Истории Акары | Эпизоды

Трясинная ведьма

Вдоль вытоптанной дороги, местами уложенной брёвнами, в беспорядке росли карликовые деревца. Буквально в нескольких шагах в сторону земля начинала проваливаться, пока не перерастала в молодое болотце. Совсем недавние ламбушки, теперь норовились поглотить в себя всю непокорную сушу.

На небольшом островке посреди дороги нежно потрескивал костёр под блеском луны. На плешивых копнах из тонких веточек ютились уставшие солдаты в ожидании ужина. В котелке булькала вода, выплескивая в огонь драгоценный жир.

Придорожный пост служил скорее для поддержания порядка среди людей, чем защитой от эльфов. Две небольшие палатки на три человека каждая, пара луков и щитов с мечами в запасе. Раз в неделю их сменяли и отправляли в лагерь на отдых.

Грузный солдат, кряхтя, наклонился размешать похлёбку, пока каждый был погружён в свои мысли.

– Ну что, парни. Наша последняя ночь вместе.

– Ага, ещё завтра целый день в дороге ваши тухлые рожи наблюдать, — сидящие у костра усмехнулись колкой правде.

– Согласен, уже даже жизнь с моей старой каргой не кажется такой скучной, — подхватил солдат, смотрящий на звезды. — Ту хоть, если говорить наскучило, можно за причинные места то полапать.

– У нашей хозяюшки тоже есть, что помацать! — подколол один из солдат грузного повара и ущипнул за мякотку плеча. Хриплый смех, переходящий в кашель, разорвал округу.

– А ну! Заткнись или без еды останешься! — пробурчал мужчина у костра и постарался перевести тему. — Что-нибудь интересное гонец передавал? Ну кро-о-оме новостей об очередных победах, успехах в наступлениях и рекордном производстве. Осточертела уже эта война.

– На самом деле было одно, — ответил солдат, протирающий ложку. — Звучит, правда, как ересь полная.

– И ты молчал? — с проснувшимся интересом, спросил другой мужчина.

– Да это какая-то шутка других постовых, или уже белая горячка, чёрт их разберёт, — он наклонился вперед и уселся поудобнее. — рассказывает значит.

«Проезжал вчера контрольный пункт. Ну тот, который до нас стоит. Уже на подъезде заметил, что-то неладное. Никого у дороги. Лишь костерок лениво тлеет. Ну значит-с, принялся осматривать. Спят что-ли все. Полез в палатки – пусто, будто и не спал никто. И тут слышит где-то тииихонький такой то ли писк, то ли слова какие-то. Обошёл сзади палатки, а там у одной из них бац и дыра сзади. Небольшая такая, но как раз под человека. Проползти можно. Ну он смотрит по сторонам и вдруг видит. Среди деревец из-за веток на него два глаза ошалелых вылупились.»

– Ты нас напугать решил, что ли? — рассмеялся один из мужчин, сливая себе в миску похлёбки.

– Да тише, пусть дальше рассказывает, — остановил его грузный солдат.

«Так, значит-с. Видит он два глаза из-за веток. Испугался до смерти, аж сердце в сапогах потерялось. А потом приглядит-с, форма-то наша. Перепачканная вся в грязи и крови засохшей. Подошёл, а там бедолага испуганный сидит и двух слов связать не может. А синькой то несёт. Даже отвратный запах болота перебивает. Усадил того у костра и давай расспрашивать. Где все, откуда они вообще алкоголь взяли. А тот всё смотрит в сторону болота и бубнит под нос что-то. Он, гонец, значит-с, поближе. И слышит едва-едва: трясинная ведьма, трясинная ведьма, трясинная ведьма. Спрашивает, значит: «что за ведьма, пьянчуга?». А у того как глаза на лоб полезли, поворачивается на него и говорит: пришла ночью прямо из воды и как схватила всех щупальцами, да утащила под воду. А он в палатке уже лежал, отдыхал, услышал крики и как давай деру. Спрятался в лесу подальше и смотрит. Красивая полуголая баба стоит у костра. Волосы как тина болотная, лицо бледнющее, а глаза красные и сияют, будто демон какой-то. А за спиной и по земле ползают длиннющие щупальца, все в тине болотной. И рыскают как живые. Ищут его.»

– Сколько же это надо выпить, чтобы такие галюны поймать, — рассмеялся солдат, допивая из миски похлёбку.

– Ага, небось пока не протрезвели, так и спали где-то в кустах, пьянь. Чтобы не увидели их пухлые морды, когда мимо проезжают.

– Да влепят им выговоры, если вообще не отправят в какой-нибудь полк-смерти, — на момент за костром воцарилась тишина, перебиваемая лишь треском догорающих веток.

– Но пива я бы сейчас выпил, — вдруг выпалил солдат, смотрящий на звёзды. Грузный синхронный гогот, переходящий в довольное причмокивание, поддержал его предложение.

