Руины
- То есть я должен описать какое-либо из ваших действий, которое мне придет на ум? - переспросил Олк.
- Совершенно верно, Олкиус, вы способный ученик! Вы впитываете информацию как губка! - с напыщенным восхищением произнес Кишребдоп и спросил: - Вы готовы?
- Я готов, - ответил Олк.
Старик приподнял левую бровь, устремив взгляд в потолок, после чего черты лица старика приняли каменное выражение.
- Загадал, - объявил Кишребдоп.
Олк посмотрел на старика, обдумывая, что же он мог загадать. Но на ум ничего не приходило. Взгляд Олка упал на каменное выражение лица Кишребдопа. В этот момент на кончик носа старика села муха. Перебирая лапками и хоботком, муха полезла в ноздрю Кишребдопа.
- Вы чихнёте и попытаетесь убить муху, севшую вам на нос, - огласил Олк.
- Вот и неправи… апчхи, апчхи …льно, - чихая и отгоняя от себя муху, произнес Кишребдоп.
- Ну что же, даром телепатии вы явно не обладаете, молодой человек, - констатировал старичок, озираясь по сторонам в поисках гадкой и мерзкой мухи.
- Очень жаль, - с ухмылкой произнес Олк.
- А вот с предвидением нам стоит поработать, - пробурчал старик.
Покопавшись в дорожном мешке, он достал монетку, положил её на большой палец правой руки.
- Олкиус, вам необходимо будет определить, что выпадет - орел или решка - после того, как я подкину монету, - произнес Кишребдоп.
- Допустим, орел, - произнес Олк.
- А вот и не допустим. Я буду подбрасывать пять раз, какая выпадет последовательность? Только прошу не спешить, сосредоточьтесь, - важно произнес Кишребдоп.
Олк закатил глаза, сделал вид, что он сосредоточился, и, выдержав паузу, произнес:
- Первое - орел, второе - орел, третье - решка, четвертое - орел и пятое - решка.
- Орел, орел, решка, орел и решка, - продублировал его слова Кишребдоп и добавил: - Хорошо, приступим.
Кишребдоп положил монету на сведенный указательный и большой палец правой руки и щелкнул по ней. Монета взвилась ввысь, быстро вращаясь, она достигла предельной высоты и направилась вниз. Звякнув об пол, монета закружилась, вращаясь как волчок, впоследствии упала набок, сохраняя колебательные движения и издавая характерный звук. Когда монета перешла в состояние покоя, Кишребдоп сосредоточил на ней взгляд. Брови старика поползли на лоб, и он завопил:
- Орел!
Олк без каких-либо эмоций сидел и наблюдал за происходящим. Кишребдоп проделал процедуру с монетой еще четыре раза и каждый раз вскрикивал, потому что прогноз Олка совпал с тем, что выпадало на монете. По завершении последней попытки лицо Кишребдопа сияло.
- Что это значит? - произнес Олк по окончании теста.
- Не спеши, мы только начали. - Выпалил Кишребдоп, доставая из дорожного мешка колоду с красочными картинками.
Старик пододвинул столик ближе к Олку и положил на него колоду с карточками. Сам же Кишребдоп взял табурет и сел за столик напротив Олка.
- Я буду вытаскивать карточки из колоды. Вам необходимо говорить, что на ней, по вашим ощущениям, изображено, - произнес Кишребдоп.
- Хорошо, - ответил Олк.
Кишребдоп достал из колоды карточку аккуратно скрывая ее от взора юноши. Так чтобы Олк не мог подглядеть, что на ней изображено. Держа двумя руками карточку перед собой Кишребдоп, спросил:
- Что, по-вашему, на ней?
- Вы же мне не показываете, откуда я знаю? - Произнес Олк.
Старик свел брови от возмущения.
- В этом и состоит ваша задача: сказать, что на ней изображено, не глядя на карточку, - ответил Кишребдоп. Смягчив свой взгляд, он продолжил. - Если бы я хотел проверить твоё зрение, то отправил бы тебя к лекарю. Так что, по-твоему, на этой карточке изображено?
Олк с недовольным лицом взглянул на карточку, которую держал перед собой Кишребдоп.
- Я думаю, там изображен олень с большими ветвистыми рогами, - произнес Олк.
Кишребдоп перевернул карточку, и там был изображен грациозный олень с большими ветвистыми рогами на фоне двух холмов. Олк удивился тому, что его предположение совпало с изображением на карточке.
- На удивление, вы правы, Олкиус, - произнес Кишребдоп.
