Его одержимость-2. Будешь моей
Так, Джудит получала большие коробки шоколадных конфет, брендовые туфли с «большой земли», элитную косметику, которую не так-то просто было достать, и даже целые торты из мороженого, от вида которых сосало под ложечкой и выделялась слюна.
— Откуда ты знаешь, что я люблю мороженое? — спрашивала Джудит.
— Не знаю, просто предположила, — отмахивалась Лили.
Джудит была очень благодарна подруге за подарки, но нередко пыталась отказаться, потому что ей было очень неудобно.
— Я даже не знаю, где ты сейчас живешь, чтобы отблагодарить, — говорила Джу,погружая ложку в большую розу из мороженого, посыпанную тертым миндалем.
— Да так, мотаюсь туда-сюда, путешествую. Никогда не останавливаюсь на одном месте.
— Целых три года?
— Ну да. Так уж получилось, что я флористка. Фирма моего отца требует новых экземпляров в свою коллекцию. Вот, изучаю травки, пытаюсь добыть для него что-то новенькое. Собачек люблю. Но скоро путешествие закончится.
— Так жаль, что у тебя нет телепатии, — расстроенно отвечала Джудит. — Я бы пригласила тебя на Омегу, тут просто удивительное количество всяких растений. Нетронутая природа, теплый океан. Такой красоты ты не найдешь ни на одной колонизированной планете. Слушай, а, может, у нас получится встретится, когда я улечу в академию? Она на нейтральной территории, совсем недалеко от Баллу. Как тебе идея?
— Замечательная идея! — обрадовалась Лили. — Уверяю тебя, очень скоро мы обязательно увидимся…
— Пора бы уже, а то мы три года общаемся, и ни разу не встречались в реальности. Я понимаю, что Омега закрытая планета, но все равно как-то обидно, — Джудит переодела футболку, Лили внимательно за ней следила. Девушки так долго общались, что уже привыкли друг к другу и занимались повседневными делами, не стесняясь. — Ты так и не сказала, что будет в твоей следующей посылке.
— Хочу, чтобы был сюрприз, — улыбнулась широко Лили, обнажив крепкие белые зубы.
— Опять какое-нибудь непотребство? — Джудит изобразила картинное недовольство. Хотя обе девушки прекрасно знали, что ей нравятся ее подарки, просто Джу было стыдно в этом признаться.
— Почему же? Ты взрослая девушка, я, как лучшая подруга обязана научить тебя получать максимум удовольствия от жизни.
— Если честно, я даже тобой восхищаюсь, — без тени фальши сказала Джудит. — Ты такая… независимая, смелая. Я бы сама ни за что не решилась. Все это очень… смущает.
— Ты такая чистая, — странно улыбнулась Лили. — Понимаю, что тебе может быть не по себе, но нет ничего зазорного в том, чтобы понять, что хочет твое тело. Правда ведь?
— Ну да… просто мне не очень удобно об этом говорить.
— Ну мы же подруги, почему нет? — возразила Лили. — Я не перейду черту личных границ. Но подругам иногда нужно делиться милыми секретиками. Нашими, общими — только твоими и моими.
— А чего хочет твое тело? — спросила Джудит без задней мысли.
— То, чего оно хочет, далеко от меня.
— Разве у тебя никого нет? Не помню, чтобы ты когда-нибудь рассказывала о своем парне.
— У меня никого нет.
— Почему?
— Это долгая история, я тебе обязательно расскажу... потом. Когда у меня кто-нибудь появится, ты узнаешь об этом первая, даже не сомневайся, — улыбка Лили превратилась в хищную, но Джудит не замечала, она сложила учебные материалы на полку и принялась приводить в порядок вещи на столе.
На самом деле Лили была большая шалунья. Как-то ночью, под полной луной, подруги снова очень долго болтали, и она спросила, есть ли у нее парень. Джудит честно ответила, что нет. Лили это почему-то порадовало, но она сказала, что так не пойдет, и необходимо обязательно кое-что попробовать.
Через пару недель Джудит пришла посылка с целым ворохом игрушек для интимных забав. Когда девушка открыла ее, то покрылась краской с головы до ног.
— Что это? — спросила она Лили, стоя с крышкой в руках и таращась на какие-то предметы, которые ну очень неприлично выглядели.
— С этим тебе будет очень хорошо, — мягко ответила Лили. — Мы же подруги, и я тебе помогаю. Не волнуйся, здесь нет ничего, что повредило бы твою девственность. Нам же это ни к чему, правда?
