Хозяйка пасеки. Медовый бизнес попаданки
— Госпожа! Ух! Вы живы и здоровы, а я себе места не находила, а как узнали от кучера Грэйва, что вы не у этой ведьмы остались, а на пасеку перебрались, так и вовсе страх одолел. Ёля вон рыдала, боялась сюда ехать, — Магда уже остановила лошадь и проворно спрыгнула с повозки. Помогла спуститься девочке.
— Здравствуйте, вы же знаете, что я после родов память потеряла. Колдун вчера был, запугать, запугал, а воспоминания не вернул. Не по зубам я ему. Но может, сегодня зайдёт на чай. Ты ведь Магда?
Девушка улыбнулась и посмотрела на меня с недоверием. Я ли это вообще. Но я пожала её руку, и гостья успокоилась.
— Это очень страшное место!
— Ой! Да бросьте, это колдун всех запугивает, чтобы ему в соседи никто не поселился и не мешался. Вообще не страшно, пчёлы в лесу живут, сюда на час вылетают, а после того, как мне кто-то из мужиков соседней деревни траву покосил ночью…
Договорить не успеваю, потому что вижу кислую мимику Магды.
— Госпожа Эйлин, все мужики из соседней деревни вчера в город на работы уехали, там какой-то выгодный подряд нашёлся. Остались только бабы, стрики и дети… Мы заехали к ним молока и яиц для вас обменять на ткань, денег-то у нас нет, но вот вам провиант нашёлся. Еще мука, сыр копчёный – он и полгода пролежит, сушёные ягоды и овощи.
Как-то она быстро тему перевела с загадочного сенокоса на моей поляне на продукты в корзине. А мне что-то неспокойно. Стройная утренняя логика подкачала. Быстро занесли корзины и мешок муки в дом. Мне в приданое ещё домашние инструменты достались, но смотреть их времени нет. Короб с вещами, и по мелочи, но в хозяйстве всё сгодится.
Накрываю на стол, с дороги напоить чаем гостью и девочку, а сама спрашиваю:
— Магда, ты мне должна всё рассказать, всё что знаешь про моё прошлое. Как так граф посмел про первую брачную ночь гадость сказать? Почему муж до сих пор не появился? И кто такой этот маг герцог, которого все боятся?
Магда сама разлила морс по кружкам, достала плюшку из корзины и отправила Ёлю на ступени, пшикнув на неё, что нечего взрослые разговоры слушать, за лошадью присмотреть надо. Стоило девочке выйти, как служанка заговорила:
— Ваш муж последний из де Брилей, он ненавидит сельскую жизнь, это он постоянно говорил, мы уж выучили наизусть. А как повзрослел, так и заявил графу, что плевать хотел на поместье, какое ему и не принадлежит, хлопнул дверью и уехал в город. Там, говорят, живёт в своё удовольствие. На какие деньги непонятно. Вот и пошли слухи, что он вас продал, больше-то у него ничего нет. Но то всё только слухи.
— Так об этом все говорят? — обида вдруг захлестнула меня. Очень неприятное ощущение, ненавижу, когда за спиной кости перемывают. Последний год с Серёжей так и прошёл. Но мало мне тех бед, теперь и тут сплетни…
Магда слегка покраснела и опустив голову прошептала:
— Простите, но да! И девочка ваша считается незаконнорождённая. Пока родной отец её не признает по закону, и освещать не будут. Простите меня, так стыдно эту правду говорить.
— Вот гадство, и я, как назло, память потеряла. А я хоть девственницей на свадьбе-то была, как у вас тут эти процедуры, может, кто-то видел мужа входящим или выходящим из спальни? Мне это важно!