Кишребдоп повторно достал из колоды карточку. Прижимая её к столу, старый маг пододвинул карточку к себе. После этого Кишребдоп отогнул краешек и посмотрел на карточку.
- Что же вы думаете по поводу этой карточки? - произнес Кишребдоп.
Олк, заинтригованный процессом, взглянул на рубашку карточки. Ну или, по крайней мере, на то, что он мог разглядеть под ладонями Кишребдопа.
- Полагаю, там изображен меч, - произнес Олк.
- А вот и неверно! - воскликнул Кишребдоп и спокойнее дополнил: - Тут изображен кортик.
Старик перевернул карточку, и на ней красовался то ли кортик, то ли меч.
- С разминкой, пожалуй, можем закончить и приступить непосредственно к тестированию, - произнес важно Кишребдоп.
- То есть это было не тестирование? - спросил удивленно Олк.
- Нет, конечно, это так, разминка для мозгов. Проверка на способность мышления. Не каждый претендент может пройти её. Как, собственно, и вы не смогли отличить кортик от меча, - с напускной важностью констатировал Кишребдоп.
Лицо Олка побагровело, он был возмущен принижением его результатов. Кишребдоп тем временем нагнулся к мешку. Старик с трепетом аккуратно достал из мешка и положил на столик мудреное приспособление, походившее на необычный шлем с очками. Очки были не простые, линзы в них были многослойные, удерживаемые оправой. Каждая из линз имела свой цвет и была оснащена держателем. Собственно, сам же шлем большого инженерного восторга не вызывал. Его функция, скорее всего, заключалась в том, чтобы удержать на голове массивные многослойные линзы.
— Вот, - произнес Кишребдоп, указывая на шлем. — Это очки истинного видения.
- И что они показывают? - поинтересовался Олк.
- Для общей практики они могут развеять иллюзию, наваждение или, напротив, показать то, что скрыто чарами. С помощью этого шлема можно найти магический предмет в помещении или предмет, на который наложена магия. Я же буду изучать твою ауру: содержит она магические свойства или нет, - ответил Кишребдоп.
Кишребдоп взял двумя руками шлем и поместил его себе на голову. Взглянув через линзы на Олка, Кишребдоп нервно взвизгнул и отшатнулся:
- Аааа.
- Что случилось? - спросил настороженно Олк.
- Любопытно, - чуть успокоившись, произнес Кишребдоп.
Старик, пристально рассматривая Олка через линзы, произнес:
— Это определенно требует внимания и изучения.
- Что требует внимания и изучения? - с нетерпением поинтересовался Олк.
Старик оставил вопрос без ответа. С безумным и завороженным взглядом он изучал Олка, при этом чередуя линзы, которые то вставлял, то убирал из оправы. На протяжении всего процесса Кишребдоп то и дело произносил одно и то же: «Любопытненько» или «Да, да, это определенно требует изучения». После своего продолжительного изыскания Кишребдоп снял шлем и объявил:
- Поздравляю, Олкиус, вы приняты в школу магии. Есть формальности, но мы с вами их быстро урегулируем.
Олк настолько привык к бормотанию старика, что был ошарашен его внезапной речью и выведен из состояния оцепенения. В этот миг где-то, словно вдалеке, раздался еле слышимый звук:
- Ку-ка-ре-ку.
Олк огляделся: старик замер в одной позе, будто его заморозили. Вот снова раздался звук, но уже громче:
- Ку-ка-ре-ку.
Образ старика и комнаты начал размываться, и Олк проснулся.
Над Олком склонилась Ашма, она теребила его за плечо. Своими губами полушепотом она произносила в ухо Олка:
- Ку-ка-ре-ку.
Глава 3. В путь.
Олк очнулся от сна и увидел перед собой недовольную физиономию Ашмы. Свеча давно догорела, и в комнатке стоял полумрак. Олку спросонья показалось, что глаза Ашмы бликовали в темноте и светились, как у кошки.
- Что случи…? - хотел задать вопрос Олк.
Но Ашма приложила свою ладонь к его губам, а указательный палец - к своим. Девушка жестами пояснила Олку, чтобы он вел себя тихо. Олк удивленно принял это к сведению и решил не перечить Ашме.
- Собирайся и пошли, нам пора! - шепотом произнесла Ашма.
Олк пошарил по полу в поисках своего дорожного мешка. Наткнувшись на него, он схватил вещь и встал с кресла, в котором проспал всю ночь. Ашма, убедившись, что Олк следует за ней, схватила за руку и направилась к двери.
