А я говорила!
- Ты что же, дрянь такая, от маркиза сбежала?! – гневно воскликнул отец. – Возвращайся немедленно!
Мужчина вскочил и направился к нам. Я махнула рукой, вызывая поток ветра:
- Стих и сел на место, - строго приказала я.
Мужчина отшатнулся и недоуменно повалился на скрипучий стул. Из соседней комнаты выбежали дети. Целая орава. Одеты все в тряпье нестиранное, чумазые и лохматые. Старшему ребенку – дочери было на вид лет тринадцать.
- Одно твое слово, и я их заживо похороню, - обратилась я к девушке.
Та со страхом в глазах посмотрела на меня.
- Не надо, госпожа, прошу Вас. Я прощаю их.
- Прощаешь?! Они тебя продали, как корову. А деньги пропили, даже детям ничего не оставили. Ты думаешь, они одумаются?! Не надо быть гадалкой, чтобы понять, как только деньги кончатся, они остальных продадут. Также как и тебя. Твои сестры тоже попадут к маркизам в постель, а братьев в церковь сдадут, мозги промывать и в услужении всяких тварей ублажать. Ты этого хочешь?!
На лице девушки проступило понимание ситуации, она с гневом уставилась на родителей. Поразмышляв, она обратилась ко мне:
- Госпожа, накажите их, но не убивайте. Сделайте так, чтобы они на всю жизнь урок усвоили. Если Вы их убьете, дети на улице жить будут.
Я подумала над ее словами и согласилась.
- Какое наказание для них хочешь?
- Ничего в голову не идет.
- Ну, тогда моя фантазия к твоим услугам.
Я повернулась к обомлевшим пьяным лицам. Вскинув руки, вызвала одновременно огонь и грозовые тучи. Пламя заплясало вокруг стола, молнии били рядом с людьми. Я медленно приблизилась к ним, пройдя сквозь огонь. Моя спутница подбежала к своим братьям и сестрам, обнимая и прижимая к себе:
- Не бойтесь, это очень хорошая госпожа, она меня спасла. Она только маме с папой пригрозит и все.
Дети облепили ее со всех сторон и восхищенно смотрели на меня. А я продолжала представление. Перепуганные взрослые метались в кольце огня, боясь обжечься. И, кончено, же крестились. Я схватила папашу и притянула к себе.
Его тонкая рубаха затрещала по швам.
- Еще раз выкинешь, что-то подобное с одним из твоих детей, я тебя из-под земли достану и на корм рыбам пущу. Понял?!
- Да, - заикаясь, ответил он.
- Учти, твой боженька далеко, а вот я очень близко. Одно движение – и ты труп.
Я сделала губы трубочкой и потянула воздух и его легких. Мужчина начал хрипеть и задыхаться. Помня, что должна оставить его в живых, как бы мне не хотелось обратного, я отбросила его от себя. Мужчина перекатился по полу и врезался в стену, ударившись головой. Может хоть мозги на место встанут. Я повернулась к мамаше, та тряслась и скулила, как побитая собачонка:
- Ты все услышала?!
Женщина активно закачала головой.
- Уяснила?!
Снова кивок.
Я взмахнула руками, и стихийное бедствие прекратилось. С гордой осанкой я вышла из дома, поправив дверь. Девушка быстро чмокнула детишек в макушки и выбежала следом.
- Госпожа, спасибо Вам огромное. Вы лучший человек, которого я встречала в своей жизни. Позвольте все же служить Вам. Я одежду Вам стирать буду, есть готовить, поручения выполнять. Вы можете полностью на меня положиться. Вы ведь не только меня, но и семью мою спасли.
Я поразмышляла о ее предложении. Идти мне особо некуда, да и заняться нечем. Хотя есть одно дело… Я очень хочу узнать, кто стал причиной смерти моей семьи. Покарать преследователей матери и убийцу отца. Вот тогда я точно успокоюсь.