Глубокая безмолвная ночь опустилась над дорогой. Где-то вдалеке лишь слышались одинокие переклички зверей. Лагерь освещался лишь лунами. В костре тлели угольки. Двое часовых сидели напротив друг друга и играли в кости. Из палаток время от времени доносились кряхтения и храп.

В звонкой тишине отчётливо послышалас ь лёгкая хлюпающая поступь. Оторванные от игры солдаты переглянулись и схватились за мечи. Из-за карликовых деревьев грациозно появился ещё совсем молодой марл. Животное с недоумением взглянуло на двух мужчин и в два длинных прыжка скрылось по другую сторону дороги. Напряжённые солдаты переглянулись между собой и выдохнули.

– О-о-о, видел бы ты свое лицо! Готов поспорить, ты в штаны наложил.

– Дурак, а сам то! Небось подумал, что это тааа самая трясинная ведьма!

Оба солдата нервно рассмеялись, усаживаясь обратно. Ночь укутывала в свое одеяло. Сон наступал и захватывал разум. Ветер начал подниматься и подгибать тонкие стволы деревьев. Среди нарастающего шума они не услышали самого важного. Лёгких, практически незаметных шагов по болотной глади. Медленно трясина начала разрастаться, подступать к лагерю. За их спинами из-за ветвей показалась небольшая хрупкая фигура. В свете лун угадывались светлые зеленые волосы, отражающие блеск. Словно два маленьких уголька вспыхнули глаза. Шаг, ещё один. Солдаты краем уха услышали хруст ветвей и тут же подскочили, обнажив мечи.

– Т-т-т-трясинная ведьма! – закричал один из них.

– На помощь! – подхватил его второй.

Из палаток с неохотой вывалились ещё четверо, протирая глаза. Неожиданно для себя, они все понимали, что это не просто дурацкая шутка. Бледная маленькая девушка вышла из-за ветвей и с непреодолимой жаждой смотрела на них. Её глаза сверкали, пока из-за спины медленно поднимались несколько крупных щупалец.

Солдаты расползлись полукругом, рефлекторно стараясь окружить гостью. С двух сторон на неё уже были нацелены луки. Двое часовых стояли ближе всего, вооруженные короткими мечами. Поодаль держались ещё два солдата, подхватившие щиты и топоры.

– Gwianne, vain dhe, ji ihe, — мелодично прошипела девушка.

– Это эльфийка? — встревоженно спросил грузный мужчина с луком. — Это же эльфийский!

– Откуда, блять, ей тут взяться! — панически закричал солдат со щитом.

– Плевать, она одна, а нас шестеро. КОНЧАЙ ЕЁ, ПАРНИ! — закричал один из часовых, подступая к ней. Её глаза лишь слегка одёрнулись на него. Огромное тяжёлое щупальце молниеносным рывком унеслось в его сторону. Он лишь успел удивиться в лице, прежде чем тонкие переплетения тины с лёгкостью разорвали его рубаху. Они впились в пресс и с хрустом ребер и позвоночника пробили тело насквозь. За мгновение по всему телу часового проросли тонкие витиеватые корни, пародируя кровеносную систему. На её лице расплылась кровожадная улыбка удовольствия.

Шокированные товарищи ринулись вперёд. Лучники только натянули тетиву, как почувствовали намокающую подошву ботинок. Не успели они оглянуться, как вездесущая трясина одёрнула их в сторону и потащила в крохотные заросли карликовых деревьев.

Второй часовой с разбега занёс меч по широкой дуге, рассекая вырастающие на его пути водоросли. Эльфийка одёрнула себя в сторону за пояс своими же щупальцами, уводя бок из-под удара.

Подоспели два других солдата. Не дожидаясь их атаки, эльфийка бросила вперёд десяток тонюсеньких щупалец. Словно сотня ударов плети обрушились на мужчину, не успевшего поднять щит. В многочисленных крохотных порезах он упал на землю, не выдержав раздирающий его болевой шок.

К ней вновь приблизился мечник, уворачивающийся от взмахов тяжёлого щупальца. Рывок. Выпад. Обжигающий порез разгорелся на плече эльфийки. Она отскочила назад, шипя в воздух.

С другой стороны на неё уже бежал солдата, прикрываясь щитом и выкрикивая ругательства. Эльфийка попятилась на границу карликового леса. Деревца слегка одёрнулись, повторяя её плавающие движения тела. Заметивший это часовой пытался окликнуть друга, но было уже поздно. В момент все стволы наклонились и вытянулись. Мужчина вбежал прямо в импровизированный частокол. Его лёгкая кожаная куртка превратилась в решето. Из сотен маленьких отверстий сочилась кровь. Деревья всё продолжали безжалостно протыкать его тело и прорываться сквозь него. Панические крики угасали, пока мужчина не повис на ветвях.

