Служение

Глава 4

Ровно в одиннадцать часов пополудни в здании правительства Камиззена начиналось заседание кабинета министров. Планетарный канцлер Вацлав Касанаве присутствовал не на каждой встрече, но именно эту не пропустил. Через полгода кабинет должен был представить на голосование в парламент новый бюджет, поэтому большинство вопросов поднималось по экономике.

Первым и единственным на повестке дня стоял доклад министра космической промышленности. Он любил читать по бумажке:

«…таким образом, я настоятельно рекомендую принять пятилетний план по модернизации оборудования промышленного предприятия «Рудная компания» на Ранезире, вывести двенадцать процентов акций из частной собственности и приобрести их государственной компании. Подобные меры укрепят позиции Ранезира на бирже, повысят капитализацию предприятия. Это особенно важно сейчас, когда королевский дом Дэров обратился к нашим соседям с предложением об увеличении квоты на закупку сырья, а также на достройку Ранезира и загрузку новых мощностей под нужды королевского дома Дэров».

— Неслыханно! — не удержался министр по развитию Адаль Дуглас. Дуглас был известен взрывным характером и манерами невоспитанного человека. Он искренне считал, что необходимость сдерживать себя нужна только в начале карьеры. А дальше можно не сдерживаться. Это позволяло ему играть в панибратство с многочисленными подчиненными: пропустить крепкое словцо, пообщаться, послушать идеи. Если Адаль находил мысль стоящей, он запрягал финансовый отдел на просчет рисков, а потом с блеском представлял как собственную инициативу. – Дэры предлагают Ушве что?! Прочитайте еще раз!

- Они готовы увеличить на нашем Ранезире заводские площади на сорок процентов за свой счет, но всю продукцию с новых цехов в течение пятнадцати лет забирать себе. Мы получим деньги только за обеспечение рабочих и логистику.

- А после?

- Через пятнадцать лет дэровские заводы перейдут к нам в полную собственность с выкупом ниже рыночной стоимости на тридцать процентов.

- За эти годы они технологически устареют и физически износятся, - прокомментировал министр внутренней торговли.

- И канцлер Ушвы согласен это подписать?! – голос Адаля звенел от напряжения. - Я считал, что у наших соседей осталось чуть больше патриотизма.

Остальные участники совещания встретили пикировку сдержанным молчанием. Популистские лозунги хорошо звучали в эфире перед избирателями, но тут это смотрелось неуместно. Королевский дом Дэров курировал военные исследования, управлял одной из самых сильных армий в галактике, владел планетарными системами – и если их эмиссары захотели купить половину разработок Ранезира, то они своего добьются. Потом они оценят качество минералов и доберутся до остального. А тогда Камиззен превратиться из активно развивающегося промышленного мира в сырьевой придаток с дешевой рабочей силой.

— Ну, теперь мы точно знаем, чего они хотят, — подал свой тихий голос министр сельского хозяйства. – А то мы экспертов королевского дома видим уже больше года в нашей системе.

— Мы знали это и раньше, — злобно выплюнул министр внешней торговли. Он еще двадцать пять лет назад приносил на заседание план развития, утверждая, что надо более активно заниматься коммерческой экспансией и устанавливать торговые связи не только друг с другом, но и с планетами соседнего сектора. Его вежливо слушали, кивали и откладывали предложение в сторону. Потом в секторе началась война, а теперь вот: они вынуждены думать, как спастись от участи сырьевой колонии.

— А я согласен с предложенным планом, — поддержал коллегу министр иностранных дел Коен Лиаз. — На данный момент это допустимое решение. Мы согласимся на достройку Ранезира, увеличим нашу долю, не привлекая внимания, и заодно займемся установлением более тесных связей с королевским домом. Но после того, как все наладится, имеет смысл пересмотреть условия.

«Пересмотреть условия» — было любимым выражением осторожного Коена, последние десять лет изящно лавирующего между ближайшими обитаемыми мирами в рукаве Ориона. Он никогда не выступал с выраженной позицией «за» или «против» и имел репутацию старожила, пересидев уже трех планетарных канцлеров.

— Они оборзели, — зло бросил Адаль.

— Если не поднимать налоги, зафиксировать цены на продовольственную корзину для среднего класса и подать в прессе под нужным углом, население нас поддержит, — финансовый директор мягко погладил лежащий перед ним планшет. И Касанаве подумал, что этот жест мог бы быть совсем иным: поднять руку, ткнуть пальцем, добавить металла в голос. Но финансовый просто погладил планшет — и это не понравилось канцлеру.

