Каменная княжна

Я заказала яйца с хлебом, маслом и кашу с мясом, чем немало подивила завтракающих мужчин неподалеку. После еды собиралась выбраться из недр гостиницы и пройтись по торговым рядам, прикупив необходимые в дорогу вещи и средство передвижения. Из книги по зоологии, хорошо запомнился бонк – шерстистый пони с мордой, больше похожей на баранью и выносливостью тяжеловоза. Такой и меня и сумки довезет. А, самое замечательное – это его привязанность к хозяину после покупки вместе с ошейником и браслетом. В вещицы вшивались парные камни-артефакты, и питомец не желал отходить далеко от браслета. А отличное обоняние не давало заблудиться.

- Для вас с утра уже поступило несколько предложений о работе госпожа… - Сделала паузу Иберия, дав мне возможность представиться. – … Агата. Интересное имя для магини с таким ценным даром.

Да, своё собственное имя я не встретила ни среди родословных, ни в каких других бумажных источниках. Можно было бы и видоизменить, но был ли в этом смысл сейчас, когда с момента трагедии минуло несколько сотен лет? Вряд ли кто-то выжил с того момента – маги здесь жили чуть дольше обычных людей, и уж точно не разменивали пару сотен лет. Единственное отличие – молодыми дольше ходили и здоровье было покрепче. Ну и, магия, разумеется – двигатель торговли и отдельная валюта.

Мне можно было и не брать с собой деньги, тщательно пряча их в подкладках вещей и вшитыми в подворотах. Достаточно выполнить для торговца услугу по подпитке земли – и деньги в ладони.

- Весьма популярное имя. Родители надеялись, что оно принесет мне удачу. – Улыбнулась я ей. – Я соглашусь выполнить не больше пары заказов сегодня после полудня. Если я приведу к вам бонка, вы сможете устроить его у себя на пару дней?

- Загоны при гостинице имеются. – Хозяйка слегка замялась, но все-таки спросила. – Если вы не против, я бы предложила вам с утра посмотреть мой огород. Я доплачу вам за помощь. А после вашего возвращения Угг проводит вас к господину Янишу – нашему лекарю. Его гряды с лекарствами постепенно чахнут без подпитки, и ваша помощь будет полезной всему городку.

- Договорились.

Я доела плотный завтрак и вышла за порог гостиницы, ведомая Иберией. Огород у неё был гораздо больше, чем я могла себе представить. Не все растения из травника были узнаваемыми, да и глупо было бы впустую хвастать, что я запомнила оттуда всё. Нет. Только самое интересное и полезное. Например, я зацепилась взглядом за пискавку звездолистную – полезная травка, добавляемая в блюдо, не только придавала пряный вкус и аромат, но и немного укрепляла иммунитет.

Опустила руки вдоль тела, и раскрыла ладони в направлении земли, постаравшись расправить пальцы веером, подальше друг от друга. Деять тонких нитей магии впились в жадную почву, разрыхляя её и насыщая питанием. Если мне в пещере на каменном полу удавалось вырастить урожай, здесь и подавно будет толк от моих тренировок. Влив немалую часть магии, я отозвала свои нити.

Результата так скоро ждать не стоит – не расправились листья, не зазеленели чахлые кустики. Но, через пару – тройку дней, все это станет заметнее. Хотелось бы, конечно, взмахнуть рукой, что бы заколосились поля, зарумянились плоды на деревьях, а овощи наросли размером с телегу. Но это всего лишь фантазии и сказки. Впрочем, магию я тоже когда-то считала сказкой.

- Спасибо вам. – Довольная моими манипуляциями, Иберия повела меня ко входу в гостиницу. – Если вы пожелаете еще подкрепиться, я соберу вам для прогулки пирожков, они как раз должны уже испечься.

- Не откажусь. – Израсходованная магия жаждала восстановиться, сжигая все, что я съела. И плотный перекус мне бы не помешал чуть позже.

