Город у Бездны: ЛитРПГ и власть
Он находился на самом дне глубокого тектонического разлома. Наверху, метрах в сорока, виднелись закопченные своды Главного туннеля, откуда доносился едва уловимый запах гари — остатки факелов человеческого рейда, выжегшего выводковую яму. Но здесь, внизу, царила иная экосистема. Каменные стены были покрыты глубокими радиальными шрамами, словно много веков назад по ним хлестали плети первородного хаоса. Каждая трещина дышала сыростью и старой, застоявшейся маной, которая покалывала новые лапы Сварта легкими электрическими разрядами при каждом прикосновении к камню.
Сварт осторожно двинулся вдоль левой стены грота. Его тело вытянулось почти до семидесяти сантиметров, окрас сменился на грязно-серый, с хаотичными графитовыми разводами. Стоило ему замереть у выступа скалы, как интерфейс мгновенно выдал системный лог.
Активирован пассивный навык: Пещерный камуфляж (Уровень 1) Вероятность обнаружения существами равного или меньшего уровня снижена на 45%
Это была первая серьезная победа. Теперь он не был беззащитным куском мяса, ползающим по открытой грязи. Он стал охотником, способным растворяться в рельефе подземелья. Макс внутри него, старый геймер, привыкший ценить скрытность и тактическое преимущество, удовлетворенно зафиксировал это изменение. С таким пассивным бонусом можно было выстраивать засады, а не просто убегать от каждого шороха.
Туннель, по которому продвигался Сварт, постепенно расширялся, уходя круто вниз под углом в тридцать градусов. Влажность нарастала с каждым метром. Вскоре фасеточные глаза уловили впереди плотное, вибрирующее марево. Воздух здесь был настолько тяжелым и кислым, что хитиновые щитки на груди начали покрываться мелкими пузырьками — известняковая пыль, осевшая на теле, вступала в реакцию с агрессивными парами. Стены коридора постепенно покрывались склизким зеленоватым налетом, который слабо светился в темноте, выдавая присутствие химически активных минералов.
Сварт остановился у края обрыва. Туннель заканчивался колоссальным купольным гротом, диаметр которого составлял не менее восьмидесяти метров. Но главным была не кубатура пещеры, а то, что полностью перекрывало вход в нее. Сверху, из невидимого русла верхних водоносных пластов, сплошной ревущей стеной падал водопад. Водица в нем была ядовито-зеленой, мутной, с густым белым осадком. Она с грохотом разбивалась о гранитные валуны на дне, поднимая тучи шипящего пара. Это была не просто вода — это был концентрированный раствор серной кислоты и солей тяжелых металлов, вымываемый из богатых колчеданом верхних горизонтов.
Любой человеческий авантюрист, попытавшийся прорваться сквозь этот занавес без специализированных свитков химической защиты или тяжелых высокоуровневых аур, превратился бы в дымящийся скелет за несколько секунд. Даже известняковая порода вокруг водопада была изъедена глубокими, кавернозными шрамами. Тяжелые капли, отлетая от основного потока, с шипением въедались в песчаную кромку, оставляя после себя мелкие дымящиеся воронки.
Сварт опустил переднюю лапу к стекающей по уступу струйке. Хитин выдержал удар кислоты, лишь слегка потемнев на стыках сегментов.
Получен урон: 1 ед. (Кислота) Иммунитет инсектоида: сопротивление химическому воздействию — 35% Здоровье: 44 / 45
Показатели урона были терпимыми. Естественная регенерация перекрывала этот ущерб за пару минут. Но для Сварта-стратега эта кислотная стена значила гораздо больше, чем просто агрессивная среда. Это были идеальные, созданные самой природой Подземелья крепостные ворота. Локация была полностью изолирована от внешнего мира. Сюда нельзя было забрести случайно, преследуя мелких мобов. Любой, кто решит войти в этот грот, должен будет целенаправленно преодолеть смертоносный занавес. Каждая капля этого водопада работала на него, отсечая сорных игроков и лишних конкурентов.
Сварт спустился по отвесной стене, используя микроскопические когти на лапах. Его движения стали плавными, бесшумными. Он скользил по вертикальной плоскости гранита, совершенно не заботясь о гравитации. В затылочной части его брюшка, там, где располагались три пары паутинных бородавок, появилось отчетливое, тянущее покалывание. Система отреагировала на мысленный запрос, разворачивая параметры нового активного умения.
