Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2
– Ах да, было что-то такое. – Цао Цзюань с раздражением сжал ножны меча в руке, отводя взгляд. А потом очень тихо добавил: – Как ты вообще узнал…
Однако слух Линь Яна полностью восстановился и стал таким же острым, как и прежде.
– Я пришел кое-что обсудить на гору Распорядков. А там мне сказали, что глава внезапно убежал в сторону Туманного склона. Вот я и направился сюда.
– Кажется, главе Цао следует научиться не произносить свои мысли вслух, – ухмыльнулся Цзэ Сюлань.
– И что же старейшина Линь хотел обсудить? – Цао Цзюань весь покраснел от стыда, и его голос стал совсем тоненьким.
– Это не так важно, как здоровье мастера Цзэ. Так что забудьте.
Дважды повторять Цао Цзюаню не пришлось. Он тут же вскочил на меч и скрылся.
Линь Ян задвинул за ним двери, а потом подошел к кровати хозяина Туманного склона. Он какое-то время молча смотрел на бледное, осунувшееся лицо заклинателя. Цзэ Сюлань тоже смотрел в ответ. Порой долгий прямой взгляд становился настоящим испытанием, но золотые глаза лучшего в мире мечника вызывали только чувство гармонии и спокойствия.
– Как ты? – Линь Ян присел рядом с кроватью.
– Неплохо. Возможно, лекарь Ли не так способен, как Янь Хуа, но он тоже знает свою работу.
– Полагаю, в будущем Янь Хуа откажется лечить и меня, – между прочим заявил Линь Ян.
– Почему?
– Мы с ней слегка повздорили после моего пробуждения. Когда я узнал, что она отказалась лечить тебя и приказала всем своим прихвостням не подходить к тебе, я был слегка зол и обругал ее. Возможно, слишком сильно обругал. В любом случае извиняться я не планирую.
Цзэ Сюлань понимал, что это было явно лишним, но отчего-то ощутил удовлетворение. Чувство, когда тебя защищают, было непривычным, однако весьма приятным.
– Неужели старейшина Линь решил нажить себе врагов в ордене? Нет-нет-нет, это моя привилегия.
Шутка была несмешная, но Линь Яну захотелось посмеяться. Все это время он не переживал за здоровье Цзэ Сюланя. Тот не получил травм, с которыми не смог бы справиться, и к тому моменту, как сам Линь Ян очнулся, состояние хозяина Туманного склона стабильно улучшалось. Просто следовало подождать, пока его тело полностью придет в норму. Не было поводов для беспокойства, но Линь Ян тосковал по этому человеку. И поэтому сейчас, когда тот наконец-то пришел в себя, Линь Ян чувствовал тихо клокочущую в груди радость.
– Помнишь, в той странной яме в пространстве Тан Цзыци ты попросил меня запомнить печати и после нарисовать их. Вот, держи. – Линь Ян достал из-за пазухи сложенные листы и передал их Цзэ Сюланю.
Тот с интересом их принял и развернул, рассматривая интересный узор. Это были не иероглифы, а непонятные символы, напоминающие орнамент. Что ж, с ними предстояло разобраться. А еще следовало хорошенько изучить печать, что Линь Ян принес еще до собрания альянса. Тогда времени на поиск истины особо не было, но теперь его предостаточно.
– Глава Цао сказал, что Линь Цзо лично занялся поиском Тан Цзыци. – Цзэ Сюлань покрутил в руках записи и отложил на тумбу у кровати.
– Не волнуйся об этом. Как только она попадет в руки ордена, я приведу ее к тебе. Можешь с ней делать все что душе угодно.
Цзэ Сюлань рассмеялся такому жесту доброй воли.
– Ну что ты смеешься? – снисходительно улыбнулся Линь Ян. – Я серьезно.
– Старейшина Линь, ну неужели у меня настолько отвратительная репутация? Хотя, знаешь, мне было бы интересно с ней поболтать. Создать скрытое пространство, да еще и с возможностью перемещать туда людей. Это же так удобно, если кому-то нужно спрятаться.
– Что ты имеешь в виду?
– Неужели никто из обладателей подобной способности еще не додумался оказывать платные, так скажем, услуги разыскиваемым преступникам, например. Или людям, на которых объявлена охота. Ты только представь: тебя ищет вся страна, а ты сидишь в мире, которого, можно сказать, не существует. И тебе никто не угрожает. Императоры и наследники боятся спать спокойно, держат рядом кучу телохранителей, а достаточно нанять такого человека и каждую ночь проводить в мире, где тебя никто не достанет!
