Владыки поднебесья. Планетарный надзор

— Захвати побольше! — советуют ему громко, — чтобы на всех хватило.

— Не вопрос! — согласно кивает покинувший свой пост. Наконец-то он на свободе. Приглаживает короткие волосы на висках и почти вприпрыжку направляется к светофору.

Оказавшись перед витриной с манящими неоновыми огнями, скрывается за поворотной дверью и исчезает из поля зрения. Один видоанализатор со слабым треском увеличивает зону наблюдения, и красная точка на отдаленном фасаде светлеет. Но за длинными стеллажами с красивыми упаковками ничего не видно...

Над высотками с холодным стеклянным блеском плывут облака, вязкие и глухие. Пульсируют изнутри бледными всполохами, что в непрестанном и хаотичном движении. В воздухе тянется гаркающий птичий клин. Его почти не слышно. Но все же...

Мужичок в форменной одежде, похожий на сотрудника элитного военного подразделения, останавливается у терминала и протягивает жетон. По залу бродит несколько заспанных фигур — рядовые посетители. Кто-то шаркает у него за спиной, и служащий резко оборачивается, опуская руку в глубокий карман, где нащупывает рукоятку ножа.

Перед ним возникают двое: какой-то худощавый тип с неопрятными длинными волосами и женщина за сорок в короткой куртке и обтягивающих джинсах. На лицах — приветливые улыбки. Кожа обычная, не бледная. Служащий облегченно выдыхает, но не теряет бдительности. Глаза бегают по сторонам — живой ум оценивает обстановку.

— Тоже не спится? — спрашивает он.

— Решили заскочить по пути, — говорит длинноволосый, завернутый в осенний твидовый плащ. Его спутница изучающим взглядом скользит над стеллажами, задерживая внимание где-то на потолке и стенах. — Приходится работать в ночную смену, как, впрочем, и вам.

— Чем занимаетесь, если не секрет?

— Ремонт мониторинговых систем. — Нудноватый тип кладет сумку на столешницу перед терминалом и готовит диагностическое оборудование к работе. Например, «Вектор-Скан» — устройство похожее на дефибриллятор.

— Занятно, — улыбается служащий. Ему хочется скорее расплатиться и уйти: нет времени на болтовню. — А разве что-то стряслось?

— Только что отказало несколько видоанализаторов, надо бы исправить. Перед началом работ требуется освободить помещение.

— Не вопрос! — Невысокий мужичок в строгой черной форме с нашивкой «Гард-Пост» на левом рукаве поворачивается к терминалу и слышится короткий сигнал — оплата завершена. Из окна он видит монолитное серое здание, куда должен вернуться.

— Но придется воспользоваться запасным выходом, — сообщает инженер, скользя «Вектор-Сканом» по сторонам. — Автоматика уже заблокировала центральную дверь. Во избежание всевозможных эксцессов, понимаете?

— Звучит логично, но давайте я сам решу, что мне делать.

Парочка озадаченно переглянулась, пожала плечами и удалилась по своим делам.

Служащий твердым шагом подступил к главному входу, но дверь не открылась. Тогда он протиснул лезвие ножа между магнитными пластинами и потянул на себя.

Левую руку странно кольнуло, и пальцы защекотало.

Механизм глухо щелкнул, но створка не поддалась: магнитные пластины были вверху и внизу, а не только посередине. В зале слышались голоса только двух ремонтников.

— Ну и отлично... — рявкнул служащий, с силой пнув тяжелую дверь. — Тогда где этот чертов запасной выход?

Ему прокричали с другого конца зала, и он спешно направился ко второму терминалу, за которым качнулась створка от последнего посетителя. На ходу взглянул на связной браслет — индикации не было — и застыл на месте. Доложить обстановку не выйдет. Наверное, разрядился.

Тогда он плавно ставит сумку со снеками на пол, тянется к кобуре с импульсным пистолетом «Кварц-Вектор», потея и бегая нервным взглядом по сторонам.