Рынок Сопраса представлял собою три плотно заставленные палатками улицы, и лишь на четвертой было просторнее – там, в загонах ютились мелкий и среднего роста домашний скот, клетки с птицей и, чуть дальше был просторный ряд стойл для ездовых и тягловых muI4_Cx4 животных. Тройка веомов разных оттенков от зеленого до кирпично-красного, красавцы сорцины с черными белками глаз и небесно-голубой радужкой поражали своей грацией. Всего пара самых быстрых скакунов, что продавались за заоблачную цену – даже у меня с собой столько не было.

- Вестовой оставил у нас, когда вернулся с границы окаменения. – Вещал продавец заинтересованным покупателям. – С него и его спутника все силы ушли почти, а этим двум животинам хоть бы хны. Больше месяца восстанавливались, а за лечение платить было нечем.

- За бесценок поди скупил у них, а теперь цену ломишь! – Раздался голос из толпы.

- Как можно! – Сверкнули очи продавца праведным гневом. – Только то, что отдал, да за прокорм!

Сорцины и вправду выглядели достойно. Крепкие тонкие ноги, изящная шея с роговыми наростами. Обычно такие выводились для скачек и легкой конницы, гонцов, так как были способны преодолевать огромные расстояния в короткие сроки. Аналогов нашим животным я не находила – скорее это был чешуйчатый конь без ушей и с длинной шеей и не менее длинным хвостом. Роговые наросты венчали не только шею, но и выступали двумя рядами мелких шарообразных наростов вдоль головы к шее, увеличиваясь в размерах ко лбу. Этакая палица на четырех ногах с защитой от хищников. Тем не менее, питались они только свежей травой.

И, уже пропустив эти стойла, я нашла искомое. Пятерка бонков. Один из них, угольно-черный, привлек моё внимание своим окрасом. Все остальные были пятнистыми.

- Берите, госпожа, не прогадаете. – Искушающим голосом начал обрабатывать меня худощавый высокий торговец. – Вынослив, как веом, и быстр, как сорцин! Неприхотлив в еде и покладист, как лясса.

- Я бы на вашем месте ляссу сюда не приплетала. – Улыбнулась торговцу. – Уснет на полпути и придется волоком тащить.

Ляссы в этом мире тоже были диковинными зверьками – чуть больше кошки, они несли в себе всего две функции – есть и спать. И похожи были на кошачью обезьянку или даже больше на красную панду. Питались фруктами и не кошмарили хозяев по ночам, предпочитая вставать вместе с тем, кто их кормит.

Хорошенько поторговавшись для проформы и развлечения ради, я прикупила черного бонка, договорившись с хозяином, что он отведет мою покупку в стойло к гостинице Иберии, передав ей браслет для меня.

- Я еще погуляю по рынку, и вернусь через два-три часа. Бонк должен быть на месте, договорились?

Торговец потерял ко мне интерес сразу же, как только зазвенели в его ладони серебряные монеты. Я аккуратно зачерпнула правой ладонью воздух перед лицом продавца, собрав пальцы в щепоть, и резко опустив их. Его правая нога провалилась на несколько сантиметров в землю, оставив след сапога. Испугавшись, он покачнулся и отпрыгнул. Снова собрала воздух в щепоть и разгладила по ладони левой руки, заровняв вмятину.

- Госпожа маг! – С восхищением уставился мужчина. – Что же вы сразу не сказали! Я бы не торговался с вами! Примите в дар…

- Честный торг дороже подхалимства. – Заметила я. – Вы продавали, я покупала. На этом всё.

- Я бы мог вам предложить несколько заказов. - Замялся продавец. – Здесь давно не было магов земли…

- Я бы хотела продолжить свой путь. – Отрезала я. – Приведите бонка, куда я попросила.

