Игра Изначального — 2
Хотя возможно они и прикрутили к магической капсуле какие-то следящие приблуды, и электропитание требуется именно им.
— Не поделитесь, как вам это удалось, Леонид Евгеньевич, — поинтересовался сидящий рядом начальник СБ.
— Это мой долг! — я бодро вскочил на ноги. — Как неравнодушного к судьбе компании добросовестного сотрудника! Я просто обязан рассказать вам через какие чудовищные испытания мне пришлось пройти.
Я зашагал по огромному кабинету, из-за чего сидящим за столом пришлось развернуться и сесть вполоборота.
— После того, как я стал жертвой эксперимента наших разработчиков, — начал было я, но был перебит ВесельчакомПро, в смысле вторым замом генерального.
— Это каким? — пробасил здоровяк. Он, похоже прокачал здоровье, выглядел он свежее, пиджак слегка обвис и двигался отец Хлои не так грузно, как раньше.
— Как же? Я про омоложение. Тут как раз пришёл квест на то, чтобы провести ночь с Великим гибнем. Тоже их идея? — я невинно посмотрел на генерального, который прячет от общественности особо ценных разработчиков. — И вдруг у меня пропадает интерфейс. Я в панике, а гибень и говорит.
— Кто говорит? — переспросила директриса юридического отдела, женщина без определённого возраста, поправляя золотые очки с брильянтами.
— Великий гибень — хранитель мира, ему ли не знать, — пояснил я. — Думаю, наши программеры специально заложили в него функцию экстренного выхода из игры. Поблагодарите их от меня за такую предусмотрительность, — я посмотрел на генерального, — они мне жизнь спасли. — Он говорит, что тут новые башни, которые никак не могут определиться, к какому миру они принадлежат, туда иди. Ну, я и пошёл. А там бах, бах, — я как мельница замахал руками.
— Да, мы видели ваш голый бах, — подтвердила юридическая директриса, — вчера в вечерних новостях.
— Так всё и было, — я сел обратно в кресло.
— А как вы обратно появились в реале? — не понял седой безопасник.
— Так убили меня. Эльфы завели в лес и скормили монстрам. Я разве не сказал? — я вопросительно оглядел директоров и добавил: — Боря, вернись.
Генеральный директор вопросительно посмотрел на Центрального. Всё же мы путешествовали вместе.
— Не знаю, я в это время был на экскурсии в небоскрёбе, — он безразлично пожал плечами.
— Расскажите, Фёдор Иванович, что там! — тут же оживился главный бухгалтер. — Я же на баланс поставил два небоскрёба. Мне бы опись имущества сделать. Правда, Аристарх Наумович, не знаю, как быть со второй башней. Ставил две, а осталась одна, как я это объясню в налоговой?
— Так и скажите, игровой процесс, пострадала в результате масштабного игрового ивента, — предложил я.
— Думаете прокатит? — оживился Карл Иванович.
— Ну, мы ж её не в реале бомбили, а на виртуал юридические законы не распространяются, — уверенно покивал я.
— Так что там внутри небоскрёба, не томите, дорогой Фёдор Иванович, — директриса положила руку на костюм Центрального, и после того, как он обернулся в её сторону, резко отдёрнула.
— Космические неземные технологии там, Ирина Григорьевна. Мы были в продвинутом медицинском центре с лечебными капсулами, — Центральный рассказывал безэмоционально. — Потом в жилой зоне для детей. Учебные классы, тренировочные залы. Вы наверняка всё это видели в интернете. Там некоторые снимали и потом выложили.
— Я бы не отказался так пожить, как у них дети живут, — поддакнул Матвей Иванович. — Только вот в игре уцелевший небоскрёб пропал, а на Земле не появился, — он озадаченно переглянулся с генеральным.
Дальше Фёдор Елисеевич, зам по развитию отчитался, как идёт строительство базы сливников. Так ФСБшников обозвала система из-за их летающих ковров с дырками посередине.
Они ещё полтора часа обсуждали всякую ерунду. Я слушал вполуха, раздумывая над дальнейшими действиями моего искина параноика. Он вернётся. Это утверждение я принял за аксиому. Он причинил мне вред, и теперь пытается сделать так, чтобы впредь этого не происходило. Неужели это настолько сложная задача, что он даже не вышел со мной на связь? Ему стыдно? Впрочем, у ИИ с душой могут быть и не такие заскоки.
Когда все вышли я задержался и попросил у генерального чистый лист бумаги.