Доступен активный навык: Выработка нити (Ранг 1) Затраты ресурса: 1 ед. выносливости за 5 метров линии Прочность нити на разрыв: 80 кг. Свойства: высокая клейкость, эластичность 120%
Сварт прижал брюшко к выступу скалы и сделал короткое движение вперед. Из бородавок выделилась тонкая, полупрозрачная струйка жидкого протеина, которая мгновенно застыла на воздухе, превратившись в невероятно прочную нить. Он прошел вдоль периметра пещеры, протягивая за собой сигнальные линии. Каждую нить он крепил к естественным сколам породы с натяжением гитарной струны. Теперь каждая вибрация воздушных потоков, каждый всплеск за кислотной стеной передавались напрямую по нитям к его конечностям, создавая пассивную систему раннего обнаружения. Подземный грот превращался в паутину, где Сварт занимал место в самом центре, контролируя каждый квадратный сантиметр камня.
В самом центре грота, на песчаной косе, намытой потоками ядовитой воды, лежал огромный обломок скалы. Но это был не гранит. Камень состоял из монолитного, полупрозрачного фиолетового кристалла, который пульсировал ровным, глубоким светом с частотой около тридцати ударов в минуту. Воздух вокруг него буквально трещал от статического электричества, а фасеточные глаза Сварта четко фиксировали фиолетовые мана-шлейфы, поднимающиеся от минерала к своду пещеры. Это было дикое, необузданное сердце локации, средоточие чистой магии Бездны, которая искала своего хозяина.
Обнаружен естественный источник энергии: Серный мана-кристалл (Нестабильный) Плотность магического поля: 4.8 ед. на кубический метр Внимание. Данная локация соответствует всем параметрам для закрепления фракционного статуса
Сварт приблизился к кристаллу. Фиолетовый свет отражался в его восьми глазах, дробясь на миллионы светящихся точек. Внутри его инсектоидного разума снова замигало настойчивое системное предупреждение, которое он видел еще в туннелях. Он чувствовал, как эта энергия резонирует с его собственным ядром маны, требуя якоря, требуя фиксации.
Внимание! Вы достигли необходимого ранга для закрепления территории Желаете заложить Сердце Улья? Стоимость активации: 50% от максимального запаса Здоровья и Выносливости Штраф за отказ: -20% к регенерации всех ресурсов до момента фиксации Гнезда
Выбора не было. Подземелье не прощало бродячих мобов. Одиночка здесь — это просто ходячий мешок с опытом для проходящих мимо рейдеров. Без точки возрождения, без защищенного периметра и возможности перерабатывать поглощенный генетический материал в безопасных условиях любая эволюция зайдет в тупик после первой же серьезной стычки. Ему нужен был дом. Ему нужна была база. Человеческий опыт подсказывал Максу: укрепрайон строится вокруг главного генератора. Кристалл должен был стать этим генератором.
Сварт взобрался на вершину фиолетового кристалла, прочно зафиксировав лапы на его сколотых гранях. Минерал под его конечностями вибрировал, словно натянутая тетива.
— Подтверждаю, — мысленно произнес он, нажимая виртуальную кнопку интерфейса.
В ту же секунду его body пронзила суображаемая судорога такой силы, что обсидиановые щитки на груди со скрежетом сошлись вместе. Из его грудного отдела, пробивая мягкие сочленения панциря, наружу с влажным хрустом вырвались десятки тонких, белых нитей органического мицелия. Они напоминали живые, извивающиеся корни. Нити потянулись вниз по граням кристалла, жадно вгрызаясь в трещины минерала, врастая внутрь структуры камня и намертво привязывая живую плоть Сварта к мертвому кремнию. Это было не простое соединение — это было сращивание нервной системы инсектоида с кристаллической решеткой мана-источника.
Запущен процесс закладки Сердца Улья Здоровье: 45 ->22 / 45 Выносливость: 30 ->15 / 30 Время формирования биологического ядра: 04:59... 04:58...
