Обреченная

— Госпожа Залия, вы готовы к занятию? — спросил мужчина за дверью, слегка постучав в нее. Профессор Кайл всегда выглядел устрашающе: высокий, мускулистый мужчина. Черные, по плечи волосы и темные, как уголь, глаза. На лбу из-под волос выглядывал безобразный шрам. Я поймала себя на мысли, что даже не знаю его происхождения.

— Добрый день, профессор Кайл. Готова, проходите. — привстав со стула, я почтительно склонила голову. От профессора пахло землей и дождем, навевая воспоминания из детства, мы с Мейлой любили бегать под дождем. Взглянув на пугающий шрам мужчины, я решительно произнесла — Вы обучаете меня с самого детства. Но, мне даже неизвестно нечего о вашем шраме.

— Вы и сейчас еще ребенок. — рассмеялся он. Присев на стул напротив меня, он задумчиво поднял взгляд вверх. Подперев голову рукой, он глубоко вдохнул и выдохнул

словно собирался с силами для того, чтобы поведать мне историю из прошлого.

— Вам известно что-то об ордене Друидов? — вдруг спросил профессор Кайл.

— Не совсем уверена, кажется, я слышала, что когда-то друиды поднимали восстание против моей семьи. Однако его быстро остановили. — неуверенно произнесла я, накручивая прядь волос на палец.

Мужчина нервно покачивал ногой, явно взвешивая, что он может рассказать, а что нет. Его шероховатые пальцы то и дело постукивали по уголку стола. Мне даже показалось, что он чем-то встревожен. Наверное, не стоило заводить этот разговор, особенно в разгар занятий. Ведь сегодня совсем мало времени: скоро состоится торжество, на которое мне необходимо успеть собраться.

— Думаю вам будет полезно это услышать. Друиды подчиняют себе силу природы. Если вы черпаете силу от своего рода, то этим магам совершенно не важно, какого они происхождения. Им достаточно найти свой источник магии. Весьма странные ребята. Когда-то они относились к верховным семьям. Служили при короне, а в ночь заточения тьмы в ту самую ночь, когда ваши предки спасли нашу страну, пожертвовав своим ребенком, один из главных магов их рода, украв тайные сведения вашей семьи, трусливо сбежал. — пояснил профессор.

— Но я думала, они являются хранителями знаний. Мудрецами. Разве у них и так не было доступа к нашим тайным сведениям и письменам? — Интересно, что ещё было утеряно из библиотеки нашего дворца. При воспоминании о библиотеке по телу пробежала дрожь. В нос ударил запах затхлой бумаги и всепоглощающий ужас от чего-то неизвестного за моей спиной.

— Точные причины данного поступка мне неизвестны. Когда вы были еще совсем малышкой, император отправил меня на поиски тайного ордена. Я столкнулся с ними у гор Вестаса, знатно меня тогда потрепало. — Профессор Кайл почесал шрам и повернул голову к окну.

— Не думала, что вас ранил маг. — Он всегда казался мне одним из сильнейших магов нашей страны. В молодости служил при моем отце и сражался во всех знаменитых сражениях, да и профессором становиться не хотел. Лиарна говорила, что отец очень просил Кайла помочь с моим обучением. Но он был тверд в своем решении отойти от всех дел и покинуть дворец. Не знаю, почему он передумал, но очень ему за это благодарна.

— Ещё как мог. Друиды — это очень старое и сильное сообщество. За столько лет затишья, боюсь даже представить, какую силу они накопили. Король запретил заходить на их земли, однако не забыл об их существовании. Мы всегда помним, кто соседствует с нами. — Кайл достал что-то из сумки и протянул мне.

Я держала в руках нечто похожее на браслет, но по всей его ширине были руны. В моих руках артефакт сверкнул и озарил комнату приятным синим сиянием. От него веяло теплом, на лицевой стороне браслета был изображен чудаковатый зверь, с большими крыльями за спиной. — что это? — удивилась я.

— Я знаю, как сложно вам управляться с вашей силой. Поверьте, это только начало. Если после появления печати ваша сила начнет расти, боюсь вы не сможете с ней справиться и пораните себя.

— Себя? Или весь дворец? — хихикнула я.

— Этот артефакт способен впитать в себя большое количество магии, он как кувшин. Если магия начнет из вас выливаться, артефакт поможет ее поглотить.

***

Пару часов мы с профессором Кайлом отрабатывали черную магию. Я училась создавать магический шар из сгустка энергии и направлять его в цель. Отрабатывала написание рун и заучивала заклинания. Иногда даже получалось неплохо.

