Душа из снега и стекла

— Значит, править должен кто-то достойный, и тогда порядок будет везде и всегда.

Гром цокнул и погладил меня по волосам.

— Наивные мечты, дорогуша. Ладно, можешь надеяться и дальше. Что ж, это был весьма приятный разговор, но теперь мне нужно завершить начатое. Не возражаешь, если я начну с прекрасных карих глаз? Думаю, тебе они больше ни к чему.

Гром замахнулся рукой в моё лицо, а я сжала кулаки и приготовилась к боли.

Всё изменится.

Всё станет лучше.

Иначе и быть не может!

Я буду верить до конца.

Чёрный кинжал полетел в сторону Грома, он резко обернулся, закрылся искрящимся щитом и сдавил моё горло предплечьем, прижимая к себе.

Боги… ну почему ты здесь?!

Данте внимательно смотрел на нас и обходил по кругу, словно хищник, приготовившийся к атаке.

— А вот и он! Наш главный зритель! Я всё гадал, найдёшь ли ты мои метки, — видимо, нашёл.

— Ты просто переломал позвоночники и пальцы моих солдат? Конечно, я заметил убогий почерк, Гром. Мог бы сам найти меня, а не бегать по полю боя как пурпурный заяц. Я же вроде не женщина, зачем меня так завлекать?

— Нашёл твою подружку по пути. Хорошая женщина, умная, мне такие тоже нравятся. Мы как раз готовились оставить тебе сюрприз, но ты решил лично посетить представление — так даже лучше.

— Анита — умная целительница и часть ближнего круга, но вряд ли это самый достойный трофей, Гром. Мог бы выбрать кого-то поинтереснее.

— Брось, не строй из себя сухаря — я же чувствую, как она пахнет тобой. Вы явно не просто часть общего круга.

Данте лукаво оскалился.

— Можешь пойти и перенюхать всех женщин Тайгера, могу поспорить, на каждой пятой ты заметишь мои следы.

Гром засомневался, продолжая больно сдавливать мою шею. Я вдавливала ногти в предплечье, пытаясь ослабить хватку, и с прямотой смотрела в лицо Данте, пока тот не сводил хищного взора с фэйца позади. Его губы коснулись моего виска.

— Так ты мне наврала? Или это он пытается одурачить меня? Кто же из вас двоих врёт? Подумай хорошенько перед тем как ответить — я и сейчас могу разгромить твой лагерь и поджарить слабых целительниц и раненых.

Данте подал голос вместо меня.

— Не строй из себя кару небесную, Гром. Лагерь отбили, сейчас там наши хранители. Пусть вы давите нас по всем линиям — эта битва ещё не окончена.

— Данте, ты так же туп, как и самоуверен. Сюда движется орда с востока. Думаешь, мы сразу бросили на вас все силы? Ты же генерал, должен быть сообразительнее. Скоро оставшаяся часть войск Барелия и Альшира ворвётся в битву и затопчет остатки вашей армии как тараканов. Пока остатки ваших войск охраняют границы, все наши хранители направляются сюда, чтобы второй волной добить твоих щенков. Игры кончились — эта битва закончится сегодня, никаких перестроений вы сделать не успеете, и королева со своей ящерицей вам не поможет.

— И ты решил оповестить меня о ваших планах?

— Так вы всё равно ничего не измените. Это конец, Данте. Конец Ледяного Дракона и власти рода Тудор. Но перед своей смертью ты должен испытать больше боли. Говоришь, она тебе не интересна? Тогда, может, я заберу её в Карат? А ты сможешь любоваться нами из подземного мира и наслаждаться зрелищем.

Гром поцеловал мои волосы и прижался щекой к голове. В глазах Данте заклубилась магия, маска безразличия медленно крошилась. Меня не волновала собственная судьба, но осознание того, что испытает генерал, наблюдая за моей смертью, душило сильнее крепких рук.

— Она пахнет травами, Данте. Исключительная. Раз уж ты не заинтересован ею, тогда заберу её для себя.

— Достань свой меч и прими бой, ничтожный сопляк. Я же всё равно доберусь до тебя, так или иначе.

— Плевать. Так что, Анита, хочешь в Карат? Мне одиноко в поместье одному, будешь развлекать меня и разбавлять одиночество. Хочешь?

Я отрицательно покачала головой, а Гром рассмеялся и вновь поцеловал волосы в зоне виска.

Его глаза ярко вспыхнули и переместились на Данте.

— Не хочет. Ну ладно, тогда пусть полетает.

