Первый год от сотворения мира. Байкальский разлом.

— За двадцать минут мы должны успеть всё туда вытащить, — добавил Серёга. — Так что соберитесь. Таскаем всё к стене с дальних стеллажей.

Процесс пошёл. С той стороны, видимо, занялись тем же самым.

— Вот интересно, прямо два портала откроется? И там, и тут? — спросил я Макса. Мы с ним начали таскать ящики с патронами. — Не проще ли дождаться, пока мы эту стену раздолбим и соберёмся кучей? Меньше расход энергии и сложностей.

— Я думаю, мы этой долбёжкой им все планы сломали. Они не хотели, чтобы мы объединились, — ответил Макс. — Наблюдают, сволочи! Вот камеры точно есть, хоть и не видно. Я специально смотрел.

— А на кой нас по отдельности?

— Как ни прискорбно это звучит, но лучше правда. Они нас планировали и выкинуть по отдельности. Иначе зачем это всё? Других причин нет.

— Да блин же! Только увидел её и сразу потерял. Надеюсь, ты не прав.

— И я надеюсь.

3:21 — 3:20 — 3:19... Таймер тикал.

Возле стены образовалась огромная куча, но на стеллажах оставалось ещё много чего. Я увидел комплект удочек, кастрюли, ёмкости под воду и всякое другое. Всё к стене! Мы не стали прямо к ней всё прислонять, а сделали отступ где-то полметра.

0:12 — 0:11 — 0:10.

Все замерли.

Появилось зелёное марево на стене, и он открылся!

За ним был луг, поросший травой, солнышко светило. А впереди был виден берег, на который накатывали волны.

Ну здравствуй, дивный новый мир...

Глава 8. Дивный новый мир.

— Всё, поехали! — сказал Серёга. — Стас, Владимир и я с автоматами уходим на ту сторону для разведки. Осматриваемся и прикрываем на всякий случай выгрузку. А то мало ли что нас там ждёт. Остальные вперёд. Главное, ничего не оставьте.

Они ринулись в портал и разошлись в разные стороны. Реально спецназ!

Я схватил и потащил что попалось под руку, глядя вокруг. BioHUD тут же выдал:

«Воздух +18 °C, вода +9 °C. Ветер 3 м/с, западный».

Почти курорт. Почти.

Первое, что я увидел, — людей метрах в десяти от нас. Человек семь-восемь на берегу. Серёга уже направился в их сторону, целясь из автомата. Стас двинулся в противоположную сторону, а Владимир — к высокому лесистому склону, который возвышался справа.

Люди на берегу, среди них было пару женщин, смотрели на нас несколько мгновений, а потом быстро ринулись наутёк, к скале, которая была дальше, слева от портала.

Я глянул на убегающую женщину. BioHUD услужливо подсветил её силуэт и выдал: «Страх 89 %». Вот как это работает? Но функция полезная, правда, нужно настроить, чтобы не выскакивало без моего ведома.

Ну да, логично. Я их даже понимаю. Сидишь такой, расслабляешься на берегу моря, никому не мешаешь, попиваешь кофе или какаву с чаем, ловишь вселенский релакс, а тут из ниоткуда, прямо из воздуха, сваливаются бородатые мужики и тычут в них непонятно чем, опасным. Так что лучше унести ноги от греха подальше или на всякий случай вызвать подмогу, в виде своры боевых бегемотов на атомных ледоколах для наказания тех, кто побеспокоил их отдых.

Вот кто это? Явно не наши по виду. Интересно, они собрались на эту гору забираться? С виду высокая. Не тяжело им, бедолагам, будет? А ну как пульнут в нас потом сверху чем-нибудь весьма вредным для здоровья? Хотя вряд ли тут есть что-то круче лука и стрел.

Ладно, парни разберутся, а мы сейчас грузчики. Лимит двадцать минут. Как только я об этом подумал, так сразу в углу зрения загорелся обратный отсчёт: 19:00. Потом 18:59. Приятно, когда система за тебя помнит о дедлайне. А уже минута прошла!