Я провела около палаток больше трех часов, присматривая для себя необходимые в дорогу вещи. Теперь у меня будет бонк – значит можно нагрузить больше, чем унесла бы сама. Прицениваясь и с азартом торгуясь, я разбогатела на еще один стазис – короб, прочный плащ от дождя и удобное седло с седельными сумками.

Угощение Иберии пришлось как нельзя кстати. С удовольствием уничтожив три пирожка с сочным мясом во время прогулок по рядам, я полностью восстановила силы.

Вопреки предупреждениям Олина – того старичка, что подвез меня в город – я не чувствовала большого расхода магии, да и восстановление шло быстрее, чем когда я была в пещере. Здесь, наоборот, мне казалось, что магия только-только начала проклевываться из кокона, в котором была зажата, и стала понемногу, словно бабочка, расправлять свои крылья. Я чувствовала тонкий, еле различимый, словно ультразвук, зов. И подсознательно понимала, что нужно двигаться в этом направлении.

Вернулась в гостиницу, где Иберия отрапортовала, что бонк доставлен и накормлен ею в счет моей работы. Обговорили с ней остаток оплаты – она соберет мне необходимый провиант в дорогу на пару недель пути. Хотя, как она сказала, до столицы Сепристана – Мариэла, около пяти дней пути по сплошному камню. Еды должно хватить туда и обратно.

Сходила к аптекарю и подпитала ему лекарственный огород. В качестве благодарности приняла аптечку на все случаи жизни. Пусть там не было слишком уж дорогостоящих лекарств, но основные – заживляющие, от простуды и температуры, отравлений и расстройств желудка, он мне разложил и подписал. Кроме того, я приобрела у него заживляющий браслет. Он будет подпитываться моей магией, но траты магии для зарядки будут гораздо выше, нежели его использовал бы целитель.

Я покидала Сопрас рано утром, нагрузив Мглу – такое имя я дала бонку, оказавшемуся девочкой – парой коробов с едой в стазисе, мешочек с крупами и сумка с необходимыми артефактами.

Городок сонно провожал меня просыпающимися людьми и редкими звуками, издаваемыми животными. Мгла бодро перебирала ногами, застоявшись в стойле без выгула. Иберия не поскупилась, и приторочила с собой еще и еды для моей лошадки. Тюк был небольшим, но туго набитым. Из книг я знала, что бонки способны нести на себе троих седоков, с грузом, не теряя темпа.

К концу дня я достигла вешки с табличкой. На ней была дата установки – около полугода назад и небольшая надпись, что это граница окаменения.

Только вот никакого окаменения не было. Столбик стоял в сухой, безжизненной земле, и от него вглубь территории страны расходилась граница между чахлой, но живой зеленью и сухой степью с мертвой, высохшей, редкой травой, кустарниками и деревьями – всё было высохшим настолько, что чиркни спичкой – и займется большой степной пожар.

Устроилась на ночлег рядом с этой вешкой, расставив круг из артефактов пошире. Бонку нужно было щипать траву, пусть и такую, похожую на сено. Подкрепилась из короба, и заснула, увлеченная собственными мыслями о зове, что стал чуть ярче и ближе.

На второй день пути я всё же нашла эту границу окаменения. К этому моменту мной было пройдено много оставленных вешек с датами, уходящими в далекое прошлое на год, пять, десять лет…

Смотреть на голый камень было больно. Те мертвые деревья, освобожденные от каменного плена, смотрелись куда как лучше, нежели каменные леса, с окаменевшей травой. Казалось, здесь даже солнце светит совсем по-другому. Мрачно, что ли…

Мгла шла нехотя, всё время к чему-то прислушиваясь и настороженно замирая. Я оглядывалась в поисках опасности, готовая в любой момент использовать свою магию для защиты, но ничего не происходило.

Тревога бонка напрягала мою нервную систему, постоянно приливающую в боевой готовности магию так, что после полудня я устала настолько сильно, что перестала реагировать на её остановки. И зря.

Мгла в очередной раз остановилась, я не стала реагировать, и немного придавила пятками ей в бока. Вот только в этот раз она не двинулась с места. Повторное понукание тоже ни к чему не привело. Я разозлилась, готовая уже хлопнуть животину по заду, как меня сбило на землю сверхбыстрое непонятное нечто.

Оно обернулось вокруг меня, острыми коготками цепляясь за одежду и подбираясь к горлу. Дорожная пыль забила глаза, нос, рот, пока я судорожно барахталась и пыталась освободиться от пут цепкого хищника, разыскивая пальцами за что бы ухватиться.

Наконец, мне удалось нащупать мелкие, тонкие рожки и схватиться за них, оттягивая опасную пасть от лица. Сквозь бегущие слёзы попыталась рассмотреть напавшую тварь, но она чем-то плюнула мне в лицо, заставив тело одеревенеть и перестать слушаться. Словно парализовала.

Бонк натужно блеял недалеко от меня, но убежать не мог – браслет не позволял далеко отходить от хозяина. Перед лицом раздался тонкий присвист, а тварь меня освободила, обмотав ноги и потянув с дороги вниз. Рядом раздались ещё несколько звуков, схожих с тонким свистом, словно у этой твари были сообщники.

Я чувствовала, как каждую мою ногу оплели отдельной плетью, и теперь увереннее и быстрее тянули подальше от дороги. Голова больно билась об камни и неровности, а в голове засел ужас.

Стоило ли три года готовиться к выходу из пещеры, учиться магичить, чтобы вот так, нелепо проиграть и быть съеденной неведомой тварью? Из звериного справочника я не смогла вспомнить ни одно хищное существо, умеющее так долго следить незаметно за жертвой, да еще и парализовать слюной.

Ноги и спина оказались на весу и, когда меня дернули за ноги еще немного, я пребольно ударилась лопатками о камень, заодно приложившись затылком и потеряв сознание.

Очнулась, когда местное солнце уже клонилось к горизонту. С трудом разлепив слипшиеся от слез и пыльной грязи ресницы, осмотрела место, в котором оказалась. Это была небольшая, всего метров пять-семь в диаметре, цветущая поляна. Поляна, заполненная дюжиной внимательно наблюдающих за мной глаз орунитов – полу разумных существ, напоминающих крайне симпатичных китайских драконов.

Я хрипловато рассмеялась. Победить разбойников, напавших на подъездах к Сопрасу оказалось куда как проще, нежели противостоять одному оруниту. Подумать только – меня так просто обезвредило и утащило в плен совершенно безобидное существо! Так что же могло понадобиться от меня этим насекомоядным?

Оруниты никогда не нападали ни на кого, питаясь исключительно бабочками и прочими насекомыми. Они сами немного аккумулировали магию земли, подпитывая растения и цветы на выбранных для проживания полянах, продляя период цветения и привлекая этим самым для себя корм. Единственное их средство защиты от хищников – это парализующая слюна. Именно ею меня и обезвредили.

Обычно дозы быстро впитывающегося паралитического яда в слюне хватало, чтобы орунит не спеша покинул место нападения. Хищник валялся беспомощным бревном примерно два-три часа и больше не делал глупых попыток полакомиться их мясом. Единственное – орунитов было мало из-за крайней уязвимости яиц и слишком долгого формирования плода под скорлупой. Самки откладывали лишь одно яйцо в год на обустроенной поляне, и скорлупа была настолько тонкой, что малейшая неосторожность могла привести к потере потомства.

Я медленно приподнялась на локтях, стараясь не делать резких движений. Если самки почувствуют от меня агрессию – меня заплюют вшестером так, что я неделю буду подыхать от жажды и голода, не имея возможности протянуть руку и насытиться. Оглядела пространство – на границе поляны подняла голову невозмутимая Мгла, дожевывая сорванный пучок сочной травы. Всё, что висело на её спине до нападения, осталось на месте нетронутым.