— Вам зачем? — подозрительно прищурился Матвей Иванович, перехватив лист, который уже протянул Аристарх Наумович.
— Заявление написать об увольнении, — мрачно заявил я.
— В связи с чем, позвольте узнать, — в голосе генерального отчётливо прозвучала угроза. Он встал со своего места и навис надо мной всей своей громадиной.
Смотреть снизу вверх, как нашкодивший школьник я не стал, вместо этого повернулся к седому:
— В связи с невозможностью исполнять свои обязанности.
— Руки-ноги целы, в чём проблема? — не понял безопасник.
— У меня клаустрофобия, отягощённая психозом на фоне нервного срыва и депрессии, — заявил я. — Вы же сами видели, как в меня ракетами стреляли с небоскрёба. Я боюсь заходить в игру. Меня там убьют.
— Не горячитесь, Леонид Евгеньевич, тяжелая игровая сессия, с кем не бывает, — седой приобнял меня за плечи и повёл к выходу. — Идите пока к себе. У меня есть знакомый психоаналитик, очень хороший специалист, я попрошу его с вами побеседовать. Не расстраивайтесь, всё будет хорошо.
— Дима, проводи нашего ценного специалиста к Ангелине Прокофьевне, — обратился седой к своему широкоплечему заму. — Пусть она ему давление померяет, укольчик успокоительный вколет.
Под конвоем я добрался до медицинского кабинета. Дима звучно постучал, открыл дверь и втолкнул меня внутрь.
Лёня здесь раньше не был. Широкая комната мало напоминала докторский кабинет или процедурную. Мягкий диван, двуспальная кушетка. Небольшая кухонная зона, где крутилась знакомая Ангелина Прокофьевна в коротком халате медсестры. Заваривала ароматный чай, догадался я по запаху мелиссы. Неужели, пока мы шли седой позвонил ей и рассказал про нервный срыв?
Аппетитная докторша развернулась, демонстрируя свои внушительные утешительные аргументы. Она что-то говорила, но я не слышал, залип, заворожённо глядя, как круглые мягкие полушария приближаются ко мне.
Ангелина Прокофьевна подвела меня к дивану, и в руках у неё действительно был прибор для измерения давления. Расположив меня горизонтально, она нагнулась, одевая манжету. Хтонь, да что за издевательство! У неё же под халатом ничего нет, а я не железный!
В общем вышел я от Ангелины Прокофьевны в приподнятом настроении, и был отконвоирован в столовую, поскольку наступило обеденное время.
Войдя в зал, наполненный сотрудниками, настроение вернулось на прежний уровень, заработав дополнительный дебаф «голый зад». Только ленивый не прошёлся по мне едким замечанием, состязаясь друг с другом в остроумии.
Не глядя, набрал всего на раздаче, развернулся и быстро оглядел диспозицию. В результате сел между дамочками из юр отдела и техническими специалистами. С юристами Лёня не успел разругаться, а технари его должны побаиваться из-за того, что у меня уже второй глюк с интерфейсом.
Быстро закидав в себя столовые харчи, я отправился на выход. Широкоплечий зам доесть не успел, и в переглядывании с меня на борщ и обратно, победил последний. Дима взял с меня слово, что я дойду до офиса прокачки в целости и сохранности. Покидал я сие злачное заведение один, гордо подняв подбородок. В дверях не удержался и обернулся, торжественно провозгласив:
— Побеждает комментарий, что моя одежда-таки соответствует деловому стилю, поскольку выдержана в нужной цветовой гамме — чёрный верх, — я оттянул футболку, — и серый низ, — показал на камуфляж. — Победителю полагается премия в размере месячного оклада. Обращаться к Карлу Ивановичу лично, — в доказательство я показал большой палец вверх.
Глава 3
В отдел прокачки я заходил с опаской. Приоткрыл дверь и осторожно просунул голову внутрь. Никого. Моя помощница Стеффа сидела за столом и играла с серым котёнком.
— Где все? — я подошёл к круглому столу с дыркой посередине.
— Когда появился котёнок, я всех отправила на обед на второй этаж, — Стеффа вскочила и шустро оказалась подле меня. — У нас меньше часа, шеф.
Я ж говорил, что она у меня умница.
— И кто там пришёл скандалить? Вообще, дай мне полный расклад.
Я огляделся, где бы мне устроиться. Несмотря на должность директора по прокачке, в самом офисе своего рабочего места у меня не было. Я ж работаю в игре, зачем мне?
