Проект Восхождение. Безумец. Книга первая.

Теперь очередь была за ним. Он должен был сделать подделку зрелищной.

Ровно в полночь, когда лунный свет был в зените, он начал. Сначала - физические эффекты. Он бросил несколько щепоток сажи в предварительно разведённый маленький костёрчик из сухого бурьяна. Дым стал густым, чёрным, странно клубящимся. Затем, взяв горсть порошка теней, он медленно, по ветру, стал рассеивать его в направлении отмеченной зоны. Порошок, попадая в лунный свет и в поле лунного отпечатка Полуночницы, начал оживать. Из него стали материализовываться те самые тени-насекомые, но на сей раз они были больше, отчётливее. Они не летали хаотично, а словно выполняли ритуальный танец, кружась в кольце, очерченном невидимой астральной нитью. Это было жутко и красиво.

Затем он приступил к главному - искажению восприятия самой области. Он закрыл глаза и собрал всё своё умение. Он не просто проецировал хаос. Он создавал конкретную галлюцинацию. Он представлял, как стена склада позади танцующих теней начинает «плавиться», её кирпичи смещаются, образуя подобие того самого полураскрытого Глаза из его медальона, но искажённого, пульсирующего. Он вложил в эту визуализацию ощущение древности, давления и неминуемого прорыва. Это была не атака на кого-то, это было создание мощного, пассивного образа, который должен был воздействовать на любого, кто посмотрит на это место астральным зрением.

Его голова загудела от напряжения. Из носа потекли тёплые струйки. Но он держал фокус. На астральном плане картина была впечатляющей: лунная паутина Полуночницы дрожала, резонируя с его энергией, пляшущие тени добавляли динамику, а иллюзорный «Глаз» в стене излучал волны тревожащей, чуждой «значимости». Для любого наблюдателя это должно было выглядеть как начальная стадия формирования серьёзного разлома, возможно, даже канала для чего-то большого.

Он продержал этот образ пятнадцать минут - вечность в таком напряжении. Потом, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание, начал сводить эффект на нет. Сначала распустил «Глаз», позволив стене вернуться к нормальности. Затем перестал подсыпать порошок - тени, лишившись «пищи», стали бледнеть и растворяться. Наконец, он засыпал костёр землёй. Физические проявления исчезли.

Но астральный «отпечаток» события, смесь его силы и лунного искусства Полуночницы, ещё висел в воздухе, медленно рассеиваясь, как дым после фейерверка. Этого было достаточно. Приманка была установлена.

Измотанный, он отполз глубже в тень, достал заранее припасённую бутылку с водой, смешанной с сахаром и солью (примитивный энергетик, подсказанный Звягинцевым), и стал пить, стараясь не шуметь. Теперь оставалось ждать. Кто клюнет первым?

Первый «зритель» появился уже через полчаса. С фабричной территории, перелезая через невысокий забор, спустилась фигура в тёмном. Не Уплотнитель. Это был кто-то менее массивный, с аурой, отдающей кислой зеленью зависти и острой жёлтой трусости. Восходящий низкого уровня, вероятно, сторож или мелкий приспешник людей Хозяина. Он осторожно подкрался к месту действия, оглядываясь, и замер, уставившись на то место, где плясали тени. Даже сейчас, после окончания представления, астральный след был достаточно силён, чтобы впечатлить такую мелкую сошку. Человек вытащил какой-то предмет - возможно, коммуникационный артефакт - и что-то в него прошептал. Затем, бросив последний испуганный взгляд, ретировался обратно на фабрику.

Первый сигнал подан, - подумал Клементий. Теперь в кругах Хозяина знали о «вспышке».

