Реатум. Книга 3. Инициация. Том 1

Глава 4

Понедельник. Семнадцатое июня. Раньше это были каникулы, а сейчас… ну почти. Город постепенно занимает всё больше места в жизни каждого.

Первое, что я сделал, так это полез в новостную ленту, стараясь найти всё, что связано с Реатумом. И… пока ничего. Репортеры с передовой опрашивали бойцов, командиров, да даже командующих направлений, показывали красивые кадры, как примерно сотня сёрферов огромными партиями выносит монстров Хлада, как обычные бойцы с криками «Ура!» несутся в самоубийственные атаки. Конечно, выглядело всё эффектно… но это было совершенно не то, что я хотел увидеть.

Наступление не началось, но к нему явно готовились: где-то старались улучшить позиции, выровнять линию фронта, оттеснить противника от наиболее уязвимых рубежей. Где-то даже строили полноценные стены, чаще всего быстросборные, но иногда включались маги земли, из-за чего стена превращалась в нечто грандиозное. Но всё равно, если верить всем картинкам, ситуация была патовая: ни они нас не могли продавить, ни мы не могли дать нормально сдачи.

И в это время Блуждающий Ужас что-то планировал.

— Надеюсь, зелья Ольмека помогут, — смахнул я новостные окна, после чего потянулся в кровати.

Сейчас же мне надо было собираться. Первый день в Старшей школе. Не полноценная учеба, но всё равно интересно, сколько нас таких с синхронизацией больше семидесяти пяти процентов. Где-то я читал, что официальная статистика такова: на миллион человек приходится от пяти сотен до одной тысячи сёрферов. Нас в Городе живет что-то около миллиона… я никогда не вдавался в такие подробности, но вот, официальная страница Города пишет, что на текущий момент временно пребывающих и постоянных жителей города один миллион и чуть больше четырех сотен тысяч человек.

То есть… если посчитать… сёрферов на город должно быть примерно от семи сотен до тысячи четырехсот человек. Вроде бы много, но если вспомнить, что на одного Ужаса отправляли сразу три крупных группы, а потом пришлось подключать сёрферов из другого Города, причем не по официальному запросу, а по просьбе кого-то, то становится понятно, что на все вызовы Города их не хватает в экстренных ситуациях. Но не я планирую, не я решаю их распределение, да и должны люди отдыхать. Даже сейчас одновременно в мире может присутствовать лишь четверть из этих бойцов, при этом от четверти минимум сотня постоянно на линии соприкосновения. И это только сейчас, а раньше могли быть свои вызовы, то есть… причина, почему не смогли вовремя мобилизовать силы для спасения моей мамы, становится понятна. Просто я раньше не особо этим интересовался.

Но нужно было собираться. Если верить примечанию к занятиям, то можно было одеваться как угодно, какой-то общей школьной формы на сегодня не установлено. Да и занятие помечено как факультатив, но на нем необходимо присутствовать. Да и просто было интересно.

В новый костюм, понятное дело, я залезать не стал, но нашел что поприличнее: серое поло, которое мне отец подарил год назад. Тогда было велико, а сейчас… ну чуть-чуть в плечах висит, просто из-за того, что схуднул и никак не могу набрать. Джинсы тоже серые. Тут была одна полоска, но я ее давно отключил, просто так ее не заметно. И зачем только всё это впихивают в одежду? Выглядит так, чтобы кто-то постоянно мог зацепиться взглядом за того или иного человека, мол: «Смотрите на меня, я тута!», аж раздражает. А один знакомый астигматик, которому за три операции не смогли вылечить глаза, так вообще кроет матом на чем свет стоит, когда видит все эти полоски. Они у него двоятся, расплываются, троятся, а глазам от этого вообще неприятно.

Ну и естественно, нормально волосы уложил, немного туалетной воды — ударить бы того, кто так обозвал одеколоны для мужчин, — перекусил, на этот раз сам приготовил, потому что Лита в данный момент что-то долго в душе торчала, а потом нацепил кроссовки и ушел. У Литы цифровой допуск был, если что, за собой закроет. Как я понял, у нее тоже есть приглашение в одну из Старших школ. Хотел за кружечкой чая за завтраком спросить, куда именно она поступила, но пересечься так и не удалось.

