Карантинная зона Земля

— Илай... — тихо, изменённым, звенящим голосом произнесла она, и в её серых, всё ещё мерцающих глазах отразилась вечность. — Я вспомнила всё. Я вспомнила, кто я. И я вспомнила, как мы вместе держали оборону у Врат Сириуса...

Егор сделал шаг вперёд и бережно, изо всех сил прижал её к себе. Надя уткнулась носом в его плечо, её плечи мелко вздрагивали от пережитого потрясения, но это были слёзы облегчения. С этого момента их земная история закончилась. Теперь они были не просто влюблёнными, скрывающими друг от друга тайны — они снова стали соратниками в войне, которая длилась вечность.

Лазурные нити вокруг пальцев Нади постепенно растаяли, но сияние в её серых глазах осталось — теперь оно было осознанным и глубоким. Она сидела в кресле подвального архива, крепко сжимая руку Егора. Матвей Иосифович молча отошёл к стеллажам, давая им возможность побыть наедине с этой новой, огромной правдой.

— Егор... Илай... — Надя подняла на него глаза, и в них блеснули слёзы. — Я вспомнила, почему я здесь. Почему я оказалась в этом жутком, сером городе, среди этих уродливых бетонных коробок.

— Твоя душа чиста, Надя, — мягко сказал Егор, поглаживая её ладонь. — Ты — Зодчий. Ты строила Свет.

— Да, строила... — Надя горько усмехнулась, опустив голову. — Но я сама же его и разрушила. В Первую Эпоху, когда Орден наступал, я держала щиты Цитадели. Они не могли пройти. Но Чёрные души... они прислали мне ментальный морок. Я увидела тебя. Увидела, как тебя пытают, как твоя душа распадается на части. Они сказали, что если я приоткрою Врата хотя бы на секунду, они отпустят тебя.

Егор замер. Он помнил падение Цитадели, помнил тот страшный день, но Хроники Истины никогда не открывали ему причин, почему неприступные барьеры вдруг рухнули.

— И я приоткрыла, — прошептала Надя, и по её щеке покатилась слеза. — Я предала свой долг, предала Хранителей... ради тебя. Я думала, что спасаю твою жизнь. А это была ложь Тьмы. Цитадель пала. Меня судил Совет Чертога. Мой приговор — мир Грязи. Меня отправили сюда без памяти, чтобы я научилась смирению, чтобы я созидала там, где всё разрушено, и чтобы моя любовь больше никогда не становилась слабостью, которой может воспользоваться враг.

Егор бережно привлёк её к себе и крепко обнял, целуя в макушку.

— Значит, мы оба совершали ошибки, — глухо произнёс он. — Я слишком долго спал в этой Грязи, а ты несла этот груз. Но теперь всё изменится. Твой дар архитектора — это то, что нужно подполью. На этот раз мы построим такую защиту, которую Орден не прорвёт никогда. Мы исправим всё вместе.

Надя прижалась к его груди. Страх окончательно ушёл. Теперь внутри неё горело знание вечности и решимость искупить свой древний грех.

Глава 11

Дни после защиты диплома превратились для Егора в тяжёлое, тягучее испытание. Нападение прямо в университете показало: Орден Чёрных душ перешёл к открытой охоте. Пётр и его люди круглосуточно следили за домом Егора, но все понимали, что парню нужно исчезнуть из официальной жизни Светлогорска как можно скорее. Настало время воплотить в жизнь ту самую легенду, которую они подготовили для родителей.

Утро отъезда выдалось пасмурным и сырым. В квартире пахло наспех сваренным кофе и дорожной пылью от старого чемодана, который отец достал с антресолей. Елена Николаевна суетилась, собирая сыну контейнеры с едой, тёплые носки и медикаменты, словно отправляла его не на престижную работу по специальности, а на край света.

— Мам, ну куда мне столько? — мягко улыбнулся Егор, перехватывая её дрожащие руки, когда она пыталась втиснуть в чемодан очередную банку с вареньем. — Там же закрытый научный городок в тайге, нас обеспечивают всем необходимым. Столовая отличная. Диплом у меня синий, специальность востребованная, так что условия там дай бог каждому.

Елена Николаевна остановилась, подняла на него глаза, полные невыплаканных слёз, и её губы задрожали.

— Сердце у меня не на месте, Егорушка, — тихо прошептала она, прижимаясь к его груди. — С той самой субботы, когда ты пришёл сам не свой, у меня душа болит. А тут ещё этот ужас в твоём университете... Взрыв этот в вестибюле, прямо в день твоей защиты! Слава Богу, ты успел уйти до этого кошмара. Но мне кажется, сынок, что ты уезжаешь куда-то... откуда нет возврата. Что ты недоговариваешь нам что-то очень страшное.

В груди Егора болезненно повернулся невидимый нож. Ему стоило колоссальных усилий сохранить спокойствие на лице. Он обнял мать, чувствуя, как внутри него пульсирует лазурное тепло Чертога. Он мягко направил крошечную частицу этой успокаивающей энергии в её уставшее сердце, заставляя его биться ровнее.

— Мамочка, всё будет хорошо. Я еду работать. Устроюсь, обустроюсь, и вы с папой ко мне в гости приедете, — соврал он, и эта ложь казалась ему самым тяжёлым грехом в жизни. Но он знал: если он останется здесь, Орден уничтожит их всех. Его уход — это их единственная защита.

Михаил Юрьевич, молча куривший у окна, подошел, крепко пожал сыну руку и обнял по-мужски, похлопав по спине: — Давай, сын. Защитился блестяще, теперь покажи им там, на что способны светлогорские инженеры. Нас не забывай, пиши хоть иногда, когда связь будет ловить. Мы гордимся тобой.

Егор подхватил чемодан и вышел за порог. На вокзале, куда отец вызвался его проводить, они разыграли идеальный спектакль: Егор купил билет на поезд до северных регионов области, прошёл через турникеты и сел в вагон. Но на первой же пригородной станции, пока поезд стоял две минуты, он тихо вышел с противоположной стороны путей, растворившись в вечерних сумерках. Его прошлая жизнь в Светлогорске была официально окончена. Студента Егора больше не существовало. Остался только воин Илай.

Новым домом для Егора и Нади стал тот самый полуподвальный архив библиотеки в частном секторе. Подполье Петра оборудовало для них две небольшие жилые комнаты в скрытом крыле здания, замаскированном под старые книжные хранилища. Здесь, в тишине деревянных стен, окружённых вековыми соснами, они были в относительной безопасности.

На следующее утро после «отъезда» Егора Матвей Иосифович заставил их спуститься в тренировочный зал.

— Вы вспомнили свои имена, — строго сказал старик, глядя на молодых людей. — Но ваши земные тела всё ещё слабы. Нападение в университете показало, что Орден действует грубо и не остановится ни перед чем. Теперь вы должны научиться сражаться вместе. В Первую Эпоху сила Хранителя и Зодчего, соединённая воедино, могла сдерживать целые армии Тьмы. Покажи мне, на что вы способны сейчас.

Егор и Надя встали в центр начерченного на полу круга Равновесия. Надя была в простой тренировочной одежде, её каштановые волосы были собраны в тугой узел, а в серых глазах горела ледяная сосредоточенность Аэлиры. Между ними больше не было тайн, и это доверие делало их сильнее.

— Начнём с обороны, — скомандовал Пётр, резко шагнув вперёд. В его руках внезапно вспыхнул тренировочный энергетический хлыст — подпольщики использовали подобные артефакты для симуляции атак Чёрных душ.