- Мы могли бы на бирже скупить акции Ранезира, которые торгует Ушва, и получить больше преимуществ при принятии решений, но мы же соблюдаем договор о паритете, к тому же у нас и у самих сейчас не такие полные активы, — печально вздохнул финансовый директор.

- Если Ушва не хочет вкладываться в разработки, почему они не предложили это сделать нам? Мы бы сами освоили астероиды. И вот теперь, когда появилась возможность изменить процент владения акциями, вы говорите, что денег нет?! Почему не заложили себе финансовую подушку? — снова влез Адаль.

— Потому что министерство финансов — это не палочка-выручалочка.

— А глист-сосальщик! — рявкнул министр торговли. — Вечно тянули с нас деньги, а когда понадобилось твердо сказать свое слово, вы как тараканы разбегаетесь, ссылаясь на планетарный бюджет.

Касанаве кашлянул, надеясь, что это прозвучит многозначительно, и не ошибся. Сидящие вокруг стола замолчали. «Они растеряны… — подумал канцлер. — В обычное время они справлялись с обязанностями, но, когда возник серьезный кризис, даже не знают, что сказать. Отличный исполнитель, ловкий карьерист, прожженный интриган и дорвавшаяся до власти свинья, которую оттеснили от кормушки, — какой набор портретов! И с этими уродами надо принимать решение и спасать родину…»

- Есть еще новости. И их я бы хотел сначала обсудить с вами, а только потом пустить в наше медиапространство.

Повинуясь жесту канцлера, секретарь включил голографическую карту планетарной системы. Солнце, семь планет, пояс астероидов, искусственная экзо-планета, еще пять планет и тонкие разноцветные пунктиры трасс космической навигации: пассажирские, военные, коммерческие…

- Два часа назад с нами связался команданте Ранезира, - консул включил виртуальную указку. – На наших горняков было совершено нападением военными Ушвы. Отобрали недельную добычу. Рабочих посадили в спасательные капсулы и отправили в сторону Ранезира. Восемьдесят погибших.

- Это война! – рявкнул Адаль. – Они начинают переговоры о продаже своих акций и теперь убивают наших рабочих.

- В соседнем секторе королевский флот разорил пиратскую базу: может быть, кому-то удалось уйти, и они решили забрать нашу руду?

- Это тот самый флот, который приземлился к нам и собирается ремонтироваться?

- Именно

- Может быть, Дэры нарисовали на своем корабле герб Ушвы и напали, чтобы просели акции?

- Для королевского дома это слишком недостойно. Скорее, на своих кораблях герб Ушвы могли нарисовать недобитые пираты.

- В любом случае, это провокация, чтобы мы не объединились.

- А вы думаете, мы сможем что-то сделать, объединившись?! Это же королевский дом! Кто мы против них!?

- Хватит, - голос Касанаве был тихий и жесткий. – Покричали. Теперь давайте по делу. Для расследования гибели рабочих надо создать комиссию. И прессу заткнуть.

- Там погибли наши люди! Вы хотите скрыть этот факт?

- Мы должны жестко отреагировать и объяснить гражданам нашей планеты, что это – попытка поссорить нас с дружественным народом. Если мы сможем вбить это в голову населению, мы выиграем первый раунд.

- Но это не гарантирует прекращение экспансии, - возразил министр финансов. – Если королевский дом захотел получить наш пояс астероидов, мы бессильны. Воевать с ними мы не можем. Перекупить акции мы не потянем.

- И не понадобится.

- У вас есть план?

Кабинет министров нынешнего состава работал несколько лет и ни разу не сталкивался с проблемой такого масштаба. Создание «Рудной компании» и Договор о паритетном владении недрами пояса астероидов воспринималось таким же стабильным, как утренний восход солнца.

- Предлагаю лавировать между Дэрами и другим королевским домом. Обещать, врать, немножко поддаваться. Предложим выгодный экспорт на планеты дома Эрлингов и снизим цены на ремонт ударному флоту королевского дома Делайсис.

- Продадимся другому королевскому Дому?

- Попробуем стать ценным партнером, за благоденствие которого стоит побороться, - ответил Касанаве. – Они прикроют нас, а мы тогда выставим наши условия по добыче и переработке наших астероидов. В последней войне Дэров здорово потрепал наш король Делайсис, так что они не потянут новый конфликт.

- Думаешь, они отступят?

Вопрос прозвучал, и в зале повисла тишина. Вацлав молчал, министры обдумывали предложенный план. Кажется, альтернативы не было.