После занятий ко мне пришли Мейлла и Лиарна помочь собраться к празднику. Мейлла все не переставала рассказывать о сыне рыбака, которого недавно встретила, когда выходила за пределы дворца купить венки к празднику. Лиарна неодобрительно вздыхала и просила сестру перестать болтать и заняться делом. Мне было тревожно, ведь сегодня во дворец придет столько людей. На мне лежала очень ответственная роль. И хотя мы этого не отмечаем, сегодня мой пятнадцатый день рождения. В нашей семье этот день не празднуют: именно в него, в мое двадцатилетие, пройдет священный обряд жертвоприношения. Скорее это траурный день, чем праздничный.

Моя семья не из простых. Род Сильверов правит нашей страной уже не одно столетие. Но это правление обошлось слишком дорогой ценой. До слова было пламя. До мира был голос. И имя этому голосу было Валар'кир. Говорят, когда боги еще спорили за право творить, один из них, самый гордый и самый могучий, пожелал стать первым, чье слово станет законом. Его звали Валар'кир, тот, кто дышал звездами и носил корону из костей времени. Он создал огонь, который не гаснет, и металл, помнящий имена. Он вытянул из пустоты первые слова, руны силы, и вплел их в ткань мира. Со временем ему наскучило делить мир с людьми, которым он когда-то даровал крупицу своей силы. И семьей, которой он даровал силу и власть, был мой род. Валар'кир стал угрозой самому миру. Его душу вырвали из тела, а плоть низвергли в подземелье под горами и замуровали заживо. Но даже лишенный тела он продолжает дышать.

Чтобы не дать ему восстать, был заключен пакт. Каждый первенец нового короля рода Сильверов рождается носителем магии всего рода. Это дар и проклятие моей семьи. Чтобы удержать Валар'кира под барьером, первенец рода проходит обряд жертвоприношения. Он вливает в барьер всю силу рода, накопленную за двадцать лет. Это убивает наследника, но сохраняет мир. Вот что ждет меня в день моего рождения.

— Сестра, могу я войти? — раздался нежный голос Азалии, за дверью. Младшая сестра стояла на пороге с венком в руках, нерешительно покачиваясь с ноги на ногу.

— Да, конечно. Это мне? —я протянула руки и взяла венок. Он был сплетен из маленьких юледно-розовых роз. — Очень красиво.

Азалия смутилась и опустила взгляд — Я сделала его сама. Специально для сегодняшнего праздника. Я буду рада, если ты его наденешь.

— Конечно, я с удовольствием его приму. Спасибо, сестра.

Обняв на прощание Азалию, я передала венок Лиарне и направилась переодеваться. Наряд на этот праздник мы выбрали вместе, все-таки это был и мой день тоже.

Белое атласное платье сияло на солнце, словно звездное небо, усыпанное крошечными искрами. Служанки собрали мои волосы в элегантный пучок и осторожно надели на голову венок, подаренный сестрой.

— Азалия такая милашка, наверное, тоже хочет участвовать в церемонии. — пропела Мейлла кружась по комнате с моими туфлями. — Я бы так хотела пойти с тобой. На этот праздник съезжаются все завидные женихи страны. Почему слуг не пускают в общий зал? Мы же личные служанки принцессы. — грустно спросила Мейлла.

— Это распоряжение короля, Мейлла, — сердито ответила Лиарна. — Ты же не сомневаешься в его решениях? — ее глаза сверкнули и в комнате словно стало холоднее. Её преданность короне всегда меня пугала. — Между прочим, сегодня вам предстоит зажечь Черное Пламя рода. Как прошли ваши занятия с профессором? — Лиарна отвела взгляд от сестры и шагнула ко мне. От ее слов внутри все сжалось. Печать все еще мне не подчинялась. Я не могла создать даже простой шар черной магии. Не могла призвать самого обычного духа. А сегодня я должна на глазах у всех зажечь факел и пронести его через площадь, объявляя начало праздника.

— Все прошло отлично — ответила я, отворачиваясь к окну. Я не хотела, чтобы меня жалели.

Осмотрев себя с ног до головы, я надела браслет, подаренный профессором, и мысленно обратилась к нему за помощью. За окном уже звучала музыка, смешиваясь с голосами подданных. Матушка сегодня так и не пришла ко мне. Раньше она всегда приходила сказать слова напутствия и поздравить с днем рождения. Но сегодня ее не было. Меня это кольнуло, но я убедила себя: у королевы слишком много дел перед таким праздником.

