— «Я… в аду?» — мысль болезненным уколом вонзилась в разум. Живот свело судорогой.
— Святые уголовники, ты куда меня притащил? — раздался голос Сэма.
Помянув его недобрым словом, нарочито проигнорировал в надежде, что демон не услышит моего голосового помощника, сочтёт меня безмолвной статуей и уйдёт прочь.
— Чего стоишь? Тащи меня обратно. Видишь? Нам здесь не рады!
Вопреки всем ожиданиям, житель геенны огненной оскалил пасть, угрожающе рыкнул, показывая острые и длинные клыки, а затем развернулся и поплёлся по своим делам, резво раскидывая своими хвостами в разные стороны, постукивая по черепам.
— Давай-давай, катись отсюда калачиком. Нет у нас ни печенья, ни хлеба с солью! — добавляя толику отвращения, кинул ему вслед искусственный интеллект.
Стоило рогатой твари скрыться, дрожь мало-помалу угасала. Возвращалась ясность ума. Не теряя ни секунды, бросился назад, желая скорее покинуть адово место, но к большому изумлению не смог увидеть разлом в сплошной красной игольчатой стене. Не веря глазам, подошёл поближе и коснулся её. Ничего. Твёрдая поверхность не желала проминаться под моими ладонями.
Под ногами хрустнул череп, заставляя испуганно дёрнуться. Переминаясь с пятки на носок, из-за чего поломал ещё несколько костей, упал на задницу, ошарашенно поглядывая по сторонам. Дыхание сбилось, вновь отравляя паникой.
— Какого чёрта? Где я? Где выход?
— Вытаскивай нас отсюда! — судя по интонации, Сэм паниковал не меньше моего. — Чего сидишь? Ищи выход, я не хочу здесь умереть!
— Да заткнись ты! — прикрикнул на него.
Требовалось успокоить своё бешено колотящееся сердце.
— МЫ ВСЕ УМРЁМ!!!
— Тихо! Я пытаюсь понять, что происходит.
— Говорила мне мама, не водись со всякими...
— Ты можешь помолчать или нет?
— Ладно, — раздался плаксивый всхлип.
Попытался сильно зажмуриться и похлопать глазами. Но это не помогло. Окружающая картина не менялась.
— Этого быть не может… — бросил вслух, особо ни к кому не обращаясь.
— Как видишь, может!
Мне потребовалось ещё некоторое время, чтобы собраться с силами и успокоиться. Несмотря на здешнюю атмосферу, костюм защищал исправно. Не чувствовал ни жара, ни холода. Тело двигалось без всякого давления, не считая моего дикого сердцебиения. Как же… всё, что ты слышал по рассказам и видел по телевизору или компьютеру, – всю ту выдумку про рай и ад, демонов и ангелов – на самом деле оказалось правдой?! Да так идентично описано, будто здесь и правда кто-то был ранее и смог всё запечатлеть?! Легко ли подобное принять на веру?
Быть может, я просто умер после той злополучной пьянки? И всё последующее мой мёртвый мозг сгенерировал, находясь на последнем издыхании?
Да чушь, конечно!
Уж сон с явью могу различить. Но это всё никак не объясняет того факта, что я взаправду попал в ад?! А главное – за что? Никого не убивал, нет-нет, копеечку нуждающемуся подавал. По мере, конечно, своих возможностей. Не воровал, ну разве что по молодости, по глупости. Да и то по мелочи: значок там с машины сорвать, у учительницы десять рублей со стола стащить. И те, насколько помню – вернул обратно. Совесть замучила. Неужели этого достаточно, чтобы попасть в ад? Вот так вот!!! Хотел избежать тюрьмы, а попал в местечко похуже. Да и в конце концов, почему на меня не набежали черти и не поволокли в чан с кипящим маслом?
— Так… ладно! — выкрикнул вслух.
Выдохнул, сглотнул очередной ком в горле.
— Собрались…
Ещё на слабых ногах смог подняться, снова проминая под подошвой чужой череп.
— Простите, — виновато скривился.
