Любимая человечка для лорда дракона

Шорох вскрываемой бумаги прозвучал неестественно громко.

Роланд развернул послание. Его взгляд пробежал по строчкам, и широкие плечи мгновенно напряглись. Глядя на потемневшее лицо мужа, я тоже невольно подобралась.

Он бросил пергамент на стол. Бумага скользнула по полированному дереву с сухим шуршанием.

— Приглашение на Большой Зимний бал, — голос Роланда прозвучал низко, с едва уловимой металлической хрипотцой. — Глава рода Торн собирает всю верхушку лордов. И половину столичной элиты.

Он поднял глаза. Золотая радужка вокруг узкого вертикального зрачка потемнела.

— Мы обязаны присутствовать, Эли. Политика рода не терпит пропусков таких приемов.

Холодный сквозняк скользнул по лодыжкам. В животе неприятно потянуло. Я перевела взгляд на кремовый пергамент с золотым тиснением.

Я поднялась с кресла, подошла к мужу и опустила ладони на его напряженные плечи.

— Семья Вейн тоже будет там?

Мой голос прозвучал ровно.

Роланд накрыл мою кисть своей ладонью. Его пальцы были жесткими и горячими.

— Да. Вейн — один из ключевых союзников. Ранесса будет сопровождать брата.

Я лишь спокойно кивнула.

— Хорошо.

Бал был назначен на конец недели. Оставшиеся дни превратились в тягучее, нервное ожидание.

Сборы в день приема заняли весь вечер.

В этот раз я намеренно заказала наряд в стиле высших драконесс. Никакой человеческой скромности. Глубокий вырез, обнаженные плечи и жесткий силуэт. Служанки стянули корсаж темно-зеленого бархатного платья так туго, что нижние ребра отозвались тупой болью. Золотая нить вышивки жестко царапала кожу на запястьях. Ткань была тяжелой, она струилась по ногам, заставляя держать спину неестественно прямо.

Я спускалась по широкой мраморной лестнице. Роланд ждал внизу. На нем был парадный черный камзол с гербом рода на воротнике. Серебряные пуговицы тускло поблескивали в свете.

Он поднял голову и шагнул навстречу. Его горячие ладони легли на мою талию, и жар мгновенно пробил плотный бархат корсажа.

— Безупречна, — выдохнул он мне прямо в губы.

Поездка в экипаже прошла в молчании. Колеса мерно стучали по брусчатке. Роланд не отпускал мою руку всю дорогу. Его большой палец медленно, ритмично поглаживал костяшки моих пальцев. Этот простой жест был единственным якорем, не дающим провалиться в липкую панику перед клубком змей, куда мне предстояло явиться.

Поместье лорда Торна встретило нас оглушающим шумом еще на подъездной аллее.

А когда мы шагнули в бальный зал, меня едва не сбила с ног плотная стена звука. Холодный магический свет резал глаза. Воздух гудел от сотен голосов, звона хрусталя и струнной музыки, смешиваясь с удушливыми ароматами тяжелых парфюмов.

Роланд уверенно повел меня сквозь толпу. Смех и разговоры вокруг нас мгновенно стихали. Десятки голов поворачивались в нашу сторону.

Из толпы вынырнул сам хозяин вечера — тучный лорд Торн, под руку со своей высокой, надменной супругой.

— Роланд! Рад, что ты принял приглашение, — пробасил Торн, крепко пожимая руку моему мужу. Затем его взгляд скользнул по мне, задержавшись на глубоком вырезе платья. — И леди Крам. Весьма... смелый выбор наряда для человеческой женщины.

— Это родовые цвета моей семьи, Торн, — голос Роланда прозвучал холодно, как удар стали о камень. Давление его ладони на моей пояснице стало жестче. — Моей жене они идут безупречно.

Супруга Торна прикрыла нижнюю часть лица расшитым веером, скрывая снисходительную усмешку.

— Разумеется, лорд Крам, — пропела она. — Просто тяжелый бархат требует определенной... стати. Надеюсь, леди Элиара не устанет слишком быстро в нашем обществе.

— Не беспокойтесь, леди Торн, — я растянула губы в вежливой улыбке, глядя прямо в ее желтые глаза. — Я гораздо выносливее, чем кажусь на первый взгляд. И быстро учусь.

Драконесса раздраженно дернула веером.

Роланд не стал дожидаться ее ответа. Он вежливо, но скупо кивнул хозяевам и увел меня дальше, вглубь сияющего зала.

Мы медленно продвигались сквозь плотную толпу аристократов. Слуга в темной ливрее вынырнул сбоку, с поклоном протягивая серебряный поднос. Роланд взял для меня высокий хрустальный бокал, наполненный искрящимся фруктовым нектаром. Холодный хрусталь приятно остудил мои вспотевшие от напряжения пальцы. Я сделала крошечный глоток. Сладкий, с легкой кислинкой вкус немного смягчил сухость в горле.

— Держишься идеально, — негромко произнес муж, склонившись к моему уху. Его дыхание горячо мазнуло по коже, прогоняя озноб. — Еще пара обязательных приветствий, и я заберу тебя на террасу. Здесь слишком душно.

К нам тут же приблизилась группа лордов в парадных мундирах. Лорды почтительно склонили головы, приветствуя равного. Роланда мгновенно втянули в короткий, рубленый разговор о снабжении северных гарнизонов и патрулировании границ.

Я сделала полшага назад, позволяя мужу вести политические дела, и осталась стоять за его широкой спиной, словно за каменной стеной.

Магический свет огромных люстр играл на гранях моего бокала. Густой гул сотен голосов давил на виски.

— Вы только посмотрите на ее платье, — внезапно донесся до меня приглушенный женский шепот из-за соседней мраморной колонны.

Я инстинктивно напрягла спину. Пальцы крепче сжали стекло.

— Какая нелепая попытка подражать нам, — фыркнула вторая невидимая собеседница. — Тяжелый бархат, открытые плечи. Человеческое тело выглядит в этом слишком... хрупким. Словно сухая ветка в дорогой обертке.

— Лорд Крам всегда предпочитал сильных женщин. Ярая кровь, огонь, стать, — в первом голосе прозвучала откровенная, ленивая насмешка. — Сколько она продержится, прежде чем он сорвется от скуки?

— Ставлю на месяц. Зиму эта моль точно не переживет. Слишком блеклая. Слишком слабая для его Зверя.

Мои челюсти сжались до боли. Пальцы впились в ножку бокала с такой силой, что хрусталь опасно скрипнул. Сердце заколотилось о ребра тугими, тяжелыми ударами, отдаваясь пульсацией в горле. Желудок скрутило спазмом.

Они били точно в цель. По самым уязвимым местам. По моим собственным, тщательно скрываемым страхам, которые терзали меня бессонными ночами.

Роланд, уловив мой острый эмоциональный всплеск, резко оборвал разговор с генералами на полуслове. Он обернулся. Его широкие плечи напряглись, а взгляд тяжело, с убийственной холодностью ударил в сторону колонны, за которой прятались сплетницы. Воздух вокруг него мгновенно потяжелел, заискрив от рвущейся наружу магии.