На площадь меня сопровождали гвардейцы моего отца. Мои служанки отправились к остальным, сегодня праздновали все, кроме гвардейцев из личного круга отца. Они отвечали за нашу безопасность и оставались на службе даже в день праздника. Спускаясь по каменной лестнице во внутренний двор, я вновь остановилась у висящего зеркала. Венок мягко переливался на свету, а браслет профессора словно завершал образ. Руны на браслете вспыхивали на солнце, притягивая взгляд. Закусив нижнюю губу, я сделала последние шаги вниз, и передо мной открылся потрясающий вид.

Дорога до самого алтаря была усыпана черными розами. По обе стороны стояли люди, сотни во дворце и тысячи за его пределами. Я слышала возгласы, некоторые даже выкрикивали мое имя. Это казалось почти нереальным, столько людей. Все ждали начала торжества.

Женщины стояли в мантиях, с венками на головах, каждая держала в руке черную розу. Эти розы они возложат к алтарю после того, как я зажгу пламя. В нос ударил запах свежести и приближающегося дождя. Я так давно не выходила даже во внутренний двор дворца. Я почти забыла, как пахнет свобода и как прекрасен мир. В толпе я увидела широко улыбающуюся Мейллу, она сжала кулачок и подняла руку вверх, пытаясь меня поддержать.

Гвардейцы мягко направляли меня к семье. Отец стоял слева от дорожки, ведущей к алтарю. В руках он держал факел. Матушка и сестра стояли на шаг позади него. Их головы так же украшали невероятной красоты венки, сразу было видно, что дело рук Азалии. У ее венков был особый почерк, я узнала бы их среди тысячи других.

— Пусть возгорится пламя великого наследия! Сегодня, как и веками прежде, мы чтим силу крови и свет рода. Пускай древние узы крепнут, а вера в заветы отцов не ослабевает. Да пребудет порядок, да не дрогнет стена, что охраняет нас от тьмы! — Отец взял с подноса кинжал и протянул ко мне руку. Сердце словно перестало биться, в глазах потемнело. Вот оно. Сейчас. Он сделал надрез на моей руке, сжал ее и подставил факел.

Капли моей крови начали пропитывать ткань на факеле. Сейчас. Сейчас я должна его зажечь. Сделав глубокий вздох и выдох, я закрыла глаза. Начала мысленно представлять пламя, как учил профессор. Но ничего не получалось. Вокруг начались перешептывания и вздохи. Я боялась взглянуть на отца, не могла опозорить его при всех.

— Сейчас. Я должна. Кто ни будь, прошу, помогите — пронеслось у меня в голове. Колени дрожали, а взгляд становился каменным. Вот и все.

— Девочка, повторяй за мной, — раздался словно из-под земли гулкий, рычащий голос. По спине пробежал жар, плечо вспыхнуло, и сквозь платье начала проступать печать. Словно светясь изнутри. Я оцепенела, распахнув широко глаза начала искать взглядом матушку. Ее присутствие всегда меня успокаивало. Матушка вопросительно взглянула на меня, в ее глазах читался страх и смятение. Наверное, она тоже боялась гнева отца, если я сейчас опозорю род при всех.

— Повторяй, я сказал: Kael, Valen, Shael. Сконцентрируйся и повторяй за мной дитя. — прозвучало рыком в моей голове. Звучало как приказ, что-то подсказывало внутри сознания, мне хотят помочь.

— Ладно кто бы ты ни был и как бы сильно меня ни пугал. Kael, Valen, Shael. — Я сосредоточилась на факеле, который все так же предательски не хотел загораться. Руны на моем браслете вспыхнули бледно-зеленым светом, плечо обожгло сильнее.

Я почувствовала, словно пламя пронеслось по моим венам, в нос ударил запах гари. Словно я прикоснулась к чему-то могущественному и наполнилась его энергией. В ногах так стало легко, будто я вот-вот взлечу. Могущество, вот что я почувствовала. С моих пальцев сорвалось пламя, густое черное пламя. Факел в моих руках вспыхнул, и я отшатнулась от удивления. Если бы не гвардеец позади, меня бы снесло с ног. Меня быстро поставили на ноги и подтолкнули к алтарю. Все ждут церемонии, не время разбираться что это было.