Мы взялись за дело.

BioHUD подсказал:

«При текущей нагрузке запас энергии: 45 минут. Рекомендация: пить воду».

Ага, сейчас. Некогда.

Система мигнула зелёным: «Пульс 112, дыхание 22. В пределах нормы для нагрузки». Ну хоть не помру прямо сейчас. Блин, достал! Да, обязательно нужно с этим разобраться! Надоело маячить перед глазами.

Мы успели даже раньше. Выдохнули. Внутри ничего не осталось. Жаль, кровати, и столы, и прочую мебель в камерах нельзя было отвинтить.

Портал схлопнулся.

Всё! С прибытием нас! Тридцать шесть человек среди кучи всего. И вокруг больше никого! Прав был Макс. Нас высадили по отдельности. Та группа за стеной непонятно где. Ну ничего, найдём!

Я ещё раз огляделся по сторонам и радостно воскликнул:

— Ба, знакомые всё места! Вот прям сразу узнал! Вот только посёлок почему-то не завезли!

Один из бурятов, Жаргал, кажется, его зовут, кивнул.

— Узуры. Ольхон. А это Байкал, — показал он на берег. — Да, посёлка нет, а так всё то же самое. Бывал я тут очень много раз, берег этот каменистый помню, и скала такая одна, ни с чем не спутаешь. — И задумался, явно читал надпись.

Потом сказал:

— Пятьдесят три градуса, девятнадцать-восемнадцать северной широты. Сто семь градусов, сорок четыре-двадцать девять восточной долготы. Высота четыреста пятьдесят шесть метров. Погрешность плюс-минус восемьдесят метров. Совпадение рельефа с картой — девяносто четыре процента. Ольхон. Северо-восточный берег. Точно.

— Ничего себе выдал, — присвистнул Миха. — Я в этих географических темах не секу, хоть и Биохад что-то там показывает.

Я тоже глянул в свой интерфейс. Там висело то же самое.

— Удобная штука, не надо запоминать.

— Откуда координаты-то? — спросил Миха. — Спутников же нет.

— Инерциалка, — пояснил я. — Наноботы считают каждый наш шаг от портала. Плюс система сравнивает рельеф с картой, загруженной в память. Увидела знакомую скалу — привязалась к ней. Погрешность, конечно, есть, но для начала сойдёт.

— Значит, нам повезло, что это копия Земли, — сказал Макс. — Карты работают. А если бы в другом мире оказались?

— Тогда только инерциалка, — пожал плечами я. — Без привязки к карте. К вечеру ошибка метров тридцать, через неделю — километр. Но пока — красота. Хоть знаем, где находимся.

— Ольхон, — повторил Жаргал, оглядывая берег. — Надо же. Прошлое. И ни одного человека. Только те, которые убежали.

— Ну, явно есть ещё народ, но, думаю, на острове их мало, плюс теперь ещё и мы и другая группа, — усмехнулся я.

— Хорошо хоть какая-то определённость, — сказал Макс.

— Обещали 5508 год до нашей эры, ну или вроде этого, — сказал я.

— Сегодня знаменательный день! — пафосно и со счастливым оскалом начал Женя. — 1 день 1 года! А в скобках написано - 21 мая. Вторник. Мы впервые вступили на землю нового мира! Ура!

— Только салют не устраивайте, патроны ещё пригодятся, — заметил я.

Подошли Серёга и Стас. Владимир с подозрением смотрел на правый склон.

— Я подымусь туда, мало ли что? — сказал он.

— Ладно, — ответил Серёга, — осторожней там. Ну что, племя первопроходцев, ставим лагерь. Пока палатки установим, под склады и жильё, а там видно будет.

— А эти не опасны? «Вдруг толпой нагрянут?» —спросила одна из женщин.

