Гибель королей

Однако всё это было позади — на горизонте показались огни Косзана. Они прибыли в сумерках — в самое тёмное время суток, как принято считать, когда даже яркий свет не столь эффективно рассеивает тьму, как в более тёмное время суток, ночью.

Стражи выставлено не было, да и зачем? Планировалось сохранить максимальную анонимность, ведь если вокруг поселения будут блуждать мужи при оружии — у кого-то могут возникнуть подозрения... Осталось дело за малым — найти, где базируются их женщины.

— Вот мы и добрались, — заключил Зигфрид, ведя верного белого Грани под узды. Рядом, довольная собой, шла Гейр, чуть ли не опираясь на своего принца. За ними, чуть поодаль, следовали остальные спутники — Марвин чуть впереди и чуть поодаль от него Амалия. Последняя к тому моменту уже не испытывала болей, да и прочих проблем со здоровьем на ней не отражалось — не хватало лишь одной кисти.

— И с чего же нам следует начать? — чуть помолчав, отозвался Марвин, оглядывающий деревеньку перед собой. Из дымоходов валил дым — должно быть, местные готовят ужин, кто-то уже готовится отойти ко сну.

— Ну, признаков появления Гунтера и Хагена нет — если только они не вернулись по одиночке, либо и вовсе погибли — иначе бы, по нашей задумке, возле деревеньки должен был бы быть военный лагерь — на всю ораву не хватит домов. Собственно, точно и не знаю, что нам делать. Будем ломиться в первый попавшийся дом и спрашивать старосту, — рассмеялся Зигфрид.

Так они и сделали. Зигфрид, а за ним и остальные, подошли к первому попавшемуся у них на пути строению — одноэтажному, дощатому и с закрытыми ставнями — из трубы валил дым. Стук в дверь не заставил себя ждать. Не прошло и полминуты, как дверь открылась, а перед взором домочадца — предстало четыре странника с накинутыми на голову капюшонами плащей.

— Доброго вечера! — начал жизнерадостный принц, — Я Зигфрид, это мои спутники, — обвёл он их рукой позади себя, — где тут староста? Нас должны ждать...

— Герр Зигфрид! — оживился и повеселел до этого равнодуший мужик среднего возраста, с лысиной на темени, кареглазый и чёрными густыми усами, — Моё имя Румольт. Я нанялся поваром для королевского семейства, так что, вы попали по адресу! Стало быть, мне необходимо подать ещё... Раз, два, три... Четыре порции! Вы прибыли как раз к ужину, и скоро всё будет готово! Ожидайте, а мой сын Фолькер пока проводит вас до ваших женщин.

Далее повар обернулся и крикнул во всю голосину во мрак своего дома:

— Фолькер! Поди сюда!

Зачем было так орать, не совсем понятно, ведь дом у Румольта был не то что бы большим... Тем не менее, его сынок явился в считанные секунды. На вид ему было лет 17-18, он был достаточно пригож, румян, на лице торчал юношеский пушок светлого цвета, однако видно, что он уже начал бриться ранее. Светлые волосы были у него и на голове, но вились в кудри. Глаза голубые, вопреки наследственности отца.

— Вы не обращайте на него внимание, — снова взял слово его отец, — он немного придурковатый, но дело своё знает. У него в голове лишь песни и пляски, так что, если он начнёт вам петь — не удивляйтесь, я вас предупредил. Учу, учу его уму-разуму — а толку ноль.

— Чему же ты его учишь, дурень? — с лукавой улыбкой спросил Зигфрид.

Румольт почему-то сделал вид, что не услышал оскорбления.

— Да как же чему? Тому, что сам умею. Местные хвалят меня за готовку пищи, у всех я на хорошем счету, пускай и он пойдёт по моим стопам, как я думаю...

— Нередко бывает, когда дети не хотят и не идут по стопам своих предков и не наследуют качества родителей. Посмотри на него! Какие плечи, а длина рук... Да этот парень явно заслуживает большего, нежели мешать ими суп! Отныне я беру его к себе в оруженосцы!