Отдел занимал целый этаж. Высокие потолки, окна во всю стену. Всё портили многочисленные отдельные ВИП-кабинки с капсулами для клиентов. Они загораживали окна. По центру была большая мягкая зона со столиками и без. Тут же в углу располагалось мини-кафе, для изыскательных клиентов. Незанятой осталась только одна секция у окна. Там я и решил устроить себе лежбище.
Я перегородил диванами проход к окну. Боковыми стенками моего нового кабинета стали ВИП-кабинки. У меня получилось продолговатое пустое пространство с диванными спинками вместо последней стены, отгораживающей меня от гостевой мягкой зоны. По центру я поставил одинокое красное кресло, развернув его лицом к окну и спиной к отделу прокачки.
— Стеффа, у тебя нет пуфика для ног?
Помощница скептически осмотрела мои перестановки.
— Давайте я закажу, шеф, привезут быстро в течение часа. Может что-то ещё? — она достала блокнот и ручку. — Пустовато тут как-то.
— Ковёр хочу лохматый, кадки с натуральными цветами, экраны или мониторы по бокам на стены, чтобы я мог смотреть на игру. Ещё мусорная корзина для бумаги и ненужная бумага.
— Много? Бумаги?
— Чем больше, тем лучше, — я покивал своим мыслям.
Стеффа вручила мне мусорную корзину и показала, где взять бумагу. И даже помогла отнести на моё новое рабочее место.
Из бумаги я сложил стопку, развалился в мягком кресле, а на кипу закинул ноги. Пойдёт. Где-то посередине между бумагой и окном я расположил пустую мусорную корзину.
Пока я занимался обустройством рабочего места Стеффа рассказывала о моих нервных посетителях, которые ждут меня с утра. Рафаэль, обе Ксю, Эльза с сыном и Тимофей Егорович. Ещё есть несколько новых контрактов, но с ними помощница договорилась на завтра. У них тоже всё срочно.
Новому заму генерального, отцу Хлои, установили капсулу в рабочем кабинете ещё в четверг, он сюда и не заходил ни разу после этого.
Силовикам оборудовали капсульный центр на их территории. Только Тимоха здесь остался из-за меня.
Фактически сейчас в отделе прокачки были заняты три кабинки из двадцати. Рафаэль и Тимоха, ну и бедолага, которого засунули генеральный с седым в мою капсулу, и он там завис без возможности выйти из игры. Матвей Иванович лично привез старика в инвалидном кресле и переложил в капсулу. Тот кажется не в себе был.
Пока мы разговаривали пришли техники и стали устанавливать большие настенные экраны. Только из-за того, что перегородки у кабинок были хлюпкие, крепили их к потолку. Я подивился навороченности оборудования и оперативности установки. Сбоку они поставили большие динамики, почти что от пола до потолка. По всем четырём углам моего открытого кабинета.
Ещё они растянули какую-то плёнку перед окном, скорее всего от солнца. Но теперь мой приблудный кабинет смотрелся даже футуристично. Рядом с экранами в нишах располагалась клавиатура и мышь. Круто! Я поблагодарил молчаливых технарей, явно не из наших.
— Шеф, у нас нет функции вывода игры на экран, — огорошила меня Стеффа.
— Не может быть! Ты в админке смотрела?
— Шеф, у нас нет админки.
— Да быть этого не может.
Я перепрыгнул через стол и сел на место помощницы. Стеффа любезно показала мне программку, и я попросил её выйти из системы. И когда появилось окно ввода пользователя набрал логин «Admin» и пароль «держись от меня подальше».
На самом деле пароль можно было и не в водить. Тут в компьютере наверняка есть закладки Лонь, если не она сама. И к камерам Седого она определённо доступ имеет и свои ещё где-то спрятала. В общем она точно знает, что за компом сижу я, и что именно я за ним делаю. Экран мигнул и развернулось окошко приложения.
— Ух ты! Шеф, так ты админ?
— Тссс, — я прижал палец к губам и оглянулся на камеры видеонаблюдения. — Никто не должен знать.
— Могила, — Стеффа приложила руку к округлой груди. Ну да, ну да Презентабельная внешность для изыскательных клиентов.
— Распечатай мне данные с характеристиками Рафаэля и всей группы Тимохи.
К тому времени как вернулись особо важные клиенты я уже изучил всю игровую подноготную и с мстительным удовольствием узнал, что Эльза не может играть. Она несколько раз пробовала заходить в игру.