— Клянусь, чужаков никто не видел, больше скажу, вы после первой брачной ночи три дня спали, как мёртвая. Свадьба такая скромная, что у крестьян больше гостей. Чужих на свадьбе не было, это точно! Ваша доченька от мужа, кому ещё-то с вами после свадьбы спать? И пятно было на простыне в доказательство, что вы честная женщина, в этом вас никто не может упрекнуть. Так графу и говорите, что девочка от мужа, но тот боится ответственности и сбежал, чтобы не платить долги, простите меня за эти речи.
Она поспешно сделала глоток и пожала мне руку. А я выдохнула с облегчением, сплети-сплетнями, а честное имя для женщины важно, особенно в моём положении. То, что муж мудак, это понятно. И такое не редкость, Эйлин, наверное, молодая и глупая была, влюбилась.
Тут же сжимаю кружку, чтобы скрыть волнение, ёлки-палки! Что на Эйлин пенять, я сама замужем за таким же двуличным Серёжей была! С меня деньги и доход, а спал с Ксюхой, нищей, но красивой торговкой, не удивлюсь, если на наши деньги и содержал её.
Отгоняю неприятные воспоминания, пытаюсь вернуться в новую реальность:
— Есть о чём поразмыслить. Граф думает, что мы кому-то нужны и ждёт выкупа, а колдун вчера правильно сказал, ссыльные мы на погибель. Муж жестокий урод, эгоист, что б ему. Как я за него замуж-то сподобилась выйти? — бурчу себе под нос, не понимая, как такая девушка, оказалась в такой ужасной ситуации?
— Вот поэтому я и спешила. Ваши родители приезжали внучку проведать, подарки привезли, вон в коробе детские вещи. Но как узнали, что вы ослушались графского приказа и самовольно уехали из-под его опеки на пасеку, очень рассердились.
— Постой! У Эйлин есть родители, и они до графского дома доехали, а сюда нет? И даже забрать меня с дочкой не хотят? Это вообще как?
У меня начинается приступ ярости, такой подлости я могла ожидать от мужа, графа, колдуна, но не от родителей Эйлин?
Магда из деревенского мягкого корсета осторожно достала письмо и пальцами, как нечто ужасное и неприятное пододвинула ко мне по столу. Сама понимаю, что в этом письме ничего хорошего нет, но они лично мне не родня, так что прочитаю:
«Эйлин Адель де Бриль, немедленно возвращайся под покровительство Его Светлости графа де Горна, не смей ему перечить. Ты его подданная, его собственность. Если не смогла удержать мужа, так хотя бы прояви себя, как достойная подданная. Отработай долги де Брилей!
Мы свадебный выкуп за тебя возвращать не собираемся, хватит того, что тебя растили, лелеяли, готовили к семейной жизни, но во всём, что с тобой случилось, ты виновата сама.
Покайся, вернись в поместье или куда на службу тебя определил Его Сиятельство и не смей перечить, если ослушаешься, то мы от тебя откажемся публично!»
Мой рот открылся в немом вопросе, это что за падлюки такие родители у несчастной девочки Эйлин?
Какого чёрта происходит?
Глава 8. Тайны прошлого Эйлин
Магда прояснила мне некоторые моменты из недавнего прошлого, и как показалось сначала, всё вроде бы понятно. Но после прочтения письма родителей, чувствую себя преданной, это сложное чувство, и оно мне хорошо знакомо по старой жизни.
Однако это всё равно за гранью моего понимания. И объяснение только одно, я им неродная? Хотя может, и есть еще одна версия, они настолько нищие, что готовы на что угодно ради денег, даже дочь продать кому попало?
От этой мысли меня передёрнуло, и Магда заметила. Виновато поджала губу, неприятно ей такие новости приносить. Да разве это новости, это уже исторический факт, но я просто не могу понять: «Почему?».
Родители «продали» дочь за калым, или как тут у них выкуп называется? Муж зачем-то взял девицу и после свадьбы сбежал, причём в долгах по уши перед графом, но всё равно женился. А крайняя я и Соня, которую тут и освятить или крестить нельзя, пока папашка не одумается?
