Кофейня для разведёнки, или Неправильная истинная
— Выгляжу как потерянная в детстве сестра Гарри Поттера, — буркнула я, глядя в зеркало.
Ну и ладно. Это всё решаемо. Как говорится, живы будем — не помрём. А вот то, что мне за год нужно где-то сотню золотых раздобыть, уже удручало.
С этими мыслями я села за стол и начала продумывать дальнейший план действий. Хотела сочинить письмо, но потом решила, что предупреждать потенциального врага — не самая лучшая идея.
Пролистала страницы моей замечательной книги с записями Вивьен. А ещё кое-как, но изучила местное законодательство. Оно оказалось достаточно лояльным.
Положение женщин было значительно лучше, чем в моём родном мире на том же уровне развития. Здесь, по крайней мере, девушки могли наследовать, могли самостоятельно вести дела, могли открыть своё дело.
В общем, мне нравился этот мир. Было бы неприятно зависеть от какого-то мужчины. Тем более в моём положении. А так можно было смело начинать качать права. Благо они у меня были…
— Вивьен Гринвальд к мистеру Годфри Финчу, — важно сказала я пареньку, который подлетел ко мне, стоило переступить порог юридической фирмы.
Разместился поверенный моей семьи в красивом и даже слегка помпезном здании. Создавалось впечатление, словно этот господин обслуживает только сливки общества.
— Эм… Вам назначено?
— Нет. Но вы не переживайте, молодой человек, мистер Финч наверняка будет очень рад меня видеть, — улыбнулась я.
Наверное, улыбка вышла слегка людоедской, потому что парнишка испугался и побежал докладывать.
Очень скоро я сидела в удобном кресле с кружкой ароматного чая в руках и слушала оправдания Финча, попутно листая завещание моих родителей.
— Понимаете, леди Кальдер является вашей свекровью и хозяйкой дома. Разумеется, я не заподозрил ничего плохого в том, чтобы отправлять деньги на ваше содержание непосредственно ей.
— Хозяйка дома? — уточнила я, приподняв бровь. — А я кто? Так, не пришей кобыле хвост?
— А?
— Ну и ладно. Всё равно уже развелась, так что смысл спорить о моих правах в том доме?
— Ра-развелись?
Ой, как плохо человеку стало. Как будто я ему не о разводе сообщила, а смерти любимой тётушки… которая наследство на кого-то другого отписала.
— Именно. А что?
— Но это ведь… такой позор. Клеймо на всю жизнь. Леди Кальдер, вы уверены?
— Во-первых, уже не Кальдер, а во-вторых, не леди. Я теперь снова «купчиха», мне такое обращение не положено.
— А… эм… мисс Гринвальд…
— Знаете, «мисс» тоже как-то неправильно звучит для разведённой женщины. И прежде чем вы назовёте меня «мадам» и окончательно выведете из себя, хочу попросить вас называть меня госпожой.
Не жирно ли девочке из купеческого сословия госпожой называться? Не жирно. Кто платит, тот и музыку заказывает. А платили мои родители много.
— Д-да, конечно, госпожа Гринвальд.
— Итак. Что мы имеем? — подытожила я, плотоядно улыбнувшись. — Мы имеем разбазаривание вверенных вам средств. Все выплаты на моё содержание до меня не доходили, на меня не тратились.
— Но я не знал…
— А вы поверенный или кто? Нужно было узнать. Ладно, — махнула я рукой, решив, что Годфри уже достаточно запуган. — Об этом потом посокрушаемся. Перейдём к делам насущным. За этот месяц вы ей уже отправили сумму?
— Как раз собирался. Но нужно было оформить таможенные документы, поскольку перевод должен был прийти в другую провинцию.
— Замечательно! Как вы понимаете, отправлять ничего не нужно. Моя дорогая Ирма больше не имеет права на подобные выплаты, так как с её «корзиночкой» я благополучно развелась.
— Н-наверное.
Ой, кажется, мужик теперь постоянно заикаться будет.
— Так что вы, голубчик, выплатите эту сумму мне лично. А ещё всё содержание за год вперёд.
