звук и следуй за ним. Сосредоточься.

Я послушалась. Я выбрала самый простой звук - шепот ветра в кронах деревьев. И медленно, очень медленно, хаос в моей голове начал упорядочиваться.

- Так лучше, - сказал он, убирая руку. Я почувствовала укол разочарования от потери этой опоры и тут же возненавидела себя за это.