Тру виски, пытаясь сосредоточиться, и в очередной раз убеждаюсь, что права, выбрав пасеку для жизни. Если какой-то там магический закон, со слов колдуна, сработает и пасека меня примет, то, возможно, я избавлюсь от этих кровососущих пиявок.
— О чём задумались, госпожа?
— Ой, Магда, какая я госпожа. Всё, кончилась моя барская жизнь, теперь выживаю, твоими стараниями и помощью. Без тебя и голодом бы сидела. Сдаётся мне, что это элементарная подстава. Муж женился на мне, дал фамилию, сделал ребёнка и оставил в долговых заложниках, а сам живёт в своё удовольствие.
— Ой, я таких подробностей не знаю, госпожа. Но заложники за долги, — да, есть такое. У одной женщины дитя забрали, пока она не рассчитается за долги погибшего мужа. А ей нечем было, платить, нехорошо закончилось…
Я в очередной раз ловлю себя на мысли, что эта пасека — лучшее место для нас с дочкой, и чем люди хуже про неё думают, тем для нас безопаснее. Но на душе очень тревожно, если в этом мире такие гадости с лёгкостью сходят с рук, то верить никому нельзя.
— Вы спрашивали про герцогство? — неожиданно Магда наклонилась, взяла мою руку и говорит таким шёпотом, что я вздрагиваю. Колдун вчера страху нагнал, теперь новая доза адреналина про долги мужа, про герцога я и забыла.
— М, да! Мне бы хоть понять, что вокруг происходит? Какой такой закон земель и почему колдун так панически боится пасеки? И у нас прям магия есть, или это фокусы какие-то, ну, может, лекари?
— Магия существует, но сейчас очень мало, не такая, как у нашего колдуна, он знает много, но сил у него нет, мне вот бабка рассказывала!
Она шепчет, а я про себя: «Ну, началось!»
Однако Магду моя ироничная ухмылка не остановила, она меня подругой воспринимает, легонько шлёпнула по руке, чтобы я не отвлекалась:
— Да, послушайте, много лет назад последний раз в наших краях видели самого герцога. Его владения обширные. И сейчас никто не знает, жив он, умер и есть ли у него наследники. Замок огромный, как город далеко к северу. Туда частенько лихие люди пытаются проникнуть, чтобы поживиться, но куда там, на первом же препятствии и разворачиваются. То сильный поток на реке, то лес начинает путать, многие пропадают. Маг он! Герцог-то. Настоящий, такой, что может и горы свернуть, и на море стену из воды создать. Он сам магия, но из наших никто его и не видел, только слухи. Может, с ним и случилось что-то...
— Он, что интерес потерял к нашим землям? Раз столько лет не показывался, может, умер?
В этот момент Соня заплакала, мне пришлось встать из-за стола и взять дочку, а с улицы вернулась Ёля и с любопытством смотрит на малышку, у них с первых секунд симпатия возникла.
— Да какая-то вражда между нашим королевством и герцогством, наши-то от магии отказались, королям-то свою власть подавай. А магия так, сбоку пятым колесом. Но герцог требовал, чтобы мы по магическим законам жили, как испокон веку велось… Ох! Моя бабка боле всего боялась войны, а раз как-то дело порешили, и этот деспот к нам не суётся, то и поминать его не стоит! Пасека эта на пограничье находится, кто тут хозяин непонятно, одни говорят, что это герцогство, другие, что вообще свободная земля.
Резюмировал Магда и протянула руки, чтобы взять Соню. Нехотя даю ей подержать дочь, но вижу, как женщина расплылась в блаженной улыбке.
— А у Ёли вещи-то есть? Приданое какое-то? — спохватилась я.
— Да, сейчас принесём, пара платьев, рубаха, передник и постельное ей собрала, вон на широкой лавке ей постелить. Ёля, ты теперь служишь госпоже Эйлин, она твоя хозяйка, что скажет, то и делай. Поняла?