Девушка вывела юношу в коридор и закрыла дверь комнаты, причем ключ в её руках особо не капризничал. Далее спутники направились по коридору к лестнице. Следуя за девушкой, Олк чувствовал себя слоном. Ашма двигалась бесшумно, с грацией кошки. Олк же, ведомый девушкой за руку, то и дело что-то задевал, и пол под ним предательски поскрипывал. Олк пытался хоть что-то разглядеть, но вскоре доверился своей спутнице и шел за ней, как собачонка на привязи. Приблизившись к лестничному спуску, мрак чуть рассеялся, и Олк смог различить очертания Ашмы. В девушке что-то изменилось, но Олк пока не мог понять что. Потихоньку спустившись по лестнице, Ашма отпустила руку Олка и грациозно перемахнула в прыжке через стойку управляющего таверной. Она повесила ключ в ключницу и прикрепила к нему небольшой обрывок бумаги; затем так же грациозно перемахнула обратно, не произведя ни единого шума. Схватив остолбеневшего Олка за руку, она повела его к выходу.
Солнце еще не показалось на небосводе, но алые цвета окрасили восточную часть горизонта. Вдалеке прозвенел протяжный петушиный клич к подъему. Олк тут же вспомнил уговор о том, что место встречи путников возле сарайчика - до первых петухов. «Да, вышла накладочка с договоренностью», - подумал Олк. Но навеянный сон и события в нем заставили юношу глубоко провалиться в мир грез. Хотя события годовалой давности довольно точно повторились в этом сонном наваждении. Всё во сне было точно так же, как тогда, год назад. На улице юноша следовал за Ашмой. Олк окинул взглядом свою спутницу и теперь понял, что изменилось в девушке, точнее в её облачении. Ашма сменила огромную рубаху и штаны на обтягивающие коричневые брючки и темно-зеленую курточку. Наряд хорошо подчеркивал идеальную девичью фигурку, которая открылась для Олка в новом свете. Курточку опоясывал ремень с прикрепленным к нему ножом. Подходя к сарайчику, Олк, отвлёкся от мыслей о том, что его новая спутница довольно симпатичная девица.
- Что это там было? - произнес Олк.
Ашма резко развернулась и шикнула на Олка, давая понять, что еще не время затевать разговор. Подойдя к сарайчику, Олк обнаружил, что все готово для отправки в путь. Повозка была снаряжена, а в неё уже была запряжена вполне отдохнувшая кляча. Олк хотел сесть в повозку, но Ашма жестом и примером показала, что это пока рано. Девушка взяла поводья и повела запряженную в повозку клячу за собой. Олк вздохнул и побрел за своей спутницей. Пройдя пару домов, Ашма скомандовала:
- Можем садиться.
Из Олка тут же посыпался словесный поток возмущений:
- Что это всё значит? К чему эти шпионские игры? Почему я не могу сразу поехать на своей повозке? Что происходит?
Ашма спокойно выждала поток вопросов и ответила:
- Ты можешь делать что хочешь, а вот меня никто не отпускал. Поэтому мы ушли тайком.
Олк взвесил слова, произнесенные девушкой, и ответил:
- Пожалуй, ты права, я об этом не подумал.
Юноша и девушка забрались в повозку. Ашма направила клячу по дороге, проходившей сквозь деревню. В этот момент повозка ожила и затеяла свою звуковую симфонию скрипа, скрежета и постукивания. От этого шума дворовые собаки устроили перекличку и сопроводили повозку своим лаем до самого выезда из деревушки. Лай собак поднял петухов, и те, видимо, признавая свою оплошность, заголосили один громче другого. По выезду из деревни повозка подъехала к развилке.
- Нам направо, - произнесла Ашма.
Девушка направила повозку по дороге, уходившей направо. Олк наблюдал за Ашмой, за тем, как она управляет кобылой. Складывалось впечатление, что кляча обрела второе дыхание. Теперь уже лошадь не казалась такой бесполезной, как она выглядела до этого. Наблюдая за девушкой, у Олка возникло ощущение, что Ашма правила кобылой мысленно. Поводья в руке девушки свисли и не принимали никакого участия в выборе маршрута. Зато лошадь словно по мысленной указке выполняла нужные маневры.
- Ты вдохнула в неё второе дыхание? - вдруг произнес Олк.
Ашма взглянула на Олка и проследила за взглядом юноши. Спустя несколько мгновений Ашма ответила с улыбкой на лице:
- Если элементарный уход за лошадью называется «второе дыхание», то да, я поухаживала за твоей кобылицей.
