Помоги мне уснуть

— Не грусти, малыш. Твоей мордашке это не идёт. И брови не хмурь, морщины не красят, – усмехнулась Агата.

Максим тут же закатил глаза, но руку не убрал.

— Да уж, – протянул Илья. – Времена тогда были непростые. Я младше тебя, Агата, но всё равно понимаю. – Он говорил искренне, девушку это тронуло: кто-то ещё способен разделить её тяготы. Пусть этот кто-то её и не видел.

Илья встал, потянулся, быстро погладил Джека, который уже крутился у его ног, и достал телефон.

— Ты куда? – окликнула его Вика, когда он вышел из комнаты.

— Позвоню. Пора вспоминать тех, кто у меня в долгу. А таких, к счастью, много, – Илья недобро улыбнулся.

Связи — первое, что начинают наращивать в его работе. Когда можно попросить, и папку со старым делом незаметно передадут для личного ознакомления. Или помогут вызвать человека на допрос без лишних бумаг и шума.

Весёлый голос Ильи оказался приглушён запертой дверью. Вика листала статью, которую ей отправил Максим. Текста было немного, но Виктория изучала его долго, внимательно рассматривала фото, перечитывала показания свидетеля.

— Как всё просто. Девушка умерла — и оказалась виновата. Восхитительно, – Вика зло выплюнула эти слова.

— А авария перестала быть скучной? – фыркнула Агата. Максим не без удовольствия повторил её вопрос.

— Макс, юмор для подружек прибереги. Потом расскажешь им, какой ты герой, – приструнила его Виктория.

— У тебя подружки есть? – перескочила на другую тему Агата. – А как же я? Наша связь?

— Нет у меня подружек. Что ты несёшь? – шикнул на неё Максим.

— Позитив и радость, малыш. Я несу позитив и радость, а ещё разнообразие в вашу скучную жизнь. Смотри, как твоя сестрёнка засуетилась. А Илюша вообще — на телефоне висит, старается, – не без благодарности, которая почти терялась в ехидном тоне, сказала Агата.

— Пойдем прогуляемся, иначе ещё одно слово — и я застрелюсь из пистолета Илюши, – скривился Максим. – Вик, мы возьмём Джека погулять.

Виктория кивнула скорее машинально, услышав среди множества слов брата своё имя. Она уже погрузилась в расследование и скрупулезно искала в контактах номер своего однокурсника, который работал в соседней области.

Максим быстро надел на Джека ошейник, не без труда отыскал поводок среди завалов вещей и вместе с Агатой вышел из квартиры. Она слёзно умоляла его дать поводить пса на поводке, чтобы нанести непоправимую травму всем, кого они встретят на улице, но Максим не поддался и отказал ей.

Долго дуться Агата не смогла, хотя очень пыталась. Она вылетела из подъезда словно ураган, едва не сбив пожилую соседку Вики и Ильи на лестничной клетке. Старушка заохала — больше для виду, нежели от реального приступа, — схватилась за сердце. Но когда Максим придержал для неё дверь, расцвела в улыбке и назвала его внучком.

Он вежливо улыбнулся в ответ и поспешил за Агатой, которая бродила между детьми на детской площадке, желая покататься на качелях. Одному мальчику она умудрилась поставить подножку. Неустойчивые дети попадали, подобно костям домино. Максим свистом привлёк её внимание и качнул головой в сторону. Агата скорчила недовольную рожицу, но тут же оказалась рядом.

— Пойдём, дальше есть ещё площадка, там меньше людей, – сказал он, вставляя для маскировки наушник в одно ухо.

Губы девушки вмиг растянулись в улыбке, и она, схватив Максима под руку, потащила его за собой. Они прошли мимо магазина и зелёной лужайки, которую с большим интересом и вниманием обнюхал Джек, перешли небольшую дворовую дорогу. Шаг замедлился — Агата с интересом рассматривала всё вокруг. Для неё многое было привычно, но любые новшества она впитывала с большим удовольствием.

Мимо проходили подростки, закончившие учиться. Угрюмые, утомлённые необходимостью вставать рано в субботу и ехать в школу. Максим не сдержался и легко хохотнул, когда Агата тронула засыпающего на ходу мальчика за нос. Тот вздрогнул, поёжился и натянул ворот куртки повыше.

