Драконья метка. Пепел вместо крови

Глава 1. Серая мышь в драконьем логове

Я знала три правила выживания в Академии Драконьего Пламени.

Первое: никогда не смотри драконам в глаза. Второе: если дракон идёт по коридору - прижмись к стене и замри. Третье: забудь, что у тебя есть гордость. Гордость горничной стоит ровно столько же, сколько пыль у неё под тряпкой - ничего.

В то утро я соблюдала все три. Коридор Западной башни тонул в янтарном свете раннего солнца. Лучи пробивались сквозь витражные окна, раскрашивая каменный пол алыми и золотыми узорами - цвета драконьей знати. Я опустилась на колени, сжимая влажную тряпку, и тёрла мрамор с такой силой, что заболели костяшки. Пятно от драконьего пепла въелось в камень чёрной кляксой, вчера какой-то второкурсник ради забавы выдохнул пламя прямо на пол. Оттирать его приходилось уже полчаса, и плечи ныли от напряжения. Где-то над головой, этажами выше, гремели фанфары. Церемония поступления новых абитуриентов началась. Я мельком глянула в высокое стрельчатое окно: во внутреннем дворе уже собралась толпа. Аристократы в алых и серебряных мантиях, наследники древних кланов, и среди них - совсем юные драконы, которым сегодня предстояло показать свою стихию. Они стояли гордо, расправив плечи, и ветер трепал их волосы.

Я отвернулась и принялась тереть усерднее. Моя работа - не глазеть на драконов, а убирать за ними грязь. Я знала, что это мой единственный способ выжить в этом мире. Я сама до сих пор не до конца понимала, как я в нём оказалась. Однажды утром... Это было морозное, суровое, зимнее утро, я сидела в старой, забытой всеми, библиотеке, читала классику, чтобы подготовиться к зачёту по литературоведению. И мой взгляд упал на старинное зеркальце, оно было серебряным, с дорожкой драгоценных камнем, они ярко переливались под солнечными лучами. Мне захотелось посмотреть в него, но оно было очень пыльным, как будто его оставили здесь сотню лет назад. Я взяла бархатистую тряпочку и аккуратно протёрла стекло. Посмотрев на своё отражение, я испуганно закричала. Там была не я. Там была девушка, похожая на меня, она ехидно улыбалась, а в её глазах пытал огонь, такой, как у драконов. В моих глазах потемнело, на секунду мне показалось, что я уснула или потеряла сознание. Когда я открыла глаза, библиотеки уже не было. Была странная комната, вокруг валялись засохшие травы, книги с заклинаниями и пустые баночки.

- Эй, ты! - раздался резкий окрик за спиной.

Я вздрогнула и инстинктивно втянула голову в плечи. Тряпка выскользнула из пальцев и шлёпнулась в ведро с грязной водой. По коридору, цокая каблуками сапог, шла надзирательница - мадам Флора, старшая экономка академии. Высокая, сухая как жердь женщина с вечно поджатыми губами и острым носом, который, казалось, чуял малейшую провинность за три этажа.

- Лина, - процедила она, останавливаясь надо мной. - Ты всё ещё возишься с этим пятном? У тебя полчаса, чтобы закончить и перейти в Восточное крыло. Там после вчерашнего пира весь пол залит элем.

- Да, мадам, - пробормотала я, опуская голову ещё ниже.

- И не «да», а «да, госпожа Флора», - отрезала она. - И смотри мне в глаза, когда отвечаешь.

Я медленно подняла взгляд. Встретиться с ней глазами - не то же самое, что с драконом, но тоже неприятно. Её маленькие серые глазки смотрели цепко, будто выискивали во мне какую-то крамолу.

- Да, госпожа Флора, - повторила я.

Она хмыкнула, обошла меня по кругу, брезгливо глянула на мои покрасневшие от холодной воды руки, и вдруг спросила:

- Сколько тебе лет, девочка?

- Двадцать один год, госпожа.

- И ты всё ещё моешь полы? - она усмехнулась. - Не слишком ли поздно мечтать о чём-то большем?

Я промолчала. Мечты - это то, что мне запрещено. Мечты - это для тех, у кого в жилах течёт драконья кровь. Для таких, как я существует только работа, пока спина не сломается, и могила где-нибудь под забором, если повезёт. Флора ещё раз окинула меня взглядом и, потеряв интерес, ушла. Её шаги затихли в конце коридора. Я выдохнула и снова взялась за тряпку. Но внутри что-то саднило. Слова надзирательницы задели глубже, чем хотелось бы.