Да и много всякого зла в рясе по этой земле бегает. Всех девиц не спасу, но кому-то жизнь наладить получится.
- Хорошо, только учти, что мы не шиковать будем, а выживать. Трудно придется.
- Мне не привыкать, - радостно отозвалась девушка. – Спасибо Вам, госпожа, я Вас не подведу.
- И хватит называть меня госпожой. Из меня госпожа, как из коровы танцовщица. Пусть все думают, что мы с тобой сестры. Я старшая, ты младшая. Поняла?
- Да, госп… сестрица.
- Так-то лучше. Так, теперь скажи, далеко ли отсюда деревня «Ветреная»?
- Нет, совсем близко. Буквально несколько часов и мы на месте. К вечеру точно придем.
Я посмотрела на каблуки. С вечером она погорячилась. Девушка уловила мою мысль и шмыгнула обратно в дом. Я успела заметить, как мать прижимала к себе детей, прося прощения, а отец боязливо поглядывал на меня. Я еще строже взглянула на него, от этого взгляда мужик скрючился и сглотнул. Девушка выбежала с двумя парами обуви.
Ну, как обуви. Старые, потрепанные, повидавшие жизнь башмаки. Ладно, до деревни дойти хватит, а там свои надену и ей что-нибудь найду. Пока мы переобувались, я почувствовала чей-то пожирающий взгляд. Резко обернувшись, я успела заметить два красных глаза, скрывшихся в тени. Нет!
Он же не мог меня найти. Девушка подошла ко мне и спросила:
- Сестрица, с тобой все в порядке?
- Ты видела?
- Кого?
- Глаза…. Там…
- Нет.
Я вздохнула, будем, надеется, что мне просто показалось.
- Ты маршрут до деревни знаешь?
- Знаю. Я там молоко брала для младшеньких, оно дешевле, чем в городе.
- А на жизнь как зарабатывала?
- Вышивкой. У меня неплохо получается.
- Ясно. Звать-то тебя хоть как?
- Руфина.
- Приятно познакомиться, я Ксилана.
- Ого, какое красивое имя, как у аристократки. А ты из княжеских?
- Это нам с тобой и предстоит узнать. Ну, моя личная путеводная звезда, показывай дорогу.
Руфина радостно улыбнулась и бодро зашагала в сторону проселочной дороги.
- А мы к твоим знакомым идем?
- Хуже, твою семью навестили, теперь моя очередь визиты наносить.
Руфина недоуменно посмотрела на меня, но промолчала, явно заинтригованная. Я же жадно смотрела в сторону деревни. Ну, что, тетушка, встречай племянницу.Идти пришлось довольно долго, по крайней мере мне. Я же максимум до колодца бегала, да по деревне с теткиными поручениями. И главное ни одной повозки или кареты, чтобы попроситься зайцем. В итоге я почувствовала на ногах набухающие мозоли, а мои нежные икры молили присесть на какой-нибудь камушек. Еще и платье это дурацкое. В нем же совершенно невозможно дышать.
И солнце светит ярко и противно.
Если бы нас сейчас рисовал какой-нибудь художник со стороны, он вдоволь бы посмеялся. Идут две молодые девицы, обе в проституцких платьях, но с какими-то лаптями на ногах. Одна радостно бежит вприпрыжку, радуясь прекрасной погоде и ясному дню, а вторая еле ноги волочит и бубнит себе под нос. Только я лично ничего смешного не видела, быстрей бы добраться до этой старой суки. Она мне за все ответит. Солнце уже клонилось к закату, когда на горизонте проступили очертания деревни.
- Была бы верующая, проорала бы «Аллилуйя», а так «не уже ли доползли», - в очередной раз проворчала я.
- Сестрица, поднажми немного осталось. Еще чуть-чуть и ты дома.
- Какая же ты терпеливая, Руфина. Я всю дорогу ною, а ты мне даже замечание ни разу не сделала. Я б на твоем месте, уже давно меня заткнула.