— Госпожа Гринвальд, ваш батюшка особенно указал, что выплаты на содержание должны быть ежемесячными. Заранее сумму забирать не положено.
Я даже понимала, почему отец Вивьен так сделал. Наверняка видел, в какую семейку дочь отдаёт. Но не мог отказать любимому дитя, которому приболел именно Сирил Кальдер. Решил для счастья доченьки этого кабеля купить. Приручить только не вышло. Но кто ж знал, что родители так рано умрут.
— Разбазаривать вверенные вам деньги тоже не положено! Если не хотите, чтобы я пошла в суд, то сделаете так, как я сказала!
Поверенный приуныл. И начал размышлять.
Ничего, пусть думает. Особой вины за ним, может, и нет. Но надавить не помешает. Другого выбора у меня всё равно не было.
Наследство в полном объёме мне пока недоступно. Внушительные земли, на которых раскинулся очень прибыльный лес с неисчерпаемыми запасами дорогой древесины и пушнины, а также приличную сумму на счетах, я смогу получить не раньше, чем через три года.
Здесь тоже папенька подстраховался. Решил, что основное наследство раньше тридцати доченьке отдавать не нужно. Авось, когда четвёртый десяток разменяет, лобная доля сформируется и глаза откроются.
В целом, он был прав. Городской особняк, ничем не уступающий домам аристократов, а также доходный дом в престижном районе были проданы моей ненаглядной свекровью уже через месяц после смерти родителей.
Вивьен тогда в таком состоянии пребывала, что ничего не заметила. Ей было глубоко фиолетово, что ей там на подпись дают.
Так что, не поставь отец такое условие, и наследства бы у меня сейчас не было.
Но была и обратная сторона медали — ещё три года я тоже не смогу прикоснуться к счетам. Тыла не было, и я собиралась сражаться с поверенным до последнего вздоха. До последнего вырванного волоса на затылке.
Хорошо, что он оказался достаточно сговорчивым. Всего каких-то два часа угроз, слёз и стенаний понадобились для неполной, но победы. Пусть не за год, но за полгода он мне выплаты отдал.
Из его конторы я вышла счастливая, с двумя золотыми в кармане и векселем ещё на десять.
А теперь пора переходить к операции «преображение»!
Глава 7
Родители Вивьен действительно любили её. Они назначили хорошее содержание. Два золотых в месяц — неплохие деньги. Примерно такую сумму в месяц получает какой-нибудь писарь в мэрии.
Если учесть, что это всё должно было идти исключительно «на булавки», становится понятно, почему купец Гринвальд без проблем породнился с аристократами.
Казалось бы, живи и радуйся. Получай каждый месяц по два золотых, которых хватит на съём какой-никакой квартиры и пропитания, ещё и на шпильки останется.
Но, во-первых, на операцию не хватит, даже если я половину откладывать буду, сидя на хлебе и воде. А во-вторых, моя чуйка подсказывала, что всё не так просто.
Поверенный мог сколько угодно рассказывать мне, что не знал, не был, не участвовал, но… Особняк родителей и доходный дом без его подписи тоже невозможно было бы продать. Так что было у меня сильное подозрение, что товарищ в доле с моей свекровью.
Сейчас я его застала врасплох, и он согласился выдать мне содержание на шесть месяцев вперёд. Но можно ли будет с него что-то стрясти в будущем? Это бабка надвое сказала.
Торговался он, кстати, так, словно свои кровные отдавал.
Итак, на данный момент у меня есть чуть больше двенадцати золотых. Хорошая квартира стоит до золотого в месяц. Дом с маленьким участком — один-полтора золотых.
Если предположить, что это всё, на что я могу рассчитывать до полноценного вступления в наследство, то ситуация выглядит уже не так безоблачно. А ведь я ещё хотела гардероб обновить, зрение поправить, зубы в порядок привести.
Казалось бы, почему этим родители ещё до свадьбы дочурки не занялись? А всё просто.
Были здесь лекари, и они могли без проблем исправить близорукость. Но только временно. Процедуру нужно было обновлять каждый год, а стоила она немало — почти золотой.
С зубами и вовсе банально вышло. Они уже после свадьбы вкривь пошли. Наверное, зубы мудрости вылезли и остальной ряд подвинули. Вернуть всё в приличное состояние тоже было недёшево. Но я собиралась раскошелиться.
В общем, планы на деньги были, а источника дохода, помимо наследства, не было.
Идейка у меня была. Но я решила не пороть горячку.
Начала я с того, что сняла деньги в местном отделении банка. А то этот Финч отзовёт свой вексель, что потом делать? Двух золотых точно не хватит на все мои планы.
После чего вернулась в гостиницу и начала прикидывать. Я здесь ещё шесть дней могу провести. За это время нужно всё подготовить и выбрать наиболее приемлемый вариант для своего существования в этом мире.
Их было несколько.
Первый и самый простой — зарабатывать на магии. Вивьен имела способности, хотя дар и был достаточно посредственным. Проблема была в том, что училась она в основном бытовой магии. И хотя выбор работы был огромен — от самой скучной, где нужно заряжать местные волшебные батарейки, до магического дизайнера интерьеров, я решила отложить такую карьеру. Не совсем моё.
Второй вариант — повторить свой путь из прошлой жизни. Вот только работать клерком мне тоже не хотелось. И так было достаточно обидно. Получив образование по специальности «пищевой технолог», я засела в отделе сертификации и не вылезала из отчётов.
По сути, я была ближе к бухгалтерам, чем к технологам. Здесь же и вовсе можно не мечтать о работе по профессии. Где взять заводы пищевой промышленности, чтобы им производство налаживать?
Но был и третий вариант. Он самый интересный.
Мне всегда нравилась кулинария. Нравилось создавать что-то невероятно вкусное из простых продуктов. Это было для меня сродни магии. Ну и покушать я тоже любила, чего уж там.
Вот только родителей чуть удар не хватил, когда я сказала, что хочу быть поваром. Как же! Такая семья интеллигентная: папа — доцент в университете, мама — архитектор. С виду идеальные просто: достаток, любовь, всеобщее уважение.
А толку? Главный страх детства — сделать что-то, что может бросить тень на родителей: капризничать на улице, выйти в мятом платье или посадить пятно на белое детское пальто.
Надевать джинсы нельзя, потому что буду «как босяк подзаборный». Короткую стрижку нельзя. Громко разговаривать нельзя. Приносить что-то кроме пятёрок — тоже нельзя. Иметь своё мнение нельзя. Мечты и надежды тоже.
Казалось, они не ребёнка воспитывают, а проект разрабатывают. И, разумеется, моя идея отправиться в техникум их не впечатлила.
«Что люди скажут?»
Эта фраза звучала из их уст чаще, чем слова приветствия. В итоге мы кое-как сошлись на профессии пищевого технолога. Она предполагала получение высшего образования, да и вообще была чем-то схожа с научной стезёй.
Иметь дочь-технолога было не стыдно. А слово «пищевой» можно и не добавлять.
И никого не волновало, что я мечтала о другом. Даже когда уже во взрослом возрасте я разорвала почти все связи с родителями, решив, что им и без дочери хорошо, не смогла перебороть банальный страх перемен и сменить профессию.
— Что ж, когда-нибудь мечты должны осуществиться, — решила я.
***
Следующий день начался с посещения лекаря. Мне очень не терпелось избавиться от ненавистных очков.
Они царапали переносицу, запотевали в самый неудобный момент, да и вообще мешались ужасно! Может, и есть люди, которым идут такие аксессуары, но я к ним не относилась.
У Вивьен было достаточно маленькое и круглое личико, на котором любые очки сидели как седло на той самой корове. Уродовали и искажали пропорции.
В общем, я была безумно счастлива от них избавиться. Даже грабительской суммы в восемь с половиной серебряных монет было не жаль. Почти… Немного всё же жаль, учитывая, что процедура заняла минут пятнадцать.
Я даже испугаться не успела! Думала, сейчас начнут меня мучить, иголки втыкать или поить зельем из лягушачьей кожи. Нет! Лекарь сделал несколько пассов, прошептал заклинание — и вуаля, очки можно выкидывать.
На улицу я вышла с идеальным зрением и ощущением, что сбросила огромный груз с плеч. Хотя очки весили не больше пятидесяти грамм.
Далее у меня было посещение другого лекаря, который должен помочь мне контролировать астму. Ингалятора здесь нет, но зелья-то есть. С их помощью хоть приступ сбить. Пока замужем была, никто и не думал что-то подобное закупать. А я на здоровье не собиралась экономить.
Следующий день я посвятила местной стоматологии. И вот здесь уже было страшно, больно, долго и вообще просто ужасно. Начали закрадываться мысли о том, что Вивьен сама бы не пошла свою кривую улыбку исправлять даже при наличии денег.
Я же терпела, хоть и кляла про себя решение выровнять зубы, ещё и за такую грабительскую сумму! Казалось, эти маги несчастные, каждый зуб мне вырвали и на другое место поставили.
Но под конец дня я вышла из этой живодёрни с совершенно другим лицом. Как будто даже скулы выше стали и подбородок на место встал. А уж улыбка… Загляденье! Виниры грустно плачут в сторонке. Я их ещё и отбелила заодно. Не хотелось сюда два раза ходить, так что сделала всё одним махом.
После экзекуции у стоматолога я решила, что нужно отдохнуть, и отправилась организовывать себе SPA: процедуры для лица, массажи, смена причёски, а под конец ещё и шоппинг.
На то, чтобы полностью преобразиться, ушло пять дней. И к концу этого забега я чувствовала себя как лошадь, на которой пропахали несколько полей. Зато отражение в зеркале уже не вызывало желание перекреститься.
— А сразу так нельзя было? — спросила я.
Забитая серая мышь Вивка, как называла эту девушку свекровь, канула в Лету. Вместо неё теперь была красавица Вивьен.
Светло-каштановые волосы с лёгким медным отливом были завиты в симпатичные локоны. Брови и ресницы с долговременным окрашиванием оттеняли глаза, и теперь было видно, что они серо-голубые. Красивые, кстати. Миндалевидные, достаточно большие и глубокие.
Небольшой вздёрнутый носик тоже стал очень даже красивым, когда на нём не болтались безобразные очки.
Кожа после всех манипуляций стала выглядеть здоровой и бархатной. Исчезли шелушения и редкие прыщи.
Улыбка теперь была почти голливудской. Замечательная вещь — магия! Хоть и дорого, но оно того стоило. В родном мире пришлось бы годами с брекетами мучиться.
Обновлённую внешность дополняло красивое платье глубокого синего оттенка. Ещё одно, на смену, висело в шкафу. Эти я купила из готовых, но в дальнейшем собиралась шить на заказ. Здесь все приличные люди так делали.
Но для начала я должна обзавестись домом и придумать, как воплотить в жизнь свою мечту, а заодно и денег заработать. Ибо тратить каждый может, а мне не только на зубы, мне и на операцию они нужны!
Кондитерская «Шоколад и Ваниль» должна стать реальностью!
Глава 8
Рынок недвижимости — тот ещё кошмар в любых мирах. На Земле найти квартиру по адекватной цене и без необходимости отдавать целое состояние вездесущим риелторам было сродни выигрышу в лотерею. Здесь дела обстояли так же.
Дело осложнялось тем, что я искала не просто жильё. Мне нужно было помещение для своей кондитерской, в котором я могла бы и работать, и жить.
За три дня я посмотрела почти полсотни вариантов. И начинала понимать, что дело дрянь.
Какие-то дома не подходили мне, так как были расположены не в людных местах. Какие-то требовали огромных вложений. Какие-то были слишком дорогими. А где-то уже отказывали мне, не желая селить «эту тифозную».
Что поделать, не все адекватно воспринимали приступ астмы. А они случались неожиданно и без предупреждения. Во время осмотра дома тоже.
— Поверьте, лучше места вы не найдёте!
Девушка-риелтор улыбалась так натянуто, что я по бегущей строке в её глазах могла прочитать, куда следует сходить таким капризным клиентам.
— Возможно, — кивнула я.
Здание действительно было очень хорошим. Симпатичный домик с большой витриной на первом этаже и небольшой площадкой перед входом. Можно будет выставить десерты, можно поставить пару столиков на улице. Красота.