Вторыми пришли они. Появились не с территории фабрики, а с городских улиц. Трое. Их ауры были знакомы по тому, что он видел на кладбище: острые, колючие, с душком меди, крови и теперь - жадного любопытства. Охотники. Но не Яков. Другие. Они двигались профессионально, бесшумно, занимая позиции вокруг пустыря, сканируя местность. Один из них, самый высокий, с аурой цвета тухлой бронзы, подошёл прямо к эпицентру. Он достал не лорнет, а нечто вроде астральной аромакурительницы - маленькую жаровню, в которой что-то тлело, выпуская дымок. Он водил этим дымом над землёй, изучая его колебания. Его лицо, освещённое луной, выражало не столько тревогу, сколько расчётливую оценку. «Новый ресурс. Возможно, нестабильный. Нужно доложить». Охотники пробыли минут десять, обменявшись беззвучными жестами, и так же тихо исчезли в ночи, как и появились.

Клементий начал уже сомневаться, придёт ли вообще Церковь Глаза. Может, они были осторожнее? Или у них были другие приоритеты в эту полнолунную ночь?

И тогда, без всякого предупреждения, воздух над пустырём содрогнулся. Не астрально. Физически. Послышался низкий, на грани слышимости, гул, словно где-то далеко заколебалась гигантская струна. Из тени за углом дальнего корпуса фабрики вышла группа.

Их было пятеро. Они шли процессией, медленно, торжественно. Впереди - человек в тёмном балахоне с капюшоном, несущий перед собой на вытянутых руках медный вогнутый диск, чем-то отдалённо напоминавший большой медный таз. От которого исходило слабое, болезненное свечение и тот самый гул. За ним - двое с факелами, но пламя было не оранжевым, а зелёным, отливающим синим, и почти не давало тепла, лишь отбрасывало мерцающие тени. И сзади - ещё двое, в простой одежде, но с медными нашивками в виде слёз на груди. Собиратели.

Это была Церковь Глаза. И они не просто пришли посмотреть. Они пришли провести ритуал. Видимо, «вспышка» была воспринята ими как знак, как приглашение от тех сил, которым они поклонялись.

Клементий затаил дыхание. Его план работал слишком хорошо.

Процессия остановилась на том самом месте. Человек с диском начал раскачивать его из стороны в сторону, гул нарастал. Факелоносцы встали по обе стороны. Собиратели опустились на колени. Началось бормотание - на том же гортанном, неприятном языке, что использовал Яков, но более слаженное, хоровое.

И тут Клементий увидел нечто, от чего кровь стыла в жилах. На диске, в гуле, начали проступать очертания. Неясные, искажённые, но узнаваемые. Очертания лиц. Лиц в муке. Лиц, кричащих беззвучно. Это были не призраки. Это были, как он понял, астральные отпечатки тех, кого Церковь принесла в жертву или чьи умы сломала в своих ритуалах. Они использовали накопленную боль как топливо, как проводник для своего призыва.

Ритуал набирал силу. Зелёное пламя факелов вытянулось вверх, образовав нечто вроде врат. Гул стал почти осязаемым, давя на барабанные перепонки. И в этот момент из-за стены фабрики, тяжёлой, неспешной поступью, вышел Уплотнитель. Он был не один. С ним было ещё двое людей в одинаковой, тёмной одежде - охранники или ассистенты. Их ауры были приглушёнными, подчинёнными его мощной, землистой энергии.

Уплотнитель не стал скрываться. Он просто вышел на открытое пространство и остановился, глядя на ритуал Церкви. Его каменное лицо выражало не гнев, а раздражающее неудовольствие, как у хозяина, заставшего грязных бродяг в своём саду.

- Прекратите, - его голос прозвучал громче гула, резанув тишину. - Эта территория под запретом. Вы нарушаете договорённость.

Человек с диском, не прерывая бормотания, лишь повернул голову в сторону Уплотнителя. Из-под капюшона не было видно лица, но аура его вспыхнула багровым вызовом. Фанатики Церкви не боялись уплотнителей. Они служили «высшим» силам.

Один из факелоносцев резким движением направил язык зелёного пламени в сторону Уплотнителя. Пламя не коснулось его, но астральная составляющая огня, ядовитая и разъедающая, ударила в землистую защиту уплотнителя. Тот даже не дрогнул. Он просто поднял свой каменный жезл и ткнул им в землю перед собой.