Девочка дважды кивнула, но не улыбнулась, страх в глазах и волнение так и не отпускают её.
— Ёля, не бойся, тут спокойно, на самом деле тут никого кроме нас нет.
Улыбаюсь, поправляю её волосы. Милая девочка и видно, что хватанула уже горечи в своей короткой жизни. Но со мной оттает. Ёля неожиданно взяла меня за руку и повела из дома на ступени.
Присмотрелась куда-то в лес, и вдруг вытянула руку и замычала, тихо, но мне стало жутко. Я тоже заметила, что там за деревьями кто-то быстро отступил в тень и растворился.
— Милая, тебе показалось, это ветер играет листвой. Мне вчера тоже всякое тут не пойми что мерещилось. Посмотри, лошадь спокойно жуёт траву, она бы первая испугалась. Но если боишься, то от меня не отходи. В доме оставайся с Соней, одна на ручей или в нужник, а так на глазах будь, поняла?
Девочка кивнула и быстро забежала в дом, а я обернулась и снова смотрю в лесную чащу. Ёлю я может и успокоила, но теперь и у меня появилось это неприятное ощущение, словно я под прицелом.
Глава 9. Метка
Магда помогла мне с новыми вещами. Пояснила, что порошки в банках, это соли для стирки, какая-то очень хитрая смесь, что делает бельё чистым и ароматным. Про овощи и семена рассказала, что и как, тут уж неудивительно, я же вроде как госпожа, откуда мне знать, как овощи растут.
— Семена привезу через пару-тройку дней, а сеять их лучше перед сезоном дождей, примерно дней пятьдесят выждать до посева. Но я скажу, когда, а пока не спешите, с деревни приедут мужики и вспашут вам. Главная-то проблема чем платить!
— Да, это проблема. Мёд же в ходу? — стою у её брички, задумчиво впитываю каждое слово новой приятельницы и тут же пытаюсь строить коммерческие планы.
— Ещё в каком! Он же магический продукт. Лекарство от всех болезней. Если сможете забрать хоть вот такую крыночку, на пару месяцев богатой жизни себя обеспечите. И не смотрите на меня так, не вру! Неужто не знали? Вас же отпаивали после свадьбы медовой настойкой…
Она стоит рядом и говорит очевидные для себя вещи, а я в ступоре. Это, как если бы мне подарили золотоносную жилу, которую только капнуть и вот оно богатство.
— А прошлый пасечник отчего так бедно жил? — вот он, тот самый вопрос, который всё поставит на свои места. Думала, что Магда замнётся, но она, ни секунды не сомневаясь, наклонилась и прошептала:
— Так, жадный был. Тут золото и закапал, если б не боялись этого места, так давно бы всё перерыли. Но, скорее всего, в лесу, ближе к пчёлам своим. Они его клад и охраняют. А может и семья в столице, им все отвозил, тоже бывает.
— Задала ты мне загадок, Магда. Ой, а помоги замок сбить на сарае. У меня силёнок не хватит.
Я опомнилась и поспешила в сени за топором и зубилом, хоть что-то да должно взять эту неприступную крепость.
Мы довольно быстро открыли дверь, пришлось сломать крепёж засова, но для меня такая потеря непринципиальная. Быстрее вхожу и от удовольствия потираю руки. Всё что надо для бортничества есть. И даже шляпа с сеткой, прям как в нашем мире. Пресс для отжима, что замечательно – винтовой, с ним даже я справлюсь. Дымарь, ножи, стамеска, тут и запасы старого воска, и вощина, и …
Стою, открыв рот. Несколько ульев, точь-в-точь как на моей пасеке деревенской. Но они пустые. А это означает только одно: местные пчёлы свободолюбивые и живут только в лесу!
Вот и причина, почему у моего предшественника не вышло с пчёлами договориться, несговорчивые они, рамки не любят, все по-своему устраивают.