Шкалы ресурсов мгновенно окрасились в тревожный багровый цвет. Сварт упал на кристалл, его конечности подогнулись, не в силах удерживать массу тела. Из пор на его брюшке начал выделяться густой, темный секрет, который расползался по поверхности камня, вступая в реакцию с маной кристалла. Фиолетовое свечение минерала начало меняться — оно становилось грязным, багровым, тяжелым. Камень больше не был просто куском породы. Он покрывался слоем живой, пульсирующей ткани, похожей на плаценту огромного подземного существа. Каждая секунда на таймере отзывалась глухим ударом в затылке Сварта, словно его собственный мозг расширялся, заполняя пустоту пещеры.
Нити мицелия, вышедшие из тела Сварта, продолжали расти с бешеной скоростью. Они расползались от центрального кристалла радиальными кругами по всему песчаному дну грота. Стоило им коснуться гранитных валунов у подножия стен, как органика начинала разъедать камень, намертво интегрируя стены пещеры в общую нервную систему будущего Улья. Пол грота покрывался сетью пульсирующих капилляров, по которым текла темная, насыщенная маной жидкость. Песок под ногами Сварта стал теплым, он словно задышал, подстраиваясь под ритм Сердца.
Сварт лежал в полузабытьи. Его фасеточное зрение фиксировало, как тикают секунды на системном таймере. Вспышки боли, идущие от грудного отдела, где корни продолжали выкачивать его жизненную силу, постепенно сменялись странным, глубоким чувством расширения сознания. Он больше не заканчивался границами своего хитинового панциря. Теперь он чувствовал каждую песчинку на дне грота. Он чувствовал тяжелые удары кислотного водопада на входе. Сама пещера становилась продолжением его собственного тела. Гранитные своды превратились в его новый череп, а сигнальные нити паутины — в чувствительные нервные окончания, вынесенные далеко за пределы физической оболочки.
00:03... 00:02... 00:01... 00:00 Сердце Улья (Ранг 1) успешно сформировано и синхронизировано с носителем Поздравляем! Ваш статус изменен: Повелитель Гнезда Доступные инженерные функции: Инкубатор, Био-кузня, Ментальная сеть Лимит стаи: 0 / 10 боевых единиц Текущий баланс биомассы: 0 ед.
Багровая плацента, полностью покрывшая фиолетовый кристалл, сделала глубокий, мощный вдох. По всей пещере прошел низкочастотный гул, от которого со стен осыпалась вековая известняковая крошка. Сварт медленно поднялся на лапы, чувствуя, как корни мицелия внутри его груди отсоединились, оставляя после себя лишь глубокие шрамы, быстро затягивающиеся свежим хитином. Шкала здоровья начала медленно восстанавливаться, подпитываемая избыточной энергией Сердца. Фиолетовые капилляры на полу вспыхнули ровным, мягким светом, фиксируя периметр его нового государства Бетхольд.
Он подошел к краю платформы. Теперь вся пещера подчинялась его воле. Локация обрела хозяина. Внутри интерфейса развернулось новое, обширное стратегическое меню, заблокированное до этого момента. Строки построек, инкубационные лимиты, ветки развития защитных био-сооружений — всё это легло на человеческую логику Макса идеальным, понятным шаблоном. Он получил свой главный инструмент. Свой первый командный центр.
Сварт замер, его антенны уловили резкое изменение частоты вибрации натянутых у входа сигнальных нитей. Левая струя паутины, закрепленная у самого входа в сухой лаз, натянулась до предела и издала тонкий, едва слышный ультразвуковой писк. Кто-то массивный, тяжелый и явно не принадлежащий к сорной фауне Бездны только что пересек внешний периметр его сухих лазов. Звуковые волны эхолокации донесли до Сварта тяжелый, мерный шаг существа, закованного в грубый металл, и отчетливое, прерывистое дыхание.
Напряжение внутри грота мгновенно подскочило до предела — первая проверка его новой крепости на прочность была уже на пороге. Сварт медленно переставил конечности, смещаясь в густую тень за мана-кристаллом. Панцирь его потемнел, сливаясь с графитовым рельефом камня. Его экономика еще не запустилась, лимит стаи был пуст, а значит, эту первую биологическую коллизию ему придется разрешать исключительно за счет собственного ума и шести новых лап. Он замер, фасеточные глаза сфокусировались на темном зеве входного туннеля, из которого уже потянуло чужим, агрессивным запахом.
