Вампир на полную ставку

Еще я удивился, что у Кати есть питерская знакомая с деньгами, которая и одолжила ей дорогущий фотоаппарат. Наличие богатых знакомых – тоже неплохой такой социальный лифт, если уметь этим пользоваться. В общем, Катя приятно меня удивила: хорошо, когда человек не застревает на одном уровне, окружая себя людьми из разных социальных слоев общества.

В день проведения званого ужина у Березовских-Величко мы встретились с Катей в городе. Благо, я как заместитель главного врача, воспользовавшись своими правами одобрил отгул себе и Кате. Катя, похожая на встревоженного воробья в своей дешевой красной куртке, наставляла меня перед событием.

– Главное помни, ты фотограф, наемный работник, а не гость, – говорила она, озираясь по сторонам, пока мы шли к остановке. – Не садись за стол, не бери фужер и не вступай в философские дискуссии с кем попало. Снимай гостей и улыбайся, но не слишком, а то клыки...

– Я прекрасно осознаю свою роль, Екатерина Михайловна, – ответил я с холодным достоинством. – Моя задача на сегодняшний вечер – запечатлеть званый ужин так, чтобы даже самый бледный вампир выглядел на снимках живее всех живых.

– Мы не знаем, кого позвали к себе Березовские-Величко, – задумалась Катя. – Может, там будут обычные люди, а не вампиры.

– Ну, конечно же, вампиры позовут на такое важное мероприятие других вампиров, – не сомневаясь ответил я. – Зачем таким богатым аристократам ночи какие-то смертные?

– Даже состоятельным вампирам нужно как-то сосуществовать с нами, смертными, не забывай это, Сантери. – Нравоучительным тоном ответила мне Катя. – В мире много влиятельных людей, сомневаюсь, что они не знают о существовании вампиров.

– Ну вот мы скоро и узнаем, Екатерина Михайловна.

– Почему ты снова называешь меня по имени и отчеству? – Удивленно спросила она. – Мы же уже давно общаемся на “ты”, просто по имени.

– Перед Березовскими-Величко лучше не показывать, что мы близко знакомы, так, на всякий случай.

Катя странно посмотрела на меня снизу вверх, будто пыталась понять, не стесняюсь ли я знакомства с ней. После двух секундной заминки, я решил пояснить этой обидчивой смертной:

– Чем меньше знают о тебе такие, эм, – я замялся на слове “люди”, так как на мгновение забыл о ком говорю. – Личности, как Березовские-Величко, тем лучше. Если они окажутся очень злыми вампирами и не возненавидят меня, то они смогут использовать нашу с тобой связь для шантажа. Учитывая то, что ты видела у них в библиотеке, то такое вполне возможно, Екатерина Михайловна.

– А, поняла, – задумалась Катя и замолкла.

Мы дошли до остановки. Автобус, к счастью, не пришлось долго ждать. Я с таким трудом зашел в этот грязный дурнопахнущий автобус. Оказалось, что в прошлый раз автобус был еще ничего таким, по сравнению с этим автобусом. Он был такой старый, что я удивлялся той магии, что держала его на ходу. Я очень старался не испачкать брюки от своего самого лучшего и дорогого костюма, когда поднимался и спускался с автобуса по его грязным ступенькам.

Пока мы шли по дороге в особняк Березовских-Величко, Катя снова разговорилась.

– Знаешь, я тогда не сказала тебе... спасибо. За то, что тогда отбился от тех собак и спас меня.

Я почувствовал, как под моей маской равнодушия внутри меня что-то екнуло.

“Глупое человеческое существо.”

– Я тебя не спасал, – отрезал я, глядя прямо перед собой. – Это была нормальная реакция на угрозу. Для существа моего уровня несколько голодных дворняг – это то же самое, что для тебя пара комаров. Пустяк.

– Все равно, – она не замолкала. – Я тогда так растерялась, когда поняла, что ты вампир, что забыла поблагодарить тебя.

Я лишь кивнул, изображая полное погружение в созерцание ночного пейзажа.

“Глупая смертная. Придает значение таким мелочам.”

Мы дошли до особняка, но Катя повела меня внутрь не через главный вход, а через задний, для прислуги.