- О, а я думал, кнута и свежей соломы вполне достаточно для существования этой клячи, - отшутился Олк.
Кобыла повернула голову от произнесенных Олком слов. Животное явно встревожилось, опасаясь порции кнута; на солому в пути можно было не рассчитывать. Убедившись, что спутники беседуют, кляча успокоилась и вновь сосредоточилась на дороге.
- Нам предстоит небыстрый путь. Поэтому я вечером напоила лошадь ключевой водой, накормила её овсом и причесала, а на ночь принесла, ей свежей соломы. Утром же угостила её яблоком, - произнесла Ашма.
- Самое главное, чтобы она к этому не привыкла, – улыбаясь, произнес Олк и добавил: - Мне будет трудно поддерживать поднятую тобой планку по уходу.
- Наш с тобой конечный маршрут - Царьград, до этих пор лошадь может быть спокойна, - произнесла Ашма, блеснув игривой улыбкой.
- Кстати, что у нас с припасами? - поинтересовался Олк.
- Не переживай, я всё собрала и сложила в повозку. Даже твой паёк, который ты требовал принести в номер, – ответила девушка с улыбкой на лице.
- Между прочим, я ничего ценного не нашла в твоей повозке, кроме огромной каменной глыбы, – произнесла Ашма и задала вопрос: - Зачем тебе этот огромный кусок камня?
- Без этой каменной глыбы нам нечего делать у развалин, - ответил Олк.
- У развалин я покажу полно таких же глыб, которые уже там, и их не надо туда тащить, - не сдерживая смеха, ответила Ашма.
- Поверь, таких глыб там точно нет, - с серьезным выражением лица ответил Олк.
- И что же в ней особенного? - спросила Ашма с любопытством.
- Как я тебе уже говорил ранее: будем на месте, и ты всё узнаешь, - отмахнулся от вопроса девушки Олк.
Ашма насупилась, явно не удовлетворенная ответом Олка. Олк заметил эмоциональное преображение девушки и решил перевести тему разговора в другое русло.
- Слушай, а что ты там мастерила? Ну, когда мы впервые повстречались, - спросил Олк.
- Мы повстречались с тобой вчера, - буркнула Ашма.
- Ну да, вчера, – подтвердил Олк и напомнил девушке: – Ты что-то усердно вытесывала из дерева.
Ашма сидела с мрачным видом пару секунд, но тема, затронутая Олком, явно помогла раскрыть завесу тайны, окутавшую этот проект. Девушка выдавила скромную улыбку и произнесла:
- Я вытесывала деревянный кортик для моего младшего брата, чтобы он мог им играть.
- Когда планируешь закончить изготовление кортика? - поинтересовался Олк.
- Я его уже вчера закончила, - ответила Ашма.
В этот миг из-под полога вынырнула физиономия мальчугана.
- Ашма, раз ты его уже закончила, могу я его получить? - произнес мальчуган и добавил: – Ну, пожалуйста.
Спутники испытали огромное удивление от внезапного появления мальчугана. Ашма и Олк отшатнулись в разные стороны и чуть не свалились с повозки. При этом оба молодых человека невольно взвизгнули, чем вызвали неподдельный хохот паренька. От хохота мальчуган свалился вглубь повозки и стукнулся там обо что-то.
- Ай, зачем тут этот камень? - произнес мальчуган, пострадавший от удара.
Ашма натянула поводья и прокричала лошади:
- Пруууу! Затем резко отодвинула полог рукой и строго спросила мальчугана:
- Родн, что ты тут делаешь? Почему ты не дома?
- Кто это? Ты его знаешь? - спросил удивленно Олк.
- К сожалению, я его знаю. Это мой брат, – ответила Ашма на вопрос Олка.
Мальчуган лежал на глыбе и потирал затылок. Паренек возился в повозке, как навозный жук. Мальчуган, перевернувшись, встал на колени и подполз к Олку. Родн протянул измазанную в грязи руку Олку и выплеснул свой нескончаемый монолог:
- Я Родн, очень приятно. А тебя как зовут? Я брат этой недотёпы. Можно с вами? Кстати, куда вы направляетесь? Я могу быть полезным, наловить больших кузнечиков. А еще я могу пердеть подмышкой, показать? Сейчас покажу. Олк посмотрел на протянутую ему руку и не рискнул ее пожимать. Вместо этого Олк просто кивнул Родну. Лицо Ашмы побагровело от гнева. Она схватила Родна за ухо и выволокла его из повозки.