Глава 3. Транзитный орган
Чужая отметка на карте держалась, как заноза в живой ткани.
Артём погасил входные руны, закрыл боковые обзорные каналы, отсёк от синей линии все вторичные сигналы, но метка не исчезла. Она не светилась ярко, не подавала запросов, не пыталась открыть дверь. Просто лежала на нижнем слое маршрута тонким багровым штрихом, почти совпадая с геометрией старой дренажной жилы.
Так метят не путь.
Так метят возможность вернуться.
Система предлагала четыре стандартных действия.
ИЗОЛИРОВАТЬ СЕКТОРРАСХОД ЭНЕРГИИ: 4,2%ПОСЛЕДСТВИЕ: ВХОДНАЯ ГАЛЕРЕЯ НЕДОСТУПНА ДЛЯ ПОТОКОВРАЗРУШИТЬ СЕКТОРРАСХОД ЭНЕРГИИ: 8,7%ПОСЛЕДСТВИЕ: МАРШРУТ ПРЕРВАНИГНОРИРОВАТЬ МЕТКУРИСК: НЕИЗВЕСТЕНПРИВЯЗАТЬ МЕТКУ К ЛОВУШКЕРИСК: ОБРАТНАЯ АКТИВАЦИЯ
Вариантов было четыре, хорошего — ни одного.
Если закрыть вход, нулевой тариф умрёт во второй день. Если разрушить сектор, маршрут снова станет красивой идеей, похороненной под камнем. Если игнорировать, неизвестный оператор сможет прийти в любой момент, когда у входа будет караван, вдова, ребёнок, груз, кто угодно. Если привязать метку к ловушке, тот, кто её поставил, получит подтверждение: ядро увидело маяк, ядро умеет отвечать, ядро защищает транзитную функцию.
Артём смотрел на багровый штрих и не позволял Системе упростить задачу до «угроза — устранить».
В логистике опаснее всего не чужая сила. Опаснее чужое знание о твоём узком месте.
У него было много узких мест.
Один вход, который уже знала Мирра. Один выход, который уже знал Нокс. Один компенсационный фонд, в котором денег хватило бы на скромный поминальный стол, но не на ответственность. Один реальный канал, где доктор Хесс аккуратно готовила будущий отказ от его жизни. Один внешний аудиторский запрос Коалиции, ушедший к Вирену Кальду.
И один запрещённый кристалл в нише за пределами маршрута, который кто-то попытался активировать удалённо.
Артём вывел объект крупнее.
ЗАПРЕЩЁННЫЙ КРИСТАЛЛ ПЕРЕНОСАВЛАДЕЛЕЦ ПО ДЕКЛАРАЦИИ: НОКС РИФТФАКТИЧЕСКИЙ СТАТУС: ОСТАВЛЕН ВНЕ МАРШРУТАПОПЫТКА УДАЛЁННОЙ АКТИВАЦИИ: ДАИСТОЧНИК АКТИВАЦИИ: НЕ ОПРЕДЕЛЁНОСТАТОЧНЫЙ СЛЕД: ЧАСТИЧНАЯ КОПИЯ ГЕОМЕТРИИ ВХОДНОГО СЕКТОРА
Слишком удобно было решить, что Нокс и есть источник.
Слишком удобно — значит, опасно.
Игрок-арбитражник пришёл проверить границы. Он пронёс контрабанду, не споря всерьёз, оставил кристалл, прошёл маршрут, заплатил добровольный взнос, ушёл насвистывая. Всё в его поведении пахло рынком. Но попытка удалённой активации была грубее. Не проверка тарифной эластичности. Не мелкое мошенничество. Это была попытка поставить на маршрут нелицензированный маяк до того, как маршрут научился юридически называть себя маршрутом.
Нокс мог это сделать.
Коалиция тоже.
Третья сторона — ещё хуже.
Артём открыл черновик будущего правила и впервые написал слово, которого избегал со вчерашнего дня.
ТАМОЖЕННЫЙ ПРЕЦЕДЕНТ 1СТАТУС: ЧЕРНОВИК
Система сразу отреагировала красным.