С каждым шагом я шла все увереннее. На удивление, многие подданные плакали и жалобно смотрели на меня. Наверное, как бы дворец ни пытался сделать этот день праздником, многие помнили, зачем они здесь собираются. Для них я была всего лишь ребенком, которого принесут в жертву. С тяжестью я оторвала взгляд от плачущей пожилой женщины и встретилась взглядом с парнем. Он был одет как молодой человек из высшего общества, но стоял почему-то среди остальных подданных. Хотя для гостей из других родовых семей отец выделил балкон над площадью, чтобы им было лучше видно церемонию зажжения чёрного огня. Он смотрел на меня без единого намека ни на жалость, ни на восхищение. В его глазах читались скорее презрение и злость. Я не привыкла к таким взглядам, мне стало не по себе. От этого парня веяло холодом, но его взгляд приковывал меня.

На секунду я забыла, куда шла, настолько меня заворожили его глаза. Я вздрогнула от пения жрецов, приглашенных специально для церемонии, и оторвала от него взгляд, сосредоточившись на огне. Сила продолжала переполнять меня, ее было сложно сдерживать. Браслет ярко сиял, впитывая часть силы. Я мысленно поблагодарила профессора Кайла за подарок.

Страх окончательно отпустил меня. Я словно обрела крылья. Это было странно приятно. Дойдя до церемониальной арки, я опустила факел с черным пламенем и победно взглянула на отца. Он никак не изменился в лице, словно все идет так, как должно. Сестрица радостно мне улыбалась — «Ты справилась», — прочитала я в ее глазах. Повернувшись к толпе, мне не удалось найти того парня. В глубине души мне захотелось снова встретиться с ним. Отогнав все мысли, я произнесла завершающую традиционную молитву.

— Я, Залия из крови Сильверов, склоняюсь перед светом и тьмой. Да примет мир мою клятву. Да укрепит моя жизнь древний завет. Пусть кровь моя станет корнем, питающим барьер. Пусть душа моя станет пламенем, удерживающим мрак. Я звено в великой цепи. Я пепел, из которого восстанет мир. — отовсюду я слышала всхлипы и восторженные голоса. Народ хлопал мне и бросал венки. Впервые я почувствовала, что меня принимают. Гвардейцы обошли меня с двух сторон и повели обратно.

***

У меня был час, чтобы привести себя в порядок и немного передохнуть. Мейлла стащила с кухни немного булочек для меня. — На балу ты не сможешь нормально поесть, перекуси сейчас, — заботливо сказала она, ставя булочки на столик и улыбаясь.

— Тебе не стоило приходить сейчас сюда, если ты не забыла, у вас сегодня праздник. Я сама о себе позабочусь. «Иди веселись», — подталкивая ее к выходу, сказала я.

Мейлла не стала со мной спорить, лишь сказала перед уходом: — Слушаюсь, ваша милость, — улыбнулась и помчалась обратно на праздник.

На кровати лежало подготовленное платье, и рядом на полу сверкали туфельки. Вот ведь маленькая бестия, все же не оставила свою работу. Какая же она все-таки замечательная подруга и подданая.

И все же, что же произошло сегодня? Словно я впустила в себя неведомую силу. Почему тогда горела моя печать? Это ведь не может быть моя сила. Я, конечно, должна была собрать всю силу нашего рода, но до сегодняшнего дня совсем не замечала у себя таких способностей. Я ведь даже обычного духа не способна призвать. На столе я увидела настойку, ее приносят мне каждое утро. Матушка говорила, что этот отвар поможет моим магическим потокам и успокоит мою силу. Чтобы она не выходила из-под контроля: многие мои предки не справлялись, некоторые даже сходили с ума. Утром было столько дел, что даже не было времени выпить настойку. Подойдя к зеркалу, я осушила стакан до дна. В дверь постучали.

— Залия, дорогая. — раздался голос матушки.

— Матушка, входите, — внутри все перевернулось: я так рада, что она все-таки пришла.

— Прости меня, совсем не было времени зайти к тебе перед церемонией. Да и ты же знаешь отца, он сказал, что совсем не стоит приходить тебя подбадривать. Сказал, что ты справишься и без этого, ведь ты королевской крови. — мягко улыбнувшись, сказала она. На меня нахлынуло такое облегчение, как же здорово что она пришла.

— Я рада вас видеть, — улыбнулась я.

В комнате сразу стало свежо, запахло лавандой. Королева грациозно обошла кровать и присела на край.

— Думаю, мне стоит помочь тебе с прической. Ты так не считаешь?

— Верно, я совсем не подумала об этом, когда выгоняла Мейллу. — Матушка тихо засмеялась и провела рукой по моим волосам.