А вот еще одна колода для диких пчёл, заготовка, которую не успели установить. Она огромная, литров на семьдесят, а то и все сто мёда. Такую я никогда в жизни не смогу выбрать дочиста, мне её не сдвинуть с места. Эх! В доме такие же стоят.
— Много тут всего интересного. Но пчёлы лютые, закусают, погибнешь! Ох, госпожа! Было б неплохо его клад найти, да и уехать в столицу.
— Да, план хорош, но мёд накачать, наверное, проще, чем в огромном лесу искать золото…
Не успеваем договорить, слышим от дома стук, явно ложкой по кружке. Ёля находчивая, поняла, как привлечь внимание.
— Поеду я, а то вдруг граф примчится, накажет. Дел полно по дому. Скоро новых управляющих найдёт, вот нам радости-то будет.
Магда поспешно вышла, отряхнула передник, поправила чепец, напоминающий простенький льняной повойник, и решительно направилась к бричке.
Мы наспех попрощались, и девушка уехала, а я спешу в дом, проверить дочь и Ёлю.
— Как вы тут? Соня проголодалась? Сейчас покормлю тебя, моя пчёлка, потом не спеша разберём медовые инструменты в сенях и подумаем, что нам на обед и ужин приготовить. Ёленька посмотри свои вещи, может, что-то надо постирать, порошок заодно испробуем. А через пару дней я баню нам натоплю, прям в доме и помоемся.
Приговаривая, начинаю кормить дочь, а девочка сразу поспешила исполнять мою просьбу, перебрать свои вещи. Вышколенная, видно не раз её и били. Но у меня оттает и перестанет вздрагивать от любого звука.
Только вот я сама теперь вздрагиваю. Явно же кто-то в лесу есть. Стоило подумать, как мы услышали какой-то странный звук, овцы блеют или снова гости. Так с дочкой на руках и вышла на крыльцо.
— Ёля! Тихонько иди сюда! Тише! Не спугни! Вот кого ты видела в лесу, говорю же никого тут страшного нет!
На нашей лужайке стоит животное, чуть больше косули, но меньше оленя, а рядом маленький ягнёнок-оленёнок. Ну такие хорошенькие. Как у себя дома с деловым видом прошли к нашему роднику пить.
— Видишь, это олени. На водопой пришли, хотели раньше, да лошади боялись, вот и прятались в кустах! — мне и самой стало так легко, словно пружину, натянутую во мне, отпустило. Страх дело такое, постоянно на разум капает.
Соня с аппетитом поела, и после смены пелёнки, сладко задремала. Начинаю разбирать вещи, подарки родителей, типичный набор для малыша, вязаные вещички. Я не брезгливая, обида на них меня не трогает, по сути, это совершенно чужие нам люди, а в хозяйстве всё пригодится. Тут же и расчёска для меня, и …
В коробе с вещами что-то сверкнуло! Зеркало!
Боюсь увидеть себя новую. Люди от моего лица, вроде, не морщатся. Я не уродка, хочется надеяться. Но муж сбежал, будь я сейчас красивой, то таких неприятностей не случилось бы. Ведь красивым не изменяют, красивых не бросают.
Осторожно вынимаю из короба небольшое зеркальце и замерев от неприятного предчувствия, смотрю на себя. Сначала мельком, а потом уставилась, открыв рот.
— Да я красавица! Нет, не просто красавица, такие девицы только после пластических операций получаются или одна на миллиард! Как такое вообще возможно? Или это обман? Если в этом мире магия существует, может, это зеркало обманка?
— Ёля, я вот так и выгляжу, как в зеркале? Правда? Это я?
Она на меня посмотрела, как на ненормальную, но улыбнулась и энергично кивнула.
Теперь, отпустив страх, я рассматриваю себя:
Синие глаза, чёрные ресницы, густые брови, аккуратный носик и пухлые губы. В нашем мире с такой внешностью я стала бы звездой. Получала бы всё на блюдечке с голубой каёмочкой.