Но я надеялся на то, что у нее всё будет хорошо. И искренне надеялся на то, что всё же ей удастся пойти по стопам второго научного. Она мельком об этом упоминала… но я запомнил, причем запомнил достаточно хорошо. Ведь второй научный не только ученых для сельхознаправления готовит, но и тех, кто всем этим потом будет управлять, а для этого тоже знания нужны, и немалые. Чего только многоуровневые теплицы стоят! Водили нас во втором классе средней школы разок на экскурсию туда.

И тут же всплыла вчерашняя картина с магазином тети Марты. Как же печально, что он закрылся. Сколько лет там с Ханако покупали молочные коктейли… а теперь и с Хано снова друзья, и молочные коктейли любимые больше не купить.

Шел в Старшую школу я снова во дворах. На центральной улице, как всегда, было столько народа, что мне просто было не по себе. Казалось, что каждый хочет смотреть на меня. Ведь недавно по новостям крутанули сюжет про моего отца, который я пропустил и сегодня только в новостной ленте заметил. Да и то, заметил только потому, что новость имела отношение к Реатуму. Так что… ну не хотелось мне светиться. Не знаю, что это за бзик такой, но факт оставался фактом.

Ненавижу толпу.

Старшая школа была так же пуста, когда я пришел, хотя время до факультатива уже практически подошло. Охранник меня обследовал, нахмурился, когда блоки ПМРа пикнули, но в итоге пропустил, когда я ему отправил соответствующие разрешения. Всё же Город официально разрешил мне его использовать, лишнего всё равно в неразрешенных местах не увижу, нейроинтерфейс не даст. Так что… почему бы и не носить? Плюс, можно в любой момент переговорить с Индри, только надо будет активировать очки, в которых были наушники незаметные, но пока я этого делать не стал. Очки слишком сильно бросаются в глаза.

Дорога в нужный класс сразу обозначилась, но я ее и так хорошо запомнил. Мы там с мистером Шоном уже встречались. Интересно, сколько ему еще до Тауруса добираться? Он хотел меня проверить, но пока от него сообщений не получал.

И когда я зашел, то сразу потерял дар речи. Тут. Была. Марьяна! Нет, ладно, я не отрицаю, что такое вообще могло произойти, но она сидела в стороне ото всех, смотрела в окно, наблюдая за пролетающими птицами, судя по редким движениям головы. И вообще ни на что не обращала внимания. Вот вообще ни на что. И это… удивляло. Обычно она одна из самых активных болтушек, старается сразу для себя собрать через коротенькие разговоры информацию обо всех, как это было и в начальной школе, как это было в средней школе. Но, видимо, произошедшее заставило ее поменять подходы. Или просто не чувствует опоры. Но среди всех присутствующих — если верить автоматике интерфейса, нас тут было двадцать девять человек — она была единственной моей знакомой, причем только рядом с ней оставалось место. Еще рядом с каким-то парнишкой, но тот закинул ноги на второй стул, явно давая понять, что ему сосед за партой не нужен.

— Привет, — уселся я рядом со знакомой. — Давно тут?

— Здравствуй, — как-то официально прозвучало с ее стороны. — Самой первой пришла. Уже устала от этого галдежа.

— Странно, что ты в нем не участвуешь.

— Неинтересно, — даже не шевельнулась она. — Тут про всех всё понятно. Все — ярые любители Реатума, все хотят там получить больше всего, обсуждают свои собственные достижения, коих немало, но каждый из них недотягивает до тебя, парочка обгоняет меня, но в основном… все слабее.

— Ну если вспомнить, как ты развивалась до встречи с нами… — усмехнулся я, что вынудило Горлову повернуться в мою сторону.

Уж подумал, что во взгляде будет раздражение, злость… ну хоть что-то, но нет, там тоже была некая усмешка, но не более. Ей явно было непривычно находиться тут без тех, кто ее обычно поддерживает. Устои рушились, а к новым она не привыкла, но она явно рада, что я тут, просто скрывала это.

— Тут таких, как я, еще минимум пятеро, — посмотрела она на класс. — Хоть сейчас будет знакомство со всеми, но раз ты теперь тоже носитель фамилии, то ты должен знать и остальных.

— Какие-то негласные правила? — тут же решил уточнить я.