— Вряд ли, — успокоил Серёга. — В этом времени у них нет возможности нам навредить. Да мы их издалека заметим. Но на всякий случай лагерь ставим по центру долины, чтобы с гор нас было не достать. Да на вершинах нужно всё-таки посты поставить. Но это завтра.

— На входе в долину тоже, — добавил Жаргал.

— А на кой, если эти не опасны? — спросил я. — Это получается, нужно по два человека на пост. Значит, шесть мужиков будут сидеть в охране, хоть и меняясь. А к ним ведь при хорошем старании можно и подкрасться. Аборигены ведь всё тут знают. А если уснут? Не проще ли отсюда контролировать всё на расстоянии? Стволы на что? Шугануть всегда можно. Хотя я не военный, может, не понимаю чего?

— Да нет, ты дело говоришь, — ответил Серёга. — Незачем посты. Это я ещё по меркам нашего будущего рассчитываю. Здесь ситуация другая. Тем более ты ведь планируешь уйти? И явно не один.

— Есть такое. Вот устроимся и двину в сторону будущего Хужира, а может, и дальше. Стас, ты со мной?

— Конечно.

— И я, — сказала Света.

— Может, ты останешься? Если найдём твоего Артёма, то приведём сюда.

— Нет, я пойду. Я не буду обузой. Стрелять умею, отец научил. Правда, из охотничьего ружья, но всё-таки. И в походы я ходила, так что опыт есть.

— Ладно, посмотрим, — ответил я.

— Я тоже пойду, — вдруг подал голос Валера.

— И я, — добавил Андрей.

— Так давайте все уйдём в великий поход, — ответил я. — Куда столько?

— Всего-то пять человек. «Нормально», —сказал Серёга. — Шагайте, только через несколько дней. Ничего там за это время с вашими половинками не случится. А сейчас за дело.

Работа закипела вовсю. Когда солнце начало клониться к горизонту, уже было всё готово. Самый настоящий посёлок, пока палаточного типа. Но это пока. Лес есть, инструменты тоже. К зиме, глядишь, что-нибудь серьёзное соорудим.

Запылало три костра, начала готовиться еда. Уютно. Романтика. Первый вечер новой жизни здесь. Владимир и Саша, второй бурят, стояли в охранении, чутко сканируя окружающую местность.

Народ распределился на три группы по числу костров, больше тяготея к своим сокамерникам. К нам присоединились Света, Руслан и Ольга. А один костёр был почти весь женский.

— С этим Биохадом нужно разобраться, — заметил Олег. — Вот я, как геймер со стажем, скажу — сыровата система. Как будто не тестировали её. Прямо так нам дали впопыхах.

— Я уже всё настроил и разобрался, — ответил Женя. — Сообщения только по запросу появляются. Если только нет угрозы, но пока такого не случалось.

— А вы поняли, как характеристики поднимать и уровни гормонов? — спросил Андрей.

— За счёт энергии, — ответил я. — Наноботы могут стимулировать выработку всего, чего хочешь, — тестостерона, дофамина, эндорфинов. Но это не из воздуха берётся. Энергия организма расходуется. Правда, её много надо. Как и в жизни: хочешь кайф — плати ресурсом.

— Похмелье, откат, — кивнул Женя. — Всё как в реале. Наноботы просто ускоряют естественные процессы. Хочешь поднять силу — они гонят белок в мышцы, но гликоген сжигается быстрее. Хочешь дофаминовый всплеск — пожалуйста, но потом серотонин просядет, и накроет апатия.

— А ты умный смотрю Жека! Я таких словей не знаю. Зато о куреве и алкоголе можно забыть, — засмеялся Миха. — Всё уже внутри! Только энергию сливай и кайфуй! Экологически чистый торч! Мечта наркомана!

— Здоровье, ну или целостность организма, как здесь написано, тоже просаживается при этом, хоть и меньше, — заметил Женя. Если постоянно гонять гормоны на максимум, организм изнашивается быстрее. Наноботы не волшебники — они просто инструмент. Ресурсы тела конечны.