Я не успела осознать происходящего, видела лишь растерянный взор Данте перед тем, как Гром отпустил меня и зашвырнул к обрыву. Я схватила руками воздух и завалилась назад в ущелье.

Данте схватил меня за руку в полёте. Я висела над ледяной пропастью и глубокого дышала, пока Данте, стоя на коленях, затягивал меня обратно. Он поднял моё тело и оттянул от обрыва. Я схватила его за ворот и стала глубоко дышать, пока мужчина обнимал меня и прижимал к крепкому телу.

— Всё нормально, Нита. Я рядом. Милая, всё будет хорошо, я уведу тебя отсюда. Просто подожди.

Мерзкий смех Грома разлетелся над ущельем.

— Вот и ответ! Какая прелесть. Вы такие милые, Данте. Я буду великодушен и позволю вам сдохнуть вместе, ведь в отличие от тебя у меня есть сердце.

Гром покрылся искрящимся светом и поднял ладонь к небу, он продолжал смеяться, пока густые тучи быстро собирались над головой. Данте взял меня на руки и хотел встать, но по земле прокатилась молния и ударила его по ногам. Магия внутри Данте взбеленилась, и он не мог сосредоточиться.

— Умирайте помедленнее, пожалуйста.

Невиданной силы серебряный луч ударил с неба прямо в нас.

Данте испуганно перевёл глаза наверх и подмял меня под себя. Он закрыл меня своим телом и вдавил в землю.

Я ощутила, как магия фэйца хлынула наружу, он покрыл своё тело металлом и принял удар в себя, окружив меня узким сконцентрированным магическим покровом. Его глаза расширились, а тело задрожало.

Моё сердце замерло вместе с разумом.

Искры летели во все стороны и выжигали землю вокруг меня, но магия не могла пробить заслон Данте. Я почувствовала запах горелой плоти, и ком желчи подступил к горлу.

Спустя десять самых долгих секунд в моей жизни поток магии Грома прекратился. Данте замер, металл втянулся в щитки фэйца, по моим щекам потекли густые безостановочные слёзы, а генерал лишь ласково улыбнулся и прохрипел, что всё будет хорошо.

Я хотела ответить ему хоть что-то, но изо рта мужчины потекла кровь, и он завалился на землю.

— Данте?

Я говорила шёпотом, нависая над мужчиной.

— Данте? Ну же… Данте?

Опустила голову к горячей броне и пыталась услышать стук его сердца, но его не было. Синие глаза мужчины были открыты, но пульс не ощущался.

Паника накрывала меня всё сильнее, пальцы затряслись.

— Данте, Данте. Подожди, нет, я помогу. Данте, только будь в сознании, оставайся в сознании ради всех богов.

— Анита, брось, ты ему уже не поможешь. И всё же это был смелый поступок — он спас тебя. Может, всё-таки в его чёрном сердце и был какой-то свет. Что ж, теперь у меня отпало желание возиться с вами. Занимайся, целительница, можешь ещё немного полечить его труп.

Гром театрально вздохнул за моей спиной.

— И всё же… как хорошо. Знаешь, Нита, жизнь вновь засияла яркими красками. Смотри, Брук — твой мучитель наказан. Твой брат сделал прощальный подарок, можешь перерождаться спокойно, а я подожду здесь.

Шаги Грома отдалялись, но я не слышала ничего вокруг.

Мои сложенные руки били в грудь генерала, я всеми силами пыталась запустить его сердце.

— Ты должен жить! Ты обязан выжить! Данте!

Искусственное дыхание и массаж не помогали, тогда я пробовала запустить его магию своей.

Слёзы капали на живот генерала, но я всё продолжала без остановки биться в закрытые двери.

Гром оказался прав, я не смогла сдержать крика — он вырвался наружу, затмевая все другие звуки вокруг.

— Данте! Очнись же, Данте! Умоляю тебя!

Одинокие горы слышали, как я сломалась и потеряла надежду и смысл жизни.

Я продолжала кричать, пока горло не охрипло, и билась в его грудь, выпуская нити.

Никогда в жизни мне не было так страшно и больно…

— Этот мир не должен потерять тебя, Данте! Ты нужен им! Ты обязан бороться! Не смей так подводить всех! Вернись ко мне, вернись к Каю, просто вернись, ради всего святого, Данте.

Я целовала его лоб и продолжала молить, выпуская магию и сжимая сердце нитями в надежде вновь запустить.