- Ну, что ты, мне только в радость с тобой идти. Ворчи, сколько влезет, ты мне жизнь спасла, я у тебя навечно в долгу.
Я грустно улыбнулась, и как такой ангел мог родиться у тех пьяниц? Жители уже заходили в дома, готовясь к ужину. При виде нас тут же разбегались, боязливо оглядываясь. Руфина настороженно посмотрела на меня:
- Тебя тут не очень-то и уважают? Что ты такого сделала? Разве они не знают, какая у тебя добрая душа?
- Знают. Потому и убегают.
Пока мы шли в направлении моего дома, нам неожиданно попалась жена старосты. Я гадко улыбнулась.
- Стоять, - приказала я ей, ловя за шкирку. – Куда торопимся?
Женщина тряслась и оглядывалась в поисках спасителя. Никого не было. Дрожащими губами она прошептала:
- Домой иду, дочку кормить.
- Какая прелесть. Как она кстати?
- Все хорошо.
- Вот и чудненько. А муженек твой где?
Женщина показала рукой в сторону холма с теткиным домом.
- Ясно.
Я отпустила ее, и та стрелой скрылась за дверью. Я же, мрачнея с каждым шагом, двинулась в указанном направлении. Руфина молча следовала за мной. Поднявшись на холм, я заглянула в окно. Из-за плохого освещения практически ничего не было видно, только странный шум какой-то. Мебель он ей там что ли двигает?
Не постучавшись, я медленно отворила дверь, являя себя народу. Мое лицо покрыла маска отвращения. Руфина, заглянувшая через мое плечо, тут же отвернулась. Согласна, зрелище не для слабонервных. Моя тетка и староста абсолютно голые сливались своими жирными боками и висящими складками в едином экстазе. Тетка была в восторге, томно постанывая, староста пыхтел, стараясь из последних сил.
Какая мерзость. Но я человек интеллигентный, дам людям насладиться друг другом, так сказать, дождусь финала. Потянув за собой Руфину, я тихо вошла и грациозно опустилась на табуретку.
Моя новоявленная сестрица отвернулась к стене и принялась разглядывать деревянный узор. Через несколько минут действие кончилось, а староста – молодец, для своего возраста долго держался, достоин аплодисментов. Что я и продемонстрировала. Подскочив на кровати, на меня уставились две пары глаз. Мои негромкие и медленные хлопки издевательски звучали в тишине:
- Браво, браво! Прекрасная сцена! Дорогая тетушка, если Вы так хотели уединиться с мужчиной, могли бы попросить меня погулять, а не сдавать инквизиции.
При этих словах Руфина резко повернулась, удивленно моргая.
- Да, сестрица, эта тварь спасла свою шкуру моей ценой. И как видишь, ни о чем не жалеет.
Молчание с их стороны продолжалось. Неудивительно, они явно не ожидали когда-либо встретить меня. Живой. А вот она я!
- Что же мне с вами двумя делать? Есть версии?
Первым очнулся староста, он сполз со своей любовницы и похотливо уставился на меня. Что-то раньше я такого за ним не замечала. Проследив за его взглядом, поняла, что он пожирает мою грудь и бедро в чулке. Ах да, я же теперь в новом наряде.
- Ксиланка, а ты спаслась? Как? – недоуменно спросила тетка.
- Ловкость рук и никакого мошенничества, - помахала ей пальчиками.
- Молодец, какая, - подал голос староста. – А мы уж и не чаяли тебя увидеть. Все думали, сгорела. Ты уж прости меня, Ксилан, я не хотел. Это она меня заставила. Я же молился за тебя. И не зря, как видишь.
- Как приятно знать, что в этой жизни есть мужчина, который готов молиться за упокой твоей души.
- Да что ты, я о здоровье твоем молился.
- Еще лучше.
- Дай хоть обниму тебя, красавица.
- А почему бы и нет.