Как только мы вошли внутрь, мой вампирский взгляд среди всей этой суматохи прислуги выхватил ее. Анна, помощница Галины Березовской-Величко. Длинные и гладкие, будто из рекламы шампуня, темные волосы. Идеальная осанка. Стройные ноги в лаковых лодочках, которые, как я был уверен, стоили больше месячного оклада Кати. Лицо Анны, холодное, но одновременно с идеальной белоснежной улыбкой, как у настоящего профессионала, было очень ухоженным. Вся она была как живая иллюстрация к статье “Как выглядеть ухоженной, если вы не живете от зарплаты до зарплаты и не работаете в две смены.”

“Вот,” – подумал я, бросая беглый взгляд на Катю, копошащуюся со шнурками своих потрепанных ботинок. – “Наглядный пример того, как должна выглядеть молодая девушка. Почему она не может так?”

– Сантери Арикайнен? – голос Анны был таким же гладким, как и ее прическа. – Рада вас видеть. Условия мы уже обсудили по телефону, надеюсь, ничего не изменилось. Я смотрю, у вас с собой только одна сумка, вы можете расположиться в раздевалке для прислуги.

Чтобы придать себе вид важного профессионального фотографа, я достал фотоаппарат подруги Кати из сумки. Кажется, Анну он впечатлил, фотоаппарат действительно выглядел внушительно дорогим, помощница одобрительно кивнула.

– Катя, поскольку ты знакома с Сантери, раз порекомендовала его Галине, – Анна повернулась к Кате, – и у меня сейчас миллион дел, будь добра, проведи для нашего сегодняшнего фотографа небольшую экскурсию по особняку, после того, как он оставит вещи в раздевалке. Покажи ему основные локации, где будет проходить ужин. Столовая, большая гостиная, и ... – тут ее голос стал особо значительным. – Обязательно покажи туалет для персонала, чтобы не было случайных ошибок. В туалет для гостей заходят только гости.

Пока гости не подъехали, Катя показывала мне особняк. Я по пути делал пробные снимки, чтобы проверить настройки камеры, а заодно запечатлеть красивые дорогие интерьеры без людей.

Мы шли по красивому мраморному полу.

– Как ты подготовился! – удивилась Катя, когда увидела, как я с важным видом проверяю настройки камеры.

– Конечно, Екатерина Михайловна, фыркнул я. – Если я за что-то берусь, то всегда ответственно подхожу к делу.

Мы завернули в ту часть особняка, где почти никто из прислуги не ходил, так как были сконцентрированы в в столовой и гостиной. Я огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что никто нас не услышит и шепотом спросил у Кати:

– Отведешь меня в библиотеку, где это, ну...случилось то самое с незнакомкой?

– Сегодня вход туда запрещен, – также шепотом ответила мне она.

– Почему?

– Что почему? – недоумевала она. – Думаешь, они мне рассказали, почему запретили туда входить?

– Так, может, это не секрет? – спросил я. – Может, у них тоже идет кварцевание, как у в больнице? Вот и нельзя туда проходить.

Катя посмотрела на меня как на ненормального. Этот взгляд вызвал у меня раздражение. Порой из-за глупости других людей чувствуешь себя неловко.

– А ты что, думаешь, люди у себя в домах не могут проводить кварцевание? – спросил я.

– Сантери, – сказала Катя. – Они же, как я выяснила, вампиры. Зачем им кварцевание? Или вы тоже можете подцепить вирус и заболеть?

– А, точно… – закатил я глаза от осознания своей ошибки. – Я все забываю, что они не просто богатеи, а богатеи-вампиры. Насчет болезней я не знаю. Не успел изучить вампиризм от вампиров, пришлось изучать человеческие источники, но я до конца не уверен, где правда, а где вымысел людей.

– Ладно, Сантери. Мы все равно не успеем дойти до библиотеки, надо возвращаться. – повернула меня обратно по бесконечным коридорам особняка Катя.

Мы прошли в столовую, по середине которой стоял огромный стол из темного дерева на тридцать персон, не меньше. Над ним висели светильники из матового стекла и бронзы, которые излучали теплый свет. Вдоль всего стола лежала полоска хлопковой скатерти, а на ней стояли украшения в виде бронзовых подсвечников с высокими еще не зажженными свечами, а вокруг них еловые ветки с алыми атласными лентами.