Вдруг, что-то шевельнулось на периферии зрения — там, за стеллажом с цветными лоснящимися упаковками. Несколько пластиковых банок с кетчупом падают вниз. Служащий наводит пистолет на отдаленное витринное окно, намереваясь разбить его, чтобы видоанализатор заметил и чтобы скорее выбраться наружу; но под ногами вдруг замечается мутная растущая тень; едва он дернулся, чтобы выстрелить, как на голову обрушилось чье-то грузное тело, выбивая «Кварц-Вектор» из рук. И странное лицо с холодным назойливым взглядом затмевает помутневший взор.

Все внутри активно борется, вытесняя чужие мысли. Служащий истошно вопит, машет руками и вырывается. Едва приподнимается, освобождаясь от удушливого хвата, и тянется к стеллажу, чтобы опрокинуть и сбить тем самым противника с толку. И дальний видоанализатор может среагировать на звук, если он будет достаточно громким.

Но тут подбегает второй — такой же напористый, своенравный, и мыслей в голове становится больше. Проклятые люцидники, все рассчитали. Ладони больно давят на грудь, лоб и шею. Сознание куда-то теряется, отказываясь выполнять приказы. Он любил командовать. Но EX-875 в крови уже почти не действовал — слишком малая доза. Ноги колотили воздух, но удары эти никого не задевали. Он нащупывает нож сквозь плотную ткань форменной одежды. Но никто не позволяет ему запустить руку в карман. Силы мало-помалу угасали, и пульс становился реже.

Темнота.

Вокруг ни души.

Все звуки стихли.

А затем он пришел в себя. Поднялся. Нападавших рядом не было. Схватил мешок с аппетитными снеками и позвякивающей газировкой и побрел к выходу.

— Благодарю за содействие, — бросил он парочке в дальнем конце зала; в ответ они отрывисто кивнули. Лица их казались гораздо светлее, чем прежде.

На тротуаре в рыхлой прямоугольной тени обозначилась фигура с объемной сумкой в руках. Служащий неспешным прогулочным шагом переходит дорогу и направляется к высотке. Ее фасад, облицованный светлыми матовыми панелями, мягко рассеивает свет. Он останавливается перед толстой стеклянной дверью. Красный глазок видоанализатора направлен вниз, прямо на него.

— Почему так долго, Кирк? — встретил его напарник. Устрашающий плазморазрядник по-прежнему висел на плече. — И что с твоим браслетом?

— Сдох аккумулятор, — ответил служащий по имени Кирк. Лицо еще сохраняло свой нормальный оттенок.

— Все в порядке?

— В полном! Смотрите, что я принес...

Головы склонились над заветными яствами, разложенными на столе. С высоких мраморных стен льется умиротворяющая мелодия. Она должна способствовать командной работе. Кирк, который уже собой не владел, уходит в слепую зону наблюдения и опускается на корточки, имитируя завязывание шнурков. Из правого кармана и рукава форменной куртки высовываются две крысиные морды с жирными белесыми усами и черными глазами. Они шлепаются своими оранжевыми когтистыми лапками на пол и пробираются в вентиляционные отверстия, что поочередно приоткрываются рукой хозяина.

— Кирк, ты молодец! — слышится довольный голос сзади. Его напарник с плазморазрядником смял хрустящий пакет от жареной картошки и бросил в урну. — Ты к нам присоединишься или как?

— Конечно.

Кирк возвращается и, изображая улыбку, опускается на диван. Напарник бросает ему банку холодного лимонада. Некоторое время они разговаривают и смеются, пока вдруг не раздается тревожный сигнал. Световые мониторы предупреждают о неисправности подземного эмиттера с горизонтальным излучателем.

— А это что за херня? — вскакивает на ноги амбал с массивным плазморазрядником. — Нельзя, чтобы установка заглохла, даже на минуту. Иначе диполь-дроиды устроят в этом городе настоящее световое шоу и тогда...