— Эм… — Джудит правда была обескуражена. — А это что за штука? — она вытащила тонкие ниточки, похожие на паутинки.
— Имитация тактильных ощущений, — оживленно ответила Лили, наполнившись энтузиазмом.
— Тут кнопка какая-то...
— Она переключает режимы запоминания ощущений.
— Это как?
— Нейросеть изучает твои пиковые импульсы и анализирует предпочтения.
— Зачем?
— Чтобы учиться.
— Но ведь это... очень личная информация. А если данные куда-нибудь уплывут? Стыдоба-то какая.
— Не волнуйся, личный кабинет под надежным паролем, никто не сможет взломать аккаунт, — заверила ее Лили, — Твои предпочтения никто не узнает. Обещаю...
И следующие полчаса расписывала красной как рак Джудит, как и что следуют использовать, а также обязательную технику безопасности.
— Ну, это все не для меня, — демонстративно отмахнулась Джуди. — Ты же не обидишься, если я ничем не воспользуюсь?
— Ну конечно нет, — проворковала Лили. — Можешь даже выбросить, если тебе неловко. Просто хотелось сделать приятное, но, конечно же, решать тебе.
— Нет, наверное, всё-таки уберу в тумбу, — категорично ответила Джудит. — Но спасибо за заботу, я не хочу выглядеть, как будто совсем не благодарна. Хоть и не буду этим пользоваться.
Но сама, конечно же, пользовалась. Ровно так, как ей объясняла подруга. Лили так долго ее науськивала, что Джудит подумала — почему бы и нет? Попробую всего разок. Иногда она делала это под одеялом, но еще чаще в душе, под множеством направленных струй воды. Такой душ, кстати, ей тоже посоветовала Лили, и даже сама предоставила чертежи. Как объяснила девушка, она занимается растениями, и знает о поливке очень многое, если не сказать, что все, а о хорошем душе — и подавно.
Она же вызвала ремонтников, которые переделывали душевую специально для Джудит, хотя она очень долго отнекивалась от этого.
— Лил, ну это уже слишком, — упорство девушки Джудит просто поражало, — Ты делаешь для меня слишком много. Я не скажу, что это неприятно, просто мне кажется, не совсем правильно вот так...
— У тебя был очень депрессивный период, а хорошая водяная терапия отлично восстанавливает силы, — Лили просто не оставляла ей шансов. — Мы столько прошли вместе, нужно доводить дело до конца.
На самом деле Джудит могла сказать свое категоричное "нет", но не хотела расстраивать подругу. Она по жизни была довольно настойчивой, и если захочет что-то, обязательно сделает. Порой было проще не мешать, чем вставать у нее на пути. Люди с такими характерами бывают, Джудит это знала, потому что сама отчасти была такой. Так что поняла Лили и на этот раз уступила.
— Ладно, но это в последний раз, — сказала Джу, — Я могу принять маленькие безделушки, но подарки такого масштаба больше ни-ни. Личная проектировка, ремонт… я не могу тебе вернуть все затраченные ресурсы.
— Обещаю, больше никаких душевых, — рассмеялась Лили. — Это мой подарок тебе на двадцатилетие, какие такие затраченные ресурсы? Ерунда. Неужели я не могу порадовать свою подругу?
— Ох, Лили, ты неисправима...
— Осчастливь отчаянную путешественницу, авантюристку и просто доброжелательную даму, — щурилась хитро Лили, — Да, я бываю невыносима... но мне приятно делать подарки людям, которые мне нравятся, — улыбалась Лили самой замечательной улыбкой на свете.
В такие моменты Джудит сразу смягчалась, и благодарила ее, ведь душ действительно оказался великолепным. Тело расслаблялась, струи воды массировали кожу, и Джу часто ласкала себя, мечтая, что ее ласкает любимый мужчина. Она не знала, кем он будет, но почему-то неизменно представляла мокрые пряди волос, распластавшиеся по бледной спине и сильные, длинные пальцы у себя на талии.
Не Элайзу.
Это потому, что ей нравятся плохие парни, сразу смекнула Джудит. Это нормально, девушки в ее возрасте всегда увлекаются подобными типажами. Главное, что она осознает это, и ни в коем случае не попадется в собственную же ловушку. Элайза гораздо лучше.
О своих фантазиях, и тем более шалостях она никому не рассказывала, даже Лили, оставив себе единственный маленький секретик.
В конце концов, кто может узнать? В душе она может делать все, что угодно, ничего не стесняясь.