— То есть можно прямо сейчас поднять себе настроение? — спросил Андрей.

— Можно, — кивнул я. — Выбираешь в интерфейсе дофамин или серотонин, задаёшь уровень, подтверждаешь. Энергия списывается, через пару минут чувствуешь приход. Но я бы не советовал. Откат потом неприятный. Система даже предупреждение выдаёт.

Я мысленно вызвал окно гормонального профиля. Перед глазами высветилось:

«Внимание! Ручная стимуляция нейромедиаторов:

· Дофамин +20 % — стоимость 8 % энергии, откат: –15 % серотонина на 2–4 часа.

· Серотонин +20 % — стоимость 6 % энергии, откат: –10 % дофамина на 2–4 часа.

· Эндорфины +30 % — стоимость 12 % энергии, откат: –10 % целостности, болевая чувствительность повышена на 6–8 часов.

· Тестостерон +15 % — стоимость 10 % энергии, откат: –8 % кортизола, раздражительность на 3–5 часов».

— Во, смотрите, — сказал я. — Всё честно. Хочешь кайф — плати. Природу не обманешь, даже с наноботами.

— А характеристики? Силу там поднять, ловкость? — спросил Андрей.

— Тренировками, — пожал плечами я. — Наноботы могут ускорить восстановление и синтез белка, но мышцы сами не вырастут. Надо работать. Зато прогресс видно сразу — циферки растут, мотивация.

— А если энергию слить на силу перед боем? — прищурился Серёга.

— Можно. Временный буст. На час-два. Потом откат — усталость, слабость. Если переборщить, можно вырубиться прямо в бою. Так что с умом надо.

— Значит, Биохад — это просто ускоритель, — подытожил Андрей. — Всё, что мы могли бы сделать сами, но быстрее и с понятным ценником.

— Именно, — кивнул я. — Никакой магии. Только физиология и немного математики. И да, Миха, — я повернулся к нему, — если будешь каждый день «экологически чисто торчать», через месяц у тебя энергия будет на нуле, целостность процентов сорок, а откаты накроют так, что взвоешь. Оно тебе надо?

— Понял, — вздохнул Миха. — Всё как в жизни. Никакой халявы.

— Халявы не бывает, — усмехнулся Серёга.

— Да, мы все живём и думаем, что наше тело и есть мы, а это просто механизм. Тут всё создано не нами и нам толком не принадлежит. «Теперь я в этом явно убедился», —задумчиво произнёс Андрей.

— Интересно, — ответил я. — А где настоящие мы и кому всё принадлежит?

— Это долгий разговор, я на это, можно сказать, всю жизнь потратил и ещё не во всём разобрался, — ответил Андрей. — Что-то лень сейчас объяснять, давай потом.

— Андрей у нас философ и дзен-буддист, — сказал я тем, кто ещё не в курсе. — Копает глубоко в суть жизни.

— Чем больше копаешь и понимаешь, тем меньше желания об этом говорить, — добавил Андрей.

— А почему? Когда узнаёшь нечто сокровенное, ведь хочется поделиться? — удивилась Ольга.

— Потому что вспоминаешь себя, когда ничего не понимал. И знаешь, что тебя сейчас не услышат. Я бы лет двадцать назад тоже бы не понял, если бы мне начали рассказывать. Вот и не хочется.

— А ты рассказывай, нам всегда будет интересно, может, поймём со временем, — сказала Света. — Вот в дороге делать будет нечего, вот и послушаем тебя.

Андрей засмеялся:

— Ладно, уговорили.

Все уже сидели весёлые. Явно разобрались и подняли себе гормональный фон. Слышался смех и от соседних костров. Ну и ладно, немного можно. Сегодня особенный день.

Глава 9. Узурский клан.

Утро встретило нас пронзительной свежестью и тишиной. Той самой, от которой звенит в ушах после городского шума. Я выбрался из палатки, разминая затёкшую спину, и оглядел лагерь. Как же классно! Это тебе не наши бункерные апартаменты! Солнце только поднималось над Байкалом, обещая тёплый день.