Линь Ян выслушал его очень внимательно, но выражение его лица стало отчего-то совсем кислым.
– У тебя много интересных мыслей… Но некоторые из них лучше рассказывать только мне.
– Да ладно-ладно, я все понимаю. Просто поверить не могу, что никто не додумался. – Цзэ Сюлань все продолжал веселиться. Возможно, из-за вернувшегося зрения или еще по какой причине, но у него было просто отличное настроение.
Они еще долго говорили о самом разном, разумеется и тему принятия учеников не обошли стороной. Цзэ Сюлань даже удивился: кажется, все остальные переживали за набор на Туманный склон больше, чем сам хозяин Туманного склона.
– Почему ты решил выбрать именно этих троих с низины Послушания? – Линь Ян имел представления о мотивах Цзэ Сюланя, но все равно хотел попробовать отговорить от этой идеи. – Они уже слишком взрослые, чтобы пытаться их перекроить. И раз их до этого ни один мастер не принял к себе, значит, в них нет никакого потенциала. Ты просто возьмешь себе обузу. Туманный склон и так имеет отвратительную репутацию, если же первые ученики окажутся никем, то твоя репутация как наставника будет втоптана в грязь.
– Я не собираюсь становиться хорошим наставником.
– Ты намерен тоже сделать всего один набор и остановиться? – Линь Ян явно намекал на наставника Цзэ Сюланя, что принял в ученики только его одного за все годы управления Туманным склоном. – Хочешь, чтобы в будущем Туманный склон вообще исчез?
– Старейшина Линь намекает, что моему наставнику следовало взять еще учеников, тогда бы не было никаких проблем и этой областью управлял достойный? – Цзэ Сюлань склонил голову к плечу, с интересом наблюдая переменившееся выражение на красивом лице Линь Яна.
– Прости. Я не это имел в виду. Я хотел сказать…
Цзэ Сюлань отмахнулся:
– Не надумывай. Мне правда все равно. Я не собираюсь обучать учеников с нуля. Я хочу работать с людьми, что уже имеют понятие о заклинательстве. Если они звезд с неба хватать не будут, то и не нужно. Я как-нибудь переживу.
– Если ты не знаешь, с чего начать закладывать основы, то всегда можешь позвать меня, я помогу.
– Тебя же в ордене раз в год если увидишь, то, считай, удача на год исчерпана.
– Сейчас время неспокойное. Я останусь в ордене. Поэтому смогу тебе помогать.
Цзэ Сюлань отрицательно покачал головой, и Линь Яну оставалось только сдаться. Кто бы мог подумать, что хозяин Туманного склона настолько упрям?
Вскоре лекарь Ли принес питательный отвар и прервал оживленную беседу. Мужчина был молчалив и, кроме «постарайтесь выпить все», ничего больше не сказал. Линь Ян, как взрослый и ответственный человек, внимательно проследил, чтобы миска Цзэ Сюланя оказалась опустошена полностью.
– Какое испытание придумал Линь Цзо? – спросил Цзэ Сюлань, заедая горький травяной отвар паровой булочкой.
– Как и всегда – полоса препятствий. Я не знаю всех нюансов, но точно будет что-то на смелость, ловкость, смекалку. Не знаешь, что провести на Туманном склоне?
– Понятия не имею. К тому же я знаю, каких учеников возьму, к чему вся эта клоунада?
– Есть такая штука, как традиции. – Линь Ян посмотрел в окно. На улице уже начали сгущаться сумерки, а они даже не планировали сворачивать разговор. Цзэ Сюланю определенно требовались покой и отдых, но Линь Яну так не хватало их бесед все это время, что он не мог уйти. А его к тому же еще и не прогоняли! – Испытание следует подбирать в соответствии с качествами, которые ты хочешь видеть в своих учениках. Какими должны быть твои ученики?
Цзэ Сюлань тут же начал перечислять:
– Они должны быть трудолюбивыми, ответственными, спокойными, смиренными, самостоятельными, послушными, уметь готовить, стирать, убирать, заниматься садом…
Линь Ян с сомнением посмотрел на мастера Цзэ:
– Ты ищешь учеников или слуг?
– Это требования к ученикам Туманного склона, – припечатал Цзэ Сюлань.
– Я так понимаю, эти требования были введены уже после твоего приема на Туманный склон. – Столкнувшись с острым взглядом ясных зеленых глаз, Линь Ян тут же рассмеялся: – Шучу-шучу.
Он протянул руку и потрепал хозяина Туманного склона по голове, словно утешая. Спутанные после долго сна черные волосы были на удивление мягкими на ощупь.
Цзэ Сюлань на какое-то время подвис от столь наглого вторжения в личное пространство, а когда «отвис» и собрался отдернуться, Линь Ян сам убрал руку.
– Что-нибудь придумаем, не волнуйся.
Глава 53. Этот мастер рад встрече
Цзэ Сюлань пробыл в забытьи немногим больше месяца, но даже за это время природа успела полностью сменить декорации. Климат в этом выдуманном мире отличался от того, к которому привык Цзэ Сюлань, но яркая выраженность сезонов осталась, к ней добавилась еще и поразительная смена этих самых сезонов. Поэтому, когда хозяин Туманного склона вышел на улицу после длительного лечения, его встретил аромат свежей листвы и теплый весенний ветер.
Цзэ Сюлань чувствовал себя очень странно. Казалось бы, пару дней назад он лежал в сугробе, а сегодня его сливовый сад уже надел зеленые шапки, под ногами молодая трава тянулась к солнцу, и все возвращалось к жизни, словно природа заново обрела голос, звучащий в унисон с ветром.
«Кажется, я так и не увидел цветение слив в этом году», – растерянно подумал Цзэ Сюлань.
Время до праздника Золотого пути пролетело в одно мгновение, и накануне днем Цзэ Сюланю пришлось объединиться с остальными мастерами, чтобы всем вместе встретить принца Нина. Каждый заклинатель счел необходимым одеться в наряд цвета своей области. Цзэ Сюлань чужие традиции уважал, но соблюдать не собирался. Если бы цветом Туманного склона было что-нибудь поприличнее, то он бы еще поразмыслил, но вырвиглазный бордовый определенно нарушал его душевное равновесие.
[Ты считаешь нормальным наряжаться в черно-золотые одежды перед будущим правителем страны?]
– Чэнь Хуан после длительного воздержания от общения не могла закрыть рот и не упускала возможности вставить свои пять копеек. Она была бы еще активнее, но Цзэ Сюлань пару раз уже отключал ее вовсе, чтобы не мешала. После такого система ворчала, но слегка поубавила свой пыл.
«Даже если и ненормально, то что с того? – Цзэ Сюлань, как человек с либеральными взглядами, не видел в этом серьезной проблемы. – Я на своей территории. К тому же императорский двор не имеет власти над заклинателями. Так что с того, что я решил одеться как человек, а не игрушка на елку?»
Разумеется, раз уж даже Чэнь Хуан решила высказаться насчет наряда, великие матера ордена тоже не могли пройти мимо.
– Почему ты опять стараешься выделиться? – гордо выступил Линь Цзо. После случая на собрании он стал относиться к хозяину Туманного склона еще хуже, ведь каждой собаке было понятно, что ловушка предназначалась Цзэ Сюланю, а Линь Ян попал в нее лишь по случайности.
– Разве же я стараюсь выделиться? Мастер Линь, я стою в самом конце, смиренно опустив взгляд.
– Полагаешь, что если мы терпим тебя, то и Его Высочество будет терпеть? Твой наряд не соответствует твоему статусу!
Цзэ Сюлань весело хмыкнул и изобразил сильное удивление:
– Мастер Линь, а я и не знал, что у вас лицензия на оценку гардероба! Раз уж вы такой знаток, обещаю, в следующий раз я обязательно посоветуюсь с вами.
– Мастер Цзэ, жизнь вас ничему не учит, – вмешалась Хэ Фэнь. В честь приезда Его Высочества она была облачена в белоснежные одежды горы Распорядков. В этом наряде она утратила весь свой грозный вид и приобрела мягкость и покладистость, которые резко контрастировали с острым взглядом. – Каким были, таким и остались…
– Каким? – оборвал ее Линь Ян.
Хэ Фэнь с нескрываемым недовольством посмотрела на старейшину ордена, но промолчала. После ссоры с Янь Хуа все поняли, что Линь Ян весьма благосклонно относится к мастеру Цзэ. А так как ссориться с Линь Яном никто не желал, приходилось и к Цзэ Сюланю в его присутствии относиться терпимее.
* * *Все, разумеется, предполагали, что принц Нин прибудет не один, а со своей свитой, но никто и подумать не мог, что эта свита окажется такой многочисленной. Кроме охраны в пятьдесят человек и личных евнухов, Его Высочество сопровождали парочка поваров, помощник, предсказатель, лекарь и еще нескончаемый поток людей. Всего к подножию гор прибыло боги знают сколько паланкинов.