Не слишком ли поздно мечтать о чём-то большем?

Я мечтала. Раньше, ещё ребёнком, когда меня ещё воспитывали в моём мире, я мечтала попасть в сказку, мечтала о драконах, мечтала о волшебных академиях и магии. Помню, как смотрела сериалы, смотрела на студентов - красивых, сильных, с крыльями за спиной и пламенем в глазах - и представляла себя одной из них. Летающей в небе. Повелевающей огнём. Свободной. Но годы вытравили эти глупости. Я - человек. Простой человек, без капли магии, без гроша за душой. Моя судьба - мыть полы, пока молода, а потом, когда состарюсь, меня вышвырнут за ворота и забудут. Я стиснула зубы и тёрла с удвоенной силой. Чёрное пятно наконец-то начало поддаваться.

Церемония во дворе тем временем достигла апогея. Сквозь толстые стены донёсся рёв драконов - глубокий, вибрирующий звук, от которого заложило уши. Я на мгновение замерла, и по спине пробежал холодок. Этот звук означал, что кто-то из абитуриентов прошёл трансформацию - прямо сейчас там, во дворе, юный дракон расправил крылья и взмыл в небо, срывая аплодисменты толпы.

Я представила это: взмах кожистых крыльев, блеск чешуи на солнце, огненный выдох в небо. Красиво. Страшно.

И бесконечно далеко от меня.

Я закончила с полом через четверть часа. Собрала ведро и тряпки, выпрямилась, разминая затёкшую спину. Хотелось пить, и я позволила себе короткую передышку - спустилась по лестнице для слуг в подвальный этаж, где располагалась крошечная каморка для горничных. Там стоял кувшин с водой и чёрствый хлеб - мой обед. В каморке, как обычно, пахло сыростью и старым деревом. Я налила воды в щербатую кружку, отломила кусок хлеба и села на деревянный ящик, заменявший стул. Ела быстро, не чувствуя вкуса, прислушиваясь к звукам: где-то надо мной гудели голоса, хлопали двери, звенели магические колокольчики. Жизнь академии кипела, но я была отдельно от неё - как мышь в подполе, которая слышит шаги людей, но никогда не видит их лиц. Доев, я отряхнула крошки с передника и уже собиралась подняться в Восточное крыло, когда дверь распахнулась, и в каморку ввалилась Мирта - ещё одна горничная, моя ровесница и единственная, кого я могла назвать подругой. Она была растрёпанная, с лихорадочным блеском в глазах.

- Ты не поверишь! - выпалила она, тяжело дыша. - Там, на церемонии, такое!

- Что случилось? - спросила я без особого интереса.

- Принц! - выдохнула Мирта. - Наследник всего королевства Даркан самолично принимает экзамен у абитуриентов! Я его видела! Собственными глазами!

Она схватила меня за плечи и встряхнула, словно ожидая, что я запрыгаю от восторга. Но я лишь пожала плечами.

- И что? Принц - тоже дракон. А драконов мы видим каждый день.

- О-о, нет, - протянула Мирта с придыханием. - Даркан - это не «тоже дракон». Он он - она замялась, подбирая слова. - У него глаза как расплавленное золото. И такие плечи... А какой голос! Когда он говорит, все замирают. Даже преподаватели! Говорят, он лучший боец курса, хотя учился магии всего третий год. И ещё говорят, что он презирает людей и никогда не спускается в нижний город, потому что не желает дышать с нами одним воздухом.

- Прекрасная характеристика, - сухо заметила я. - Надеюсь, никогда с ним не встретиться.

Мирта рассмеялась:

- Тебе-то что бояться? Ты же просто горничная! А вот абитуриентам-аристократам сейчас нелегко. Он на одного парня так посмотрел, что у того крылья не раскрылись от страха! Представляешь?

Я представила. И поёжилась. Нет уж, пусть этот принц со своим золотым взглядом держится подальше от меня.

- Ладно, Мирта, - я высвободилась из её хватки. - Мне пора в Восточное крыло. Там пол залит элем, надо убрать до вечера.

- Скучная ты, Лина, - фыркнула Мирта, но больше не задерживала. - А я ещё пойду посмотрю, может, удастся подсмотреть, как принц будет огонь показывать.