- Так! Немедленно говори, что ты тут делаешь?! - произнесла строго Ашма.
- Ай-яй-яй! - завопил Родн. Мальчуган ухватился за руку Ашмы, которая держала его за ухо.
- Пусти, мне больно! - провизжал Родн. Мальчуган в порыве боли пнул Ашму носком ботинка по костяшке ноги. Ашма вскрикнула от боли и выпустила ухо Родна. Несколько секунд брат с сестрой потирали свои пострадавшие части тела. После чего брат с сестрой ринулись друг на друга с целью возобновления драки. В этот момент Олк рявкнул на них:
- Ну-ка, прекратите! Вы чего тут устроили?!
Ашма и Родн отвлеклись от стычки. Брат с сестрой обернулись и перевели свое внимание на остановившего их Олка. Родн легонько пнул Ашму, восстанавливая справедливый баланс их стычки. Ашма в свою очередь вознаградила его оплеухой.
- Я сказал: прекратить! – гаркнул Олк.
В этот момент терпение Олка достигло предела, и суровый взгляд вызывал опасение. Брат с сестрой почувствовали серьезность угрозы, которую излучал юноша. Родн на всякий случай перегруппировался и спрятался за спину своей сестры. Девушка, чувствуя всю нелепость сложившейся ситуации, решила извиниться перед Олком:
- Прости меня.
- Да ничего страшного, считай, мы квиты, – выпалил Родн.
Ашма сверкнула свирепым взглядом на своего брата. Родн, не обращая внимания на гримасу возмущения сестры, обратился к Олку:
- Ты так и не сказал, как тебя зовут.
- Трудно было вставить слово в твой монолог, который ты завёл до перепалки, – произнес Олк.
Олк посмотрел на мальчугана и строгим голосом сделал замечание:
- А вот ты не ответил на вопрос сестры.
Родн, придав лицу вид смущения, произнес:
- Мне было любопытно, куда собралась Ашма. Она собралась в поход, не позвав меня с собой.
- А откуда ты узнал, что я куда-то собираюсь? – спросила девушка.
- Трудно было не заметить, как ты собираешь и складываешь припасы в повозку. Погоню за курицей, мне кажется, видела вся наша деревня, – ответил Родн.
Словно вторя словам Родна, в этот момент из повозки донеслось возмущенное кудахтанье пойманной курицы.
- Как ты в повозке оказался? – спросила Ашма.
- За тобой проследил. Хотя можно было не следить. Уходя, вы подняли такой шум, что можно было бы разбудить мертвого, – ответил с усмешкой Родн.
Олк наблюдал за разговором брата и сестры. По возникшему Олка впечатлению, Родн был возрастом девяти или десяти лет. Родн был ниже Ашмы на две головы и имел худощавое телосложение тела. По схватке с сестрой можно было сказать, что паренек был довольно ловким. Олк отметил поразительное сходство Ашмы и Родна. Особенно привлекло его внимание сходство глаз и их цвета, которые раньше он не отмечал в Ашме. Цвет роговицы глаз был черный, и он сливался со зрачком. Наблюдая за взглядом их глаз, складывалось впечатление, что ты словно смотришь в бездонный колодец. Какой-то гипнотический эффект исходил от взора этой парочки. Олк отметил про себя странную особенность, но вскоре он отмахнулся от мыслей, уводивших его в размышления.
- Ашма нам пора, мы и так потеряли время на остановку, – произнёс Олк.
Ашма взглянула на Олка и перевела строгий взгляд на брата.
- Иди домой. Тут близко не заблудишься, – произнесла Ашма и добавила: - А если и заблудишься, то не велика потеря.
- Я с вами, – возразил Родн и добавил: – Вы так и не сказали, куда собираетесь.
Ашма взобралась на повозку и нырнула под полог. Разыскав свой дорожный мешок, погрузила туда руку и достала резной деревянный кортик. Спрыгнув с повозки, она подошла к брату. Родн, заметив в руках сестры резной кортик, просиял от счастья. Протянув к кортику руки, Родн произнес:
- О, он просто великолепен. Давай его сюда.
Ашма отшатнулась, не давая брату возможности схватить предмет вожделения.
- Ты получишь кортик с условием… - произнесла Ашма, приподняв левую бровь.
- Каким еще условием? – настороженно спросил Родн.
- Ты отправишься домой и забудешь, что нас видел. По рукам? - произнесла Ашма, протянув руку с распростертой ладонью для рукопожатия к брату.