Так как подъем на гору бессмертных сам по себе неплохое испытание, доставлять каждого члена свиты Его Высочества предстояло самим заклинателям. В результате большей части сопровождающих пришлось остаться у подножия гор и расположиться в походных шатрах, на случай если вдруг они экстренно понадобятся Его Высочеству. Лишь несколько человек из императорской стражи, приближенный евнух, помощник и повар получили возможность ступить на гору бессмертных.
Хоть праздник Золотого пути и был назначен на завтра, орден «Хранителей равновесия» начал пиршество уже сегодня. Глава Цао лично помчался провести экскурсию молодому Цинь Фэнчжану, показывая самые прекрасные уголки ордена. Так как гора Распорядков и гора Стремлений были огромными и забраться на них потребовало бы от простого смертного уйму времени и сил, было решено расположить Его Высочество в долине Лотосов. Как раз лужи после таяния снега и весенних дождей уже подсохли, а старейшина Лянь рьяно упрашивал поселить принца Нина именно в его владениях. Все-таки это культурная столица их ордена!
– А где господин Цзэ? – поинтересовался принц Нин, когда глава Цао красочно описывал долину Лотосов и говорил, что именно это место и станет домом для Его Высочества и его подданных на ближайшие несколько дней.
От вопроса Цао Цзюань растерялся, а лицо Хэ Фэнь, сопровождающей их всю дорогу, сделалось совсем кислым.
– Зачем вам мастер Цзэ?
– Он мой хороший друг, – улыбнулся принц Нин. – И мне было хотелось остановиться у него, если это возможно.
– Зачем же у него? – изумился старейшина Лянь, нервно теребя седую бородку. Он не стремился к знати и не собирался заискивать перед высокопоставленными людьми. К тому же он ведь заклинатель, разменявший не один век! Но он впервые за свою долгую жизнь видел принца так близко и разговаривал с ним. Тут даже такой старец будет слегка взволнован.
– Боюсь, что это невозможно, – покачала головой Хэ Фэнь. – Сейчас весна, на Туманный склон вернулись туманы. Там безумно сыро и влажно. К тому же там весьма бедная обстановка, неприятная для глаза. Ну и самое главное – у мастера Цзэ нет учеников. Поэтому некому присматривать за огромной территорией.
– Вы можете навестить мастера Цзэ позже. Он обязательно радушно вас примет и покажет все интересные места своей области. Но жить там – не лучший выбор, – утешил Цинь Фэнчжана Цао Цзюань. Изначально он хотел вообще проигнорировать эту просьбу, но Его Высочество выглядел по-настоящему расстроенным.
Цинь Фэнчжану оставалось только согласиться. Он действительно соскучился по своему другу. Они не виделись так давно, обмениваясь только редкими письмами. Хоть их знакомство и не продлилось долго, Цинь Фэнчжан чувствовал душевную близость с гордым и свободным мастером Цзэ. К тому же Цзэ Сюлань недавно оправился от тяжелой болезни. Следовало спросить его о самочувствии и вручить все дары, что принц Нин приготовил. Он привез подарки для каждого из хозяев ордена, но подарок для Цзэ Сюланя выбрал лично, и он имел особую значимость.
На самом деле принц Нин искренне надеялся, что заклинатели, свободные от иерархии и мирских забот, встретят его просто, как обычного путника. Он рассчитывал обменяться со всеми приветствиями, расположиться на Туманном склоне и завязать дружескую беседу за чашкой чая с Цзэ Сюланем. Но прием в ордене «Хранителей равновесия» ничем не отличался от приема в доме управляющего какой-нибудь префектурой. Принца Нина встретила целая толпа мастеров, наставников и учеников, ему устроили экскурсию по ордену, показали самые интересные реликвии, а потом пообещали банкет с развлекательной программой.
Среди этого всего помпезного гостеприимства Цзэ Сюланя Цинь Фэнчжан увидел только в самом начале и то смог обменяться с ним лишь взглядами да улыбкой. Ну и Цзэ Сюлань ему еще успел подмигнуть. А потом Его Высочество увели, а Цзэ Сюлань растворился в бесконечном потоке мастеров и учеников.
Позже на банкете мастера Цзэ тоже видно не было. Цао Цзюань, усадив принца Нина рядом с собой, вежливо пытался объяснить, что Цзэ Сюлань у них птица вольная и совершенно не дрессированная, поэтому он на подобные «посиделки» ходить не любит.