Дом Вики и Ильи скрылся за другими высотками. Максим, Агата и Джек пошли вдоль школы, выкрашенной в бело-синие цвета. Железный забор тянулся по периметру, сквозь него можно было разглядеть играющих на небольшом стадионе детей. Агата засмотрелась: у её школы тоже была площадка рядом, но не такая большая, да и само здание было на много десятилетий старше.

Детский шум и суета остались позади. Максим свернул за крайний дом — перед ними оказался пока ещё не отданный под застройку пустырь. Щёлкнул карабин, он отстегнул Джека. Пёс тут же скрылся в кустах и высокой сухой траве.

— Малыш, – позвала Максима Агата, когда они пересекли поле по вытоптанной тропинке. – О чём задумался?

— О том, что тебе стоит прекратить называть меня малышом, – фыркнул Максим и на автомате протянул ей руку, помогая перешагнуть через широкую лужу.

Отказывать ему Агата не стала, обхватила тёплые пальцы и ловко перескочила через незначительную преграду.

— Но ты же малыш, – делано нахмурилась она. – В чём я не права?

— Мне перечислить? – изогнул бровь Максим и жестом показал, куда идти дальше.

— Недовольство оставь при себе, – отмахнулась Агата.

В недолгой тишине они дошли до обещанной детской площадки. Она выглядела намного старше той, на которую претендовала Агата. Такие были в её детстве и юности. Дома вокруг — такими же: серыми, совершенно не похожими на ту яркость, что осталась по другую сторону пустыря.

Протяжно скрипнули качели. Агата толкнулась ногами от земли и довольно улыбнулась. Максим сел на скамейку напротив и принялся терпеливо ждать, когда мёртвая девушка заново проживёт оставшиеся в далёком прошлом моменты.

— Мне нравится здесь, – Агата перекрикивала поднявшийся ветер. Она раскачивалась всё сильнее, и для любого прохожего эта сцена покадрово повторяла бы типичный эпизод из фильма ужасов, где предметы двигаются сами собой. Но в этом месте они были одни. Позади — очередной пустырь, справа — спуск к шумной дороге. – Ты же хочешь спросить, малыш. Спасибо, что позволил сохранить хотя бы какую-то тайну от твоей цепкой сестры. А вот её муж мне больше понравился. Красавчик.

— Все так говорят, ты не первая, – усмехнулся Максим. – Мою сестру мало кто любит, – он несдержанно фыркнул. – Почему ты была на улице в ту ночь, Агата?

Улыбка в одно мгновение исчезла с её лица. Оно застыло, потеряло эмоции. Фотография на её памятнике сейчас была живее неё. Агата затормозила качели, упёрлась ногами в землю, наклонилась вперёд.

— Не думаю, что это важно, – она подпёрла щёку рукой, закинула ногу на ногу. – У тебя хорошая семья?

Максим не успел ответить, Агата продолжила:

— Кажется, что да. Мама забыла поздравить меня с днём рождения. С последним днём рождения, – она покачала головой, бесцветные волосы закрыли лицо, спрятали эмоции от чужих глаз. – Это так глупо. Я поступила глупо, наверное. Я приехала домой через неделю, когда она позвонила мне. Думала — что-то важное, что она вспомнила обо мне.

Агата продолжала легко раскачиваться на качелях, скрип разносился по району.

— А она… она просто сказала, что у них с Костей будет ребёнок. И что после выпуска я должна вернуться домой, чтобы помогать ей. Мы поссорились. Снова глупость. Я не хотела возвращаться. Мне не было места в родном доме. У меня даже кровати своей больше не было. Не было ничего.

Она выдохнула.

— Я убежала, схватила только магнитофон.

В её руке появился проигрыватель. Она бережно провела по нему пальцами — заиграла негромкая музыка.

— Могу включить любую песню, которую захочу. С чем умерла, с тем и осталась.

— Это важно, Агата, если ты так думаешь, – сказал Максим. – Если тебя что-то беспокоит, можешь рассказать мне.

— Меня уже давно ничего не волнует, кроме того, что я умерла, – она пожала плечами. – Но спасибо, малыш. Ты хороший. Не повезло же тебе нас видеть — жил бы спокойно.

— А ты так бы и сидела на кладбище, – ответил Максим. – Я готов потерпеть мертвецов, чтобы помочь тебе.

Агата склонила голову набок и без тени усмешки или иронии посмотрела на Максима. Странный мальчик, говорящий с мёртвыми. Она никогда не слышала о таких, как он, хотя видела призраков, проживших на кладбище в несколько раз дольше неё.