- С Ушвой будет разговаривать мое ведомство, - поднялся министр иностранных дел. – Мы донесем до их канцлера, что не хотим войны и готовы протянуть руку помощи.

Касанаве кивнул:

- Совместно нам будет легче отбиваться.

- А если не получится? – Адаль был настойчив.

- На наш мир впервые нападают, Адаль! И если мы готовы сдаться после первого болезненного тычка только потому, что противник сильнее, можно сразу сейчас, прямо из этого кабинета, звонить Дэрам и предлагать им купить и нас. Мы получим такие огромные деньги, что безбедно проживут даже наши потомки.

- Вы сами предложили дать отпор.

- Потому что это моя планета. Мой предок прилетел сюда простым инженером на исследовательском корабле, его сыновья копали эту землю, мои деды строили тут города и заводы. Это моя родина – и я ее не отдам!

Вацлав Касанаве был настоящим патриотом своей планеты.

- Но, если…

- Никаких «если». Или королевские дома нас сожрут, или мы сохраним статус нейтральной планеты галактической федерации под общей властью короля. Хозяин может быть только один! Эту планету я хочу оставить нашим детям.

Министры отводили глаза, уж слишком яростно прозвучала речь Касанаве, но соглашались. Хмурились, вздыхали, боялись, но кивали головами.

- А если мы этого хотим, нужно будет действовать быстро и жестко.

- Ну это мы умеем, - улыбнулся министр торговли. – Если садится за стол переговоров, нам нужны дополнительные козыри. Например, можно не только найти виновника в убийстве наших рабочих, но и вышвырнуть с астероидов захватчиков.

- Опять затраты, - пробормотал министр финансов.

- Сейчас не стоит вопрос о деньгах! Стоит вопрос: кто будет хозяином на Камиззене.

- Я решу эти вопросы, консул, - твердо ответил министр финансов. – Мои предки тоже копали эту землю!

* * *

- «Сова», это «Хорь», прием!

- «Сова» на связи, - бодро отозвался капитан космического корвета. - Слышу вас, «Хорь», прием!

Традиция давать крылатые позывные летающим аппаратам появилась еще в те времена, когда машины едва-едва поднимались выше облаков. В камиззенской летной академии капитан был единственным студентом из совиного рода, и хотя от птичьей генетики у него были только перышки на голове, прозвище приклеилось с первой пары, да так и осталось. Позывной «Хорь» был закреплен за командиром десантного бота, в задачу которого входила высадка и захват астероида.

- Докладываю: три минуты до цели.

Скоростной корвет быстро приближался к работающим ройлерам. Уже было видно, как громоздкие машины облепили астероид, вокруг них вспыхивали крохотные белые облачка пыли - направленные взрывы - как только куски породы откалывались от поверхности, манипуляторы подхватывали их и укладывали в контейнер. Когда ройлер наполнялся, он сигнализировал висящей неподалеку грузовой платформе - та подходила, меняла полный на пустой - и цикл повторялся снова и снова. Полная платформа отправлялась на станцию переработки, в Ранезир.

Капитан подкрутил верньеры, приблизил картинку и увидел не только машины добывающей компании, но и фигурки космонавтов вокруг.

- Визуальный контакт! Приступаем к выполнению задачи! - эмоции зашкаливали. - Пошла жара!

Согласившись показать этим ушвинцам умение жёстко решать вопросы, министры Касанаве потребовали от военных «выдавить агрессоров» с занимаемых позиций и «передислоцировать незаконно присвоенные ресурсы». Как именно это сделать, оставили решать самостоятельно, а в личной беседе порекомендовали деморализовать горняков военным превосходством, после чего захватить платформу, а всех остальных отправить вон. Все равно их патрульные с Ранезира подберут. Но при этом запретили использовать много войск.

Другими словами, кабинет министров требовал зеркального повторения операции. Взбешённый генерал попробовал объяснить Касанаве, что безоружные рабочие и кадровые военные - это совершенно разные люди, но понимания не нашёл, и был вынужден планировать операцию, исходя из полученных директив.

Основной ударной силой стал корвет в сопровождении трех звеньев истребителей и шести взводов космодесанта, которые должен был расчистить наземную поверхность, захватить грузовую платформу и отогнать ее на орбиту Камиззена. По плану под прикрытием корвета истребители прицельно расстреляют двигатели ройлеров грузовой платформы, а захватчикам милостиво разрешат подать сигнал на Ранезир для организации последующей эвакуации.

Генерал считал этот план бредовым, но министры утвердили его единогласно, и пришлось подчиниться.