Последний воин остался наедине с трясинной ведьмой. Девушка просто смотрела на него, сверкая из-за частокола ветвей кровавыми глазами.

– Сражайся, сука! — выкрикнул солдат, не выдержав напряжения. Не отрывая взгляд, свободной рукой он схватил валявшийся на земле щит.

– Gwianne, vain dhe, — прошептала эльфийка.

Трясина вновь начала чавкать и двигаться. Только в этот раз она отступала от лагеря. Щупальца медленно заползали назад, исчезая в земле. Два алых огонька не спеша пятились назад. Лёгкие практически незаметные шаги по болотной глади. Солдат безмолвно наблюдал, пока эльфийка растворялась в глухой мёртвой ночи.

– Гвианна...

Ничейная земля

Лесные птицы распевали свои ночные серенады. Под сказочным звёздным небом нежно потрескивал костерок. В вечернем уюте собрались несколько эльфов. В тихий мимолетный момент они наслаждались долгожданным отдыхом.

– Давно тебя не было на ничейной земле, Эйлен. Как там кланы на Юге? — завёл разговор один из эльфов, тыкая палкой костер. Его карие глаза отражали блестящие языки пламени. Рыжеволосая девушка оторвалась от звёздного неба и развернулась ко всем.

– За эти два года я уже и забыла, что такое война... Разве что несколько патрулей лениво гуляло из стороны в сторону. Дети бегают, играют, учатся. Ремесленники восстанавливают искусство и изобретают новое.

– Неужели они забыли о нас... О том, что здесь происходит... — врезался в рассказ совсем молодой эльф с растрёпанными русыми волосами.

– Ради этого мы и воюем, Ойе. Чтобы у детей нашего народа было детство. Чтобы наша история не исчезла. Чтобы они все жили, не смотря ни на что, — пробурчал эльф, сидящий до этого тихо. В отблесках пламени шрамы на его лице отбрасывали десятки маленьких теней.

– Никто вас не забывал, дураки, — прервала их размышления девушка. — Вы бы знали сколько, подростков рвётся сюда. Я тренировала молодежь, но некоторые не могут продержаться и лишнего года. Мне лично пришлось вылавливать по лесам десяток слишком активных, которые сбегали на фронт.

– И что привело тебя в наши края? Очередной беглец? — кареглазый эльф все ещё заворожённо следил за пламенем.

– Развозила своих учеников по кланам, — секундная грусть пролетела по её лицу, пока не скрылась за безразличной маской. — С каждым разом их всё меньше и меньше.

– Учеников?

– Кланов...

Тишина, воцарившаяся у костра, прерывалась лишь редкими одинокими перекличками птиц. Догорающий костёр лениво и ритмично потрескивал. Ночь обволакивала их своим объятием.

– Завтра мне снова в путь, — решилась на разговор Эйлен. — Своим рассказом я поделилась. Теперь и ваша очередь...

Детские мечты

Узкая проходная улочка постепенно засыпала. Последняя телега, дребезжа, тащилась вдаль. Небольшой деревянный домик поскрипывал своими досками. В мутных стеклянных окнах загорались огни. Внутри ласково потрескивал камин, коптя воздух.

Дверь распахнулась и на улицу выскочил мальчишка, накидывая по пути лёгонькую курточку. Он пронесся сквозь нескольких прохожих и запрыгнул на покосившуюся лестницу. В несколько пресетов парнишка всполз по ней на крышу.

Среди мусора, оторванных досок и брезента притаился небольшой самодельный форт из ящиков. Он прополз внутрь, где его уже ждали. На грубо соштопанном из нескольких кусков ткани одеяле сидела растрёпанная девочка в широкой рубахе. По её лицу расползлась улыбка, когда она увидела конопатое лицо мальчишки.

– Ну наконец-то, я уж думала, ты не придёшь сегодня, — девочка сразу набросилась на него и поймала в объятья. Смеясь, они вместе повалились на одеяло.

– Да опять отцу в корчме помогал до закрытия... Еле удалось вырваться и не убирать столы, — парнишка приобнял её и прижал к себе. Она мечтательно прикрыла глаза и полностью отдалась моменту.

– Я так скучала по тебе... Как я хочу поскорее вырасти и жить вместе. Представляешь, каждый день вот так лежать и утром, и вечером.

– Ну, только я надеюсь, это будет не под голым небом, а в доме, — засмеялся парнишка.

– Не знаю, я бы и под голым небом была бы не против. Ты только посмотри. Разве это не чудесно?

На тёмном полотне раскинулись сотни звёзд. Они переливались и блистали огнями, затмеваемые лишь монументальным могуществом двух вечных спутников Каэлена и Харона. Они отражались в мечтательных карих глазах мальчишки и девчонки.