— А ведь май месяц, — подумал я. В это время у нас гораздо холоднее здесь. С озера только лёд сходит в этом месяце. А тут теплынь! Видимо, у нас климат гораздо холоднее. А говорят — глобальное потепление!

Ветра почти не было, и дым от костра, который уже умело разводил Жаргал, поднимался ровным столбом к светлеющему небу.

Я оглядел поселение. Двенадцать жилых палаток по три человека в каждой, четыре палатки под склады, в которых был ещё запас палаток, так сказать, на вырост — вдруг население прибавится или семьи образуются. Ещё стоял большой навес под кухню и два туалета типа сортир в стороне, и это пока всё. Теперь это наша земля, родной дом. Нам тут жить.

Всё хорошо, но с помывкой вот было пока сложно. Приходится заниматься моржеванием в холодной байкальской воде. А зимой что будем делать? Выдолбим купель и, глядя на виднеющийся на том берегу полуостров Святой Нос, будем заныривать, перекрестясь, устраивая Крещение каждый день? Нет, нужно срочно баньку городить!

Народ потихоньку просыпался. Запылали другие костры. Пошла движуха. Начался второй день нашего пребывания тут.

Ночью выставляли дозоры по два человека. Они менялись каждые два часа. Вот и мне привелось постоять вместе с Михой. Только тихо вокруг. Никто вероломно не подкрадывался к нам в ночи и не собирался злостно напасть. Местные понимают, что мы им не по зубам. Хотя кто их знает, что у них на уме и сколько их вообще?

Нужно решить этот вопрос ещё перед походом. Может, контакт с аборигенами наладить? Иначе пойдём, а они как выпрыгнут из леса со злобными рожами и дубинами наперевес и полягут под автоматными очередями. Не хочется брать грех смертоубийства на душу. Вот только где их искать?

Через час, когда все позавтракали, Серёга собрал народ у центрального костра.

— Так, соплеменники! Мы же теперь племя? Или кто мы? В общем, начинаем первый военный совет.

— Мы клан, — крикнул Женя. — В нашем этом Биохаде есть такая функция — создать клан. Может, уже пора?

— Вы молодые, всё геймеры, а я что-то упустил это. Что он даёт?

— Ну как, — ответил Женя. — Мы будем видеть друг друга на карте. Будет связь. Можно не орать, а просто написать в чате или голосовуху послать. Удобно и быстро. Также можно настроить учёт ресурсов. Каждый, кто берёт со склада, сообщает, и мы видим, сколько всего осталось. Также можно смотреть состояние здоровья каждого из клана. Случись что — сразу заметим.

— Окей, — сказал Серёга. — Первая задача — создание клана. Чуть позже.

— Вторая задача на сегодня — организация рыбной ловли. Всё для этого есть на складе. Кто у нас заядлый рыбак?

Лес рук со стороны мужиков.

— Ну тогда назначаю: Стас, Андрей, Денис.

— Третья задача — вопрос лидерства. Я тут командую, распоряжения раздаю, а может, кто-нибудь против? Я не ищу власти и не навязываюсь, но вот так получилось само по себе. Должно быть всё официально, а то потом кто-нибудь выскажет мне, — засмеялся Сергей. — Короче, выборы. Есть ещё желающие возглавить нашу разношёрстную банду иномирян?

Повисла пауза. Все переглядывались. Желающих не нашлось.

Я поднялся:

— Если официально, то каждый должен подтвердить согласие, так как кандидат один. Типа присягнуть новому лидеру. Я поддерживаю Серёгу! Возьми нас под своё крыло, великий князь Ольхонского государства!

Каждый высказал своё «да». Единогласно!

— Теперь охота. Кто знает, какое зверьё тут водится в это время?

— Я знаю, — ответила Катя. — Я была учителем, интересовалась историей родного края. Тут олени в это время водились и косули. Вроде находили кости коз, овец, даже быков, но это не точно. Может, одомашненные или более поздние. Ну и птица.