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ТАМОЖЕННАЯ ФУНКЦИЯ ТРЕБУЕТ ЮРИСДИКЦИОННОГО СТАТУСАТЕКУЩИЙ СТАТУС: НЕСЕРТИФИЦИРОВАННЫЙ АВАРИЙНЫЙ ПРОХОДРЕКОМЕНДАЦИЯ: ИСПОЛЬЗОВАТЬ НЕЙТРАЛЬНЫЙ ТЕРМИН «ПРЕДВХОДОВАЯ ПРОВЕРКА»
Артём оставил «таможенный».
Нейтральные термины нужны тем, кто хочет власти без ответственности. «Предвходовая проверка» звучала мягче, но делала то же самое: решала, что можно провести, что нельзя, что нужно заявить, кто отвечает за ложь. Если он начнёт прятаться за мягкие слова на третьем караване, через месяц будет говорить голосом Вирена Кальда и даже не заметит.
Он создал правила не для идеального мира, а для этой грязной галереи, где бедные тащили соль, игроки — запрещённые кристаллы, а Система ждала устойчивого поведения, чтобы признать факт.
ТАМОЖЕННЫЙ ПРЕЦЕДЕНТ 1ОПАСНЫЙ ИЛИ ОГРАНИЧЕННЫЙ ГРУЗ МОЖЕТ БЫТЬ ДОПУЩЕН ТОЛЬКО ПРИ ДОБРОВОЛЬНОЙ ДЕКЛАРАЦИИ ДО ВХОДАНЕЗАДЕКЛАРИРОВАННЫЙ ОПАСНЫЙ ГРУЗ: ОТКАЗ В ПРОХОДЕДЕКЛАРИРОВАННЫЙ ОПАСНЫЙ ГРУЗ: ОТДЕЛЬНЫЙ РИСК-РАСЧЁТПОВЫШЕННЫЙ АКЦИЗ: НЕ ПЛАТА ЗА ПРИВИЛЕГИЮ, А ОБЕСПЕЧЕНИЕ РИСКААКЦИЗ ПО ОПАСНОМУ ГРУЗУ: 100% В КОМПЕНСАЦИОННЫЙ ФОНД ДО ПОКРЫТИЯ РИСКАОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА СКРЫТЫЙ ГРУЗ: ОТПРАВИТЕЛЬОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ПРОПУЩЕННЫЙ ДЕКЛАРИРОВАННЫЙ ГРУЗ: МАРШРУТ И ОТПРАВИТЕЛЬ СОВМЕСТНОПРЕДСТАВИТЕЛЬ КАРАВАНОВ ИМЕЕТ ПРАВО ОСПОРИТЬ ДОПУСК ОПАСНОГО ГРУЗА
Система зависла на слове «акциз».
ТЕРМИН «АКЦИЗ» МОЖЕТ БЫТЬ ИНТЕРПРЕТИРОВАН КАК СУВЕРЕННАЯ НАДБАВКАПРАВО НА СУВЕРЕННУЮ НАДБАВКУ: ОТСУТСТВУЕТПРИМЕНИТЬ ТЕРМИН В ЛОКАЛЬНОМ ШАБЛОНЕ?
Артём смотрел на запрос.
Вот так и появляются государства: сначала тебе нужен мешок пепла у входа, потом — правило для запрещённого кристалла, потом — слово, которое нельзя произносить без права, но без слова нет ответственности.
Он применил.
ТЕРМИН ПРИМЕНЁНСТАТУС: СПОРНЫЙR_TRUST MODIFIER: НЕ ИЗМЕНЁНJURISDICTIONAL_ATTENTION: +0,03
Даже внимание стало переменной.
Он вывел новый публичный слой на входной камень. Не весь. Караванам не нужна внутренняя кухня Системы. Им нужно знать, что их убьёт и кто за это ответит.
ОПАСНЫЕ ГРУЗЫСКРЫТЫЙ ПРОНОС: ЗАПРЕЩЁНДЕКЛАРАЦИЯ ДО ВХОДА: ОБЯЗАТЕЛЬНАПОВЫШЕННЫЙ АКЦИЗ ПО ОПАСНОМУ ГРУЗУ: ТОЛЬКО В КОМПЕНСАЦИОННЫЙ ФОНДСПОРНЫЙ ДОПУСК: РЕШАЕТСЯ ПРЕДСТАВИТЕЛЕМ КАРАВАНОВ И МАРШРУТОМПЕРВЫЙ СЛУЧАЙ: ЗАПРЕЩЁННЫЙ КРИСТАЛЛ ПЕРЕНОСА, ПРОХОД БЕЗ ДЕКЛАРАЦИИ ЗАПРЕЩЁН
Теперь Нокс увидит своё нарушение не как тайный инцидент, а как первую строку общего права.