Я же ей выдал задание из четырёх пунктов и в конце написал наказание за невыполнение. Жёсткое: -100 репутации с миром, -100 репутации с Лео и -1 млн очков опыта. Когда писал, подразумевал, что наказание относится только к последнему пункту — не подставляй невинного парня, меня, то есть. Но система расценила задание по-другому и за каждый невыполненный пункт насчитала штраф.
Первое — не строй из себя всезнайку, второе — разуй глаза, идиотка, третье — позови отца, ну и четвёртое не подставляй меня. Она же сознательно решила сделать из Леонида Одинцова лже-Михаэля. Подсказка у неё была не только от меня, но и системное задание на прокачку репутации с Лео. Могла бы и догадаться, с чего бы ей нужно прокачивать репутацию с каким-то странным парнем.
В общем, система зачла ей только то, что она позвала отца. Меня она не опознала, на приёме в Кремле навела на меня пиратов, фанатов и алчных идиотов. Ещё и на пресс-конференции такого наговорила, что мне, как наместнику, реальный вред нанесла.
В результате у неё -3 млн. очков опыта, -305 репутации с миром и -315 репутации с Лео. То, что система засчитала реальные действия в другом мире, это отдельная тема для размышления.
Играть Эльза не может, а ей очень надо в игру. У неё с миром отторжение, как было у охотника Ранна, маньяка и убийцы. Каждый, кто прикончит её в игре получит сразу +1 к репутации с миром. А учитывая, как тяжело качается а это идея! Предложу Рафаэлю убить Эльзу! Ему же надо прокачать репутацию. У него ж -8 сейчас, всего-то десяток раз и он выйдет в уверенный плюс. Уха-ха! Я заржал в голос. Как раз в этот момент вернулись гости. Эльза была без сына, хм. А я-то обрадовался, что Один приехал.
Первым через диван перелез Рафаэль. Я не оставил проход, хотя Стеффа и предлагала. Я тут же огорошил его, что в игру больше заходить не собираюсь. Герцог расстроился, но я предложил ему альтернативу. И это я не про Эльзу. Оставлю её на самый крайний случай. Славик.
— Найди Славика и закончите тур по хранителям. Он уже знаком со Стоиком, пусть и тебя с ним познакомит. Только веди себя скромней, — я посмотрел на присевшего на пол Рафаэля. — Держись Славика, он хорошо играет, нестандартно мыслит. Пойми, — я скинул ноги с бумажной стопки и подался вперёд. — Если ты не выйдешь в плюс по репутации с миром, то не получишь магию. И это не мои личные хотелки. Это закон природы, Рафаэль.
— Но почему? — герцог обиженно поджал губы.
— Потому что магия — это мир, а мир — это магия. И ты не думай, что ты в контрах только с тем, виртуальным миром. Это твоя жизненная позиция, — я вскочил и потащил герцога к окну. — Что ты видишь, Раф?
От моего сокращения он вздрогнул и гордо расправил плечи.
— Слаборазвитый мир, разобщённое общество, каждый сам за себя, — он перевёл на меня непонимающий взгляд.
Я одобрительно покивал. Стеффа не дала другим важным клиентам перелезть к нам через диван. Поэтому можно считать, что нас никто не слушает.
— Они живут, как потребители, Леонид, — герцог неодобрительно поджал губы. — Каждый в своём собственном мирке. Не люблю города, в них всё обесценивается.
— Очень хорошо, — похвалил я и подозвал Стеффу.
— Да, шеф.
— Посмотри в окно и скажи, что ты видишь, — дружелюбно попросил я.
— Лето, жара, но вон вроде тучки на горизонте. О! Машина с мебелью! Шеф, я скоро, — девушка перелезла обратно через диван под внимательными взглядами мужчин.
Я заметил Тимоху.
— Тимофей Егорович, буквально на секундочку.
Опер ловко перемахнул через препятствие и вопросительно встал рядом.
— Посмотрите в окно и скажите, что вы видите, — как можно более нейтрально попросил я.
— Место хорошо просматривается с той крыши, да и вон той тоже, — он нахмурился. В руках Тимохи появилась рация. — Третий, седьмой, проверить крыши, выставить наблюдателей, — он встал между мной и окном. — Леонид Евгеньевич, отойдите от окна.