И в начале даже все получалось.

- Первое крыло! Боевой порядок! Вылет.

- Подтверждаем.

- Второе крыло! Боевой порядок! Вылет.

- Подтверждаем.

- Третье крыло! Боевой порядок! Вылет.

Еще десять юрких космических истребителей рванулось к астероиду. Тридцать корабликов шли ровными линиями, следом неспешно продвигался корвет, направлявшийся к точке координат, откуда удобнее всего можно будет отправить боты с десантниками. В докосмической эре можно было бы романтически помечтать, как враг издали услышит низкий гул летящих кораблей и напугается. А сейчас это полная тишина, почти невидимые лучи, две-три минуты, и становишься молекулами на фотонном ветре. Или космическим мусором... Если не взорвался с кораблем, а замерз в пробитом скафандре.

- Первое крыло - на позиции. Покажем им, ребята! Товьсь!

Все шло по плану.

Истребители были уже на подлете, корвет медленно огибал астероид, десантники проверяли оружие, сидя в ботах. Капитан прильнул к экрану. Приблизил изображение еще сильнее. Что-то не так... Вот ройлеры, вот грузовая платформа, вот рабочие запустили моторчики на скафандрах и стараются отлететь с линии огня, вот шланги... Почему нет микровзрывов? Почему ройлеры не работают?!

- Отворачиваем! Крылья, отворачивайте!

- «Птица», мы над целью!

- Это приказ! Немедленно отворачивайте!

Ройлеры одновременно поворачиваются башнями и ощериваются лучевыми батареями. Космос расчерчивают почти невидимые лучи: жёсткие, прицельные, подпустившие истребители настолько близко, что не промахнёшься. Юркие кораблики расходятся широким веером, но под прицельным огнем недостаточно быстро.

Взрыв. Взрыв. Взрыв. Наглядная демонстрация, как надо было Касанаве защищать свои владения.

- «Хорь», это «Птица». Переходим к плану «Б».

- Принято. План «Б», - подтверждает руководитель десантной группы.

Значит, обнаружен враг. И не будет никого «выдавливания», никаких церемоний. План «Б» - это тотальная зачистка захватчиков.

- «Хорь», на ройлерах батареи, но я не вижу корабли прикрытия.

- Если успеем захватить зенитки, мы с ними разберемся.

- Твое прикрытие сверху – это мой корвет и полтора звена истребителей. Остальных они покрошили.

- Высаживай нас быстрее, пока никто не опомнился.

апитан снова и снова приказывал запустить дальний поиск: его нервировало отсутствие кораблей. Кто замаскировал зенитные батареи под мирные ройлеры, никогда бы не оставил их без прикрытия из космоса. Смотря, как бегут данные со сканера по экрану, капитан пытался просчитать ситуацию.

Зенитки поставили повышенной мощности. Ждали?

Тогда корабли должны появиться, когда мы захватим зенитки, чтобы ударить в спину. Или они ждут, когда мы потащим платформу? Потеряем в скорости... Десант будет бесполезен. И истребителей, чтобы нас прикрыть, осталось не много. Скорее всего. Но отступать с позором не хочется.

Капитан выпустил боты, которые по эллиптической орбите летят к астероиду и приземляются каждый на свою платформу. Теперь задачу решает десант, и зенитки постепенно смолкают. А капитан слушает наземный эфир, в котором идут шумы, брань, а потом отчеты по захвату платформ.

- Капитан! - крик связиста звучит одновременно с появлением множественных точек на радаре. - Приближается противник. До огневого контакта - пять минут. Истребителям, использовать грузовую платформу для прикрытия. Двадцать целей.

Двадцать целей! Не спаси десантники «землю», истребителям пришлось бы несладко.

- Развернуться в боевой порядок! «Хорь», взрывайте все за собой и быстро обратно. Я не смогу вас подобрать во время боя!

Платформы на астероиде постепенно начинают превращаться в серые облачка. Некоторые кренятся на бок, срываются с захватов.

На корвет налетают вражеские истребители, проходят лучами вдоль борта, понимают, что защитное поле корвета им не по зубам и уходят в сторону астероида.

Четыре бота стартовали обратно. Оставшиеся две зенитки никак не успокоятся, лупят по истребителям.

- «Хорь»! Что у вас происходит!

- Два отряда оставил для прикрытия. Поймай моих!

Один из ботов получает прямое попадание в бок и взрывается. Корвет достает своими пушками врага - и отправляет его по фотонному ветру. Что делать? Помочь своим истребителям, которые бьются двенадцать против семнадцати или ловить десантников?