— Я дам тебе всё что захочешь, забери всё, но не оставляй нас. Я скоро умру, позволь мне уйти вместо тебя, пожалуйста, генерал.

Надеюсь, боги слышат, как сильно я их ненавижу.

Элизабет.

— Всё будет в порядке, не волнуйся, рука будет работать как и раньше, скоро прибудет очередной экипаж и вас переправят в Тайгер.

— Миледи, я ещё могу сражаться, позвольте мне продолжить.

Юный хранитель чуть не лишился руки, но всё же настаивал на своём участии в битве, однако с такими ранами он скорее станет лёгкой мишенью, а не героем. Я вымыла руки в тазу и мягко улыбнулась парню.

— Ты уже сделал более чем достаточно, лучше сохрани остатки сил. Возможно, и столицу придётся отбивать — хорошие воины нам ещё пригодятся.

— Но я хотел помочь своим.

— Ты не поможешь им своей смертью. Восстановись и прибереги силы на потом. Давай каждый будет делать своё дело: ты — сражаться, а я — лечить и давать рекомендации.

Фейри нахмурился, но всё же кивнул.

— Вот и хорошо. Полежи ещё немного и ступай к выездным палаткам, там ждут своей отправки ещё пара десятков воинов.

Мы закончили диалог, и я вышла на улицу и стала разминать затёкшие плечи. Физические занятия, конечно, пригодились, но всё же день близился к концу. Я провела в лагере уже около пяти часов, и мышцы стали забиваться от постоянного напряжения.

Раненые всё продолжали поступать, а силы врачевателей медленно иссякали. Если ночью у нас не будет отдыха, то и толку никакого не будет.

Лекарям нужно было восстанавливать магию и силы. Я старалась регулировать этот момент и сменять их группами, давая перерыв в несколько часов, однако они всё равно уже начали уставать.

Мои глаза были прикованы к небесному своду, со всех сторон небо закрывал либо густой дым, либо тучи — эта серость ужасно нагнетает.

Около лагеря стояли солдаты Данте, а вот самого генерала тут не было, да и Ланцер с Радосом сейчас далеко. Я серьёзно волнуюсь о каждом из друзей и близких. За этими переживаниями даже не заметила приближения лохматого зверя с востока.

Это была волчица, если я правильно определила по её заострённой мордочке и тому, что она была чуть меньше и стройнее Роя.

Животное выглядело взволнованным, но не агрессивным. Она не напугала меня, а скорее заинтересовала, пока бегала от палатки к палатке и устрашала лекарей.

По итогу её взор упал на меня, и животное приблизилось, обнюхивая волосы и небольшую походную сумку с травами.

Волчица заглянула мне в глаза и толкнула боком, разворачиваясь к востоку.

Что вообще это значит?!

— Чего ты хочешь от меня? Зачем пришла сюда?

Волчица явно пыталась увести меня из лагеря, но с чего вдруг я должна доверять хранителю чужой страны.

Мои ноги вросли в землю.

Однако следующее её действие разбило сомнения в пух и прах. Она подошла ближе и положила на землю передо мной круглую пуговицу, а когда я взяла в руки этот предмет, то испугалась.

Рубашка Аниты.

— Это же наставница? Она в опасности? И ты ведёшь меня к ней?

Волчица многозначительно кивнула. Я засунула пуговицу в карман и побежала в палатку, схватила арбалет, и отдав основные распоряжения на время отсутствия, выскочила наружу и помчалась за серым блестящим мехом.

Дилан пытался меня остановить и спросить, куда я направляюсь, но получив в ответ несуразную чушь о неотложных делах, всё же отпустил из лагеря.

Нет времени искать помощи. Да и я до конца не уверена, что волчица действительно помогает нам, поэтому лучше рискнуть только своей жизнью, чем многими.

Я бежала по равнине, забыв про усталость и боль в мышцах, затем мы преодолели небольшую лесную речку.

Ноги намокли, и это явно не добавляло энтузиазма.

Волчица постоянно сбавляла темп и дожидалась меня.

Лёгкие горели словно в агонии, как и икроножные мышцы, но никакая сила не могла остановить меня на пути к наставнице.

Впереди ударил оглушительный разряд молнии — я ещё не видела такого широкого и длительного магического потока этой стихии. Я замерла от ужаса, осознав, что там сейчас Анита.

До этого места ещё метров шестьсот, нужно было ускориться, но я остановилась, чтобы немного продышаться.

Если там такой сильный маг, то каковы шансы Аниты против него?! Совершенно точно — никаких. Успею ли я вовремя и как смогу защитить наставницу?!