Она упорхнула, оставив за собой запах дешёвого мыла и возбуждения. Я взяла ведро и тряпки, поднялась по лестнице в Восточное крыло. Здесь действительно было грязно: вчерашний пир первокурсников оставил после себя лужи эля, осколки стекла и какие-то липкие пятна. Я вздохнула и приступила к работе. День катился к закату. Окна Восточного крыла выходили на запад, и в них лился красноватый свет заходящего солнца, окрашивая всё в тревожные оттенки. Я домывала последний пролёт коридора, когда с улицы донёсся странный звук - не то хлопанье крыльев, не то падение чего-то тяжёлого. Я подошла к окну и выглянула наружу.

Внизу, у подножия стены, лежал ворон. Крупный, чёрный как сажа, он бился в траве, пытаясь взлететь, но правое крыло подламывалось, и он падал снова и снова. Видимо, врезался в стену или пострадал от магического разряда - такое иногда случалось, когда студенты тренировались. Я колебалась. Правила запрещали слугам отвлекаться. Но солнце почти село, и в этом крыле уже никого не было. К тому же я всегда питала слабость к птицам. Они - единственные существа в этой академии, которые не смотрят на меня с презрением. Я отставила ведро и быстро спустилась по боковой лестнице, ведущей во двор. Вечерний воздух пах дымом и осенью. Я подбежала к раненому ворону и опустилась на колени в траву.

Птица лежала на боку и тяжело дышала, приоткрыв клюв. Глаза - чёрные бусины - смотрели на меня со странной осмысленностью. Крыло было неестественно вывернуто, на перьях запеклась кровь. Я осторожно протянула руки.

- Тише, тише, - прошептала я, поднимая ворона. - Я тебя не обижу. Потерпи немного. Я отнесу тебя в тепло, перевяжу крыло.

Пальцы коснулись его перьев, и вдруг...

Вспышка.

Ослепительная боль пронзила левую руку от запястья до плеча. Я вскрикнула, выронила птицу и отшатнулась, упав спиной в траву. Ворон захлопал здоровым крылом и неуклюже отскочил в сторону, но я уже не видела его - всё моё внимание было приковано к собственной руке. Левый рукав задрался, обнажив предплечье. И там, на коже, прямо под локтем, пылала золотая метка. Она сияла так ярко, что освещала траву вокруг. Чешуйчатый узор - словно змея или дракон обвил мою руку, и каждая чешуйка светилась изнутри расплавленным золотом. Метка пульсировала в такт моему сердцебиению, и с каждой пульсацией по телу разливалось странное тепло - не обжигающее, а почти приятное. Я смотрела на неё, не в силах отвести взгляд, и в голове билась одна мысль:

Этого не может быть...

Я знала, что это такое. Видела на гравюрах в старых книгах по истории, которые иногда попадались мне в библиотеке, когда я вытирала там пыль. Такие метки были у королевского клана драконов. Печать Изначального Пламени. Метка наследников уничтоженного рода.

У меня. У горничной. У человека.

- Нет - прошептала я, и голос сорвался в хрип. - Этого не может быть.

Я с силой потёрла предплечье здоровой рукой, надеясь, что золото сотрётся, окажется краской или розыгрышем. Но метка лишь засияла ярче, а мои пальцы почувствовали тепло, идущее из-под кожи, словно там, в глубине, разгорался крошечный огонёк. Ворон, которого я уже почти забыла, вдруг издал резкий крик. Я обернулась - птица стояла в трёх шагах и смотрела на меня. Её чёрные глаза теперь светились тем же золотом, что и моя метка. И в этом взгляде было что-то жуткое, понимающее, почти человеческое. А потом ворон расправил оба крыла и взмыл в небо, растворившись в сумерках.

Я осталась одна на холодной траве, дрожа и прижимая к груди горящую руку.

Что мне теперь делать? Если кто-то увидит эту метку - меня убьют. Не сразу, нет. Сначала узнают, кто я. Потом будут допрашивать. Пытать. А потом казнят, потому что Печать Изначального Пламени означает претензию на трон, а нынешняя династия Ашеров не потерпит конкурентов. Особенно - человеческих. Я вскочила на ноги, оглядываясь по сторонам. Вокруг никого. Только ветер качает верхушки деревьев в академическом парке, где-то далеко слышны голоса студентов. Мне нужно спрятаться. Нужно закрыть руку. Нужно подумать. Я натянула рукав пониже, хотя метка продолжала просвечивать сквозь тонкую ткань тусклым золотым сиянием. Подхватила ведро и тряпку, забытые в траве, и почти бегом бросилась обратно в здание.