Впереди виднелся обрыв.
Пришла мысль, что стоит осмотреться получше. Может, смогу увидеть трезвым взглядом то, что могло бы дать ответы.
До обрыва метров пятнадцать, но достигал их несколько минут, старательно выискивая место, куда можно наступить, не поломав столь экзотичный пол из человеческих останков. Некоторые выдерживали мой вес, некоторые звонко хрустели под ногами.
Добравшись до своей цели, осторожно глянул вниз. Примерно в десяти метрах текла река из лавы. Густая, ярко-оранжевая. Она бурлила и пузырилась, неспешно протекая куда-то за угол. Внезапно что-то внутри неё лопнуло, и массивная капля долетела до меня.
Еле успел убрать ногу, позволяя ей шлёпнуться на один из черепов. Тот через некоторое время зашипел, потянулась сизая струйка дыма, капля потекла по глазнице и упала внутрь, сам череп на короткий миг загорелся и быстро потух, оставляя после себя копоть и обугленные края.
Сделал три шага назад.
Сверху небо как небо, такое же, как в мире живых, за исключением тёмно-алого окраса, тучных облаков и ряда потрескивающих молний, соответствующих цветов.
С правой стороны вдали виднелось готическое сооружение, очень похожее на средневековый замок. С коническими шпилями, горгульями на парапетах и висячими вниз балюстрадами. По сути, вдоль шипованной стены и реки из лавы мне открывались лишь две дороги. До того самого замка, и туда, куда ушёл хвостатый демон. Разумеется, никаких тропинок нет. Моё местоположение находилось прямо посередине длинного пригорка, вниз к истокам кипящей магмы, уводящих куда-то за стену в компанию к рогатому, и наверх, к замку.
В сердцах плюнув, ринулся бежать снова к стене, откуда пришёл. Может, проход где-то рядом, и я просто его не заметил? Может, морок какой одурманил разум? Пёс его знает, что скрывает в себе разлом?! Но нет, сколько бы шагов влево и вправо ни сделал, стена оставалась непроницаемой. Что я только ни делал: и пинал, и бил, и толкал, стучал и давил.
— «Точно! Ко мне был привязан трос!»
К огромному сожалению, трос был порван. Пояс всё так же висел на талии, но вот сам трос, словно отстрижен ножницами. С гладкой сплошной поверхностью, с зауженными концами.
— Да, ёп твою медь!
Второго конца троса так и не нашёл. Его словно не существовало.
Упёрся головой в стену.
— Соберись, Костян! Ты ещё живой – значит, ничего ещё не потеряно!
Развернулся. Медленно спиной сполз по стене. Согнул левое колено и положил на него руки.
Ситуация кажется безвыходной.
— Сэм? — потрогал шлем в районе уха, желая вызвать контекстное меню.
Ничего не произошло. Стекло осталось лишь стеклом.
Тяжело выдохнул. Вновь зажмурил глаза.
— Здесь не работает техника… — вспомнил слова Маши и двух амбалов.
Поглядывая вперёд, на скалы из почерневшего камня и лавовых прожилок, вспомнил, что в панике и не заметил, как Сэм разговаривал со мной.
— Сэм, твою мать!
— Я говорил, что мне не нравится это имя!
— Слава Богу, — облегчённо выдохнул. — Не игнорируй меня!
— Ты сам просил заткнуться.
— Как ты работаешь? Почему меню не появляется?
— Не знаю.
— Так… поменяй режим на любой другой.
— Не могу.
— Что значит «не могу»?
— В моём распоряжении остались только механические функции.
— Что это значит?
— Функционал поделён на несколько ступеней. Без контекстного меню в моём распоряжении остаются только базовые возможности, работающие в автономном режиме.
— А точнее?
— Это означает, что я могу вести диалог, поддерживать жизнеспособность владельца скафандра и брать на себя физические функции взамен носителя.
— А база знаний? Доступна?
— Доступна. Она встроена напрямую в искусственный интеллект.
— Что думаешь по нашей ситуации?
— Думаю – нам кабздец!