Разум говорил, что нужно найти кого-то сильного и привести на подмогу, но страх за её жизнь был сильнее. Вдруг ей сейчас нужна целительская помощь, а пока я буду бегать туда-сюда — упущу время.

— К чёрту, побежали скорее туда.

Мы с волком вновь бросились вперёд, перепрыгивая коренья и приближаясь к выходу из пролеска. Впереди должно быть широкое ущелье, я помню это место, поскольку на собрании генералы обсуждали его.

Надеюсь, Анита не упала с вершины.

Мы подбежали к краю обрыва, и волчица рванула влево, а я, задыхаясь, помчалась следом. Вдалеке я видела женщину, оказывавшую первую помощь.

Наставница. Слава богам.

Я упала коленями в землю и стала осматривать отрешённую женщину, но она смотрела вниз и с остервенением давила в грудь мужчины.

Улыбка сползла с моего лица, когда я увидела замершие синие глаза.

— Боги милостивые… генерал…

Анита не слышала и не видела ничего, кроме Данте. Я положила пальцы на его шею и попыталась нащупать пульс или искру магии, но не ощутила ничего.

По моим щекам скатывались слёзы боли, а состояние Аниты добавляло картине ещё большего ужаса.

— Наставница, он уже не оживёт, сердце замерло. Анита, пожалуйста, успокойся.

Челюсти женщины были плотно сжаты. Она ни разу не обнаружила моё присутствие, пока я не положила пальцы на её скрещенные ладони.

— Здравствуйте, наставница. Это я, Элизабет. Анита, массаж сердца ему больше не поможет, к сожалению, он погиб.

Голос женщины был твёрдым и хриплым, словно она постарела на несколько сотен лет в один момент.

— Он парализован, шанс ещё есть, ещё пять минут возможности запустить магию. Я должна это сделать, чего бы мне это ни стоило.

— Не знаю, Анита. Шансы очень малы. Если бы хоть искорка, но он пустой, вообще никакой магии.

— Она замерла после удара молнии. Еще можно всё исправить!

Я кивнула и посмотрела на красивое лицо мужчины.

— Что мне сделать? Как помочь?

Глаза Аниты ярко вспыхнули. Она уставилась на меня и напугала этим до ужаса.

— Боги послали тебя сюда не просто так, дитя. Слушай меня очень внимательно и не перебивай. Моей магии не хватает, чтобы запустить его организм заново. Если импульса не будет, то из паралича он перейдёт в стадию смерти. Но у нас есть шанс на спасение генерала. Ты должна взять мои нити и вытягивать их вместе с остатками жизненных сил, перегоняя в его тело. Моей силы и жизни хватит, чтобы дать нужный импульс и вновь завести сердечный ритм. Элизабет! Не смей мне перечить! Это приказ! Ты одна из немногих, кто сможет провести эту процедуру, и действовать надо быстро.

— Но вы же умрёте, госпожа… Как я могу?! Тем более нет никаких гарантий, что его сердце начнёт биться заново, а вот ваше остановится навсегда. Не просите меня о таком, пожалуйста, наставница.

Анита смягчилась и мягко улыбнулась мне, сжимая мою ладонь в своих руках.

— Дитя, мне осталось не так много. Мой мозг с каждым днём умирает после травмы из прошлого. Поэтому я так сильно нуждалась в такой ученице, как ты, поэтому я не давала Данте шансов на семью. Мои дни и так сочтены, я проживу максимум пятьдесят лет и всё равно сгину, а он нужен Стране и короне. А ещё я люблю его, милая, люблю всем сердцем — ты должна меня понять больше кого-либо.

Я громко шмыгала носом и мотала головой.

— Как же так. Вы ещё так много всего должны были успеть, госпожа. Я же так нуждаюсь в вас. Почему мы не можем спасти вас? Данте хотел бы, чтобы вы жили.

— Решения нет, милая, я искала везде, но, к сожалению, это не исправить. Поэтому, пожалуйста, дай шанс хотя бы одному из нас, и я прошу тебя — пусть им станет он. Мы должны попытаться, хотя бы попытаться.

Я продолжала давиться слезами, но сокрушённо сдалась и кивнула, на что получила благодарные глаза и лёгкую улыбку.