— Припасов надолго не хватит, так что охота нужна. Макс, Мага — это ваша задача. Кстати, арбалеты ведь есть на складе. Чтобы не тратить патроны.

— И самый главный вопрос, без которого с охотой могут возникнуть проблемы, — местные аборигены. Нужно наладить контакт.

— А где их искать? — спросил я. — Они свинтили и даже гудбай не помахали!

— Нужна разведка, — ответил Серёга. — Беру на себя. Пойдём с Владимиром.

— Чего так официально? Зови Вован, меня так свои всегда называли.

— Ладно, Вован, ты пойдёшь со мной в разведку или да?

— Вот даже не знаю, что ответить, — заржал Вован.

— Ну, значит, решили.

— А сельское хозяйство? — сказала Ольга. Она сидела рядом с Андреем. — Месяц май, пора грядки садить, картошку и всё такое. Пахать как-то нужно.

— Распланируем сегодня, пахать, правда, не на чем, но придумаем, пока есть только лопаты, — ответил Серёга. — Какие ещё вопросы? Нет? Тогда решаем с кланом. Куда там жать? Ага. Создать клан. Раз я лидер, то создаю. Название? Ольхонский?

— Клан Узуры или Узурский клан, — ответил Женя.

— Пойдёт. Вдруг тут много групп и все будут Ольхонскими. Может, в будущем объединимся и переименуемся. А пока так.

Появилась табличка и я нажал «вступить», остальные тоже начали присоединяться. Открыл карту и увидел кучу точек вместе. Вот как оно работает? Радиоволны или ещё какая хрень?

— Нужно ники придумать, — вспомнил Женя, — а то у нас два Саши, две Наташи. Да и вообще так солиднее. Сергей может быть Полковником, а я — Байт. Такой у меня ник в играх, там правда с цифрами, но здесь я один такой.

— Я подполковник там был, но пусть так.

— Я Жаргалом так и останусь. Зачем менять?

— Ладно, думайте пока. Особенно Саши и Наташи, — рассмеялся Сергей.

— Теперь сельское хозяйство. Вот здесь сложнее...

А дальше началась каторга. Негры на плантациях. Мотыги, палки-копалки, лопаты. Хорошо хоть не каменные, как в эти времена, металл у нас был. Ох, тяжёл крестьянский труд, от него и кони, которых здесь нет, мрут! Май заканчивается. Нужно успевать.

Серёга с Вованом на разведку ускакали, им хорошо. А нам впахивай! В это время почва лучше, как я заметил. Бывал я на Ольхоне в нашем мире. Степь, камень, глина и песок. Здесь не так. Значит, шансы у нас есть.

К вечеру следующего дня я уже еле разгибался. Спина ныла, ладони горели, а рабочих перчаток на складе не оказалось. Видимо, наши засланцы решили, что такая роскошь нам ни к чему. Но дело двигалось — под будущие посевы мы вскопали небольшой кусок долины. Земля была мягкая, податливая. Катя ходила между делянками, что-то прикидывала, шептала себе под нос про севооборот и совместимость культур.

Ольга с Наташей, той, что была постарше в прошлой жизни, готовили ужин у большого костра.

Да, с никами что-то не задалось пока! Некогда было этим заморачиваться.

Запах ухи щекотал ноздри — рыболовы сегодня постарались. Стас, Андрей и Денис иногда в перерывах между пахотой сидели с удочками на берегу, благо далеко ходить не надо — Байкал вот он, рядом. Вроде и полезное дело, но в то же время отдых.

Я машинально открыл карту клана в Биохаде, проверяя, где все наши. Точки рыбаков были на берегу. Стас и Андрей — зелёные, двигались. А вот точка Дениса была неподвижна и горела красным.

— Света! — крикнул я. — У Дениса точка красная на карте! Что-то стряслось.

Света, которая как раз раскладывала собранные травы под навесом, бросила своё занятие и побежала ко мне.