- По рукам, – буркнул Родн и пожал руку Ашме.
Ашма протянула руку с кортиком брату и вручила его ему. Родн схватил кортик и начал его пристально изучать. После изучения он сунул кортик за пояс, примеряя, как он будет там сидеть. Затем вновь достал его и побежал от дороги к зарослям крапивы.
- Ага, попались! - выкрикнул Родн и начал беспощадно рубить «крапивного врага». Каждый взмах своего могущественного оружия Родн сопровождал яростным боевым кличем. Повалив пару десятков стеблей крапивы, Родн метнул взгляд на огромный куст лопуха.
- Ага, вот ваш предводитель! Ну я тебе сейчас покажу! – воскликнул Родн.
Паренек ринулся в еще более яростную схватку с могучим соперником. Ствол лопуха был непреклонен под множеством ударов могучего воина, обладателя превосходного деревянного кортика.
Олк и Ашма удивленно наблюдали за Родном, устроившим сенокос придорожной полосы. Путники переглянулись, и Ашма крикнула удаляющемуся брату:
- Не забудь: на развилке тебе налево.
Родн не обратил внимания на наставление сестры. Ему удалось обезглавить своего злейшего врага, отрубив у лопуха его верхушку с репейником. Могучий воин удалялся от повозки в сторону Лугового. Лезвием своего великолепного деревянного кортика паренек оставлял за собой сотни павших стеблей крапивы. Ничто не могло остановить его крестовый поход, в который он выдвинулся против сорняка.
Солнце уже взошло и озарило дорогу, разделявшую луг. Проснулась мошкара и начала кружить над луговой травой. Луг наполнился многочисленным стрекотанием кузнечиков. К своему труду приступили неустанные пчёлки, облетая соцветия разных луговых трав. Огромный шмель взлетел с ромашки, хаотично летя над лугом, и подлетел к Ашме. Огромное насекомое покружило над ее головой. После нескольких взмахов рукой Ашме удалось его отогнать, и шмель удалился вглубь луга.
- Поедем, мы и так задержались, - произнес Олк.
- Да, поехали, – поддержала Ашма и добавила: - Прости меня за выходку моего брата.
Олк посмотрел в лицо девушки и, улыбнувшись, ответил:
- Тебе не за что просить прощения.
Путники вернулись на свои места в повозке и продолжили путь уже молча. Повозка легла на свой мерный маршрут, удаляясь по петляющей дороге от Лугового.
Глава 4. Привал.
Солнце давно прошло через зенит, и день плавно клонился к завершению. Но, несмотря на это, местность еще была хорошо освещена. Дорога, по которой следовала повозка с путниками, упиралась в величественный разлом. Некогда равнинная территория приобрела по необъяснимым причинам огромный разлом в земной поверхности. Разлом простирался на многие километры вокруг некогда величественной Полуночной башни, нынче покоившейся в руинах. Сам разлом имел форму молодого месяца. Если наблюдать за территорией с высоты птичьего полета, то можно было увидеть огромную трещину по периметру развалин. Эта трещина не смыкалась в южной части искусственного островка. Там, собственно, возник проход на территорию островка. Территория развалин Полуночной башни возвышалась над более-менее равнинной местностью. Пик возвышения приходился на северную часть островка и на юге сходил на нет. В самой северной части перепад высот составлял порядка ста метров. Ширина разлома в этом месте достигала порядка пятидесяти метров. Дорога же упиралась в разлом в северо-западной его части и расходилась на север и юг вдоль него. Южная ветвь дороги уходила в густой лес.
Подъехав к развилке, Ашма съехала с дороги и остановила повозку. От того, что повозку начало трясти, проснулся Олк, задремавший в пути.
- Что случилось? Мы уже приехали? - продирая глаза, поинтересовался Олк.
- Мы приехали к разлому, но путь свой еще не окончили, - ответила Ашма.
Девушка спрыгнула с повозки и принялась распрягать лошадь.
- А зачем мы тогда остановились? - зевая, поинтересовался Олк.
В этот момент Ашма повернулась к собеседнику и кинула удивленный взгляд.
- Ты разве не знал, что в пути необходим отдых? - спросила Ашма и, не дожидаясь ответа, продолжила: - В большей степени это касается нашей милашки.
Девушка потеребила гриву клячи. Лошадь в свою очередь одобрительно зафырчала. После нескольких ласки, которые девушка подарила кляче, Ашма произнесла: