Землянка для неправильного хармита.

Глава 8.

Я шла по звукопоглощающему покрытию коридора, сверяясь с картой, что нашла на планшете. Мне надо дойти по этому коридору до лифта и подняться на самый верхний уровень. И там сбоку можно зайти в смотровой купол. Я там никогда не была, но чисто теоретически понимаю, что это и для чего, да и пояснения в планшете прочитала. Меня остановили голоса, и я замерла, так и не повернув за угол.

– Мне кажется, не стоит идти к нему. Он мне не нравится, – я присела и осторожно выглянула из-за угла. У кабинета Константина Леонидовича спорят две детдомовские сестренки-блондинки. Кто из них кто, я не поняла, потому что лишь на секунду взглянула и продолжила подслушивать.

– Нравится не нравится, тебе ж его не варить, – одергивает сестру вторая.

– Стучать и шпионить не хорошо, – спорит первая. – В детдоме сама меня этому учила, – а эта, по ходу, та, что спокойная и, как я посчитала, затюканная, а она вон какая принципиальная оказалась.

– Здесь не детдом. Мы здесь не стучим и не шпионим, – в голосе сестры слышно раздражение, – мы выполняем миссию планетарного масштаба. Забыла, что нам говорили? Так я напомню! Мы должны подорвать врага изнутри.

– Ну, они вроде ж не враги, – а вот слышно сомнение в голосе Миры. – Они вежливые, обходительные, условия нам создали. Вот Мария рассказывает про мужей своих. Ты же видела, как он вокруг нее увивается.

– Ага, друзья хвостатые, – слова Киры сочатся сарказмом и злостью и на хармитов, и даже на сестру. – Прекрати сомневаться. Сейчас просто расскажем послу, что рыжая с этой Марией шушукались и все.

– А может, не надо? – просит первая сестра. – Они вроде обе хорошие.

– Слушай, просто стой и молчи. Я все сама расскажу, – шипит Кира на сестру. – Ты же хочешь после этого всего жить спокойно в своем доме и в ус не дуть?

– О, я смотрю, вам мозги-то промыли знатно, – наличие третьего голоса меня удивило. Я снова выглянула и мысленно присвистнула. Оказывается, не только я тут подслушиваю, но и Автора тоже. – Если уж вы думаете о планете, то подумайте, что с ней станет, когда вас рассекретят.

– Если ты не расскажешь никому, то и не рассекретят, – огрызается Кира. Я четко различила в ее голосе нотки страха. Как бы они тут этой рыжей не накостыляли с перепугу. Тогда и мне придется рассекречиваться и заступаться за рыжуху, а в рукопашную лезть не очень-то и хочется.

– Да конечно! – Аврора тоже зла, но она, в отличие от этих двух тупых куриц, думает не тем местом, на котором сидит. – А то у них здесь нигде нет камер и прослушки. И о вашем гениальном плане никто не узнает, когда это все просмотрит.

– И что делать? Прислуживать и пресмыкаться перед этими хвостатыми? – слышны какие-то шевеления, а голос бойкой сестренки звенит. Я снова выглянула из-за угла, но вроде драки еще нет, а значит, можно просто побыть сторонним наблюдателем. А насчет камер, это, конечно, она молодец, что сказала, а то я про них забываю. Будет неловко, если кто-то просмотрит их и увидит, как я подслушиваю, периодически выглядывая, чтобы проверить обстановку.

– Ну, не прислуживай и не пресмыкайся, – голос Авроры спокоен, и я даже кивнула, соглашаясь с ней. Какой-то юношеский максимализм у этих двух девчонок.

– В смысле? – видимо, такой ответ ошарашил боевую сестричку.

– Кто тебя это все заставляет делать? Бананы из ушей доставать-то надо было, когда рассказывали все на инструктаже! – а здесь, кажется, и рыжую уже разозлили своей глупостью непроходимой. Эта дура блондинистая хочет всех нас под монастырь подвести. Облажается одна, а в расход пустят всех. Не думаю, что они тут миндальничать будут и выбирать, кто из нашей группы диверсантка, а кто нет. Хотя, может, за Аврору ее хармиты успеют заступиться, а за остальных заступиться будет некому.

– Это тебе терять нечего, кроме своей жизни. А тебя прихлопнут, будь уверена, как только не нужна станешь. Для правительства ты пустое место, и они открестятся от тебя, если своими же руками не укокошат. А у меня на Земле отец и мать остались. Не хочу, чтоб из-за такой дуры, как ты, они пострадали.

– Значит, раздвинешь ноги перед этими?! – Кира чуть ли не кричит на Аврору.

– Девочки, девочки, перестаньте, – а это уже Мира решила вмешаться. Видимо, там страсти накалились до бела.

– Что здесь происходит? – я даже закатила глаза к небу. Вот только этого там и не хватало. Хотя чего я ожидала? Они так орали у Константина Леонидовича под дверью, что не удивительно, что он появился на арене.

– Ничего, – шипит Аврора.