В своей каморке я заперла дверь и прислонилась к ней спиной, тяжело дыша. Только здесь, в темноте, я решилась снова закатать рукав и посмотреть на метку. Она всё ещё была там. Яркая, чёткая, настоящая. Золотая змея обвивала руку от локтя до запястья, и её чешуйки переливались, словно живые. Я дотронулась до неё пальцами правой руки - и отдёрнула их: метка была горячей, но не обжигала.

Почему? Почему я? Откуда это у меня?

Я попала в Академию случайно. Когда я оказалась в этом мире, идти или бежать было некуда. Мне негде было спать, и нечего было есть. Я была одинока и потеряна. Первые несколько дней я прятать там, где очнулась. Среди трав и склянок. Но когда я услышала чужие голоса, поняла, что оставаться здесь больше не безопасно. Тогда я и услышала среди прохожих о том, что самая могущественная и богатая Академия открывается для очередного потока драконов и приглашает абитуриентов для поступления. Они не знали моего происхождении. Никаких документов, никаких родственников. Меня взяли на работу из жалости - точнее, из расчёта: ещё одни рабочие руки никогда не помешают. Старшая экономка тогдашняя, предшественница Флоры, смилостивилась надо мной и позволила жить в подвале.

Никто никогда не спрашивал у меня, откуда я, и кто я такая. И я привыкла тоже не задавать вопросов. Какая разница, кто мои родители и из какого я мира? В любом случае - и то, и другое означало одно: я никому не нужна.

Но теперь...

Что, если мои родители были не простыми людьми? Что, если я...

Я оборвала эту мысль. Глупости. Драконья метка не может быть у человека. Это противоречит всем законам магии. Драконы - это драконы, люди - это люди. Нас разделяет пропасть, через которую не перекинуть мост.

Или всё-таки можно?

Я провела бессонную ночь, ломая голову и пытаясь придумать, как скрыть метку. Замотать бинтами? Слишком подозрительно. Спрятать под перчаткой? Но я горничная, у горничных не бывает длинных перчаток. Свести татуировку? Но это не татуировка, а магическая Печать, и её не вытравить ничем. Под утро я забылась тревожным сном, но меня разбудил грохот. Дверь в мою каморку слетела с петель. Я вскочила, ещё толком не проснувшись, и увидела, как в комнату врываются трое мужчин в серых плащах с капюшонами. За их спинами маячила бледная как смерть мадам Флора, прижимавшая руки к груди.

- Это она! - взвизгнула надзирательница, указывая на меня трясущимся пальцем. - Я видела вчера! У неё метка на руке! Золотая!

Я похолодела.

Видела. Она видела. Я попалась.

Мужчины - а это были не просто охранники, я узнала форму Ордена Пламени, боевого крыла королевской стражи - окружили мою кровать. Один из них рывком стащил меня на пол и заломил левую руку. Я вскрикнула от боли.

- Показывай, - приказал второй, видимо, старший. У него было обветренное лицо и холодные серые глаза.

Мои пальцы сами собой сжались в кулак. Метка на предплечье запульсировала - почувствовала угрозу? Или просто совпадение? Старший стражник сам закатал мой рукав - грубо, до боли. Золотое сияние ударило ему в лицо, и он отшатнулся, будто ожидал увидеть что угодно, только не это.

- Печать Фериготов - выдохнул он. - Живая Печать. Королева будет в ярости.

- Я не знаю, откуда она взялась! - выкрикнула я. - Я не имею никакого отношения к...

- Молчать! - рявкнул стражник и ударил меня наотмашь по лицу.

Голова дёрнулась в сторону, во рту появился металлический привкус крови. Я замолчала, тяжело дыша, понимая, что оправдываться бесполезно. Они уже всё решили. Меня заберут в темницу, будут пытать, а потом сожгут на центральной площади - как сжигали всех, кто хоть как-то был связан с прежней династией.

- Взять её, - скомандовал старший.

Меня грубо дёрнули вверх. Я не сопротивлялась - какой смысл? Против трёх боевых магов Ордена у меня не было ни шанса. Я человек. У меня нет ни магии, ни оружия, ни союзников. Меня поволокли к выходу. Флора жалась к стене, глядя на меня со смесью ужаса и торжества. Я не винила её - на её месте я, наверное, тоже выдала бы опасную преступницу. Таков этот мир: каждый выживает как может. Мы поднялись по лестнице на первый этаж. Солнце только-только встало, и коридоры ещё были пусты. Я шла, спотыкаясь, потому что стражники не давали мне времени на шаги. Мысль билась в голове отчаянной птицей: Всё кончено. Меня казнят. Я умру.