— Да, так называемый этикет элиты, — кивнула девушка. — Так как ты только таким стал, то тебя никто за это обвинять и принижать не будет, но знай на будущее. Меня мама на это натаскивала годы… так что я сейчас подготовилась заранее, по всем нашла информацию. Ну что ж… начнем.

Первым делом она рассказала про самую важную шишку, дочь девятки, причем девяткой был ее отец, тоже сёрфер. Надежда Лаврова. Эту фамилию я слышал мельком, причем сегодня. И если мне память не изменяет, ее отца зовут Константин Лавров, командующий тем направлением, где Катрин заместитель. Тесен мир, как говорится. И что забавно, у дочери синхронизация оказалась на один процент больше, чем у отца. Восемьдесят один против восьмидесяти. Папаня ею, судя по всему, гордился.

Дальше Марьяна перевела взгляд на мрачного парня, который что-то рисовал на листке. Он хоть и перекидывался порой словами с остальными, но тоже со стороны выглядел в общем-то как моя бывшая одноклассница. У него было восемьдесят два с половиной процента, но половинка процента для Реатума ничего не значила, а значит, эффективный процент для виртуала на полпроцента ниже. Звали его Джоном, фамилия Аллабанд, на что нейроинтерфейс подкинул, что это значит — благородный.

— Говорят, что он руководил группой, которая за раз уничтожила трех мини-боссов, — чуть тише проговорила она. — Сам он саппорт, переживает, что его заставят сменить класс. До того, как сам начал руководить, его натаскивали так называемые должники его семьи. Что забавно, среди них был даже действующий сёрфер, который свой отпуск потратил на развитие этого парня. Он чуть-чуть от тебя отстает, если я правильно слышала. Двести сорок суммарных характеристик.

— У меня суммарно уже больше трех сотен, — усмехнулся я.

— Когда успел? — вот теперь Горлова точно оказалась выбита из колеи.

— Да так, снарягу обновил, — хитрая ухмылка появилась на моем лице. — Да и класс способствует быстрому росту характеристик, ты об этом не забывай. Да и просто синхронизация дает огромный бонус, чуть меньше трети от всего, что есть.

— Ну да, — поморщилась она. — Даже десяток характеристик — хороший разрыв, — тут же она стала вновь серьезной.

А дальше была группа тройняшек. И именно эти три девушки собрали вокруг себя больше всего народа. Во-первых, как раз из-за того, что они тройняшки, что было в последние годы огромной редкостью. Во-вторых, из-за того, что у всех у них одинаковый процент синхронизации — восемьдесят один и два. В-третьих, они все выбрали такие классы, что представляли собой универсальную боевую группу. Старшая, Екатерина, которая родилась самой первой, была саппортом, причем лекарем в первую очередь, что значительно повышало шансы вообще для любой группы. Средняя сестра, ее звали Мира, была чистым Танком, класс не предполагал ношения оружия, какой-то уникальный, как и у меня, но не с такими строгими ограничениями, одно из которых — как раз два щита вместо оружия.

— Но никто же не запрещает использовать щит как оружие, — усмехнулся я.

— Чем она и пользуется, — сцепила пальцы перед лицом Марьяна. — Урона не так много, но достаточно, чтобы держать на себе агр. Карта бы кто на такое натаскал… хотя недолго ему еще в Реатуме так свободно бегать. Скоро у него он станет необязательным, а потом вообще он попадет в категорию людей, для которых Реатум будет не рекомендован.

— Думал, что только для троек такое правило.

— Для рейнджеров тоже, читай больше, Ник. И слушай больше.

Я кивнул. По факту, за школьные годы я действительно многое пропустил мимо себя, просто из-за того, кем я был и кем меня считали. Вообще не до всего этого было. Сейчас всё изменилось, я типа сын героя… и как же меня радовал тот факт, что пока никто ко мне не приставал, потому что эти трое были центром притяжения внимания. К слову, про них…

Младшая, у которой было самое странное имя — Геката, была ДДшником-магом. Решила соответствовать своему имени, специализировалась как на алхимии, так и на наносящих весьма солидный урон проклятьях. И, что меня еще больше забавляло во всей ситуации с ней, ее класс так и назывался — ведьма перекрестков.