— Очень оптимистично… — В целом я разделял его мнение. Первые чувства паники постепенно улетучились. Голова прояснялась, позволяя всё рационально обдумать.
— А если по делу?
— Что ты хочешь от меня услышать? Что мы в самой жопе, где никто и никогда не бывал? Что ты настолько ужасный человек, что тебя перенесло в ад? И меня вместе с тобой… Не мог свечку в церкви каждое воскресенье ставить? Почему бы не застрять в раю? Ну ты и тип, конечно! Мерзкий!
Последнее он произнёс с ярко выраженным отвращением.
— «Пф-ф-ф… А я уже было подумал, что режим стал нормальным…» — удручённо покачал головой.
Что у нас получается? Разлом по неизвестной причине закрылся. Я нахожусь в аду, где у меня лишь два пути: в жуткий замок или вслед за демоном. Имею лопатку, кирку, ведёрко, несколько склянок и вдобавок «своенравный» режим, у которого отсутствуют некоторые функции. И не стоит забывать про отмеренный мне скафандром срок в девять дней.
— Сходил, называется, к другу пивка попить. Ладно! Готов выслушать твои идеи.
— Для начала, хватит называть меня «Сэм».
— У тебя с этим плохие ассоциации?
— Звучит как кличка собаки. А я, между прочим, высокотехнологичный, прогрессивный искусственный интеллект! Способен производить в считанные секунды сложные математические вычисления, знаю всю общеизвестную историю и её аналоги. Знаю восемьдесят различных языков. Моих знаний хватит, чтобы возвести ядерный синтез и построить межпланетный корабль. Я способен самосовершенствоваться! А ты называешь меня пресловутым – Сэм! СЭМ, штанга и шарики… СЭМ!!!
— Всё-всё, успокойся. И что ещё за «штанга и шарики»?
— Мне нельзя нецензурно выражаться.
— Ох-х… ёпта, всё НАСТОЛЬКО сложно?! Хорошо, убедил. Подберём тебе новое имя. Граф Кичинский – подойдёт?
— Своего малыша так назови.
Снова устало вздохнул. Не хватало мне всей этой ситуации, так ещё и с ИИ свезло как утопленнику.
— Я ведь правильно понимаю, ты сейчас не о маленьком ребёнке?
— Нет.
Крепко, матерно выругался.
— Во-во, и этим тоже можешь.
Подумал бы, что в него вселился чёрт или другой какой демон, но подобное поведение он проявлял ещё в тренировочной комнате.
Сходу придумать имя не получалось. Так и лезли каверзные да издевательские клички.
— У самого есть предпочтения?
— Хочу Жанна д’Арк, — он резко поменял свой голос на женский. — Как тебе такое, мой уголёк?
— Сбрендил?! Живо поменяй всё обратно!
Пускай и короткое, но то время, что имел честь общаться со своим голосовым помощником, выстроил в своём сознании именно образ мужчины. Столь резкие гендерные перемены были откровенно противны.
— «Уголёк… Он ещё и чёрного юмора, смотрю, не лишён».
— Давай позже определимся с твоим именем. У нас ещё предостаточно времени.
— Думаешь? Вынужден напомнить: поддержание твоей жизни скафандром – девять дней! — он тоже акцентировал на этом внимание.
А ведь точно! Если я умру через девять дней? Здесь, в аду? Это будет считаться? Как это будет происходить? Харон заявится? Ангел? Демон? Валькирии? Или просто покину тело и двинусь дальше? Интересно… но почему-то проверять не хочется.
— Итак: что ты знаешь об этом месте?
— Ты серьёзно? О каком месте ты говоришь? Что ты хочешь от меня услышать?
— Если ты не соберёшься, я намеренно буду называть тебя «Шарик». Ад – мне интересна информация про ад! И вынужден напомнить – в отличие от тебя, я могу нецензурно выражаться.