Внутри на первом этаже просторное помещение, сразу за ним кухня, сбоку небольшая уборная. На втором — две спальни и ещё один санузел. И оформлено всё достаточно мило. Капитальный ремонт не нужен, а косметический я магией сделаю.
Цена уж очень привлекательная. Чуть ниже рынка, но не настолько, чтобы заподозрить риелтора в мошенничестве. Хватит на несколько месяцев аренды, ремонт и ещё останется на закупку продуктов перед открытием.
Но всё это перекрывало одно большое и веское «но»…
— Я собиралась открыть кондитерскую!
Девушка-риелтор перестала улыбаться. И правильно. Потому что напротив висела вывеска «Королевская кондитерская». Чуть поодаль — «Торты и пирожные мадам Бонд».
— Мда…
— Вот именно!
— Зато у вас клиентская база сразу будет, — нашлась девушка, имя которой я так и не запомнила.
— И несколько кровных врагов заодно. Если не подожгут, то под дверью нагадят, это уж как пить дать!
Моя собеседница вздохнула. Видимо, понимала, что это было правдой.
— Госпожа, но это действительно самый лучший вариант…
Я только махнула рукой. Что тут скажешь.
— Дайте мне время на раздумья. Завтра отвечу.
Она ещё что-то пыталась говорить о других желающих, но я уже не слушала. Если вдруг какой-то из вариантов займут к тому времени, как я что-то для себя решу, значит, не судьба.
Мне нужно было хорошо подумать.
Последний вариант мне действительно очень понравился. Практически идеальный домик мечты. Именно так я представляла свою кондитерскую: небольшая, уютная, очень милая.
И едва увидев этот дом, я уже представила, как оборудую площадку на террасе: симпатичные столики, стулья с милыми подушками, цветы в больших кадках.
Расположение тоже было идеальным — фасад выходил на городскую площадь, через которую многие клерки шли на работу. Под боком парк, где прогуливаются парочки. За ним — «квартал аристократов». А почти за углом от меня начинались владения академии, где обитали вечно голодные студенты.
Всё портила конкуренция. Я не столько боялась поджога, сколько понимала, что будет банально тяжело.
Да, у меня в голове очень много оригинальных для этого мира рецептов. Я могу привнести нечто новое, благодаря чему заработаю клиентскую базу. Но поступать вот так… Если бы я хотя бы немного направленность сменила, а не вот так вот в лоб!
Чтобы проветрить голову, я отправилась гулять. Город был достаточно красивым. Архитектура чем-то напоминала что-то среднее между швейцарской деревней и старой Англией. В общем, гулять было приятно.
Кругом сновали люди, переговариваясь о чём-то своём. Кто-то обсуждал насущное:
— Видела, как яйца подорожали?
— Три медяка за два десятка! Куда это годится?
Другие кумушки сплетничали:
— Слышала, ЛеГранд вернулся.
— Вот ведь! И что? Никто так и не знает, что со старыми графьями стало?
— Может, и знают, да нам-то кто скажет? Мы люди маленькие.
Я почти не прислушивалась к разговорам прохожих, но обрывки долетали. Кто-то обсуждал политику, кто-то моду, кто-то погоду на завтра. Всё было таким простым и будничным. Так приятно на душе стало.
И я сама не заметила, как вышла к какому-то рынку. Меня привлёк аромат специй и гомон на незнакомом языке. Ничего удивительного — порт рядом. Чтобы понять это, можно было не вглядываться в горизонт. В воздухе так запахло тиной, что сомневаться не приходилось — река рядом.
Ну что ж, можно хотя бы немного поглазеть на местные диковинки. Может, отрез шёлка по дешёвке получится купить. Ну и специи, куда ж без них.
Ваниль, корица, кардамон, мускатный орех, гвоздика… Тот, кто думает, что кондитеры не используют миллион специй, никогда не пробовал приготовить десерт.
Я решила прицениться и пройтись по рядам. Как и в моём мире, в своё время специи стоили достаточно дорого. За полный набор придётся несколько серебряных монет отдать, а деньги и так таяли.