— Странно, что остальных в честь греческих богов и титанов не назвали.

— Тут уже кто-то шутил на эту тему… а, вон, нашла, — указала одноклассница подбородком. — Видишь, руку на щеке держит, точнее, голову на руке?

— Угу.

— Это ему все три по очереди влепили пощечины, — вот теперь Марьяна улыбалась искренне, ее это веселило, а мне парня было жаль. — У них отца зовут Аполлоном, из-за чего в школе были проблемы.

— А фамилия у них какая? — прищурился я, стараясь активировать интерфейс.

— Вот это еще один повод, почему они не терпят шуток. Самая банальная и одна из наиболее распространенных в древности, из-за чего точных корней они определить не могут, — явно продолжала наслаждаться этим собеседница.

— Ну не тяни.

— Ивановы.

И я выпал. Просто действительно выпал. Потому что… ну как-то очень и очень странно звучало имя, по крайней мере младшей из трех сестер. Геката Иванова. Екатерина и Мира Ивановы — еще куда ни шло, но Геката… надеюсь, что сестры всегда друг друга поддерживали и у них не было таких проблем, как у меня с Хано. Вдвойне забавен тот факт, что я сидел рядом с той, кто был причиной как минимум части проблем в средней школе. Большей части проблем. Но радовало, что сейчас всего этого нет, и мы, если так можно сказать, наши отношения начали с чистого листа.

Хотя я не уверен, что не буду вспоминать её былые грешки. И она, думаю, это прекрасно понимает.

— А у тебя сколько синхронизации? — покосился я в ее сторону. — Как понимаю, мы с тобой последние носители фамилий в нашем классе.

— Угу, — кивнула она. — Больше, чем в нашем с тобой прошлом классе. Тогда нас было трое, сейчас семеро.

— Ты не ответила на вопрос, — поморщился я.

— Максимум — семьдесят девять, — немного отвернулась она от меня, так что я видел только половину от половины ее лица. — Минимум был… семьдесят три. Сейчас до семидесяти шести восстановила.

— Из-за травмы? — невольно скользнул взглядом по ее руке.

— Угу, — только и всего ответила она.

— Надеюсь, всё получится восстановить, — постарался ободрить ее.

Но явно у меня этого не особо вышло. По сути, ее судьба сёрфера сейчас висит на волоске. Да и вообще удивительно, что она решилась пойти сюда, учитывая слухи о том, что все, у кого меньше восьмидесяти процентов, в основном пушечное мясо… но могу ошибаться. Не просто же так именно семьдесят пять процентов являются порогом, а значит, какая-то функция открывается именно на таком уровне синхронизации. Жаль, что у меня времени не было изучить тогда интерфейс.

Кстати, интересно: в сводках новостей перестал мелькать Ужас в Безымянных Пустошах. Через ту Долину разве что в Горы Ветра сёрферы отправляются. И пока у меня никто не спрашивал, что именно там произошло. И это… напрягает. Может, на фоне всего упустили из виду, а может, просто следят и пытаются понять. Кто знает, кто знает. Но лучше быть начеку, когда ситуация с Хладом решится, нужно будет особенно осторожно смотреть по сторонам касательно этой темы.

Еще минут десять мы просто сидели, болтали, смотрели по сторонам. Многие тут были детьми горожан пятых и шестых уровней, парочка седьмых, ну и мы, дети восьмерок. Непривычно как-то себя ощущать в этой когорте. А ведь буквально на прошлой неделе еще был как и большинство присутствующих. Странно это. Но всё же нас попросили успокоиться, причем никто не вошел, а просто через уведомления нейроинтерфейса всех попросили занять места, вести себя тише и ждать, когда прибудут наши наставники и учителя.

И они не заставили себя долго ждать.

Первым вошел какой-то азиат, что интересно, он пытался быть максимально аутентичным. Во-первых, прическа с высоким… даже не знаю, как это обозначить, мама всегда это называла не совсем культурно, и выбритой макушкой. Потом кимоно, черное, казалось, что шелковое, выглядело классно, а красный пояс оби оттягивал взгляд. Под кимоно виднелось косодэ, а в руках этот мужчина, лет сорока, наверное, нес хаори. Если бы не Ханако, я бы и половину не узнал из надетого, только кимоно бы угадал. Ну и да, у него на поясе висела деревянная катана.