— Спасибо тебе, Элизабет. Оставайся всегда такой же сильной и смелой, ты станешь достойной заменой мне. Помогай Кайлуму и Лилиане, заботься о родителях и стань счастливой женой в будущем, цени каждое подаренное жизнью мгновение и проживи достойную жизнь. Ты моя любимая ученица, и я всегда буду приглядывать за вами. А если Данте очнётся, скажи ему, что он наконец-то свободен от этих уз, пусть найдёт своё счастье с другой и одарит её своей самоотверженной дикой любовью — не хочу наблюдать из Долины, как он тоскует.

— Я поняла, я всё поняла. Я тоже люблю вас, наставница. И всегда буду помнить, до последнего дня.

Мы коротко обнялись, и я положила ладони на её грудь и грудь Данте, пока она с любовью сжимала его руки и любовалась им.

Жгучие слёзы давили сердце, и мне тяжело было сосредоточиться, но больше нельзя терять времени.

Я стянула тёплые нити Аниты и медленно переправляла её магию в обездвиженного фэйца. Когда магия наставницы кончалась, я стала вытягивать её жизненные силы и зарыдала пуще прежнего.

С каждой каплей этой силы её тело расслаблялось, и когда я забрала остатки, Нита в последний раз улыбнулась мне, сказала спасибо и мягко упала рядом с мужчиной.

Я зарылась лицом в ладони и стала плакать.

Глаза Данте закрылись, но я не услышала его пульса.

Видимо, мы опоздали.

Глава 40.

Мира.

Мы с Люкс, отдышавшись, направились по намеченному пути к корпусу целителей, однако прорваться оказалось сложнее, чем предполагалось.

Люкс словно золотой смертоносный луч уничтожала врагов клинками, она двигалась быстро и грациозно, пока я остервенело добивала хранителей, прикрывая спину рыжеволосой фэйки.

Чувства отключились, я стала едина со своими короткими мечами и, не думая ни о чём, отражала нападения.

Магия ещё не восстановилась после проклятого зарока, без пламени мечи были значительно тупее, а замахи и ноги слабее, но это не мешало нам прорываться вперёд.

Огромная чёрная тварь рванула на меня справа, но я извернулась и подрезала сухожилия на лапе лореала, и когда зверь рухнул на землю, Люкс с разворота кинула в него золотой клинок, прибив морду к земле.

Рыжеволосая оскалилась и зарычала, а я восхищенно уставилась на девушку.

— По-моему, теперь я готова составить конкуренцию Роулу. В такие минуты я сама влюбляюсь в тебя.

Люкс засмеялась и крикнула мне ответ, отражая очередное нападение горца.

— Давай обсудим это после схватки, Ли. Но моё сердце открыто для любви.

Я улыбнулась и побежала вперёд, раскрутила меч и, оттолкнувшись от крупного трупа, влетела в спину следующего противника.

Мои руки и лицо покрывали красные пятна, от запаха крови мутило. Не надо было завтракать с утра, теперь есть вероятность вывернуть наизнанку внутренности на глазах у войска.

Малышка нисколько не мешала осуществлять свою месть, мне кажется, она уже сейчас понимает важность этого дня, знает, что я сражаюсь в том числе и за её благополучное будущее. Меня переполняла гордость, я восхищена стойкостью этого ребёнка.

Радос пролетел низко над нашими головами и схватил синего тролля за спину, отбросив в сторону. В последнее мгновение огромное копьё пролетело вперёд, практически столкнувшись с грудью дракона, но он успел уйти в сторону и взмыть в небо. Слава богам, он цел.

— Радос, держись на расстоянии, не дай задеть себя.

Дракон рыкнул и развернулся в сторону гор.

— Мне кажется, или вы наладили свою телепатическую связь?

— Да, обстоятельства заставили действовать решительно, пришлось быстро учиться.

— Нам это на руку. Слышала, кажется, слева ревел здоровяк, давай туда.

— Я за тобой, Люкс.

Девушка решительно кивнула и побежала вперёд.

Наши хранители устали, я видела тяжело раненных, продолжавших сражаться, и мы как могли помогали им словом и делом, не щадя себя.

Я бежала за Люкс, отставая метров на семь, её яркие рыжие волосы работали как сигнальный маяк в чёрно-серебряной давке.

Мне пришлось убрать мечи в ножны, чтобы ускориться и попытаться сократить расстояние, однако передо мной словно из воздуха материализовалась высокая фигура, и я на полной скорости врезалась в чёрную броню и свалилась на землю.

Подняв глаза, мы встретились взорами с зеленоглазым фэйцем. Я заметила за его ухом, над убранными в высокий хвост волосами, чёрную спираль. Тот же знак, что был у Эктора, сомнений быть не может — я знала, кто передо мной, и медленно отползала назад, пока мужчина степенно двигался на меня.