Стулья, обтянутые красной тканью, выглядели настолько безупречно, что, казалось, на них никто ни разу не садился. Одна стена столовой была полностью стеклянной, выходящий во внутренний двор. На улице наконец пошел первый снег, крупными хлопьями он медленно падал на землю, создавая волшебную атмосферу, будто под заказ к званому ужину.

Противоположная сторона представляла собой монолитную плиту из белого мрамора с серыми прожилками. На ней висел арт-объект – абстрактная композиция из железа, отдаленно напоминавшая мне сплетение когтей и крыльев. Я сразу стал оценивать сей шедевр современного искусства не как искусствовед, а как заместитель главного врача по экономическим вопросам.

“Цена этой груды железа, – подумал я, – вероятно, равна стоимости нового томографа для нашей больницы.”

Вокруг нас, словно пчелы-труженики, сновали слуги, подготавливая столовую и гостиную к ужину. Они раскладывали на столе столовые приборы, клали белоснежные хлопковые салфетки для гостей, в одном из углов столовой расставляли бокалы для шампанского на высоком круглом столике. Мимо нас в гостиную направлялись слуги с большими подносами с закусками и бутылками алкоголя.

Мое внимание привлекла униформа прислуги. Она явно была торжественная, такая же как и на Кате: прямые черные брюки, белые рубашки с черными жилетами. Все детали вечера были выверены до идеала.

– Это столовая, где будет проходить сам ужин, а дальше мы пройдем в большую гостиную, где запланировано продолжение вечера, – рассказывала мне Катя.

Далее мы проследовали в гостиную. И вот она выглядела еще более шикарной, чем столовая. Пол здесь был из свежего паркета, на котором лежали красно-черные ковры. Диваны и кресла столовой были сделаны из темного дерева, а обивка – из темно-серого велюра. Они стояли вокруг низкого кофейного столика, залитого эпоксидной смолой в виде морской волны с подсветкой внутри. Конечно же, здесь стоял современный камин с круглой железной поленницей рядом. А на стенах висели не древние портреты, а черно-белые фотографии с абстрактными изображениями. Весьма современный интерьер для древних вампиров.

Я смотрел на роскошь вокруг и чувствовал всю несправедливость этого мира.

“Я, Сантери, древний вампир, тоже достоин своего особняка, хотя бы небольшого для начала. Так по крайней мере гласили многочисленные книги, фильмы и сериалы о вампирах.”

Вокруг стало будто еще более оживленно.

– Первые гости уже начинают съезжаться к нашему ужину! – объявил дворецкий по пути к главному входу, готовый встречать гостей.

Я приготовился снимать первых гостей. Смотря в видоискатель, я сделал пару фотографий первых гостей, а потом увидел ее.

В гостиную вошла шикарная девушка, длинное платье которой, казалось, было соткано из ночного неба и звездной пыли. Ее клатч сиял как диско-шар, отражая свет от многочисленных люстр. Ее походка была очень соблазнительной благодаря туфлям, которые опасно цокали по паркету, где не было ковра. Темные волосы струились по ее плечам и спине, как водопад, а губы – искусная работа косметолога, а не результат неудачного эксперимента с филлером. Даже надутые губы Анны, помощницы Галины, казались вульгарными по сравнению с губами этой девушки, по которой было сложно сказать, делала ли она какие-либо процедуры или нет, но я как вампир мог подметить даже такое тонкое искусство современной косметологии.

Конечно, я сделал сразу несколько снимков этой красавицы, затем убрал фотоаппарат от своего лица и улыбнулся своей ровной белоснежной улыбкой, стараясь не выдвинуть клыки.

Гостья излучала благородство и беспечность, которые присущи только поистине обеспеченным людям, которым не нужно думать о выживании. И вот эта вершина эволюции смертного мира широко раскрыла глаза и, озарив комнату ослепительной улыбкой, смотрела в мою сторону. Мне стало неловко, и, пока я думал, как бы более уместно ответить на ее флирт, я услышал из ее прекрасных уст следующее:

– Катя! Это ты! Привет, вот это совпадение! Как же я рада снова тебя видеть!