Кирк был уже наготове. Он решает идти первым, чтобы проверить все оборудование; к нему присоединяется напарник-амбал. Двое заходят в лифт, и кабина начинает медленно ползти вниз.

Глубоко под землей — бледная стерильная пустота, ничем не занятая, где нет ни стен, ни дверей, разве что перегородки из какого-то полупрозрачного материала, напоминающего пластмассу, расставлены всюду. За одной из них виднеется темный лоснящийся продолговатый купол, точно наперсток, с зеркальными антеннами внутри, которые порывисто вращаются вокруг шаровидного центра. Кирк просит здоровяка осмотреть дальнюю часть сектора, а сам направляется к подавляющему эмиттеру.

Внизу, рядом с кабель-каналом, уходящим под белые плиты, лежит мертвая крыса; мощные резцы сломаны, осколки сверкают в лужице крови. В металлическом коробе — дыра, там виден кабель, и он сильно поврежден. Такую же находит и напарник Кирка у стены с другой стороны сектора, огороженного панелями. Огромная крыса повредила дата-кабель, по которому шел обмен информацией.

— Видел, что творят? — крикнул здоровяк, брезгливо держа грызуна за хвост. — Паршивые твари!

Кирк что-то вынимает из кармана форменной куртки, отодвигает плиту — ту, что подальше от эмиттера. Он видит гудящий железный ящик — трансформаторный преобразователь — и тянется к нему рукой... Затем осторожно ставит плиту на место и встает.

— Скоро явится бригада ремонтников, — громко говорит он, приближаясь к мертвому грызуну у кабель-канала со своей стороны. — Теперь это их работа. Ничего серьезного, исправят за полчаса. Мы не сможем тут ничего сделать.

— Да, но мне не совсем ясно, откуда взялись эти крысы? — натужно морщится здоровяк и задумчиво постукивает пальцами по тяжелому плазморазряднику на плече.

На лице Кирка загадочная улыбка, он не обращает внимания на туповатого бугая в форме.

— Думаю, они пробрались сюда по старым трубам, — отвечает он как бы вскользь, буднично и непринужденно. — Сам знаешь, их не меняли целую вечность. Конструкция здания не идеальна и слабо подходит для размещения эмиттеров. Видно, делали все наспех, а исправить — очень затратно.

— Что правда, то правда!

Лифтовая капсула скользит наверх. Кирк замечает в зеркале, что кожа на лице уже слегка побледнела. Он прикладывает руку к животу и болезненно наклоняется:

— Что-то мне нехорошо. Кажется, газировка была немного подпорчена.

— Правда? Мне так не показалось.

Наверху Кирк принял таблетку, но она не помогла. И когда он улегся на диван, чтобы ослабить мнимую боль, товарищи предложили ему раньше уйти со смены. Как бы нехотя, он соглашается...

На улице уже светлее, и стеклянные фасады многоэтажек отсвечивают бодрящей синевой. Старый город, этот величественный каменный голем, медленно оживал, возрождаясь из небытия.

Люцидник, которого все звали Кирком, остановился под мостом, недалеко от места своей службы. На земле у слабого, едва согревающего огонька, сидели трое, подогнув под себя ноги. Поленья тихо потрескивали и приятно коптили, источая рассеянный свет. Лицо одного находилось в тени капюшона стеганной темно-синей куртки.

— Мы все заслужили отдых, — мягко улыбается Кирк. — Впереди непростой день. — На ладони его светилось какое-то устройство — угрожающе красная кнопка в прямоугольном корпусе со спичечный коробок. — Сделан еще один шаг к избавлению.

Маленькие глазки Кирка уже не столь подвижны и быстры, не мечутся они по сторонам, следуя мыслям и чувствам. Он закрывает кнопку защитной крышкой и убирает опасный предмет в карман; а затем уходит, молча, оставляя надежды тем, кому они нужны, кто нуждается в них и ждет перемен.