Земля вздыбилась. Небольшая, но плотная каменная волна, словно порождение миниатюрного землетрясения, покатилась от него к группе фанатиков. Она сбила с ног одного из собирателей, заставила качнуться факелоносцев. Ритуал дрогнул. Гул прервался на секунду.

И в эту секунду случилось непредвиденное.

Тот самый астральный «отпечаток», который создали Клементий и Полуночница, всё ещё висевший в воздухе, сдетонировал от столкновения двух мощных внешних энергий - ядовитого огня Церкви и уплотняющей силы Земли. Он не взорвался. Он исказился, породив спонтанный, дикий всплеск чистого астрального шума, белого шума восприятия.

Для Клементия, чьи чувства и так были на пределе, это было как удар хлыстом по мозгам. Он вскрикнул, схватившись за голову. Но для участников столкновения эффект был иным. На несколько секунд все их способности, их астральное зрение, их ритуальная концентрация - вышли из строя, захлёбываясь в бессмысленном хаосе. Зелёное пламя погасло, земляная волна рассыпалась в пыль, гул умолк. Уплотнитель и фанатики застыли в немой растерянности, слепые и глухие в астральном плане.

Это был момент предельной уязвимости для всех.

И его использовал третий.

Из тени, откуда Клементий и не думал смотреть, метнулась быстрая, низкая тень. Не человек. Существо. Оно было размером с крупную собаку, но сложено из теней и осколков отражённого лунного света. Его аура была хищной, стремительной и пахла… охотой и возможностью. Оно промчалось между застывшими группами, и его длинная, неосязаемая лапа вырвала из рук ошеломлённого фанатика тот самый медный диск с гулом и кричащими лицами. Существо не стало атаковать дальше. С добычей в «пасти», оно развернулось и исчезло в темноте между корпусами, растворившись так же быстро, как и появилось.

Мгновение тишины. Потом хаос.

Уплотнитель пришёл в себя первым. Он с яростью посмотрел на фанатиков, а затем в ту сторону, где скрылось существо. Он издал короткий, рычащий приказ своим людям, и они бросились в погоню, но было ясно - догнать призрачного вора они не смогут.

Церковь Глаза пришла в бешенство. Их святыня, их инструмент для связи с «Взирающим в Бездну», был похищен у них прямо из-под носа! Они завопили, не словами, а какими-то животными звуками ярости и отчаяния, и, бросив убийственные взгляды на Уплотнителя (виня, видимо, его в случившемся), стали поспешно отступать, унося сбитого с ног собрата.

Через пять минут на пустыре никого не осталось, кроме ветра, развевающего пепел от костра, и витающего в воздухе запаха страха, гнева и… победы какого-то третьего, неизвестного игрока.

Клементий сидел за грудой кирпича, дрожа от холода, истощения и потрясения. Его план сработал. Более чем. Он не просто спровоцировал столкновение. Он стал свидетелем кражи, которая, без сомнения, взорвёт и без того хрупкое равновесие в подполье. Церковь Глаза обвинит людей Хозяина (Уплотнителя) в срыве ритуала и краже. Хозяин, в свою очередь, будет в ярости от того, что фанатики устроили шабаш на его территории и привлекли внимание того самого таинственного существа-вора. А это существо… кто оно? Ещё один независимый игрок? Питомец кого-то из старших восходящих?

Он не знал. Но знал одно: паутина, опутавшая город, только что получила мощный, разрушительный импульс. Нити натянулись до предела. И в образовавшемся напряжении можно будет разглядеть то, что было скрыто.

Он допил воду, с трудом встал и, пошатываясь, побрёл домой. Его голова гудела, но мысли были ясными. Представление окончено. Первый акт его активной игры завершился непредсказуемым, но выгодным для него финалом. Теперь нужно было переждать первую волну последствий, наблюдать и готовиться ко второму акту. А для этого нужно было поговорить с единственным человеком, который, возможно, знал что-то о существе-воре. С Полуночницей. Их молчаливый союз только что прошёл боевое крещение, и теперь между ними была связь, крепче любого знакомства - связь соучастников.