Мой вампирский расчетливый мозг на мгновение завис. Я повернул голову налево в сторону Кати, которая все еще стояла рядом со мной. Этот контраст двух миров был сильнее, чем солнечный свет для моих глаз. Катя в своем наряде прислуги, пусть и на сегодня более торжественном, и эта... богиня светского общества.

– Кристина! – Катя заулыбалась своей самой лучшей улыбкой. Кажется, я впервые видел ее такой счастливой. Эта улыбка стала для меня еще одним открытием этого вечера. Обычно, как бы Катя не улыбалась, мне всегда казалось, что она делает это через боль.

– Сантери, это Кристина, моя подруга. Именно она одолжила мне этот фотоаппарат, – Катя кивком указала на дорогущую технику у меня в руках.

– О, так это вы тот самый фотограф! – Кристина протянула мне свою руку, и я, слегка наклонившись поцеловал ее. – Катя сказала, что вы очень талантливы. Аппарат в надежных руках, я вижу.

Если Кристина не предала особого значения моему галантному жесту, то Катя была удивлена. Деревенщина! Что с нее взять? Она не знает, как в высшем обществе мужчины здороваются с дамами, да и откуда ей это знать? Я тактично сделал вид, будто не заметил ее невежество.

– Я бесконечно благодарен за ваш жест доверия, – сказал я Кристине, не отрывая от нее взгляд.

– Кристина, – Катя обратилась к подруге, перетянув ее внимание с меня на себя. – Как ты? Ты тогда плохо себя чувствовала, а сейчас смотрю, вся сияешь. Какими судьбами ты оказалась здесь, рассказывай!

– Ох, Катя, – спокойно выдохнула ее подруга, – Уже чувствую себя лучше, теперь буду реже ходить в сомнительные рестораны. А что насчет этого вечера, так мы с моим начальником должны были приехать сюда к нашим клиентам, хозяевам этого вечера, но он умчался с молодой любовницей на Мальдивы.

Во мне внезапно взыграло старомодное воспитание.

– Позвольте выразить сожаление, – мой голос неожиданно для меня самого приобрел металлические нотки. – Начальник, который пренебрегает своими же обязанностями и заставляет своих подчиненных прикрывать себя, да и ради чего?! Ради низменных утех! Он не вызывает у меня уважения как ваш начальник и как мужчина. Мужчина должен быть верен своему делу и своей женщине... единственной и любимой женщине.

Наступила тишина. Катя и Кристина с удивлением смотрели на меня. Затем Кристина звонко рассмеялась.

– Боже, Кать, ты где таких находишь? Это же исчезающий вид мужчины! Настоящий рыцарь! – Она обняла подругу за плечи. – Тебе крупно повезло с молодым человеком.

Я замер.

Катя издала звук средний между визгом и нервным смешком.

– Мы не... мы не встречаемся! – Выпалили мы с Катей хором, как нашкодившие школьники, пойманные за руку.

– Он просто мой коллега в больнице. – добавила Катя, ее щеки пылали как два спелых помидора.

– А я просто попросил свою коллегу помочь мне найти хорошую технику на один вечер, – поддержал я, чувствуя, как мой галстук давит мне на шею.

“Что за абсурд?”

– Ну, как скажите. Но, Катя, мой совет – не упускай такой экземпляр. Такие сейчас нарасхват.

– Благодарю за лестные слова, но вы упомянули, что Березовские-Величко ваши клиенты? – как бы просто из интереса спросил я.

– Да, мой босс их личный адвокат. Раньше он был более ответственным, просто сейчас кризис среднего возраста ударил, а так он бы никогда не стал личным адвокатом таких людей, как Березовские-Величко. Ой, ладно мне пора, надо поговорить кое с кем. Приятно было увидеться! – и Кристина поплыла от нас в сторону столовой, оставив нас в облаке ее дорогого парфюма.

Гости прибывали один за другим. Воздух наполнялся гулом голосов, звоном бокалов, ароматами парфюма и шампанского.

Моя работа началась. Я поднес видоискатель к глазу и приступил к съемке гостей. В объектив попала она, Галина Березовская-Величко, она беседовала с каким-то статным мужчиной. Ее улыбка была холодной и совершенной.

“Улыбайтесь, дорогие вампиры, скоро я буду вашим важным деловым партнером. Мой путь вампира-аристократа только начинается.”