Если это право вообще родится.
Входная зона оставалась тёмной. Чужая багровая метка не двигалась. Артём мог бы выжечь её, но вместо этого наложил на неё ложную геометрию: не ловушку, не сигнал, а пустой маршрут, ведущий в старый осыпавшийся карман, где не было ни ядра, ни караванов, ни выхода. Если кто-то попытается использовать копию, он получит не дверь, а тупик с запаховым следом падальщиков.
Расход энергии: 0,6%.
Терпимо.
Резерв ядра: 9,7%.
Плохо.
Он почти ушёл в принудительную стабилизацию, когда у входной метки появился новый человек.
Не караван. Одинокий игрок.
Нокс Рифт вернулся без кофра, без плаща и без улыбки.
Плащ он, видимо, оставил специально: меньше скрытых карманов, меньше поводов для досмотра. На нём была простая тёмная рубаха, ремень с крафтерскими инструментами, пустые ладони и тот же браслет арбитражника. Он остановился перед камнем, прочитал новый текст, дошёл до строки «первый случай» и тихо выдохнул.
— Быстро ты из ошибок делаешь законы.
Артём включил голос через стену.
— Быстро ты оставляешь у входа чужие маяки.
Нокс поднял голову.
— Не мой.
— Владелец по декларации — ты.
— Владелец кристалла — я. Попытка активации — не моя.
— Докажи.
Игрок усмехнулся уже привычно, но улыбка не легла на лицо как надо.
— Обычно это обвиняющий доказывает.
— Обычно обвиняющий не стена с дырой в боку и одиннадцатью медяками в фонде.
— Уже шесть с чем-то.
— Ты следишь.
— Конечно. Я же инвестор.
— Ты не инвестор. Ты источник риска.
Нокс развёл руками.
— В справедливом мире одно не исключает другого.
Артём подсветил кристалл в нише. Мешочек всё ещё лежал там, с внешней стороны синей линии. Багровый блик внутри слабо двигался.
— Забирай.
— Не могу.
— Почему?
— Потому что если я его заберу, ты решишь, что я уничтожаю улику. Если оставлю, он остаётся угрозой. Если войду за ним, нарушу твой новый прецедент. Красивый узел. Я бы похвалил, если бы сам его завязал.
— Кто мог активировать?
Нокс потер подбородок.
— Любой, у кого есть ключ к партии. Продавец. Предыдущий владелец. Один из моих кредиторов. Коалиционный сканер, если они перехватили след. Кто-то из тех, кому я вчера рассказал, что нашёл бесплатный проход.
— Ты рассказал всем?
— Не всем. Только тем, у кого есть груз, деньги или длинные уши.
— То есть всем нужным.
— Если хочешь объём, объём сначала приходит как слух. Слух всегда грязный.
Артём отметил это против воли.
Слух как первый транспортный протокол. До договора, до лицензии, до карты, до терминала. Люди идут туда, куда уже пошла история.
— Ты сказал, что крафтеры придут без запрещённых грузов.
— Сказал.
— Они придут?
— Двое уже на подходе. Третий струсил после новости о досмотре.
— Хорошо.
— Нет, плохо. Трус как раз был с деньгами.
— Значит, хорошо.
Нокс посмотрел на входной камень внимательнее.
— Ты правда вводишь акциз на опасные грузы и кидаешь всё в компенсационный фонд?
— Да.
— Ты понимаешь, что этим открыл дверь? Любой серый груз теперь может прийти к тебе не как контрабанда, а как честная головная боль. Они будут говорить: мы задекларировали, значит, пропускай. Ты откажешь — потеряешь объём. Пропустишь — получишь риск. Возьмёшь высокий акциз — станешь дорогим. Возьмёшь низкий — фонд не покроет ущерб.
— Поэтому представитель караванов может оспорить.
— Мирра?
— Да.
Нокс коротко рассмеялся.
— Соляная женщина будет решать судьбу пространственных кристаллов?