— В оруженосцы... — глаза отца округлились.

— В оруженосцы. Будет служить мне, чистить мою кольчугу, оружие... Кое-какие ещё поручения исполнять.

Отец не знал, как на это реагировать.

— Но...

— Отец! — прервал его сын, — Я готов пойти в услужение этому славному мужу Бургундии! Ты же сам говорил, что из меня ничего не получится. Так отпусти же меня!

— Я... Я попробую. Да, можешь идти. Отныне служи ему, как служил мне. А пока покажи им, где остановилась принцесса и остальные. За вещами зайди после.

— Да! — лицо юного Фолькера засияло, он чуть ли не бегом выбежал на улицу под дождь.

— Плащ-то надень, болван!.. Дождь-то какой...

— Хорошо, отец, — отозвался сын и воротился.

Зигфрид переглянулся с остальными спутниками.

Не прошло и минуты, как их новоявленный спутник снова вышел к ним на улицу в полном необходимом облачении.

— Проследуйте за мной. Это здесь, не далеко.

Сделав пару десятков шагов, Фолькер вновь обратился к шествующему рядом Зигфриду:

— Герр Зигфрид, так когда я поступлю к вам на службу?

— Считай, что ты уже поступил, — ответил он и таинственно улыбнулся, обнажив белые зубы и красные дёсны.

— Вот так просто!? Не нужно ни клятв, ни чего другого?

— С этим пока подождём, сейчас есть дела поважнее. Как управимся с этим делом, возвращайся домой, простись с семьёй как следует, а завтра к полудню я жду тебя у себя... Кстати, стало быть, мы не поместимся все в одном доме, если я правильно понял, куда мы идём? С виду, дом совсем не большой. Я правильно понял, что именно сюда ты нас и ведёшь? — указал он на двухэтажное дощатое сооружение впереди, с виду не сильно больших размеров.

— Именно так, герр. Но я не уполномочен распоряжаться квартирами в нашем поселении. Это вам к старосте.

Они остановились — сначала Зигфрид, затем их проводник, затем и все остальные, идущие следом.

— Нет, малыш, это тебе к старосте, — ткнул он его пальцем в грудь, отчего тот немного пошатнулся, — распорядись поселить нас. Да что бы не сильно далеко от остальных наших! Нет, лучше приведи старосту сюда...

— Будет исполнено, господин!

— Вот и славно... А теперь бегом отсюда!

— Есть! — и в мгновение ока он удалился.

— Ну, — тем временем Зигфрид обернулся к собравшимся, — вот мы и на месте! Добрались!

Пройдя ещё несколько шагов, они остановились у порога строения без видимого фундамента, чуть слева от дверного проёма, под небольшим навесом, — потому и не тух!, — горел факел. Зигфрид постучал.

— Это, наверное, ужин принесли... — услышали они изнутри приглушённо.

Зигфрид обернулся на спутников, и улыбнулся — в ответ улыбнулась лишь Гейр.

Дверь отворилась. В дверях показался Гизельгер. Сначала он и слова-то проронить не мог, лишь молча ошарашенно, открыв от неожиданности рот, смотрел то на Зигфрида, то на его спутников за его спиной: то на Марвина, то на не знакомую ему пока Гейр, то на такую же пока не знакомую Амалию... Зигфрид же всё это время улыбался.

— Ну что такое, принц? — обратился он к Гизельгеру, — Не узнал что ли меня с Марвином? — и рассмеялся.

— Ну кто там? — за его спиной возникла ещё живая Эмма, — Зигфрид! — развеселилась она, и скрылась в доме, — Мой спаситель вернулся! — послышалось издали.

— Господи, я чертовски рад вас всех видеть! — вышел вдруг из оцепенения Гизельгер, — Давайте скорее в дом! — и распахнул перед ними дверь пошире, а сам отступил чуть в сторону. Все поспешно вошли. — Эй, а кто это с тобой?..