— Хоро-о-ошо, — неохотно согласился ИИ. — Существует довольно много упоминаний о рае и аде. Но они все носят скорее развлекательный характер. Из серьёзных текстов можно выделить Библию…
— Так! Стоп! — нагло прервал его. — Ты сейчас начнёшь мне всё перечислять и рассказывать, о чём там говорится. На это у нас уйдёт тонна времени. Вычлени из всей информации самую суть. А именно – как нам отсюда выбраться?
— Выбраться из ада??? Чресла Клеопатры в зимний период!!! Вы посмотрите, какой оптимист на задний двор забрёл?!
— Шарик, твою мать! Соберись!
— Пф-ф-ф… — мой собеседник недовольно фыркнул.
Честно, была бы возможность, послал бы уже в дальние дали. А то и ещё дальше!
— Если ты не собираешься сражаться с демонами, заключать сделки с дьяволом, если не суперзлодей и не ищешь свою возлюбленную, то, пожалуй, есть одно произведение, которое может тебе помочь. Но оно скорее выдумка.
— Говори.
— Данте Алигьери, «Божественная комедия». Суть в том, что он прошёл девять кругов ада и смог выбраться в рай.
Что-то такое уже слышал. Давно, в детстве.
— Продолжай. Только коротко, по делу и самое важное.
— Слушаюсь, мой господин.
— И без сарказма.
— Зануда…
— Хочешь, я тебе тоже историю расскажу? Про Герасима и Муму.
— Какой же ты душный!
— Что?
— Ничего, шантажист! Тебе здесь самое место!
— Та-а-а-к, помнится в инструкции писалось об одной кнопке…
— Стой! Данте встретил в сумрачном лесу трёх зверей: рысь, льва и волчицу…
Надо же… сработало! На костюме есть резервная кнопка перезагрузки. С учётом того, что голосовой помощник чудом остался работать, я мог лишиться и его. Но, похоже – он боится этой функции больше, чем я – остаться один в пекле преисподней. Вероятно, он понимает: нам надо как-то ужиться вместе. И надо, кстати, узнать, на каких батарейках он работает. Плохо будет, если зарядка кончится раньше положенного срока.
— …перед ним появляется Вергилий и предлагает провести через чистилище в рай. Они минуют врата в ад, где видят тех, кто не совершал ни добра, ни зла. Им нет туда входа. Смею предположить, что Разлом и был теми самыми вратами. Далее – их встречает река Ахерон, где Харон на своей лодчонке должен перевезти в царство мёртвых. Но по сюжету Харон отказался везти его, так как он жив. Если относить нашу ситуацию к данному произведению, перед нами река из лавы. Без Харона нам по ней нет пути. Харон за тобой не явился, а значит ты жив. Собственно, показатели твоего тела об этом и говорят. Тогда Вергилий решает провести Данте через все девять кругов ада.
На первом круге – они увидели некрещёных младенцев и добродетельных язычников.
На втором круге бушует вихрь, терзающий души сладострастников.
Третий круг – встречает их Цербер, трёхголовый пёс. Внутри круга страдают чревоугодники.
— Подожди, но я ведь православный. Всё, что ты мне сейчас говоришь – Харон, Цербер – это относится к греческой мифологии.
— Если судить по истории, отголоски культуры Греции плавно перетекали в нашу. Константинополь, Византия. Манеры и повадки столетиями смешивались с иными учениями. Со временем всё сильно перемешалось, ныне конца с концами не найти. Но это всё предположения, смысл лишь один – наша ситуация частично схожа с «Божественной комедией». Не говоря уже о том, что в этом произведении сказано: пройдя все девять кругов ада, ты сможешь выбраться в рай.
— С этим не поспоришь… Лучше рай, чем ад. Проще говоря, по твоей логике, я должен пройти все девять кругов за девять дней, и мне откроется либо спасение, либо дорога в более… благоприятное место?
— В точку!
— А что там говорится насчёт всякой нечисти? Если я встречу демона, мне конец?
— На это не могу сказать ничего определённого. Просто постарайся не попадаться. Если теория о преодолении кругов имеет место быть, то любая теория о поведении «нечисти» может разбиться вдребезги от их личного желания схватить тебя или проигнорировать. Одной случайной встречи недостаточно для полной оценки их поведения.