Ведь ее никто не увидит.
— Ну, раз так, и тебе не трудно, то я спокойна, — облегченно говорила Джудит. — Но, думаю, скоро мне придется отказаться от твоих сюрпризов. У меня вот-вот появится парень, и я бы не хотела, чтобы у него возникли вопросы, откуда у меня все эти подарки. Надеюсь, ты меня поймешь. Элайза снова пригласил меня на свидание.
— Да уж, какой упорный малый, — скрипнула зубами Лили. — Он что, еще не свалил?
— Почему он тебе так не нравится? — удивилась Джудит. — Элайза хороший парень. Мама сказала, он мне очень подходит.
Лили даже опешила.
— Ах, мама сказала… — задумчиво и немного напряженно ответила она, — Не думала, что мама… вернее, Виктория так разбирается в парнях.
— Она пси-психолог, видит, когда у человека серьезные намерения. Мне кажется, у Элайзы именно такие. Он не испугался моего проклятья.
— Отчаянный парень. Я бы даже сказала, самоубийственно отчаянный…
— Ну хватит, чего ты так на него бросаешься? И вообще, Виктория права.
— Не нужно слушать мам, они могут дать дурной совет, — возражала напряженно Лили, — Или воткнуть нож в спину...
— Ты о чем?
— Просто все люди ошибаются.
— Не в этот раз. Элайза соответствует всем моим требованиям. Он образованный, добрый, умный и с нем есть, о чем поговорить, — отвечала Джудит, беря из шкафа полотенце, — Мне очень важно, чтобы с человеком было о чем поговорить. А то бывает, вроде красивый, а в голове ноль мыслей.
— С ним все равно не поболтаешь, как со мной.
— Ты девушка, а мне нужен мужчина. Любящий, внимательный. Милый. Элайза очень милый. Правда, осторожный очень. Мне кажется, он не раз обжигался в отношениях, поэтому сейчас очень придирчивый к девушкам.
— Хочешь отбиваться от его бывших?
— Фу, какая гадость. Не наговаривай на него. Сегодня ты какая-то вредная.
— Ты что, его любишь?
— Нет, но все же… вдруг полюблю.
— Если до сих пор не полюбила, значит, не полюбишь уже.
— Откуда ты знаешь? Может, полюблю. Главное же взаимопонимание, а не страсть или постель. Элайза, думаю, тоже понимает и поэтому не спешит, это прибавляет ему очков.
— Правда? Ты действительно так думаешь? Почему раньше не сказала? — Лили встала, казалось, она расстроилась. — Ты же говорила, что мечтаешь о прикосновениях.
— Ну да, но в них нет смысла, если не любишь. Бабушка всегда говорила, что на шаткой постели дом не построишь — не тот фундамент. Знаешь, я с ней согласна. А разве это для тебя так важно? — удивилась Джудит.
— Важно.
— Ну вот, теперь ты знаешь, — Джудит повертелась около зеркала и улыбнулась своему отражению. — А как у тебя день прошел?
— Как обычно — напряженно, — вздохнула Лили, поправив строгий брючный костюм, — Пришлось мотаться то тут, то там… было очень жарко. Такое ощущение, что буквально попала в вулкан.
— Ужасно, я так стремилась поделиться своей радостью, что совсем забыла, что у тебя сейчас трудный период на работе. Прости.
— Ерунда, — ответила Лили, счастливо улыбаясь, — Еще успеешь наслушаться о том, как у меня дела.
— Надеюсь, что в реальности!
— Я тоже очень на это надеюсь... — там, позади голограммы, что-то пискнуло. Лили посмотрела на свой браслет и нахмурились. — Видимо, мне пора идти. Так жаль...
— Опять работа? — расстроенно спросила Джудит.
— Да... возникли непредвиденные обстоятельства. Нужно найти один редкий цветок.
— Сильно редкий?
— Очень. Можно сказать, по-императорски роскошный, но, скорее всего, ядовитый...
— Ладно тогда, раз уж так... я пойду, схожу в душ, — ответила Джудит, — Нужно готовиться к третьему курсу. Говорят, первые месяцы самые сложные.
— Только не забудь мыло, которое я тебе прислала.
— О, от него просто великолепно пахнет лавандой, — улыбалась Джудит.
Когда Лили отключилась, Джудит зашла в душ и стала настраивать потоки воды. Тонкие струйки защекотали кожу с разных направлений, девушка раскраснелась, предвкушая игры, о которых ни за что никому не расскажет.