— Охайо годзаймас, — поклонился он в пояс перед всем нами, когда дошел до начала класса. — Крайне рад приветствовать вас всех, юные дарования.

Его приветствие вызвало волну одобрения, а Марьяна только поморщила носик. Но что-то мне подсказывало, что его группе, которую он будет курировать, вообще несладко придется. Хотя его взгляд по мне скользнул и на миг задержался возле темляка, из-за чего на лице «самурая» расцвела легкая улыбка. Думал, что он будет держать маску суровости.

Вторым вальяжно вошел уже мой наставник: Шон окинул взглядом класс, всех спокойно поприветствовал и занял свое место. Следом за ним вошли сразу две девушки, весьма молодые, может, лет по двадцать пять, что у «сильной» половины моего нового класса вызвало бурю эмоций. Еще и выбрали официальные, но очень провокационные костюмы. Вроде пиджачки и белые блузки, но пуговицы расстёгнуты вызывающе. Вроде юбки по колено, но разрезы — у одной справа, у другой слева — такие, что видно бедра у обеих целиком. Я тоже, если честно, засмотрелся. Ну и у обеих небольшие, явно декоративные, очки, яркие красные губы и длинные хвосты каштановых волос.

Индри бы гарантированно сейчас пошутил про стереотипы, а также про то, с чем их можно ассоциировать. Но звука не было: он ничего не слышал и не видел.

Ну и последним зашел хромой… опа. А его я видел. Я даже хотел привстать, но тот скользнул по мне взглядом и качнул головой. Он ко мне не подходил, но краем глаза я его видел на Совете. И, судя по тому, что он здесь, он какой-то очень элитный сёрфер. Суровый мужик… стоп. Стоп-стоп-стоп! Я точно его знаю!

Это он тогда спорил с мастером Ольмеком, когда я пришел сдавать квест! Или нет? Больно старо он выглядит…

— Мистер Невзоров, успокойтесь и не смотрите на меня так, — встал он рядом с остальными преподавателями. — Во-первых, это неприлично, я ведь гражданин девятого уровня, а во-вторых, я за своего сына уже давно не в ответе. И то, что у вас возник конфликт несколько дней назад, меня вообще не касается.

И тут словно от сердца отлегло, и я расслабился. Значит, не показалось, но в то же время я ой как ошибся. Ну и заодно этот человек уже заявил о себе перед всем классом. Гражданин девятого уровня, связан с сёрферами. И точно был на Совете. А еще после его слов на меня упало сразу несколько удивленных взглядов. Причем тоже детей элит. Видимо, они не были готовы к тому, что тут будет еще один носитель фамилии.

— Как старший представитель из всех присутствующих, думаю, возьму первое слово на себя, — окинул девятка взглядом других преподавателей. — Вот и славно. Меня зовут Николай Отрешенков, я заместитель начальника Академии, а также главный куратор Старшей школы сёрферов. Вашему классу не скажу что повезло, но именно я буду старшим руководителем у вас. И что меня несомненно радует — в этом году самый большой набор. Мы даже думали разбить вас на два разных класса, но приняли решение, что и так пойдет. Жаль, что выпускников средних школ с пограничными значениями еще больше. Городу всегда нужны сёрферы, особенно в такое непростое время. Да, мистер Ник?

И снова упали взгляды на меня. Он что, таким образом хотел намекнуть на то, что из-за меня вся эта каша с Хладом началась? Или что-то другое?

— Почему я его выделил, — окинул взглядом класс мистер Отрешенков. — Среди вас он единственный, кто представляет, что такое Ужас. Он единственный, кто смог поучаствовать в прорыве к нему, видел, насколько это сложно, какие силы для этого нужны, а потом еще и нанес последний удар. Это бесценный опыт, который был учтен при формировании его учебной программы на все три года Старшей школы. Он хоть и не является образцом благоразумия, сдержанности и лояльности, но по уровню ответственности и тому грузу, что на него свалился, он превосходит всех вас. В этих двух направлениях советую брать с него пример. Но не возгордитесь, мистер Ник. За вами многие следят.