— Красная? Это плохо. Очень плохо. Бежим!

Я уже нёсся к скале, что возвышалась справа от лагеря.

Через пару минут я увидел Стаса — он бежал мне навстречу, запыхавшийся и перепуганный.

— Там Денис! — выдохнул он. — Он полез на скалу, хотел гнездо проверить, птичье. Сказал, что видел там крупных птиц, может, яйца есть. Я кричал ему — не лезь, опасно! А он упёрся — я, говорит, аккуратно. И сорвался. Там метров пять, не меньше. Лежит, стонет, встать не может. Андрей с ним остался.

— Яйца ему понадобились, — процедил я сквозь зубы. — Бегом!

Денис лежал у подножия скалы, неловко подвернув левую ногу. Рядом на корточках сидел Андрей и растерянно смотрел на товарища. Лицо Дениса было серым от боли, на лбу выступила испарина.

— Ну что, герой, — я присел рядом, стараясь говорить спокойно. — Допрыгался?

— Там гнездо... птичье, — прошептал он. — Я только глянуть хотел. А камень под ногой ушёл. Простите, мужики...

— Что Биохад показывает? — спросил я.

Денис прикрыл глаза, явно вглядываясь в свой интерфейс.

— Здоровье тридцать восемь процентов... падает. Пишет: закрытый перелом левой голени, трещина в тазовой кости, ушиб грудной клетки, возможна трещина ребра. Позвоночник цел. Протокол регенерации активен. Энергия... энергия тает быстро.

— Понятно, — кивнул я. — Лежи, не двигайся.

Я повернулся к Свете.

— Он говорит, что Биохад показывает переломы и активную регенерацию. Энергия быстро падает. Что делать?

— Нужно срочно в лагерь его тащить, — ответила Света. — Кормить и уложить. Организму нужны ресурсы для восстановления. Если энергия кончится, регенерация замедлится. Надо восполнять.

— Носилки! — крикнул я. — Быстро сооружайте из курток и веток!

Через десять минут мы уже несли Дениса в лагерь. Он то приходил в себя, то снова проваливался в полузабытьё — Биохад, видимо, направлял все силы на восстановление, отключая сознание.

— Ничего, — сказал я. — Выживет. Биохад его вытащит. Но пару дней точно проваляется, если энергию будет восполнять.

В лагере Дениса уложили в палатку. Ольга и Наташа тут же принесли горячую уху и хлеб. Денис, превозмогая боль, начал есть — организм требовал ресурсов.

— Энергия стабилизировалась, — сообщил он через несколько минут, заглянув в свой интерфейс. — Здоровье сорок один процент. Регенерация работает. Пишет, что через два дня буду как новенький.

— Вот и лежи, — сказал я. — Никуда не денешься.

Я сел рядом с палаткой Дениса и открыл карту. Точка Полковника и Вована была уже близко — видимо, возвращаются. Я отправил короткое сообщение в личку Полковнику:

«У нас ЧП. Денис сломал ногу и таз. Упал со скалы, полез в гнездо. Жить будет, Биохад лечит. Но сейчас — балласт».

Через минуту пришёл ответ:

«Понял. Скалолаз, мля. Вернусь — поговорю. Держитесь».

Я усмехнулся. Полковник даже на расстоянии умудрялся держать руку на пульсе.

Вечером у костра было тихо. Все понимали — это первая серьёзная травма в клане. И хорошо, что Биохад умеет лечить. Без него Денис мог бы остаться калекой на всю жизнь. А так — отлежится и снова в строй.

Глава 10. Местные.

Вечер третьего дня. Мы сидим возле костра и слушаем Серёгу с Вованом.

— Никого не заметили, — разоряется Серёга. — Есть следы костров, тропы. Нашли даже брошенный лагерь. Бедно живут местные. Как первобытные люди. Да и мало их. По признакам, человек двадцать-тридцать от силы в этом районе обитает, и то если с детьми считать.