Я радостно подошла к нему с распростертыми руками. Ни о чем не подозревающий староста, вскочил, как есть, с кровати и бросился ко мне. Я крепко сжала его, в то время как он полез ко мне под юбку. Что бы с ним такого сделать? Пока я размышляла, к нам с яростным криком подбежала Руфина и разбила бутылку недопитого вина о голову мужика. Тот сразу обмяк и повис на мне.
Я недоуменно посмотрела на подругу.
- Мало того, что жене изменяет, так еще и к тебе полез, сволочь! – гневно воскликнула она.
Моя ты спасительница. Предательские слезы снова полезли из глаз, но я смогла их сдержать. Отбросив тело от себя, я повернулась к тетке, изображавшей немую статую.
- Не уже ли ты меня не рада видеть?
- Ксилана, я ты..
- Мы, она, оно, они, - закончила я. – Ответь мне на вопрос: какого хрена это было?
Тетка молчала с ужасом, смотря на меня. Ладно, чтобы узнать правду, есть один способ, вот только весьма болезненный.
К счастью, не для меня. Я вытянула руку в ее сторону и сжала в кулак. Тетка содрогнулась и скрючилась.
- Тебе больно, тетушка?
- Да, - сдавленно сказала она.
- Очень?
- Да.
- А так? – кулак повернулся, описывая круг.
Из горла тетки вырвались хрипы.
- Посмотри на меня, - холодно приказала я.
Она была не в силах сопротивляться и вскинула голову. В этот момент я мысленно проникла в ее воспоминания, напоследок услышав крик. Я очутилась на этом же холме, но в ночное время суток. Детский, плач, матерная ругань. Я обернулась, в углу сидела маленькая черноволосая девочка. Это же я. Тетка была поблизости.
- Я тебе сказала – заткнись. Не смей реветь. Ничего он с тобой не сделает.
Кто он? Почему я этого не помню. Хотя оно и понятно, слишком маленькая.
В комнату вошел мужчина – староста, только моложе. Тетка игриво посмотрела на него, но он не обратил никакого внимания. Он жадно поглощал маленькую детскую фигурку глазами.
Только не это. Мужчина медленно приблизился к девочке.
- Здравствуй, солнышко. Дядя не сделает тебе ничего плохого. Ты просто будешь жить с ним.
- Я хочу к папе и маме.
- Их больше нет.
- Сдохли твои родители, без гроша тебя оставили, а мне тебя кормить нечем, поэтому будешь у старосты жить.
- А когда чуть подрастешь, я тебя второй женой возьму. Такую красавицу никому не отдам.
В моей душе вновь зарождалась ярость. Девочка попыталась отползти, но староста вцепился в нее своими грязными руками. В этот момент глаза девочки ярко засияли, по дому прошла невидимая волна, и мужика отбросило в другой конец комнаты.
Моя сила проснулась!
- Ах ты сучка малолетняя! – крикнула тетка и попыталась применить на мне свою магию.
Ничего не вышло. Девочка смотрела на нее, не давая возможности сдвинуться с места.
- Вот это сила, - ошарашенно произнес мужик. – С характером девка. Но мне всегда такие нравились.
Девочка освободила тетку, но по взгляду можно было прочитать, что она настроена серьезно.
- Сдать ее надо, - ляпнула тетка. – И дело с концом. Не ровен час, убьет кого.
- Заткнись, дура, сдать всегда успеем. Пусть живет. Такая магия самим пригодиться. Уговори ее – родить, когда подрастет. У вас же ведьм только девочки рождаются. Дочку мне отдадите, тип прокормить не в силах. У этой малявки потомство явно красивое будет. А не согласиться, так сам ею попользуюсь.
С этими словами он вышел, громко хлопнув дверью.
Я вернулась в реальность. Тетка продолжала неистово орать, так как проникновение в голову можно было сравнить с тысячью кнутов одновременно бивших тело. Я отпустила ее, гневно смотря. Женщина жалобно скулила, пытаясь прийти в себя. Руфина стояла в стороне, опираясь руками о стену.