На своё чудесное преображение я потратила чуть ли не половину. Ну, поменьше, конечно, но всё равно огромную сумму. Почти четыре золотых. Это, считай, две средние зарплаты! И большая часть ушла на лекарей.
Остальные услуги уже были не так дороги. Платья я купила достаточно бюджетные. Я не на королевский бал собираюсь, так что плевать. Главное, чтобы были новыми, приличными, сидели хорошо и подчёркивали достоинства.
В итоге у меня оставалось чуть больше шести золотых. Если сниму понравившийся мне дом, то сумма за два месяца и комиссия риелтора составит ещё три золотых.
Остаётся всего три золотых, на которые нужно закупить продукты, включая несколько мешков муки, сахара, масло и так далее. А ведь ещё косметический ремонт сделать нужно! Хоть и магией, а всё же материалы покупать надо.
Впритык. Хоть иди и тряси Финча ещё раз. Возможно, так и придётся поступить, ибо деньги таяли на глазах, а когда я начну зарабатывать — неизвестно.
Покрутив в голове такие мысли, я приуныла. А потом резко остановилась, прислушавшись.
Вивьен хоть и с трудом, но понимала несколько местных языков. Мне достались её знания, поэтому я вычленяла из разговора знакомые слова, пытаясь сложить их в общую концепцию.
— …Говорил, что не пойдёт… Время потратили… Деньги потеряли… Все назад вести… Убытки… Выкинуть и всё…
Интересно. Особенно учитывая тот факт, что мужчины, которые обменивались такими совсем не жизнерадостными фразами, стояли возле интересной инсталляции. В большом чане был насыпан песок, на котором покоилась пустая турка для кофе.
И стоило признать, эта картина вызывала у окружающих странную реакцию. Все обходили эту парочку третьей дорогой.
— Здравствуйте, уважаемые, — поздоровалась я, подойдя ближе. — Не подскажете, что это у вас?
Мужчины переглянулись. Было видно, что ничего хорошего они уже не ждали, но всё же один из них начал объяснять с сильным акцентом.
— О, женщина... Это золото... жемчуг нашего народа! Зёрна Аш-Шаур, они великую силу имеют, целительную силу. Мы чтим напиток из них испокон веков. Смотри, женщина, если смолоть их и сварить вот так... будет аромат, какой нету больше нигде-е. А вкус... он заставит ваше сердце плакать!
Пока этот несчастный бедуин заговаривал мне зубы, ломая собственный язык, на раскалённом песке варился кофе. Аромат действительно пошёл хороший. Я чуть не прослезилась, вспомнив его.
А когда мне протянули маленькую чашечку, пригубила напиток.
Крепкий. Горький. Не кислит, ощущается немного терпким на языке.
Идеально сваренный, хороший кофе. Хотя я предпочитала не эспрессо, а американо. Но это мелочи.
— Интересно. Но что-то я не вижу очереди из желающих приобщиться к вашей жемчужине.
— Люди тяжело привыкать к новому. Мы в первый раз решились привезти наш ценный зёрна в этот страна.
Как же! Просто предлагать местным кофе нужно явно не в таком виде. Наверняка все, кто пробовал, кривились и пытались сбежать прочь.
Появилась идея.
Даже не так. ИДЕЯ!
Я провела рукой над головой, проверив, не зажглась ли там лампочка.
— Что ж, кажется, я поняла, как мне выделиться на фоне конкурентов, — хмыкнула я себе под нос, а затем снова обратилась к «бедуинам». — И могу избавить вас от необходимости тратить деньги на обратную перевозку.
Глава 9
Торговаться пришлось очень долго и очень упорно. Куда там поверенному до уровня местных бедуинов! Вот так и осознаешь, что Финч — милейший и совершенно неконфликтный человек.
«Горячие южные мужчины» мало чем отличались от своих земных собратьев и вынули мне всю душу. Они стенали, плакали, вспоминали голодных детей, немощных стариков и домашнюю скотину, которую нужно кормить.
Но я всё же выбила у них два мешка кофе по какой-то совершенно смешной цене! А ещё окончательно поняла, что психоневрологический диспансер по мне плачет.