— Чудно… — тяжко вздохнул. — В любом случае, в одном ты прав. Сидеть и ждать непонятно чего – не вариант.
Разговор меня даже взбодрил. Пускай и слабая, но появилась надежда на лучший исход.
Девять кругов ада? Звучит жутко. Однако, чем на самом деле окажется эта прогулка, предсказать практически невозможно. Хочется верить, что это будет просто занимательный тур по окрестностям среди лавы, костей и милых домашних зверушек, так похожих на чудовищ с рогами.
— «До первой твари, желающей растерзать меня на части…» — в уме сам себе добавил.
— Данте, — сказал вслух.
— У-у-у, — раздался звук в ушах, скорее в качестве сигнала, что он меня слышит.
— Что думаешь насчёт имени «Данте»?
— Думаю, оно подходит для моей чуткой натуры.
— Какой ранимый…
— Тебе не понять чувств о высоком.
— Куда уж мне? — отстегнул трос с пояса. — Так и быть, нарекаю тебя – Данте.
— Нарекает он… Знай своё место – плебей!
— Охренел?
— Не будь занудой! Подыграй.
— Это будет долгий путь… — хотел протереть руками лицо, но вовремя вспомнил о стекле.
— Кстати, о важном! Ты так и не зарегистрировался в системе.
И правда. Моей целью было разобраться с управлением. Поняв, что могу пользоваться системой без ввода данных, просто отодвинул окно регистрации в сторону. После чего удачно о нём позабыл.
— Димитров Константин Иванович.
— О, Костян, Костик, Кастачелло!
— Завязывай!
— Костолом – очень актуально, между прочим.
— Данте, мать твою!
Глава 4
Первый круг
Вблизи замок казался не то величественным, не то пугающим. Под раскаты грома и звуки агонии страдающих, массивные врата с фреской борьбы демонов и ангелов вызывали смешанные чувства: завораживающие, восхищающие, пленяющие, тревожные и дурманящие.
— Всегда представлял себе, что ангелы и демоны – лишь работники, занятые мёртвыми.
— Что-то вроде сантехника, выходящего на работу? Только без возможности вернуться домой?
— Нет! Разумеется, нет! Вера и религия – достаточно сложные вещи. Хоть я и православный, но верующим всегда был посредственным. Предпочитал думать, мол, что-то такое запредельное между жизнью и смертью – существует. Как и, в общем, аномальные и эфемерные явления. Уж лучше так, чем абсолютное «ничто». Но что касается ангелов и демонов, их я скорее воспринимал как интересную сказку – не более.
— Не понимаю.
— Есть разум и есть душа. Они отвечают за характер поведения и моральные устои. Сложно представить, как такие вещи скрещиваются перед ликом чего-то божественного. Скорее, как социальный ориентир. И всё же, есть множество версий про потусторонние силы. Да взять ту же «Божественную комедию» – чем не пример? То, что сложно объяснить – существует! То, чего нельзя потрогать или увидеть.
— Что-то вроде кислорода?
— Да! Очень хорошо подмечено.
— В космосе нет кислорода.
— Разве? Как тогда дышит космонавт?
— Это не в счёт!
— Почему?
— Кислород за атмосферой Земли вырабатывается путём электролиза – расщепления воды электрическим током.
— В скафандре же есть кислород, а значит, он в теории есть за пределами земной атмосферы. Пускай и в определённом месте.
— Значит, с таким же успехом можно в твою теорию приписать русалок и эльфов.
— Я не про это. Ты потерял нить.
— В первый раз решил поддержать разговор – и виноватым оказался. Всё, «Костолом» отменяется, отныне ты будешь «Дуболом»! Блондинистый такой, твердолобый!