Затылок саднило при движении. Судя по всему, там была как минимум шишка и оцарапана кожа. Я активировала браслет на руке, чувствуя, как живительной струйкой пробирается к месту боли лечебная магия. Через пару минут голове стало заметно легче, а вся боль ушла. Даже царапины на руках сошли.

Самочки немного раздвинулись, открывая передо мной причину похищения – рядом с тремя аккуратными травяными гнездами, в которых лежало по одному яйцу, свернувшись в клубок, то ли спал, то ли, как и я, застыл парализованным, изрядно потрепанный и побитый жизнью, подросток. Светлые, но слишком грязные и пыльные волосы свалялись в колтуны, обувь, старая и сбитая, лежала рядом. Одет он был в подраные штаны, рубаху, а рядом лежала тканевая сумка, судя по всему – совсем пустая.

Я осторожно подползла к ребенку, перевернув его на спину. Девочка. Это оказалась спящая, истощенная скитаниями и голодом, девочка. И без парализации здесь тоже не обошлось. Скорее всего, она пыталась добраться до яиц, за что и схлопотала не по одному разу.

Схватила её за запястья и оттащила подальше от гнёзд, чтобы оруниты перестали беспокоиться. Сняла браслет и одела на руку девчонки, активируя исцеление. Чтобы она пришла в себя и смогла поесть, нужно сначала вернуть её в сознание.

Пока же, дошла до бонка и вынула из стазис-ящика немного каши с овощами и нежной рыбкой в травах. Пища куда как легкая, и не навредит, если с голоду она решит умять всю порцию. С сумки вынула воду. Жидкость ей точно пригодится.

Когда возвратилась к жертве орунитов, девчонка уже приходила понемногу в себя. Глаза блуждали сквозь приоткрытые ресницы, отмечая обстановку.

- Можешь поблагодарить тех, кого пыталась лишить детей. – Сказала ей, протянув миску с едой и воду. – Это они меня притащили к тебе на помощь.

То, как жадно она набросилась на еду, говорило о её долгом нахождении парализованной и слишком сильном истощении. Словно изголодавшийся котенок, она пыталась глотать, не пережевывая, тут же запивая еду водой и снова возвращаясь к насыщению. Запасалась пищей впрок, надежно пряча её в своем тощем животе.

- Не жадничай. Ешь не торопясь. – Попыталась успокоить найденыша. – Еды хватит тебя накормить. Как тебя зовут и как ты здесь оказалась?

Жадное чавканье прекратилось на пару мгновений, а потом рот заработал быстрее, чтобы проглотить всё, что в него натолкали. Только пустив еду по пищеводу, девочка сняла со своей руки лечебный браслет и протянула мне.

- Элада Монтерльез. – Она не весело усмехнулась своим мыслям, скривив губы и опустив лицо вниз. – Я, наверное, единственная, кто из проклятого семейства еще жив остался…

- Почему проклятого? – Полюбопытствовала, раз уж спасенная решила говорить.

- Мой род очень древний и ведет свои корни еще от первых Адамасов. – Плечи девчонки опустились ниже, и она вся как-то сгорбилась. – Наверное поэтому, мои далекие по крови, и совсем недалекие по уму, предки, решились уничтожить правящий род, пожелав занять трон и править этими землями.

Я начала вспоминать выученные династии и удивилась, сразу вспомнив место этого рода – герцоги Монтерльез были справа от княжеского рода Адамас. Советники, соратники, правые руки, военачальники – эти два рода всегда в книгах по истории государства Сепристан шли рука об руку. И тут задумали государственный переворот…

Стоп! А не эти ли герцоги были причиной заточения княжны в пещере? Нужно расспросить об этом.

- И как, успешно прошло уничтожение?

