Падение пятой Луны

Я и сам знал, что слегка перегнул палку. Ведь Берту, кроме меня, никто в этом зале не видел и не слышал.

— Будь моя воля, — продолжила она, — я бы «обратила» эту певичку из дешёвой оперетты только ради того, чтобы она ходила за тобой по пятам и целыми днями изводила твои уши пронзительным визгом.

Пожалуй, именно за это я и любил Берту — за её неистребимое чувство юмора и едкий сарказм.

Когда мы покинули театр, город уже поглотила ночь. Тонкая призрачная оболочка Берты начала таять: она сильно устала за этот день. Семейный перстень с рубином на моём указательном пальце ощутимо нагрелся. Берте пора было возвращаться. Она мило улыбнулась мне:

— Спасибо! Вечер был замечательным, Мон Шер, — она шутливо присела в реверансе и плавно нырнула в нагретый камень. Кристалл на мгновение заискрил глубоким багрянцем. Берта оказалась внутри, уходя в глубокий сон для восстановления таких нужных ей сил.

Я шёл к машине не торопясь, наслаждаясь каждым мигом прохлады. Вечные звёзды мирно сияли над головой. Жизнь шла своим чередом — точно так же, как и сотни лет назад.

Внезапно чуткого уха коснулся тихий стон. Я не стал вслушиваться и поначалу просто пропустил его мимо — меньше всего хотелось омрачать столь прекрасный вечер. Где-то назревала очередная человеческая заварушка, которая меня абсолютно не касалась. Смертные проживали свои короткие жизни, вечно копошась в мелкой рутине и шумно выпуская пар по выходным.

Обречённый стон повторился. Я никогда не вмешивался в чужие дела. Это была не моя охота. Но тут…

До ноздрей долетел гаденький, липкий запах. И вот против него я устоять уже не мог. Настоящая охота всегда должна быть достойной, а здесь пахло чем-то мерзким и трусливым… Короткий вдох — и в следующее мгновение я оказался возле двух амбалов, от которых разило дешёвым пойлом. Перехватив одного за шею, я за секунду считал шлейф его недавних воспоминаний. Замелькали отрывки нападения. Увиденные слайды мне категорически не понравились.

Что ж, подобных животных никогда не было жалко. Тем более мне — одному из древнейших вампиров на этой земле. Рвать глотки в глухом переулке я, конечно, не стану — не те времена, да и, как говорится, «мышку жалко».

Два коротких удара, и пьяные туши безвольно повалились в грязную лужу. Там им было самое место.

Тихий, едва различимый стон заставил меня обернуться. У стены, в самом тёмном углу, неподвижно лежала женщина. Я подошёл ближе. Совсем молодая девушка. Её голова бессильно упала на грудь, а длинные рыжие волосы полностью скрывали лицо. Я осторожно перебрал несколько прядей, убирая их за спину, и на миг замер. Они оказались невероятно мягкими и шёлковыми на ощупь. Бережно коснувшись подбородка незнакомки, я приподнял её голову и стал вглядываться в бледное лицо — в темноте моё зрение без труда различало любые оттенки вплоть до полутонов. Девушка неожиданно открыла глаза и посмотрела на меня замутнённым, но странно глубоким взглядом, будто видела мою суть насквозь. В следующее мгновение она вновь потеряла сознание и завалилась на бок вдоль холодной стены.

— Берта! Посмотри, что с ней? — позвал я.

Призрак мгновенно соткался из рубина. Берта нырнула внутрь истощённого тела и тут же отпрянула назад, словно её ударило мощным разрядом тока. Её прозрачный силуэт на секунду подёрнулся рябью.

— Последняя искра жизни на исходе, — озадаченно прошептала она. — Но внутри прячется что-то ещё… Я встретила небывалый ментальный отпор. Хм, неожиданно. И всё же природной стойкости в ней слишком мало. Одно могу сказать наверняка — до рассвета она не доживёт. Если только… — Берта бросила на меня долгий, испытующий взгляд.

— Исключено. Я не стану этого делать, — отрезал я, понимая её намёк. — Мы не инициировали смертных уже сотни лет. Незачем нарушать «Хартию крови» ради случайного человека.

— Тебе решать, — она демонстративно сложила руки на груди, вздёрнула аккуратный нос и выпрямилась в полный рост, глядя на меня с тем высокомерием, на которое способны лишь высшие аристократки.

— Мне кажется, — ехидно заметил я, поднимаясь на ноги, — за последний век ты стала столь сострадательной, что готова поступиться вековыми принципами. Должен сказать, Берта, милосердие тебе совершенно не к лицу.

— Принципами?! — всплеснула руками Берта. — Ты хоть слышишь себя, Артур! О, как трогательно: сотни лет нерушимых принципов. А как же та балерина из Парижской оперы в тысяча восемьсот девяностом? Если бы твои принципы были золотом, вы бы, мой князь, давно разорились.

Её слова зацепили меня за живое. Совесть? Но откуда ей взяться? Это у смертных вечно рождаются сомнения: «Правильно ли они поступили?», когда они взывают к внутреннему голосу. Но я не человек…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.