Цинь Фэнчжан понимал друга, он сам едва сдерживал зевоту. Аромат жареной утки и сладких пирогов смешивался с тяжелым запахом ладана, а голоса певиц звенели как надоедливые цикады. Его Высочество ловил себя на мысли, что предпочел бы ужин в скромном павильоне Цзэ Сюланя – даже если бы тот подал ему подгоревший рис вместо лучших угощений.
Принц Нин был в восторге от заклинателей, даже если те просто пели и танцевали, но лучше бы ему показали тренировочные сражения, чем устроили концерт. Пение красавиц ему и так приходится слушать по несколько раз в год на значимые праздники.
Его Высочеству выделили огромный двор в долине Лотосов, чтобы там смогла разместиться вся прислуга, поднявшаяся на гору. Кровати у заклинателей были чуть жестче, чем в императорском дворце, но это не помешало Цинь Фэнчжану уснуть за считаные мгновения.
Укладываясь спать, принц Нин в целом был доволен и счастлив. Заклинательский мир, хоть и имел много общего с привычным для него, все равно казался другим. Поэтому вместе с радостью в душе тлело сожаление о том, что у него не вышло стать частью этого мира.
Проснулся Цинь Фэнчжан рано: в середине часа кролика[1]. И помог ему в этом колокол, звонивший совсем неподалеку. Несмотря на то что сегодня первый день праздника Золотого пути, ученики тут же повыскакивали из своих павильонов на утренние сборы.
– Дисциплина в ордене прямо военная, – улыбнулся Цинь Фэнчжан, пока евнух помогал ему собраться. Евнуха звали Ли Фэн. Его взяли во дворец совсем ребенком, а в возрасте пятнадцати лет приставили к принцу Нину. Тому тогда было еще только семь лет. Ли Фэн был очень покладистым и мягким человеком. Цинь Фэнчжан сразу нашел с ним общий язык. Именно поэтому Ли Фэна до сих пор никто не подменил, несмотря на небольшую медлительность и простодушие.
– Какие планы у Вашего Высочества на сегодня? – поинтересовался Ли Фэн, заплетая длинные волосы принца Нина.
– Сегодня первый день открытия ордена для новобранцев. Я собираюсь посмотреть на это. Но прежде всего я бы хотел встретиться с моим другом.
– Вашему Высочеству не стоит так переживать из-за того, что вчера не удалось встретиться с этим другом, – утешал Ли Фэн, прекрасно видя привязанность принца Нина к мастеру Цзэ. – Мы пробудем здесь не один день, и вы сможете вдоволь наговориться.
Цинь Фэнчжан ничего не ответил, рассматривая свое отражение в зеркале.
Завтрак принцу Нину доставили прямо в комнату, а после его лично встретил старейшина Лянь.
– Сегодня первый день, ничего интересного, – вводил в курс дела Лянь Цзэнь. – В начале часа тигра[2] были открыты врата для подъема к ордену, но я очень сомневаюсь, что в такую рань кто-то уже сумел взойти на гору. Вы ведь сами видели высоту. Тысячи ступеней! Да они хорошо если к вечеру доползут.
Принц Нин действительно был поражен тому, насколько высокой оказалась гора бессмертных. Тут только огромное желание стать заклинателем может помочь. К тому же день выдался на редкость жаркий для середины весны. Принц Нин даже оставил свое утепленное ханьфу, одевшись в более легкий вариант, предназначенный для летних прогулок. Детям, что решили начать свой путь к бессмертию, сегодня точно не будет легко.
– На все это дан только один день? – поинтересовался принц Нин.
Лянь Цзэнь кивнул:
– Один день. В час собаки[3] закрываются нижние ворота, и больше никто не может ступить на путь, ведущий на гору. А в час крысы[4] закрываются ворота на горе. Если опоздал хоть на щелчок пальцами – жди следующего года.
– А потом?
– А потом те, кто успел подняться на гору, либо вписывают свое имя и идут измерять параметры и ждут следующего дня, либо просто ждут следующего дня, если поднялись слишком поздно. И уже на следующий день вносят свое имя в список желающих и проходят все замеры. Но тогда им не удастся посмотреть представление областей.
От старейшины Ляня Цинь Фэнчжан узнал также то, что орден почти не заботится о новоприбывших учениках. Они дают им по парочке постных лепешек в день, а спать будущие заклинатели вынуждены под открытым небом. И даже когда в один из годов природа совсем разбушевалась и в дни праздника Золотого пути разыгралась нешуточная гроза, никто не позаботился о детях, оставшихся на улице.