- Да. Вот только трон не принял предателей и высосал из них всю магию в наказание. И родовой дар никому не передался, как планировали мои предки. Через год, после смерти Адамасов, от трона начало распространяться окаменение, захватывая всё больше и больше территории. Пока не уничтожил княжеские земли, а затем и земли своих вассалов, заставляя каменеть города и уходить под землю реки. Хотя, это ты и сама должна знать.

- И как-то можно это проклятие снять? – Чем черт не шутит? Вдруг у девчонки есть универсальный рецепт борьбы с окаменением? И только посмотрев на её лицо, я поняла, что сказала что-то не то.

- В моей семье хранится предание, что княжна Агата Адамас тогда выжила. Её перенес в безопасное место кристалл – хранитель. Вот только ни она, ни её дети, внуки и прочие родственники по крови не пожелали появиться на этих землях и своим даром остановить проклятие. А в народе пошли слухи, что проклятие спадет тогда, когда уйдет жизнь последнего Монтерльез. – Девочка поставила чашку с едой на траву и встала на колени. – Я так устала убегать от преследователей. Устала оплакивать своих родных и мучиться за деяния моего рода…

- Что ты делаешь? – Я заволновалась, увидев, как девчонка достает из своей пустой сумы тонкий кинжал и протягивает мне. Она подняла на меня взгляд, полный боли, отчаянья и обреченности с твердой решимостью.

- Мне нет больше смысла бежать от той участи, что выбрала для моего рода народная молва. – Её ладони дрожали, но голос был тверд и звонок. – Убей меня сейчас, пока это не сделало зверье или лихие люди. Уж лучше ты. Та, что не пожалела на меня бесценную магию и еду. Оборви мою жизнь и освободи эти земли от проклятья!

Я где стояла, там и села. Забрала от греха подальше протянутую железку, пытаясь подобрать слова для этой малолетней дуры. Ну а как её еще назвать?

- Твои предки уже много сотен лет окропляют эту землю своей кровью. Скажи, хоть что-то изменилось с тех пор? – Я попыталась скопировать тон своей строгой учительницы по литературе. Получалось у меня, честно говоря, слабовато – тут нужен определенный талант и годами наработанный опыт объяснять так, чтобы даже самому «одаренному» ученику стало понятно. – Оно и видно. И с твоей жертвой ничего не изменится. Да и я не убийца, если честно.

- Тогда я это сама сделаю! – А вот теперь её голос задрожал. Наверное, от того, что задуманное так легко не исполнилось.

- Ты не можешь снять это проклятье с земель, но сможешь помочь в другом. -Я встала, пряча лезвие обратно в её сумку и протягивая свою ладонь Эладе. Нужно попытаться её отвлечь и направить мысли в другое русло. – Я поехала в сторону Мариэла, чтобы своими глазами увидеть окаменение и попытаться его снять. Вот только от последней вешки с датой, граница вернулась вглубь еще на день пути. Может быть, этому есть какое-то другое объяснение, кроме твоего желания смерти?

- Это правда? – Её глаза распахнулись в удивлении.

- Я предлагаю тебе поехать со мной и все посмотреть своими глазами. – Она вложила сваю ладонь в мою, и я помогла ей подняться на ноги. – Меня зовут Агата.

- А родители не слишком долго думали, какое имя тебе дать. – Фыркнула она, скептически оглядывая меня с ног до головы. – Половина Сепристана с таким ходит. Я согласна ехать с тобой.

- Моих родителей, к сожалению, тоже уже давно нет в живых. – Остудила я её юмор. - Давай подкрепимся еще немного и поедем.

Собравшись, мы покинули опасную поляну орунитов, что перестали беспокоиться и не проявляли агрессии в терпеливом ожидании, когда же мы уберемся из их райского местечка.

А за плотным кругом из деревьев и кустарников нас ожидало еще одно потрясение – камень отступил на несколько десятков метров от поляны. И это меня немного озадачило. Может быть, лекарством от окаменения является всё-таки эта девушка?

Добавляю подарочный арт от FOXART визуала орунитов. Правда же, милахи?