И тут...

Вспышка.

Не та, что вчера - другая. Ослепительно-белая. Она заполнила весь коридор, ударила по глазам, и я зажмурилась. Стражники вскрикнули, их хватка ослабла. Я упала на пол, больно ударившись коленями. Вокруг что-то грохотало, трещало, звенело разбитое стекло. Пахло озоном и гарью. Когда я решилась открыть глаза, стражники лежали на полу без сознания. Их плащи дымились. А надо мной стоял человек. Высокий, худой, в длинном тёмном плаще с капюшоном, надвинутым на лицо. Из-под капюшона виднелась только седая борода и блеск глаз - не золотых, как у драконов, а обычных, человеческих, светло-серых.

- Вставай, - сказал он низким, спокойным голосом. - Быстрее. У нас мало времени.

Я попыталась подняться, но ноги не слушались. Человек протянул мне руку - и тут я заметила, что на его запястье, выглянувшем из рукава, тоже виднеется золотая метка. Точно такая же, как у меня. Только его метка была старой, выцветшей, будто стёршейся за долгие годы.

- Ты - прошептала я.

- Потом, - оборвал он. - Сейчас - бежать. Орден пришлёт подкрепление через несколько минут. Если не уйдём сейчас - умрём оба.

Я схватилась за его руку, и он рывком поставил меня на ноги. Мы побежали по коридору - он впереди, я следом. Сворачивали в какие-то боковые проходы, спускались по лестницам, которых я раньше не замечала. Казалось, старик знает академию как свои пять пальцев - лучше, чем я, прожившая здесь несколько лет. Наконец мы оказались в подвале, где пахло плесенью и старыми книгами. Старик толкнул какую-то дверь, и мы вошли в крошечную комнату без окон, освещённую лишь тусклым магическим кристаллом на стене.

- Здесь безопасно, - сказал он, закрывая дверь и накладывая на неё какое-то заклинание. - По крайней мере, на пару часов.

Я прислонилась к холодной каменной стене, пытаясь отдышаться. Сердце колотилось где-то в горле. Руки дрожали. Левая рука горела - метка по-прежнему пульсировала золотом, и, кажется, светилась даже ярче, чем прежде.

- Кто вы? - спросила я, глядя на старика. - И откуда у вас такая же метка?

Он откинул капюшон. Лицо у него было морщинистое, усталое, но глаза - острые, цепкие, совсем не старческие. Длинные седые волосы спадали на плечи, а на лбу виднелся шрам от ожога - старый, зарубцевавшийся.

- Меня зовут Эрвин, - сказал он. - Я - Хранитель. Или, точнее, то, что от них осталось. А ты, Лина, - последняя наследница Дома Феригот. И если ты не поступишь в академию как студентка и не научишься управлять своей Печатью, тебя убьют в течение недели.

Я молча смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова.

- Ты мне не веришь, - кивнул он. - Это правильно. Но посмотри на свою метку. Посмотри на мою. И скажи: ты правда думаешь, что это совпадение? Что горничная случайно получила знак истреблённого королевского рода?

- Я - голос сорвался, и я закашлялась. - Я не понимаю...

- Понимаешь, - он шагнул ко мне и взял за плечи. Его пальцы были сухими и горячими. - Ты всегда чувствовала, что отличаешься от других. Что ты не просто горничная, не просто так попала в этот мир. Что в тебе есть что-то ещё. Печать просто подтвердила то, что ты и так знала.

Я хотела возразить, но слова застряли в горле. Потому что он был прав. Где-то глубоко внутри я всегда чувствовала это. Не магию, нет - скорее, её отсутствие. Пустоту, которая, как мне казалось, должна была быть заполнена чем-то большим. И по ночам, в своей каморке, я иногда просыпалась от странных снов, в которых летела над миром на золотых крыльях.

- Что мне делать? - прошептала я.

- То, что я скажу, - ответил Эрвин, доставая из складок плаща небольшой предмет. Это был перстень - простой серебряный ободок с тусклым красным камнем. - Возьми. Это артефакт-обманка. Он создаёт иллюзию драконьего пламени. Слабого, жалкого - но достаточного, чтобы тебя приняли в академию как абитуриентку из обедневшего рода. И вот, - он протянул мне кожаный кошель с документами. - Твоя новая личность. Лина Вэрд, дочь разорившегося аристократа. Род древний, но угасший. Никто не будет копать глубоко - слишком много таких сейчас пытается пробиться в академию.