– Все думают, что проверка начинается с того момента, как они выбрали мастера и пришли к приготовленному им испытанию, но на самом же деле проверка начинается, как только они миновали главные ворота у подножия горы. Ступени, голод, ночевка под открытым небом. К нам приходит много бездомных ребят, но также очень много из зажиточных семей. Некоторые дети ни разу не держали в руках ничего тяжелее кисти и не выходили на улицу без дополнительной меховой подкладки в мороз. Даже ночевка под открытым небом способна стать последней каплей для кого-то. И разве мы можем принять к себе человека, что не способен переждать пару ночей на улице в весеннюю ночь?
Казалось, старейшина Лянь мог и дальше размышлять об испытаниях для будущих заклинателей, но его прервал ученик. Он прибежал прямо с поста и доложил:
– Мастер Цзэ пришел и ждет у входа в долину Лотосов.
– А чего не заходит? Неужели ему приглашение подавай? – Лянь Цзэнь посмотрел на небо, щурясь от солнца. Оно еще не успело подняться слишком высоко. – Как-то рановато для мастера Цзэ. Но ладно, пригласи его, раз уж пришел.
Ученик стремглав убежал, а потом так же быстро прибежал назад, кланяясь на бегу. Его дыхание совсем сбилось, а щеки раскраснелись.
– Старейшина Лянь, он не собирается приходить. Он ждет Его Высочества принца Нина.
Еще раз посмотрев на наследника престола, ученик решил повторно поклониться уже лично ему.
Принц Нин, услышав, что его ждут, не смог сдержать улыбки. Наспех распрощавшись, он тут же устремился навстречу к Цзэ Сюланю. Трое стражников и Ли Фэн еле поспевали за Его Высочеством.
Прибежав к Цзэ Сюланю, Цинь Фэнчжан молчаливо замер, не зная, с чего начать. Обсудить хотелось слишком много, спросить тоже хотелось предостаточно.
– Ты выглядишь… живым, – выдохнул Цинь Фэнчжан, едва сдерживая улыбку.
– Разочарован? – Цзэ Сюлань поднял бровь.
– Я не… – Принц Нин был человеком, которому с малых лет преподавали ораторское искусство, но почему-то сейчас он вообще забыл, как собирать из слов предложение. Его наставник оказался бы в бешенстве, увидев эту сцену.
– Ладно-ладно, давай сперва сходим и посмотрим, что обой представляет запись участников.
Принц Нин с готовностью кивнул. Как хорошо, что инициативу в разговоре перехватил хозяин Туманного склона, не дав ему окончательно потерять лицо перед собственными слугами и учениками, тайно наблюдавшими из-за кустов.
Запись новоприбывших производилась учениками горы Распорядков. Хоть все и находилось в пределах одного ордена, территории эти были огромные. Потребовалось достаточно времени, чтобы преодолеть путь от долины Лотосов до главных ворот. Но за беседами с приятным человеком Цзэ Сюлань и не заметил, как пролетело это время.
[Как ты так смог очаровать будущего правителя? Он же, как лампочка, светится при взгляде на тебя!]
«Или ты будешь молчать и не мешать мне, или я тебя отправлю в режим “Не беспокоить”», – пригрозил Цзэ Сюлань.
Системе оставалось лишь наблюдать за всем молча.
У главных ворот, несмотря на то что новобранцы еще не успели преодолеть первое препятствие в виде ступеней, уже собралась небольшая толпа. Это были ученики низины Послушания. В основном ребята, что провалились год или два года назад. Но среди всех голов торчали и три знакомые макушки. Юнь Цзяо стояла чуть поодаль, скрестив руки на груди и наблюдая за мелкой перебранкой Яо Вэньмина и Минь Ли.
– Хоть что-то в этом мире остается неизменным, – улыбнулся Цзэ Сюлань.
Принц Нин не совсем понял, к чему была эта фраза, ведь они обсуждали, что лучше успокаивает: чай из цветов ромашки или корней валерьяны.
– Мастер Цзэ! – Минь Ли, заметив хозяина Туманного склона, тут же бросился вперед, сбивая Яо Вэньмина с ног. – Вы пришли нас забрать? Прямо сейчас? Мы готовы!
Яо Вэньмин, подскочив на ноги, тут же треснул парнишку по голове.
– Что ты несешь? Мастер Цзэ, не слушайте этого недоумка. Мы честно пройдем все испытания, какими бы сложными они ни были.