Следующие два часа мы провели с ней наедине. Она помогла мне с прической и макияжем, мы много разговаривали. Я рассказала ей, как сложно мне дается магия и самоконтроль. Как страшно было на площади и как я боялась их подвести. Матушка лишь нежно смотрела на меня и повторяла, что я никогда ее не разочарую, что бы я ни сделала и какое бы решение ни приняла.

— Помни, Залия, — вдруг серьезным голосом произнесла она. — Я всегда поддержу любой твой выбор. Любой. Если ты чего-то не хочешь делать или боишься, ты всегда можешь развернуться и уйти. Хорошо? — было непривычно видеть матушку такой серьезной. По спине пробежали мурашки.

— Да, матушка, — тихо ответила я, глядя в стеклянные глаза матери. Мне показалось, что она вот-вот расплачется.

— Не бери в голову, просто не хочу, чтобы мои дети были несчастны. — отмахнулась она и продолжила собирать мои локоны. Прическу она сделала, идеальную для сегодняшнего балла. Часть локонов была не собрана и выпадала из общей прически, создавая легкую небрежность. Традиционная диадема из шипов роз и идеально подходящие к ней серьги с лепестками.

— Сегодня наш дворец посетят все родовые семьи. Я бы хотела познакомить тебя на балу с одним парнем. Он в свои двадцать лет уже заключил пакт с сильнейшим духом воды. Может, вам стоит пообщаться? Поделиться опытом.

Ее слова меня смутили: меня хотят познакомить с парнем? А отец точно это одобрит? Как бы ни было потом худо этому бедолаге. Но все же внутри что-то ёкнуло от предвкушения перед знакомством.

Переодевшись, мы с матушкой направились в волчий зал. Волчий он был лишь потому, что весь был усыпан волчьими статуями. Гости уже собрались в пределах зала и бурно вели свои беседы. Когда мы с матушкой вошли в зал, резко стало тихо. Тишина резала слух. Все почтительно склонили головы и расступились, освобождая нам путь к столу, где уже сидел король с младшей дочерью. Матушка поклонилась королю и села рядом. Ее платье переливалось всеми цветами радуги, подол нежно касался пола. С плеч свисала полу прозрачная ткань, а пояс был усыпан розами. На голове, словно корона, смирно лежала коса. Тонкая и полупрозрачная шея, бледность кожи выдавали затворничество матери. У всех нас кожа была нездорово бледной. Мы очень редко покидали дворец. Лишь у отца цвет кожи отличался и казался золотистым. Поклонившись отцу, я присела рядом с сестрой.

— Приветствую вас, мои дорогие друзья. Прошу, садитесь за столы, начнем наш пир. — усиленным магией голосом, сказал король. Все родовые семьи начали усаживаться, и заиграла приятная мелодия.

Сегодня присутствовали одни из сильнейших семей и самые влиятельные люди страны. Нас посетил род Водных владык, именуемый Каэрис. Этот род возглавлял герцог Налиус, близкий друг моего отца. Они являются старшим родом и сильнейшими магами после нашей семьи. Приехали они к нам издалека: их поместье расположено у гор Вестаса, ближе всех к друидам. Впрочем, вряд ли друиды осмелятся сунуться к Каэрис. Уж очень суровы они были. Именно про сына Налиуса мне и говорила матушка: мальчик смог заключить пакт с высшим Архаем — духом воды Аурией. Также нас посетили и младшие роды. Род огненных клинков Валмир с их главой Асгаром. Они мастера огненной магии и кузнечного дела. За ними сидел младший род теневых стражей Зарталь. Глава семьи Мурас является главой разведывательного отряда короля. Эта семья специализируется на иллюзиях и скрытности.

Было неловко от всех взглядов: в свет родители брали меня крайне редко. Мне не разрешалось покидать дворец. Всем было интересно, какая же она, наследница Сильверов. От нервов я начала накручивать прядь волос на палец и постукивать каблуком.

— Сестрица, все в порядке? — Азалия облокотилась на мой стул и прошептала мне на ухо. — Не обращай внимания, все завидуют, какая у меня сестрица. — Легкая улыбку тронула лицо моей младшей сестры. А у меня замерло сердце. По левую сторону от сестры сидел герцог Налиус с сыном. Тот самый парень с площади, он все так же сверлил меня своим холодным взглядом. Что ж теперь все ясно, значит род Каэрис, да. Они славятся суровым взглядом и стальным характером. По коже побежали мурашки, парень смотрел не просто с привычным для его рода холодом, он смотрел на меня так, словно ненавидел всем сердцем.

— Мне точно стоит с ним разговаривать? — подумала я, не отводя от него взгляда.