Он мягко оттолкал меня прочь, а потом и вовсе переставил моё рабочее кресло к левому монитору, хтонь. Так мне нравилось меньше, но это всё же лучше, чем остаться совсем без окна. С него станется разместить меня в центре этажа. Он показал, какие зоны не простреливаются и наказал перемещаться только там, не приближаясь к окнам. Только убедившись, что я принял и осознал он отошёл. Я вернулся в своё кресло, а Рафаэль притащил себе стул из кафе, и поставил его напротив.
Теперь я был ближе к мягкой зоне и одной из хлюпких стенок, которые вообще не сдерживали звуки. Впрочем, конкретно за этой был несчастный старик в моей капсуле. Да и гости нам не мешали, хотя и расположились в диванах по соседству и всё беззастенчиво слушали.
— И что? Это ж понятно, что каждый видит свое, — герцог ждал продолжения.
— Эти примеры хорошо демонстрируют позицию человека по отношению к миру. Вот Стеффа, она внутри мира, она в нём живёт. Она увидела природу, окружающий мир, текущие дела. У тебя же оценочные суждения. Ты дистанцировался. Мир там, ты здесь и ты не являешься его частью, — говорил я без наезда, просто констатировал факт, и всё же герцог обиделся.
Он насупился и закинул ногу на ногу.
— Ты над миром, Раф, ты сверху. Твоя позиция самая, кхм, надменная, — добил его я, — она мешает сближению с миром. Это не твоя вина, ну или не только твоя или твоих родителей. Ты пустотник. Ты привык наблюдать миры издалека во всех смыслах. Маг, он внутри мира. У них, — я кивнул на Тимоху, который помогал Стеффе расстилать ковёр и расставлять кадки с комнатными деревьями, — больше шансов стать магами, чем у тебя, несмотря на наличие у тебя источника.
— Тимофей тоже оценивал то, что видел, — буркнул герцог.
— Вовсе нет, — я доброжелательно улыбнулся. — Он всего лишь рассматривал вероятности во временном потоке: что может произойти.
Мы оба встали, чтобы передвинуть кресло. Зелёный пушистый ковёр был от стены до стены. Комната преображалась. Мне бы ещё кресло, как в Убежище — летающие над ковром, я мечтательно закатил глаза. А то не очень удобно разворачиваться к экранам. Один прямо надо мной, другой ближе к окну и два напротив. Но благодаря размеру, отсюда должно быть хорошо видно изображение. Растения тоже отлично оживляли рабочую зону и разбивали монолитность окна. Стеффа предложила повесить занавески, идею поддержал Тимоха, и я согласно кивнул.
— А что видите вы? — Рафаэль с вызовом показал на окно.
— Я вижу мир, Раф, который не живёт, а выживает, как может, — я тяжко вздохнул и развалился в кресле, закинув ноги на новый пуфик. Кипа бумаг переехала ближе.
— Так и что мне делать? — герцог, кажется, ни слова не понял из того, о чём я тут распинался. Печально.
— Держись Славика. Ты бы видел из какой задницы он вылез, Раф. И при этом у него сохранился вкус жизни. У тебя его нет, для тебя магия — приправа, чтобы получить новые ощущения. В общем иди и поиграй со Славиком. Искренне, как в далёком-далёком детстве, я намекнул ему на его реальный возраст.
Рафаэль поднялся и пересел в мягкую зону неподалёку. Ну, как знает.
Я проигнорировал Эльзу и позвал Тимоху. Сразу всучил ему распечатки его группы. Он сел на пол и с интересом стал просматривать базовые характеристики бойцов.
— Подели их на три группы. У кого сила и ловкость почти равны. Три очка разницы, — я предвосхитил вопрос, и опер кивнул. — У кого больше сила или ловкость — ещё две группы.
Он тут же принялся раскладывать по стопкам.
— Обрати внимание на здоровье, если разрыв с наибольшей характеристикой сила или ловкость не более 3 единиц, человек явно филонит.
Тимоха забрал бумаги и пересел за один из столиков в кафе, изучать бойцов дальше. Официант тут же предложил ему кофе.
Я снова проигнорировал Эльзу и пошёл посмотреть на попаданца. Боря же сказал, что в теле старика теперь другая душа. Посмотрю настройки капсулы, может мне удастся через админку как-то вытащить бедолагу.
Дойти до заветной двери я не успел, дорогу перегородила рассерженная принцесска.
— Наш контракт закрыт, — заявил я, не здороваясь, и попробовал обойти нехорошую особу.