— Она будет решать, имеет ли право опасный груз идти рядом с караваном, который не может пережить чужую прибыль.
Игрок не ответил сразу. Только снова посмотрел на правило.
— Это звучит красиво. Рынок такое не любит.
— Рынку придётся стоять в очереди.
— Очередь ты тоже уже ограничил?
— Три потока в сутки.
— Мало.
— Безопасно.
— Не заработаешь.
— Выживу.
— Не факт.
Нокс сказал это без насмешки. И именно поэтому фраза задела сильнее.
Артём проверил его каналы. Скрытой записи не было. Боевой лог отключён. Никаких маяков. Никаких ложных доньев. Только один неактивный страховой бафф, привязанный не к маршруту, а к телу игрока.
— Зачем ты пришёл?
— Предложить сделку.
— Проход по нулевому тарифу уже есть.
— Не проход. Информацию.
— Цена?
— Не деньги. Доступ к процедуре опасного груза.
Артём погасил часть света у входа.
— Нет.
— Дослушай. Я не прошу пропустить кристалл. Я прошу провести его через процедуру на бумаге. Без фактического перемещения. Ты считаешь риск, назначаешь акциз, Мирра оспаривает или не оспаривает, Система видит не отказ, а обработанный спорный кейс. Это ускорит признание таможенной функции.
— И даст тебе правило, по которому ты позже проведёшь настоящий груз.
— Конечно.
— Нет.
— Почему?
— Потому что ты предлагаешь симулировать доверие.
Нокс поморщился.
— Все институты начинаются с симуляции. Сначала рисуют печать, потом люди делают вид, что печать значит что-то, потом за печатью появляется сила.
— Я не буду рисовать пустую печать.
— Тогда тебя съедят те, у кого печати уже есть.
— Возможно.
— Упрямый.
— Да.
Игрок отошёл от камня, присел на старый обломок рельса вне маршрута. Не входил. Не нарушал. Просто сел, как человек, решивший, что разговор ещё не закончен.
— Хорошо. Тогда вторая сделка. Я даю тебе имена тех, кто мог активировать кристалл. Ты даёшь мне право присутствовать при первом настоящем споре по опасному грузу.
— Без голоса?
— С консультативным голосом.
— Без права решения.
— Жестоко.
— Без права решения.
Нокс задумался.
— И без тарифа?
— Тебе?
— Мне.
— Нулевой тариф действует для потоков, а не для советников.
— Уже разделяешь роли. Растёшь.
— Плата за консультацию не предусмотрена.
— Я и не прошу платить. Я прошу доступ.
Артём вывел риск.
НОКС РИФТ КАК ТЕХНИЧЕСКИЙ КОНСУЛЬТАНТПЛЮСЫ: ЗНАНИЕ ИГРОВЫХ СХЕМ, ОПАСНЫХ ГРУЗОВ, АРБИТРАЖА, РЫНКАМИНУСЫ: СПЕКУЛЯТИВНОЕ ПОВЕДЕНИЕ, ПОПЫТКА КОНТРАБАНДЫ, НЕСТАБИЛЬНАЯ ЛОЯЛЬНОСТЬРИСК МОШЕННИЧЕСТВА: 64%ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ ПОЛЬЗА: ВЫСОКАЯ
Система предложила:
НАЗНАЧИТЬ ВРЕМЕННУЮ РОЛЬ: ТЕХНИЧЕСКИЙ КОНСУЛЬТАНТ ИГРОВЫХ ПОТОКОВ?
Артём не назначил. Ещё нет.
— Имена сначала, — сказал он.
Нокс кивнул.
— Первое: Дрей Марочный. Перекупщик ограниченных кристаллов. Продал мне камень через цепочку. Любит оставлять резервные ключи, чтобы потом шантажировать покупателей.
На карте появился первый узел.
— Второе: гильдия «Латунный Порог». Небольшие, злые, сидят на сером переносе грузов между ремесленными инстансами. Если узнают, что здесь рождается маршрут, попробуют поставить метку раньше Коалиции.
Второй узел.
— Третье: коалиционный подотдел трассировочных аномалий. Они умеют будить такие кристаллы не хуже владельцев, если поймали сигнатуру. Но тогда активация была бы чище.
Третий узел.