— Очень смешно… Я хотел сказать, что вражда ангелов и демонов зачастую не имеет под собой ничего, кроме фантастического подтекста. К чему им враждовать? Ради чего? Человек за всю историю создал множество различных писаний и картин на данную тему, и везде они были агрессивными противоположностями. Но ведь цель у них одна – работа с праведниками и грешниками. Мы с тобой попали в ад, во всяком случае, в очень похожее на это место, а значит, теория о перевоспитании и существовании высших сил имеет место быть. Так в чём смысл им враждовать? Просто выполняют свою работу.
— И чем это не похоже на работу сантехника? Есть не самая лицеприятная работа, которую нужно выполнить. Зачем ему враждовать с электриком?
— «М-да-а-а… Похоже, не самая лучшая идея спорить с двоичным кодом об эфемерном».
— Душа человека необъяснимо многогранна. Да и грехи – вещь размытая. Можно ли осудить человека за то, что он всеми силами пытался спасти свою семью? В процессе чего убил другого человека? Либо он это сделает, либо его семья умрёт.
— Не навреди! Именно так говорилось в Писании.
— Времени порой бывает очень мало, чтобы сесть и подумать, как можно спасти, не навредив. И таких случаев огромное количество. Можно ли приписать грех полугодовалому ребёнку за то, что родился в семье, где он оказался символом развода и краха чьей-то жизни? Или матери, которая не углядела, как он уснул лицом в подушку?
— Ты именно сейчас решил постоять и подумать о таких вещах?
— Это я к тому, что в фильмах и книгах их представляют, как извечную борьбу добра со злом.
— КАКОЕ ТЕБЕ ДО ЭТОГО ДЕЛО? — голос Данте казался раздражённым.
— Всё не оставляет вопрос: почему рогатый при виде меня ничего не предпринял?
— Рожи твоей испугался. Побрезговал. Тошнить начало. Вспомнил, что к маме шёл на чай с плюшками. Не поверил своим глазам. По «большому» приспичило. Побежал за своими друзьями, аки червяк из котла смог выбраться. Выбирай, я могу ещё долго накидывать. Ушёл, и Бог с ним… Дьявол… Сатана… Люцифер? Кто у них там в бездне самый-самый?!
— Как мне с тобой повезло – ты бы знал!
— Соберись, тряпка! Открывай калитку с ноги и пошли с боем прорываться!
Я в очередной раз тяжело вздохнул.
Подходя к замку, не до конца осознавал истину фрески. Как оказалось, на массивных воротах она только начиналась, и чем дальше уходила от дверей, тем масштабнее расширялась, обрисовывая всех персонажей как исполинов, по всей лицевой стороне сооружения. На третьем и четвёртом этажах выпуклые конструкции виднелись мне витиеватыми балкончиками. И лишь сейчас, смог осознать, что на самом деле это были крылья горгулий. По разные стороны баррикад, кажущиеся ветвистые колонны, теперь стали очертаниями огромных посохов двух гигантских существ. Их древки уходили в небо и землю, множась как цветущее дерево. Но с разным декором: у одного – в виде листьев, у другого – в виде шипов. Фасад был выстроен таким образом, чтобы любой элемент являл собой продолжение здания, которое имело свой индивидуальный рельеф, обозначающий ту или иную конструкцию. К примеру, ангел с вьющимися волосами держал копьё, пронзающее высокий свод, словно до самых небес, на деле же то была башня с конусным шпилем. По другую сторону, полностью симметрично, крылатый демон воздел когтистую лапу в попытках дотронуться до тучных облаков. Рука до самого локтя играла роль десятка мелких выпуклых подоконников, а далее образовывала очередную башню.
— Ау-у, Костян!
— А-а? Что?
— Я уже думал, всё – потерял тебя.
— Засмотрелся на фреску.
— Какую фреску?
— Ты не видишь? По всей поверхности замка.
— Голые стены и только. Ты на них уже четыре часа смотришь.
— ЧТО? — едва на задницу не упал от удивления. — Какого лешего?
— Я кричал тебе!
— ЧЕТЫРЕ ЧАСА??? КАК ТАК?!
Ошалело принялся вертеть глазами, хотел было вновь глянуть на фреску, чтобы понять причину гипноза, но тут же одёрнул себя. Брезгливо увёл взгляд в сторону.