И последние слова звучали реально как угроза. Меня даже холодный пот прошиб. Снова я стал центром внимания в классе, снова ко мне будет какое-то особое отношение. Только всё это решилось, но теперь… Мгла! Будто бы специально меня в какие-то рамки загоняют. Вот зачем? Зачем?!

— А теперь деление учеников, — продолжил куратор. — Согласно вашим базовым профилям, характеристикам, возможностям, классам, характерам, были сформированы учебно-боевые группы. Они не финальные, кроме двух исключений всё может быть пересмотрено, но можете уже сейчас начинать кооперироваться в Реатуме и стараться самостоятельно притираться друг к другу, смотреть, как сражаетесь. В любом случае вам нужно будет учиться перестраиваться на ходу в случае необходимости. Списки перед вашими глазами.

Тут же за спиной учителей включился до этого незаметный экран, который мимикрировал под оттенки стен. И ученики все сразу направили свое внимание туда. И первым… шел, конечно же, я. И я был единственным, кто был одним у наставника. Следом, подо мной, шли тройняшки Ивановы. У них главная — Ульяна Городецкая, одна из близняшек. Видимо, это второе исключение, потому что наши две группы отличались цветом, чуть темнее остальных были выделены. Остальные же двадцать пять человек были распределены между оставшимися тремя наставниками. Первую девятку, включая двух детей элит, забрал себе мистер Отрешенков, самурай забрал себе восьмерых, среди которых был парень с восьмьюдесятью девятью процентами синхронизации. Ну и Татьяне Городецкой, второй сестре, досталась вторая восьмерка. Довольно большие группы получались.

— Разрешите вопрос! — поднял руку Джон.

— Да, — кивнул куратор.

— Группы больше стандартных, но при этом две последние не разделить на обычные тройки. Не подскажете, как нам действовать в таком случае?

— Есть группы малые, — начал отвечать Шон, — а есть большие. Вы относитесь к большим группам. Они до десяти человек, как раз вы и ваш наставник. Дальше уже только рейд, после рейда — клан. До этих двух объединений вы пока по возрасту не доросли.

— Спасибо, мистер Шон, — довольно учтиво ответил Аллабанд, после чего уселся на место.

Это стало началом для задавания вопросов с нашей стороны. Кто-то спрашивал, почему именно такие группы, почему зацементированы первые четыре позиции, почему я вообще один. На последнее пришлось отвечать уже мне лично, что вызвало только еще больше вопросов, но, спасибо куратору, меня он от них спас.

Дальше нас просили представляться, начали с конца списка. Я не особо вслушивался, но некоторые… были уникальны, так сказать. По крайней мере для меня. Так выделилась Фатима, у которой был редкий класс боевого алхимика: буквально в бою создавала смеси из имеющихся реагентов и использовала их как для атаки, так и для поддержки. Также был Мухаммед, который в средней школе звался одноклассниками «пророком», сам он был в Реатуме магом огня. Еще интересным имя показалось — Жан-Пьер, самый младший из нас, но, судя по тому, что он рассказал, выходило, что он умелый фехтовальщик. Еще были Хан, Аиша, Лейла, Эрик… такие имена я уже встречал, но всё равно для нашей местности они были редки. Ну и самый выдающийся из всех — Кенджи. Он был вторым по синхронизации в классе, восемьдесят девять процентов. Ну и естественно, что он попал к наставнику-«самураю».

— Ты у Татьяны, — шепнул я Марьяне.

— Ты думаешь, я слепая? — возмутилась она, что было довольно типично для нее. — Хорошо, что у нее. Я про этого дядю слышала. Суровый. А близняшки… ну они тоже гоняли выпускной класс, судя по слухам, будь здоров, но и отношение к ним было у всех отличное.

После того как представились все, кто был снизу списка, начали о себе рассказывать дети элит. Причем девятка была предпоследней, потому что последним решили поставить перед классом меня. Неловкий момент, я окинул всех взглядом… и просто пересказал свою историю, не особо вдаваясь в подробности, начиная с того момента, когда у меня определили синхронизацию. И про бой с Рычком, и про забег к Ужасу наперегонки со временем, и про гибель отца от перегруза, про свой уникальный класс. Хотя странно, что он назывался уникальным… хотя вроде как он может перерасти в индивидуальный, а там я точно буду единственным его обладателем.