– Вы как разговариваете? – дипломата оскорбил тон девушки. Вот он как взвился-то! – Быстро объяснили, в чем дело! – уверена, он сейчас детдомовских прогнуть попытается, раз рыжая ему сразу отпор дала.

– Девочки просто поспорили, – мямлит Мира.

– Это я как раз таки понял, что поспорили. У меня вопрос: из-за чего? – повисает молчание. – Все трое ко мне в каюту. Быстро!

Я постояла еще какое-то время в коридоре, но больше ничего примечательного не увидела и не услышала. И отправилась туда, куда шла. Выходит, эти две сестренки из детского дома работают на посла, а тот, в свою очередь, и есть главный диверсант. Вот это я, конечно, влипла. Не знаю, что он им пообещал, но рыжая вмешалась вовремя.

Самая большая проблема в том, что я должна самостоятельно принимать все решения и действовать на свой страх и риск. Дело в том, что связи ни с генералом, ни с кем-то еще с Земли у меня не было. Я получила инструкции и, именно опираясь на них, должна была сама решать, что делать. А я очень не хотела ничего решать. Вот что я могу, к примеру, сделать этим двум девчонкам? Ну не убить же их, в самом деле? Хотя в полученных мною инструкциях были и подобного рода указания в случае крайней необходимости.

Мне надо за ними следить и опередить, если они совершат какую-нибудь диверсию или еще что-то. Но как? Как следить на космическом корабле? Я же не невидимка, в конце-то концов. Они меня раскусят сразу же, и в этом не будет ничего удивительного. Я сломала себе всю голову и совсем позабыла, что в смотровом куполе хотела найти Вирсиса.

– Ой! – мое удивление было натуральным. – Я не думала, что здесь кто-то есть.

– Я уже ухожу, – отвечает мужчина, но не двигается с места. Он словно всматривается в меня, силясь что-то увидеть, одному ему известное.

– Нет-нет, – я затараторила. – Составьте мне компанию?

– Я… – розововолосый запнулся. – Мне…

– Вам не нужно никуда идти, – я улыбнулась и сделала шаг к мужчине. – Занятия на сегодня завершены.

– У меня есть и другие обязательства, – отвечает хармит, а его хвост нервно подергивается у ноги. Мужчина напряжен и ждет от меня действий, а я не узнаю себя. Я хочу соблазнить этого хармита. Откуда во мне это все? Он как-то странно действует на меня, и я хочу разобраться с этим!

– Какие? – и я делаю шаг вперед к мужчине.

– Кристина, – он произносит мое имя так, что у меня мурашки по коже бегут. – Ты не все знаешь о хармитах.

– Как и любая землянка, – дыхание сбивается, и я дышу чаще. – Мы ничего не знаем о хармитах.

– Ты не понимаешь, – Вирсис делает шаг назад, и мы оба понимаем, что я практически загнала его в угол. – Я другой. Я не истинный хармит. Связь со мной ничего тебе не даст.

– А связь всегда должна что-то давать? – я делаю еще шаг и оказываюсь на расстоянии вытянутой руки от мужчины. Рука ложится ему на грудь, и я слышу, как заполошно бьется его сердце.

– Я не смогу защитить тебя, – а вот этот момент, видимо, больше всего беспокоит розововолосого. – Хармит – это хищник-самец, который должен защитить свою самку.

– Кто вбил тебе в голову эту ерунду? – я нахмурилась и смотрю недовольно на мужчину. – В мире полно обстоятельств, когда даже альфа-самец не в силах защитить свою пару, – намеренно не сказала слово «самку». Очень уж оно мне не нравится.

– Во мне должен пробудиться зверь, – продолжает спорить мужчина. И я делаю то, чего не ожидал не только хармит, но и я сама. Я прижимаюсь к нему и целую, обвив руками шею. Мужчина сперва растерялся от моего напора, но мгновение спустя меня практически впечатывают в крепкое тело, а в живот мне упирается мужское возбуждение. Не знаю насчет зверя, а кое-что другое в нем точно пробудилось.

– Ты само искушение, – шепчет мужчина мне в губы. – Соблазн, с которым я должен бороться, – и мужчина отстраняется меня от себя. – Такого больше не должно повториться, – строго говорит хармит, а я вижу, что его черты лица изменились. Они стали точь-в-точь как у Максуса, когда он защищал Марию. Кажется, это и есть то самое пробуждение зверя, о котором он говорил.

– Но почему ты отказываешься от того, что я сама тебе предлагаю? – мне стало обидно оттого, что меня отвергли. Хотелось сделать что-то назло, наперекор. Я видела, что нравлюсь хармиту. С первой нашей встречи, как только его представили, видела, каким глазами он на меня смотрел. – Я тебе нравлюсь, и отрицать это глупо. У меня тоже есть глаза.

– Не всегда мы можем делать то, что мы хотим, – отвечает хармит и словно сбегает из смотровой кабины. Я же, расстроенная, со всего размаху плюхнулась на сиденье и задрала голову вверх,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.