Стеффа говорила, что она пыталась заключить новый договор, чтобы загрузить в капсулу ребёнка, но генеральный на это не пошёл. Он же отказался заключать соглашение на прокачку, посчитав, что исправить ситуацию -300 репутации и -3 миллиона очков невозможно. Но напрямую он космической особе не отказал. Если наш ведущий тестировщик Леонид Евгеньевич скажет, что это возможно, тогда да.
— Вы должны мне помочь, — безапелляционно заявила Эльза.
Внезапно в руку девушки вцепился серый котёнок. Конкретно так вцепился, Ульт скорее всего ещё и зубы нарастил, потому как заорала она пронзительно. Рафаэль и Тимофей попробовали отцепить животное. В то время как девушки остались в стороне. Стеффа маякнула официантам, чтобы те не вмешивались. А больше на нашем этаже никого и не было.
— Что ж вы так неаккуратно, — я поцокал языком без сочувствия.
— Отцепите от меня эту тварь, — зашипела девушка не хуже змеи, в то время, как Тимофей деликатно пытался разжать пасть хрупкого котёнка. — Это же ваш котёнок.
— Он сам по себе, — заявил я, — у него нет хозяина.
Ульт тут же подвякнул, и рот его при этом слегка разжался. Тимоха воспользовался моментом и расцепил пасть, а Стеффа забрала котёнка.
— Испугался маленький? Идём я тебя покормлю, — поглаживая Ульта моя помощница пошла к кафе и стала рыться в холодильнике.
Эльза зажала салфеткой рану, из которой текла кровь.
— Вы ещё пожалеете! — снова зашипела идиотка. — Я всё брату расскажу! — погрозила она мне мною же. Я ж говорю — дура.
— Обязательно расскажите, — я покивал. — Только вот это не обычный кот, а кармический.
— Какой? — растерялась принцесска, и отпустила руку с салфеткой. Кровь уже не капала, рана затянулась под влиянием ауры моей души.
— У нас на Земле есть такое понятие, — я охотно пустился в объяснения. — Карма. Ну, как бумеранг, который возвращается. Котёнок почувствовал, что вы совершили великое зло и не стерпел.
Я сделал вид, что задумался, а Эльза покраснела. Неужели у сестрёнки есть совесть? Не верю!
— Да-да, — я как-будто покивал своим мыслям. — Подумайте, может вы причинили кому-то зло? Вот у меня сегодня ночью террористы дом взорвали. Представляете? Как-так?
Я расстроено развёл руками.
— Почему именно наш дом? Столько людей погибло! Уууу, — я смахнул накатившую слезу. — Ночь же, все спали, старики, женщины, дети. А оно бах! Хорошо хоть я на балкон вышел покурить. Меня взрывом на деревья отбросило.
Я поёжился, как от холода, и тяжко вздохнул.
— Целый дом людей, провинившийся перед кармой. Я сегодня весь день сижу и вспоминаю свои плохие дела. Видите сколько уже набралось, — я показал на стопку листов рядом с креслом. — Только вот котёнок считает, что моя карма чиста. Тогда за что? Целый дом ни в чём не повинных людей!
— Леонид! Я могу чем-то помочь? — ко мне бросился Рафаэль. — Тебе жить есть где? Может выжившим гуманитарную помощь передать? У нас на корабле что-то есть, — он задумался. — Да, я думаю и другие корабли не откажутся поучаствовать.
— Жить негде, — я натурально поник. — Ни вещей, ничего не осталось. Я вот тут на диванчике прикурну сегодня, а там, — я тяжко вздохнул.
— Ну так давай! — засуетился Рафаэль.
— Стеффа, — я обратился к помощнице, которая оторопело смотрела на меня, только сейчас оценив мой совсем не офисный наряд, — у тебя случайно нет телефона Васи?
— Васи? — она зависла, а потом схватила блокнот. — Звонил тут один, представился твоим лечащим врачом и телефон оставил.
— Вот дай номер Рафаэлю.
Герцог тут же отошёл в другой конец мягкой зоны и принялся звонить Васе.
Меня обступили обе Ксю.
— Лео, вы пострадали? Что за врач? У нас на корабле есть медкапсула, — предложили пиратки.
— Леонид Евгеньевич, знакомьтесь, — в дверях появился Матвей Иванович с высоким, как палка, и столь же худым дедком в неприлично дорогом костюме и начищенных ботинках. — Наш лучший мозгоправ.
Глава 4
От мозгоправа я вышел в полной уверенности, что всё безнадёжно плохо и только доброй души человек Аристарх Наумович способен вернуть меня к нормальной жизни.