- Как он мог? – тихо спросила она. – Ты ведь совсем крошка была.
- Ты видела все? – ошарашенно спросила я.
- Да, как наяву.
- Это невозможно!
Руфина замолчала, боясь, что сделала что-то не так.
- Я не в том смысле, - постаралась ее успокоить. – Просто это могут сделать те, в ком течет магия.
Девушка недоуменно уставилась на свои руки. Я же вернулась к тетке, позже с остальным разберусь.
- Так ты, старуха, меня и не любила никогда. Нахрена приютила?
- Мать твою боялась, слишком сильная она была, - прохрипел ответ.
- Сука, теперь понятно, почему, так легко сдала. Ты же меня всю жизнь к этой мрази ревновала. И когда представился шанс, с удовольствием им воспользовалась. Так смотри теперь, что с твоим ненаглядным будет.
Мужская тушка медленно поднялась над полом. Староста уже приходил в себя, идеально. Из ниоткуда взялись длинные прутья, с которых капала вода. Я быстро зашевелила пальцами, и на голое тело обрушилось множественное количество ударов. Мужик заорал, его глаза выкатились от ужаса, туша быстро окрасилась в красный цвет, а на пол вместо воды капала кровь. Тетка, истерично визжа, бросилась ко мне, и вцепилась в ногу, умоляя прекратить это, но тут же была отброшена сильной рукой Руфины.
- Он заслужил это! – грозно крикнула она на нее.
Моя девочка, гордо подумала я. Пытка продолжалась, пока мужской ор не стих. Вместо старосты в воздухе висело кровавое месиво из мяса и разорванной кожи. Чтобы не смотреть на это, я вышвырнула его из дома, вышибая дверь. Упс, нечаянно.
Теперь настала очередь тетки. Та боязливо скрутилась в углу.
- Не убивай меня, я ведь растила тебя, кормила.
- Но не одевала и собиралась отдать старосте постель согревать.
Не хочу с ней долго прощаться. Взмахнув рукой, я оставила после нее лишь пепел. Вот и все. Была ведьма, и нет. Устало я опустилась на стул, подпирая рукой голову. Что же теперь делать?
Отомстить – отомстила, но на душе легче не стало. От увиденного и услышанного хотелось блевать. А хотя нет, это от голода. Я же с утра ничего не ела. Передо мной тут же возникла тарелка с горячим супом и лепешками. Это еще что за магия? Я подняла голову и увидела Руфину, взявшую роль хозяйки.
Она выгребла теткины останки и выбросила их во двор. Вот ведь боевая девчонка, ничего ей не страшно. Столько смертей увидела, и даже глазом не моргнула. Хотя она ведь не какая-нибудь аристократка, которую с младенчества из дома не выпускают. Сама в таком дерьме жила, что лучше и не вспоминать. Я насладилась пищей и потопала к себе в комнату. Руфина тоже долго засиживаться не стала и вопросительно посмотрела на меня.
- Можешь, лечь со мной. На теткиной кровати неизвестно кто кувыркался.
Она радостно побежала следом. В дверной проем поникал свежий ветер. Не хорошо, конечно, без двери спать. Особенно двум девушкам. Но во-первых, одна из них может защитить одним шевелением мизинца, а во-вторых, меня в деревне теперь точно все бояться, после таких-то криков. Их наверняка вся округа слышала. Мы поднялись на второй этаж и рухнули на кровать, не раздеваясь.
Слишком много впечатлений за один день на одну бедную меня.
И из церкви сбежала, и инквизитора раскрыла, и семью пьяниц усмирила, и пешком до этой сраной деревни дотащилась, и со старостой разобралась, и тетку можно сказать упокоила.
Спать, спать, и еще раз спать.