Я взяла перстень и бумаги дрожащими пальцами.

- Но я не умею... Я не справлюсь...

- Справишься, - отрезал Эрвин. - У тебя нет выбора. Или ты поступишь в академию и найдёшь способ пробудить свою истинную магию, или умрёшь. В Ордене уже знают о тебе. Они не успокоятся, пока не уничтожат последнюю искру Фериготов.

- Но почему я? - спросила я. - Почему Печать проявилась именно сейчас?

Эрвин помолчал. Потом вздохнул:

- Потому что ты коснулась ворона, который был не просто птицей. Это был фамильяр Хранителей - магическое существо, призванное найти последнего наследника. Оно активировало твою Печать. Теперь она проснулась, и враги почуяли её. Выбор прост: бороться или сдаться. Что ты выбираешь, Лина Вэрд?

Я посмотрела на перстень в своей ладони. На золотую метку, всё ещё горящую под рукавом. Потом подняла взгляд на Эрвина - старого, усталого, но полного решимости.

- Я выбираю бороться, - сказала я.

И в этот момент где-то над нашими головами, в главном зале академии, грянули фанфары, возвещая о втором дне вступительных испытаний. Моём дне.

Глава 2. Печать, изменившая всё

Старик не шутил, когда говорил, что у нас мало времени. Я едва успела перевести дыхание, как Эрвин уже тянул меня за руку прочь из подвала - через узкий, пахнущий плесенью проход, о существовании которого я не подозревала, хотя убиралась абсолютно везде, и знала, как мне казалось, все потайные места. Мы ползли в темноте, цепляясь локтями за шершавый камень, и где-то наверху глухо звучали шаги - Орден Пламени прочёсывал здание.

- Они уже здесь, - шептал Эрвин, не оборачиваясь. - Быстрее, девочка. Если нас найдут до того, как ты наденешь перстень, всё пропало.

Я ползла следом, чувствуя, как колени саднит о камень, как сердце колотится в горле, как левая рука пульсирует горячей золотой болью. Метка словно обезумела - она то вспыхивала так ярко, что освещала путь, то гасла, будто пряталась, и от этих перепадов меня мутило.

- Почему она так себя ведёт? - выдохнула я, когда мы наконец выбрались в какой-то заброшенный чулан, заваленный старыми мётлами и ржавыми вёдрами.

Эрвин наконец остановился и повернулся ко мне. В тусклом свете магического кристалла, висевшего под потолком, его лицо казалось вырезанным из старого дерева - глубокие морщины, шрам на лбу, седая щетина на подбородке. Но глаза горели молодо, остро, и в них читалась тревога.

- Печать реагирует на угрозу, - сказал он, беря мою левую руку и закатывая рукав. Золотая чешуйчатая змея переливалась, пульсировала, и от неё исходил жар. - Она чувствует солдат Ордена. Чует их магию. И пытается защитить тебя, но не может - потому что ты ещё не пробудила её.

- Пробудила? - переспросила я. - Что это значит? Ты говорил о какой-то истинной магии... Но я человек! У людей не бывает магии, это всем известно!

Эрвин усмехнулся - сухо, невесело.

- Всем известно, что мир плоский, а драконы произошли от ящериц. Тоже мне, довод. - Он отпустил мою руку и заглянул в глаза. - Слушай меня внимательно, Лина Вэрд. То, что я скажу, перевернёт всё, что ты знала о себе и об этом мире. У нас мало времени, поэтому я буду краток. Запомни каждое слово.

Я кивнула, хотя внутри всё дрожало. Мы сидели на каких-то ящиках в пыльном чулане, а где-то за стенами лязгало оружие и раздавались крики - Орден прочёсывал академию этаж за этажом.

- Двадцать два года назад, - начал Эрвин, понизив голос до шёпота, - клан Фериготов был уничтожен. Король Алларик, его жена Элисандра, их четверо детей - все сгорели в собственном дворце. Официальная версия гласит, что это был несчастный случай: магический эксперимент вышел из-под контроля. Но правда в другом. Их убили. Убили по приказу нынешней королевы Морвейн Ашер, которая тогда была всего лишь советницей Алларика. Она составила заговор, подкупила гвардию и уничтожила королевский род в одну ночь.

Я слушала затаив дыхание. Эти имена - Алларик, Элисандра, Морвейн - я знала только по обрывкам разговоров. В учебниках истории, по которым учились студенты-драконы, о Фериготах почти не писали - лишь сухие строчки о «трагической случайности» и «переходе власти к достойнейшим».