Внезапно что-то в душевой кабинке щелкнуло. Джудит огляделась, силясь увидеть, что могло издать такой странный звук. Хм… ничего, вроде, не треснуло, все на месте. Наверное, что-то упало в комнате, только и всего.
Или ей вовсе показалось.
Глава 5. Новое задание
Рейс до Омеги был запланирован на завтра, а до этого времени Кассариона успели вызвать в штаб сразу же, как он вернулся на Баллу. Это его не удивило, хотя раньше не беспокоили после длительных командировок, и давали отдохнуть, довольствуясь развернутым отчетом по электронке.
Сейчас была совсем другая ситуация.
За окном высились горы, ослепительно-яркий свет заливал помещение, отражаясь от снежных шапок вершин.
Кабинет, хоть и довольно просторный, был забит до отказа. У начальника Алаиды собрались все сотрудники внутреннего отдела безопасности в звании, начиная с капитанского. Признаться, было довольно тесновато. Собрание проходило в закрытом режиме, не задействуя даже стандартную переговорную. Алаида опасался, что в отделе могут быть «кроты». Учитывая, что заговор исходил от высших чинов, имевших аристократические корни, его осторожность была вполне разумна.
Одиннадцать кресел кое-как умещались полукругом перед столом начальника. Их занимали самые эффективные работники, которым Алаида доверял, как самому себе. Кассарион стоял у двери, облокотившись плечом о стену и сложив руки на груди.
В воздухе витало напряжение.
— Итак, что мы имеем, — Алаида, высокий худощавый мужчина с явной залысиной, отмечал пункты на интерактивной доске. — Императрица больна, поэтому у Баллу сейчас тяжелые времена. Но худшее тут другое. Иногда по ночам Амаранта бредит во сне, и вот что интересно… она несколько раз проговорилась, что Лия Индеверин, ее родная племянница, жива. А еще она попросила, чтобы позаботились о ее детях. Как вам такое? Император не хотел верить в предательство жены, но данные Кассариона вынудили его потревожить императорскую крипту и сделать ДНК-тест умершей девушки. В крипте захоронена ни Лия. И что это значит?
В отчет — молчание. Потому что это был не вопрос, а риторическое утверждение.
— А означает это, что на наши головы свалилась огромная проблема, — ответил за себя Алаида. — И у этой конкретной проблемы есть имя — Лия Индеверин. Она предвестник революции. Заговорщики хотят посадить племянницу императора на трон, или ее детей… не знаю, до кого они смогут дотянуться. Но я очень надеюсь, что ни до кого. Мы должны найти их первыми.
— И как нам это сделать? — развел руками широколицый Малане, сидя прямо в кресле. — Лию можно было найти по горячим следам, но прошло уже двадцать два года. Они могут быть где угодно. Потребуется много времени, а у нас его нет.
— Правильно говоришь, — пробасил Алаида. — У предателей фора. Если они узнали об этом первыми, значит, во дворце есть крыса. Никому нельзя доверять.
— Нейросеть сделала обстоятельный анализ, — сказал Турина, имевший звание майора. — Возможный ареал поиска — от войда Волопаса до планеты Кассини. Это две трети зоны обитаемости. Иголку в стоге сена и то найти проще.
— Нужно получить данные со всех камер, со всех ДНК-терминалов Империи, записи врачей, архивы прибытия пилигримов. Должно что-то всплыть, — сказал Алаида. — ДНК-метки императорской семьи у нас есть.
— Если императрица помогла бежать своей племяннице, они первым делом учли ДНК-метки и подделали их, — пояснил Кассарион, разглядывая свои коротко стриженные ногти. — Если беглецы и посещали врачей, то частных. Они не разглашают подобные анализы и сразу удаляют данные после окончания лечения по просьбе заявителя. Для восстановления удаленных данных нужны ордера. Сколько частных клиник во вселенной? Это миллионы заявлений, мы просто потонем в бюрократии и ничего не добьемся.
— Разумно, — ответил, кивнув, Алаида, — Но нам нужно проработать все варианты, так что если понадобится, сделаем.
— Они не на Бартоломея, не у войда Волопаса, и точно не на Кассини, — вдруг сказал Кассарион. — Они либо на Омеге, либо на Земле.
— Почему ты так решил? — хмуро спросил Алаида.