Вопрос, что не так с этим миром? У них что, красота не ценится?
Ёля очень милая. Граф вполне красивый мужчина, Магда симпатичная молоденькая женщина. Но Эйлин невероятно красива. Одни длинные белые волосы чего стоят, а фигура.
Нет, что-то тут не так.
Не успеваю налюбоваться, забыла и про то, что обед надо готовить и, что стирать пора. В реальность меня вернул знакомый голос колдуна с порога:
— Хозяйка! Дома?
Ёля пулей метнулась в комнатку к Соне и закрыла двери. Понравилась мне её стремительная реакция.
— Дома!
— И как ночь? — с некоторой иронией в голосе задаёт вопрос, на который знает ответ. Если я до сих пор дома, значит, всё нормально.
— Отлично выспались! А вы как? По делу или так от нечего делать? — появились в моём голосе некоторые нотки зазнайства. Я красивая, и могу себе позволить говорить с мужчиной чуть высокомернее, чем это принято.
Но колдун, товарищ бывалый, заметил зеркало на столе и улыбнулся:
— Да, красивая ты, как королева. Только вот красота у тебя иная, понимаешь?
— В каком это смысле? — до меня не дошло, что он имеет ввиду.
— Если скажу, то обидишься или рассердишься.
— Нет! Я за честность.
— Хорошо! Но ты похожа на женщин из тех, что живут за горами, у нас красота грубее, а ты как нежный цветочек, говорю же, красивая чужестранка ты! — в его голосе появились нотки, доселе незнакомые. Заигрывает со мной?
— Почему я должна обижаться? Это вроде как комплимент.
— Это вроде как обвинение, что ты из этих, из врагов наших. Тебе и правда, память отшибло?
— Сейчас мне не только память, но и чувство защищённости и безопасности отшибло вашими стараниями.
Очень неуютно себя чувствую, просто ужасно. Я похожа на врагов королевства? Поэтому от меня все подряд избавляются, и родители, и муж, и даже граф?
— Позволь проверить кое-что на твоём теле, — не успеваю вскочить, чтобы отбежать, как колдун поймал меня за руку, дёрнул на себя, скрутил в объятьях, повернув к себе спиной. Брыкаюсь, но он очень крепкий и мои дрыганья ему неудобства не создают.
Перехватил меня одной рукой, так прижал к себе, что я захрипела от боли. Свободной рукой освободил шею от волос и тут же выдал:
— Ну я так и думал, метка…
Глава 10. Секретный секрет?
Колдун быстро отпустил меня, как отпускают птицу на волю. Но теперь я не дёргаюсь, словно и не произошло этого инцидента, сажусь за стол и киваю, указав на табурет гостю.
— Что за метка такая? Нарисовать можешь? — у меня даже голос изменился. Обнаружение знака на шее, словно сил добавило, а памяти как не было, так и нет. Хоть бы немного узнать о себе новой.
— Такие обычно ставят в нескольких случаях: истинной паре, рабам, должникам по крови, наследникам по родовой линии. У тебя метка свежая, недавно появилась, вот от тебя и избавляются все, просто боятся. Ведь ты чужестранка, и метка у тебя магическая. Не татуировка, не ожог, а проявилась как родимое пятно, значит, по рождению. Родовая или истинности. Но это мои предположения. Но вот что жутко интересно…
Он говорит вслух, а на самом деле рассуждает, перебирая версии. Ему жутко интересно разузнать мою тайну, а как мне-то интересно.
— Что за привычка, сказать и замолчать? — ворчу, глядя на задумчивого колдуна.
Чтобы скрыть волнение, встаю и снова разливаю едва тёплый компот по чашкам. С непрерывным потоком гостей мне и работать некогда. Но колдун, как услышал мои мысли:
— Да, помогу я тебе перенести инструмент в сарай, чего уж, соседям надо дружно жить. Но как ты попала к твоим родителям?