— Простите, моя королева. Мне приказано доставить вас к королю Дакану. Лучше бы вам попытаться сбежать.

— Ты ведь Дориан?

— Да, Ваше Величество. Дориан Эрнанд, второй генерал Страны Огня.

— Дориан, возможно, это не вовремя, но стоит сказать, что ты теперь первый и единственный генерал.

Глаза мужчины расширились, а на лице заиграла добродушная улыбка.

— Вот значит как. А я всё гадал, почему почувствовал такое единение силы у него и Рэтгара. Думал, это последствия их битвы. Это очень приятные новости, королева Лилиана. Полагаю, вы каким-то образом смогли разрушить силу его печати. Я рад за Роула. Но сейчас вам стоит позаботиться о себе, я не могу ослушаться приказа. Прошу меня простить заранее.

— Выбор есть всегда, Дориан, вопрос в цене.

— Моя цена — это жизнь дочери и жены, я никогда не смогу пожертвовать ими, как и вы своими родными. Я нужен им живым, миледи.

— Я понимаю, но и ты меня прости — я тоже нужна своей семье живой.

Люкс подскочила сзади и замахнулась клинком, целясь в подреберье фэйца, но он испарился в воздухе и оказался за спиной девушки. Она быстро развернулась и вновь замахнулась клинком, но снова прорезала воздух.

Дориан чертовски быстрый… Этот его дар — великолепное оружие против единичных целей, какими мы и являлись.

Я пыталась уловить схему его передвижений — определённо тут была траектория, а не хаотичные прыжки. Когда он вновь увернулся от нападения, я заметила беглый взгляд в свою сторону, резко встала и рассекла воздух перед собой. Мужчина в последнюю секунду успел увернуться и улыбнулся.

— Хорошая чуйка, королева, но вам стоит придумать что-то более действенное.

Люкс подлетела ко мне и закрыла собой.

— Тогда перестань прыгать туда-сюда и прими вызов!

— Юная алифийка мне не ровня.

— Достань свой меч — и проверим это на практике.

— Я бы поиграл с вами, но не могу больше задерживаться.

Дориан вновь растворился и появился справа от нас. Люкс закрутила меня, отводя в сторону, и взмахнула крыльями, чтобы отбросить генерала назад, но он устоял, схватил фэйку за руку вывернул — золотой клинок выпал из ладони. Люкс размахнулась ногой, но Дориан перекрутился на месте, удерживая её предплечье, и отбросил в сторону на сотню метров.

Моя челюсть отвисла. Что за сумасшедшая сила.

Зелёные глаза вспыхнули, фэец материализовался передо мной и сжал руками как в тисках, подняв над землёй.

Вокруг нас клубилась его магия.

Ещё секунда — и он утащит меня к Дакану.

Печальные глаза посмотрели мне в лицо, и он одними губами прошептал «прости».

Я не успела ответить… Белый мех метнулся в нас и разбросал в разные стороны. Моя спина прочертила дорожку по твёрдой каменистой почве, и я застонала, пока одним глазом рассматривала, как Ланц в форме зверя пытается поймать перемещающегося Дориана.

Здоровяк как всегда вовремя. Я тяжело вздохнула и на мгновение припала затылком к земле, усталость медленно растекалась по телу, мышцы гудели, а виски жутко стучали.

Небо золотилось, день уже близился к концу, а просвета до сих пор нет.

Как же я устала и хочу спать.

Фейри поменял форму и вытащил меч из ближайшего погибшего.

Я думала, основная сила Ланцера — в возможности менять облик, забыв о том, что он невероятно опытный и сильный мечник. Дориан перемещался, но фейри читал его движения как открытую книгу и наносил удары ещё до момента появления тела Дориана.

На лицах мужчин расцвели жуткие улыбки.

— Ты совсем не стареешь, медведь. Или это белые волосы скрывают седину?

— Много говоришь, генерал. Как там дочурка?

— Растёт сильной фэйкой, моя гордость.

— Жаль только, отцом ей не погордится.

— А вот это было обидно.

Они свирепо сражались друг с другом, пока я искала глазами Люкс, но нашла другого… Ярость вспыхнула огненной вспышкой.

Декстер наконец-то объявился.

Он шёл сбоку от сражающихся и злобно ухмылялся, глядя на меня.

Рациональность заснула, а на её смену пришла безграничная злоба.

Я медленно встала и подняла своё оружие, идя навстречу ублюдку.