Погружаясь в сон, пришла запоздалая мысль: кто же все-таки Руфина? Человек или ведьма? Но я же ничего не чувствую у нее. Плевать, завтра разберусь.С утра меня разбудил соблазнительный аромат яичницы и манящий запах жареного мяса. Недоуменно вскинув голову, я принялась вспоминать ближайшие праздники, ведь такие разносолы тетка готовила исключительно по важному поводу. Вспомнила!
Тетки больше нет, как и ее любовничка. А кто ж тогда там хозяйничает?
Я быстро спустилась по лестнице, грозно сопя. Совсем деревенские распоясались. Ведьму уже не боятся, в дом к ней лезут. Ну, сейчас я им устрою. Все в том же белоснежном наряде с чуть сероватым от пыли низом по кухне кружила Руфина. Она была похожа на рыжеволосого ангела, спустившегося с небес.
Стол был накрыт, повсюду царили чистота и порядок.
Девушка обернулась и весело улыбнулась, глядя на меня:
- Доброе утро, садись завтракать.
- Ты где это все взяла?
- У жителей деревни. Я рано встаю, привычка такая. Смотрю, а у тебя тут шаром покати, ну, и одолжила у местных.
- Сильно сопротивлялись?
- Наоборот, с радостью поделились.
Я скривилась, что-то непохоже. Мы сейчас про одних и тех же людей говорим? Но спорить на голодный желудок не стала. Руфина оказалась не только хорошей хозяйкой, но и прекрасным поваром. Наевшись до отвала, я выглянула в окно. Солнце ярко сияло на небосводе, освещая лес и деревню.
Красота! Вот только придется убраться отсюда, как можно скорее. Неизвестно, забыли про меня церковники или нет.
Не ровен час, опять в гости заглянут. Но перед походом надо бы освежиться, а то воняю похуже городских канав.
- Я на речку мыться. Со мной пойдешь?
- Я уже там побывала.
- Когда только успела?
- Говорю же, встаю очень рано. Ты иди, я пока обед приготовлю.
- Не стоит. Нам с тобой уходить надо, а то боюсь, мои вчерашние выкрутасы никто не забыл. И чем скорей, тем лучше.
- Хорошо, я тогда вещи соберу.
- А у нас есть, что собирать?
- Ну, еду хотя бы.
- Ладно, я быстро.
Выйдя на улицу, я стрелой побежала к речке. С платьем пришлось повозиться. Его что специально создали так, что самой не снять?
Обязательно кто-то второй нужен. Психанув, я применила магию, и шнурки расползлись, давая мне возможность продышаться. Голышом я бросилась в теплую воду и принялась тщательно стирать с себя недельную грязь. Особенно много времени ушло на волосы, сколько бы я их не мыла, ощущение было таким, будто ничего не меняется. Помимо своей тушки, я также почистила платье. Все-таки столько шагов вчера в нем намотала, да и на корсет еще попали пятна мужской крови, пришлось оттирать. Развесив одежду на ветках дерева, я улеглась на мягкую ярко-зеленую траву и прикрыла глаза, греясь на солнышке.
Ласковый ветер сушил мои волосы, а птицы, щебетавшие невдалеке, напевали красивые мелодии. Я не сразу заметила, как они замолчали. И воздух стал холодней. Внезапно я ощутила прикосновение чьей-то горячей руки.
Она гладила меня, водя ладонью по всему телу. Резко открыв глаза, я села. Рядом никого не было. Я прислушалась к магической интуиции. Никого из людей не чую. И ведьм тоже. И даже колдунов.
Но почему меня не отпускает чувство, что кто-то смотрит на меня. Я призвала ветер и пустила его по земле. Резкий поток воздуха заставил взмыть над поляной стаю перепуганных птиц. Ощущение не прошло. Быстро собравшись, я влезла в еще мокрое платье и побежала домой. Руфина ждала меня, сидя на крыльце.
- Помоги корсет затянуть, - попросила я ее.
Девушка тут же подскочила и сделала все в лучшем виде.
- Готова?
- Да.
- Тогда пошли.