Ставлю кружку перед колдуном, он от волнения сразу выпил и снова уставился на меня. А я на него. Ведь не такой он и старый, как мне показалось сначала. Просто суровый и косматый. Брови хоть бы постриг, а с другой стороны, имидж колдуна обязывает. Глаза у него колючие, пронзает мою суть.
И только самого важного, единственно верного вопроса не задаёт! Он не понимает, что я уже не Эйлин, и что моя красота обманчивая? Потому что я не просто чужестранка, а иномирянка.
Что-то его колдовские навыки подводят. Но сдавать себя я не намерена, сказано, что я потеряла память, пусть так и будет.
Долго мы смотрим друг на друга, но, похоже, что результата ноль. Я так и осталась загадкой для колдуна.
А он для меня неожиданно приоткрылся. В сознании вдруг всплыло имя:
— Зохор, это ведь ваше имя? — спрашиваю шёпотом.
Несчастный закашлялся. Как бы Соню не разбудил.
— Это тайна! Меня никто не смеет так называть! Откуда знаешь, вот демон! Значит, ты всё же из этих… Но сделай одолжение, никому не говори, думаю, что и у тебя имя ненастоящее.
Я сама не поняла, как сдала свои явки-пароли, а он напрягся. Как-то так получилось, что теперь я стала главной. Он меня боится, потому что не понимает, что я скрываю. Да я сама не понимаю. Пора заканчивать наши посиделки, а то так доглядимся, лишнее узнаем друг о друге.
Опомнилась, достала из печи уголёк, и прямо на столе колдун нарисовал знак. Очень похож на китайский иероглиф.
Стоило ему закончить, как угольный след по столешне заискрился, тут же смахиваю его тряпкой.
— Что-то страшно, ещё откроет какой портал! — ворчу себе под нос, а колдуну совсем нехорошо. Про портал он и не подумал.
— Кто ты вообще такая?
— Да я бы знала! Так, сменим тему. Помоги мне правильно пресс установить, там мужскую силу надо. И вот эти две колоды небольших, перенести, и короб с инструментом. А короб со склянками, пожалуй, тут оставим, мёд разливать в доме буду. Пойдём, поможешь.
— Ух, какая хозяйственная. Ну пойдём, хоть немного приду в себя после твоих тайн, — проворчал колдун и посмотрел на дверь в спальню, она тихонько прикрылась. Ёля из укрытия изучала гостя, а он лишь улыбнулся. Но ничего не сказал.
Снял длинный сюртук, закатал рукава на довольно богатой рубахе и поспешил за мной. Начали с колод, к счастью, они разборные, бревно, распиленное на половинки повдоль не так тяжело тащить. Потом короб со столярным инструментом, мне такую работу никогда не освоить, так что самое место ему в сарае.
— И вот этот пресс надо установить ровно, тут есть каменная плита, почему-то сняли с неё. А так он исправный, ручку сама прикручу перед работой.
— Странная ты! Правда думаешь, что сможешь у этих пчёл забрать мёд? — колдун смотрит на меня снова как на инопланетянку.
— А разве есть другой выход? У меня дочка, её надо растить, и зависеть ни от кого не хочу, так что да, я попробую. И раз у моего предшественника получилось…
В этот момент Зохор переставил пресс, и мы его выровняли так, как мне показалось правильным, чтобы во время работы я стояла лицом к двери и ручку крутить удобнее правой рукой.
После некоторой заминки колдун вдруг продолжил:
— Он за тобой всё равно придёт, недолго тебе осталось тут батрачить.
— В смысле, недолго? Кто придёт? — я замерла, потому что моё сознание мгновенно выдало ответ про незнакомца. Но я снова гоню воспоминание о нём, боюсь, что колдун о чём-то догадается.