– Это действительно чудесно.

Сумасшедшая любовь

Проливной дождь стучит по крышам пригородных домиков. Сквозь тучи едва просвечивает закатное солнце. Тёплый ветер, играючи, разбрызгивает воду по сторонам. Мимо пролетают грузовые экипажи прямо по лужам. Несчастные пьяницы в грязи оборачиваются на них и раскидываются ругательствами.

Прикрываясь дырявой корзинкой, молодая девушка перебегала между крышами исхудалых прилавков. Она скорее спешила домой с работы на швейной мануфактуре. И чтобы сократить путь, свернула в переулки между покосившимися хмурыми домами.

Вдох. Выдох. Возбуждение переполняет разум. Руки дрожат от волнения. Нос улавливает пьянящий аромат её мыла. Она всегда после работы намывала руки одним и тем же мылом с травами, которое он подкинул ей под дверь на день Гарунэ. Этот прекрасный запах вёл его в темноте улиц. Сквозь дождь вдалеке мелькнула её утончённая фигура. Дыхание участилось. Сегодня. Сегодня он признается ей во всем.

Её хлюпающим шагам эхом вторило что-то чуждое, хищное. Непроизвольно девушка начала ускоряться, но преследователь не отставал. И вот они уже бежали, не обращая внимания на проливной дождь и грязь под ногами.

Догнать. Должен. Догнать. Она всё не так поняла! Я люблю её! Я люблю её!

Скользкая предательская каша вылетела из-под ног. Девушка рухнула на землю, переворачиваясь в грязи несколько раз. Грудь надрывалась в попытке отдышаться. Перепачканное лицо уставилось в преследователя, который властно встал над ней и протянул руку.

– Я… Вы… Вы мне нравитесь, девушка! — в тишину прозвучал его тоненький высокий голосок. Лишь ветер бушевал на фоне под ритмичный стук дождя. Девушка начала медленно отползать назад. Руки скользили и подгибались. Медленно грязь смывалась с лица, оголяя чистую невинную красоту. — ПОЖАЛУЙСТА! ДАЙТЕ МНЕ ШАНС!

Мужчина подошёл ближе и навис прямо над ней. Девушка попыталась дёрнуться в сторону, но он нагнулся и схватил её за плечи, прижимая в землю. Безумные выпученные глаза уставились на неё.

– Хватит ерзать! Неужели ты не видишь, я тебя люблю! И я знаю, что тебе не безразличен! Ты приняла мой подарок на день Гарунэ! — его голос надрывался. Слюни летели прямо на девушку.

– Это… Это был ты? — пропищала девушка, пытаясь вырваться.

– Конечно, кто же ещё! Я-я-я любил тебя с детства ещё! Когда мы жили в соседних домах! ХВАТИТ ЁРЗАТЬ! — он со всей силы дал ей пощёчину. Бледная кожа в секунду налилась кровью. Десятки маленьких подтёков тут же смывал дождь. Настоящий ужас проскочил у девушки в глазах, её голос надорвался в протяжном крике. — Нет, нет, нет! Зачем! Ты сама виновата, дура!

Мужчина закрыл её рот двумя руками. Паника и страх давили их вниз, пока разум искал решение.

Думай. Думай. Думай. А что, если нас услышали. Нет, мне нужно ещё время. Она не понимает. Она ещё не понимает, насколько сильно я её люблю. Я должен всё рассказать, лишь бы она… Она успокоилась? Неужели она поняла?

Разум вернул его от отстранённых раздумий. Он взглянул вниз. Из-под его рук виднелись только напуганные выпученные карие глаза. Самое прекрасное зрелище в его жизни. Несмотря на всю грязь вокруг, на её одежде, волосах, теле… На её неподвижном теле. Мурашки пробежались по его коже. Ужас наполнил в разум.

Нет… Нет-нет-нет-НЕТ! Боже… Моя… Моя любимая. Почему ты просто не могла послушать меня… Почему… ПОЧЕМУ?!

Слеза прокатилась по его лицу. Он сел на неё сверху и наклонился к прекрасному невинному лицу. Поцеловал всё ещё тёплый лоб. Его руки дрожали, пока один за другим закрывали веки, навсегда пряча остекленевшие бездонные глаза.

Он неподвижно сидел, прикрывая тело молодой девушки от дождя и поливая его слезами. Вдалеке послышались частые хлюпающие шаги и дребезжание стальных пластин.

– Сюда, сюда, стража! Оттуда я слышала крик, — донесся до него хриплый женский голос.

Если бы только они знали… Если бы только они понимали мою бескрайнюю любовь. Если бы только она поняла... И не сопротивлялась... Всё бы пошло по другому... Я буду тебя любить всегда, Мария. И ни тюрьма, ни плаха меня не испугают.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.