— Если у Лии имеются дети, а по данным Императрицы так и есть, то, скорее всего, беглецы будут бояться лишний раз светиться с ложными ДНК метками. Дети для них — это дополнительная обуза. Все несоответствия ДНК родителей и детей отсылаются в органы опеки отдельной строкой.
— Кассарион прав, — сложив руки на полном животе, сказал Турина. — Дети — большой риск.
— К тому же, они часто болеют, — продолжил Кассарион. — На любой станции, в любой начинающей колонии ребенок может внезапно простудится, поперхнуться… его отведут к врачу и загрузят данные без ведома родителей. Светиться таким образом — большая глупость. А телохранитель Лии, по всем данным, был выбран из тысяч претендентов. Наверняка, ее любовник был очень умным малым. Он не допустил бы такого промаха.
— У нейросети нет ментального портрета Саймона Пристли, — ответил Алаида. — Его уничтожила Императрица вместе со всеми его данными.
— В этом и заключается пробел, — ответил Кассарион. — Она выдает нам расширенный ареал в две трети вселенной. Только потому, что перестраховывается и считает Саймона по умолчанию тупым. Он не тупой. Он прекрасно знал, что ДНК терминалы натыканы по всем станциям.
— Продолжай.
— В товремя на Кронос им ходу не было — Лия принцесса, а Баллу враг Кроноса. То же самое касается Вайноны и Велены. На Бартоломея строгий учет биометрики из-за ядовитого растения, разрушающего внутренние органы. Ложные ДНК-метки могли убить — если они отравятся, их бы не спасли. А вот на Земле есть места, где по законам власти не имеют права вмешиваться в частную жизнь людей. Это хороший вариант для побега. Как и Омега. На Омеге даже удобней.
— Почему? — Алайна задумчиво свел брови.
— У Лии была телепатия, им нужно было получить пропуск всего один раз. Закрытая планета, перебои со связью, но при этом довольно комфортные условия. Можно затеряться, и при этом не числиться ни в каких отчетных данных. Более того, при большом желании там можно подделать все, что угодно. Я вырос на Омеге. Информация там обновляется раз в несколько лет. И то, если повезет. Так что шанс найти подлог невелик, если работу выполняет профессионал. Да, Омега — идеальный вариант.
— А ты же в отпуск домой летишь, так? — с подозрительным напутствием спросил Алайна, и Кассарион понял, что инициатива наказуема.
— Допустим, — со вздохом сказал он.
— Думаю, твоя теория похожа на правду. Если найдешь что-нибудь, сообщишь, я вышлю оперативную группу. Хотя твой отец уже там, уверен, вы вдвоем прекрасно справитесь. Не хотелось бы, чтобы кто-то узнал об операции. Нельзя спугнуть добычу и оповестить противника о том, что мы знаем, где находится принцесса. Полетишь под видом отпуска к себе домой. Отца я твоего предупрежу, пусть детективный отдел подключит его к тебе.
— А отпуск?
— Отпуск будет после отпуска.
— Так точно, — со вздохом ответил Кассарион.
И кто его за язык тянул?
С другой стороны, грядет революция, и ни его выгорание, ни срочные личные дела не остановят запущенный маховик. Надвигалась опасность. Кассариону это не нравилось.
Он был верен Империи, верен Императору, и сделает все, чтобы обезопасить режим от свержения.
Когда Кассарион прилетел на Баллу, он был растерян, разбит, почти сломлен… Империя дала ему цель. Мужчина чувствовал, что защита планеты придает смысл его жизни. И он не собирался оступаться от своих убеждений.
Иначе что от него останется?
Если нужно найти принцессу — он ее найдет.
Спускаясь по мраморным ступеням, Кассарион полной грудью вдыхал морозный воздух, ласкающий его легкие. С высоты восьмиста метров Баллу выглядела особенно красивой. Воздух здесь казался невероятно чистым, резким, сверкающим. Здание управления теснилось на крутых склонах горы Альберта, словно гнездо из стали и нано-стекла.
В случае наступления противника оно должно было выполнять функцию крепости. У подножия развернулся небольшой городок Скоэл. Маленькие аккуратные дома, словно мелкие жемчужинки, обнимали большое озеро, прозрачное, словно хрусталь. Действительно, отсюда открывались чудесные виды. Правда, Кассариону было не до них.
— Касс, вот ты где. Даже не заглянул на дорожку, — Аксиом догнал его на ступеньках, — Даша о тебе спрашивала, а ты с корабля и сразу на «бал». Что говорит Алаида?
— Дела плохи, — ответил Кассарион, натягивая перчатки на руки.