- Всем истребителям, выводите бой на зенитки. Там «Хорь». Вас прикроют.

Капитан смещает корвет ближе к астероиду, навигатор состраивает траекторию движения крейсера с десантными ботами, и пока оставшиеся в живых десантники перебегают на корабль, палуба содрогается от выстрелов орудий в противофазе. Это максимум, что они могут сделать для оставшихся на астероиде.

Фактора внезапности больше нет. Гражданских тут уже нет давно. Зато есть хорошо подстроенная ловушка.

- Наводи!

- Залп!

- Заряжай!

- Огонь!

Истребители кружатся у астероида, мерцают картинками на экране, в ангар влетает следующий десантный бот, едва не промахиваясь. Как только уравнивается давление, к нему бегут медики с носилками. Зенитки бьют с астероида, решая уравнение в пользу Камиззена. В начале боя по истребителям счет был восемнадцать против тридцати, теперь девять против тринадцати.

Одна из зениток взрывается. Белое облачко. Пятнадцать товарищей.

- Огонь!

Корвет вздрагивает - залп из всех батарей - и грузовая платформа, которая уже вся изрешечена случайными попаданиями, начинает падать на астероид.

- Огонь!

Командующий космодесантом «Хорь» был человеком крайне уравновешенным и спокойным. Потеря трех ботов не вывела его из себя, а только добавила злости. На последней огрызавшейся зенитке он оставил двух бойцов, подсчитал боезапас и приказал стрелять только наверняка. А пока и вовсе остановиться.

Затея была опасной: его замолчавшую зенитку могли подбить профилактически. Но зато давала большую вероятность успеха. «Хорь» уже подловил два истребителя противника прежде, чем те просекли опасность.

- Перезарядка! - жахает в ушной клипсе бас. У него самый верхний ствол, самый важный, но каждые семь минут его необходимо перезаряжать из-за устаревшей программы. Два нижних боковых лупят по расходящейся траектории, пытаясь дать время на передышку.

- Закончил! - орет в ухе бас взводного, - и снова оживает главный калибр, снося выходящий на них истребитель. - Есть!

«Хорь» успевает глянуть в экранчик на коммуникаторе, где с корвета идет трансляция общей битвы, и с удовольствием замечает, что кораблей противника становится все меньше. В боку корабля явно прибавилось дыр, но тот ещё огрызается, а значит и защитное поле держится, и боковые орудия не все снесены.

В ухе вопят про еще один сбитый тахар, и про новых заход на цели, но уже всем очевидно, что противник отступает. А потом ровно в момент, когда платформа с добытыми минералами оказывается над их зенитной батареей, вражеские корабли дружно дают последний залп перед уходом в гиперпространство – и платформа взрывается и летит сотнями обломков на астероид.

- Они бегут! - успевает услышать «Хорь» за секунду, как их накрывает масса летящей породы, пробивает насквозь все переборки, сметает защитные экраны и засыпает навсегда.

Первым делом капитан хотел метнутся со спасателями на астероид и проверить: не осталось ли выживших. Но вопли в эфире показывали, что дела у десантников плохи, а разбор того бреда, в котором они все оказались, нужно начинать прямо сейчас, где все уже оглохли от криков в эфире, ослепли от вспышек и окончательно озверели.

Когда все разработанные штабом планы пошли прахом, а они дрались, отстаивая не номерной камень в космосе, а честь своей планеты.

На обзорном экране вспыхивали квадратики выходивших на связь командиров. Летные эскадрильи: командира первой нет, за него - третий пилот, Рувиль. Командир второй связывается прямо из кабины истребителя, зрачки расширены, из носа течет кровь. Из третьей не отвечает никто. От десантников - второй зам, майор Мигель. Автоматически козыряет, отчитывается, что командир на астероиде, готовы спасательные группы и если нет других приказов, то он бы тоже отправился...

Победа.

Электроника выводит проанализированную запись боя: по истребителям счет один к полутора благодаря эффективной стрельбе зениток. По людям больше всего потерял десант, лишившись в том числе и командира. Платформа с полезными ископаемыми была взорвана противником и не досталась никому.

Победа.

К астероидному поясу добавились тела и обломки. Кто-то ушел фотонным ветром: вообще ничего не осталось. Капитан просит связиста ужать запись боя и отправить на Камиззен без комментариев. Ему страшно хочется выпить коньяка. В крови выгорает адреналин.

- Файл готов к отправке. Не хотите что-нибудь добавить от себя, - переспрашивает связист.