- Я тут амулет какой-то нашла. Он твоей тете принадлежал?
Я посмотрела. Руфина протягивала мне мой медальон, доставшийся от мамы.
- Нет, это мой. По наследству перешел.
- Очень красивый. Как по наследству? Так, ты из богатых получаешься?
- Ну, можно итак сказать. Тетка приемная была. А родители Они к королевской семье принадлежали. По ее словам.
- Ого. И ты хочешь узнать, что с ними случилось?
- Да. Очень.
- Я своих тоже не знаю.
Я остолбенела. Ей память отшибло?
- В смысле не знаешь? А те пьянчуги кто были?
- Приемные. Они меня в тех трущобах нашли и к себе взяли.
- Так мы с тобой выходит одного поля ягоды. Обе приемные, обе с загадочным прошлым, обе с магией.
- Ты же сказала, во мне нет магии.
- Ошиблась. Не все я про наш мир знаю. Видимо, есть, раз смогла в теткину голову вместе со мной пройти. Теперь у нас с тобой две миссии: узнать не только про меня, но и про тебя.
- Три.
- Почему три?
- Еще будем всем женщинам помогать, кто в беду попал.
- А, так это не миссия, это призвание.
Мы спустились с холма, попав в деревню. Куда же нам податься? Ладно, пойдем в противоположную от города сторону. Дорога же должна куда-то вести? Пока мы шли по улицам, я заметила странное движение.
Все женщины высыпали из домов и подошли к нам. Началось. Сейчас за старосту мне предъявят.
Ничего, разберусь. Закрыв собой Руфину, я грозно спросила:
- Чего хотели?
- Ксиланочка, - обратилась ко мне жена покойного. – Спасибо тебе.
Женщина бухнулась передо мной на колени. Остальные последовали ее примеру. Вот это поворот. Я смущенно отступила.
- За что?
- За то, что от паршивца этого избавила.
- Вы про своего мужа?
- Да, какой он мне муж. Сволочь он последняя. Ты ж когда дочку мою от воспоминаний избавила, он совсем с катушек слетел. И до этого-то на нее заглядывался, а после Возвращаюсь как-то с полей, а он ее на нашей кровати невольничает. Она же теперь совсем как ребенок маленький, ничего не понимает. Но ей больно, она плачет, отбивается. А его это только еще больше заводит. Ну, я на него с кулаками. Да вот только что я могла с этой зверюгой сделать? Он меня поколотил, а после еще и признался, что до болезни дочку даже раньше, чем те трое.
Я стояла пораженная словами вдовы. Если бы только раньше знала, он бы у меня давно в забытой могиле лежал.
- А вчера, когда ты вернулась, он к тетке твоей пошел, чтоб ее черти в котле варили. Давно он с ней снюхался. Ведьма проклятущая. Ой, прости, Ксиланочка.
- Ничего, продолжайте.
- Так вот из-за нее мы его все и боялись. Она же сильная была. Мало ли что нам всем сделает, вот и терпели его.
- В смысле все? Кто все? Я ничего не понимаю.
- Он не только нашу дочь, он и других также Всю деревню В основном на совсем девчонок заглядывался. Сколько же зла принес. Сколько бедных девиц настрадалось. На тебя ведь тоже смотрел, да силы твоей боялся. А вчерась ночью, сижу я, дочке платье зашиваю, и тут с неба что-то большое упало Я выглянула. Мать честная. Так это же он. Только в крови весь, аж смотреть страшно. Ну, я мужиков позвала, они его в лес снесли, там и похоронили. Мальчишки любопытные видели, как он из твоего дома вылетел. Ну, я и поняла, что это ты его так.
Да, вот это я меткая. Можно сказать, мужик с доставкой на дом получился. Как с церковниками разберусь, стану профессионально метанием мужиков на дальние дистанции заниматься. Женщины даром время не теряли и продолжали причитать, благодаря меня за неожиданное спасение. Мне было ужас как неловко.