— Понятно, — хмуро ответил Аксиом. — Ладно, не рассказывай. Прочитаю отчеты, когда дойдет до нашего отдела. Неспроста эскадры приводят в боевую готовность. Поговаривают, предатели собирают телепатов для атаки.
— Час от часу не легче.
— Они ударят в самый неподходящий момент, ты же знаешь, как это бывает, — заметил Аксиом. — Вопрос только где и когда. На Кроносе собирают армию в помощь предателям короны. Нужно был готовым ко всему. Если намечается покушение на Императора, скоро мы об этом узнаем. Все упирается в наследников трона. Будь уж добр, постарайся их найти.
— Не от одного меня это зависит, — справедливо заметил Кассарион. — Слишком поздно мы обо всем узнали. Сдается мне, кто-то очень тщательно подчистил информацию, какой-то профессионал. И это не Императрица.
— Почему ты так решил? — Они с Аксиомом принялись пускаться со ступенек к личным джетам, стоявшем на платформе у отвесной скалы.
— Ни одного следа за двадцать с лишним лет. Тебе не кажется это странным?
— Ну… я не ищейка, ты мне скажи.
— Императрица не могла следить за каждым шагом племянницы. Она слишком далеко. Омега закрытая планета, опасность раскрыть карты, опять же… в бреду она просила позаботиться о племяннице, значит, она за нее волнуется. А почему она волнуется?
Аксиом пожал плечами.
— Потому что не знает, как у нее дела, — пояснил Кассарион. — Видимо, в какой-то момент связь между ними оборвалась. Если бы к ней был приставлен верный человек, она была бы спокойна. Вот в чем дело.
— Аааа… — протянул Аксиом.
— Но в то же время информации о Лии нет. Вообще никакой. Значит, кто-то знает, что принцесса жива и потирает информацию о ней, будучи рядом. Но это не человек Императрицы. Иногда отсутствие следов — самый яркий след, — задумчиво хмыкнул Кассарион. — Такой человек должен иметь доступ к данным военных баз планеты. Все это очень странно… пфф, ладно, разберёмся.
— Погоди, — остановил его Аксиом, когда Кассарион уже хотел взойти на свой персональный джет. Стильным, быстрый, оснащенный по последнему слову техники, он сверкал сталью в ослепительных лучах солнца. Мужчина любил крутые джеты больше, чем крутые тачки, или даже мотоциклы. — Пока ты не улетел, нужно удалить ряд вопросов. Тебе же не нужен больше мой нейро-аватар, чтобы улаживать дела?
— Нет, не нужен. Теперь Брайан знает, что я жив. Оказалось, ему помогал не добрый дядюшка по просьбе его покойного «племянника», а сам Кассарион. Я общаюсь с ним напрямую. Он сильно удивился, но быстро привык. Рад мне.
— Хорошо, а как насчет Лили? Жена начала кое-что подозревать. Если она проверит сервера, сразу спросит, что находится за секретным паролем. И зачем мне нужен нейроаватар высокой женщины с короткой причёской, — покачал головой Аксиом. — Мне здорово попадает. Она снова будет госпожой, а я этого не хочу. В этот раз моя очередь быть главным.
— Мне пока нужна Лили, — нахмурился Кассарион, глядя на острые пики гор. Подул холодный горный ветер, мужчина застегнул кожаную куртку прямо до горла. — Переносить аватар на другой сервер рискованно, это очень хрупкая технология. Лили может потерять часть мимики, настойки голоса, естественность движений…
— Ты собираешься ей рассказать?
— Джу? — спросил Кассарион. — Знаешь, правда бывает болезненной…
— Она переживет, я уверен, — ответил Аксиом.
— А я не про нее говорю… она может быть болезненной для меня. У Джу довольно сильный характер. Последствия я бы не хотел испытывать на своей шкуре. Потом солью Лили куда-нибудь… найду ей парня, семью. Джудит не станет переживать, потому что будет уже со мной. Просто порадуется за подругу, и все на этом.
— Это не единственный вопрос, — Аксиом смотрел хмуро. — Доктор Грэм сказал, что ты просил выписать ему стабилизирующие таблетки.
— Это было давно, — ответил Кассарион раздраженно, — Я уже завязал.
— Уверен? В свое время я помог тебе в кое-каких навыках, но это не значит, что следует гробить свое здоровье. Таблетки придумали для подавления лютэн-энергии пары, чтобы зачать в случае гибели одного из супругов, а не…