Ей повезло, что они встретились. Впервые за свою короткую жизнь и долгую смерть Агата вытащила счастливый билет.

— Когда всё получится, я замолвлю за тебя словечко на той стороне, – сказала Агата. – Чтобы тебе дали больше лет. Потому что ты этого заслуживаешь.

— Такого мне ещё ни одна девушка не обещала, – не сдержался Максим и подозвал Джека свистом. Пёс тут же выскочил из кустов и прижался к его ноге.

— Разумеется, я такая одна, – Агата гордо вздёрнула подбородок. – Погуляем ещё?

Максим согласно кивнул.

***

Они гуляли до заката. Обошли весь район, дошли до торгового центра, мимо которого раньше проезжали. Иногда молчали, но большую часть времени говорили. Ни о чём — как обычные люди. Несколько раз на Максима пялились прохожие, но он не обращал на них внимания.

Агата была пусть и гиперактивной, но очень интересной собеседницей. Она много знала, о многом рассказывала сама. О периоде, который Максим так ненавидел, пока готовился к сдаче экзаменов по истории. Будь Агата рядом, он набрал бы больше баллов — хотя и тех хватило, чтобы поступить на бюджет.

Джек устал спустя два часа бессмысленных брожений между домами, когда они спустились в овраг, обустроенный под небольшой парк. Склоны были укреплены, деревянные и каменные дорожки пронизывали их, словно сосуды в теле.

Они сели на свободную скамейку. Джек устроился на траве неподалёку и вывалил розовый язык. Мимо проходили семейные пары с колясками, проезжали велосипедисты, хозяева прогуливались со своими собаками. Джек подходил ко всем — быстро, но очень приветливо виляя коротким хвостом.

Агата разлеглась на скамейке, вытянула ноги, голову положила на колени Максима. Сопротивления от него не последовало. Она довольно улыбнулась и, немного поерзав, устроилась поудобнее.

Бесцветные глаза с жадностью и тихим восторгом рассматривали густые облака. Те постепенно меняли цвет — с бледного-жёлтого на тёмно-розовый.

— На кладбище небо всегда закрывал лес, – сказала Агата, когда солнце ушло за горизонт. Сразу же похолодало. Девушка этого не почувствовала, Максим зябко поёжился.

— Наслаждайся. С балкона Вики и Ильи видны красивые закаты. А из их комнаты — рассветы. Посмотришь, – ответил Максим.

— Мы останемся у них? – спросила Агата, возвращаясь в сидячее положение.

— Если ты не против. – Максим встал и отряхнул штаны, будто сидел не на относительно чистых досках, а на голой земле.

— Наоборот, – она улыбнулась. – Они знают про меня. Так веселее. Чувствую себя своей.

Максим повторил её улыбку, взял Джека на поводок, и они пошли обратно.

***

— У вас день фастфуда? – поинтересовался у сестры Максим, когда в подъезде они столкнулись с курьером.

— Не спрашивай, – Вика закатила глаза, забирая три коробки пиццы.

Пропищал терминал, оповещая о прошедшей оплате. Молодой человек в куртке с логотипом пиццерии пожелал хорошего вечера и ушёл.

— Илья смотрел слишком много фильмов и сериалов про призраков. Без обид, Агата.

— Он купил доску Уиджа? – Максим бы не удивился, если бы его предположение оказалось верным.

— Нет, – махнула свободной рукой Вика, уходя в зал. – Он купил «Монополию».

Максим и Агата переглянулись, молча гадая: пошутила Виктория или сказала правду?

Они быстро оказались в проходе в главную комнату квартиры. Со стола всё было убрано, по центру лежала коробка с настольной игрой, рядом Вика поставила пиццу. Илья сидел на диване с бутылкой пива — той самой марки, известной по серии фильмов «Форсаж», — и читал правила.

— Я объясню тебе, – шепнул Максим Агате, приглашая сесть на другой от Ильи конец дивана.

— Знаю эту игру. Не напрягайся, – кивнула Агата и подтащила к себе коробку, чтобы выложить игровое поле.

— Знаешь? – кашлянул Максим, заметив, как Илья на миг напрягся из-за коробки, двигающейся сама по себе.

— Ну да, в общаге играли. Было весело, я часто выигрывала, – подтвердила Агата.

— «Монополия» была уже тогда? – от удивления он даже сел ровнее.

— Если ты говоришь с Агатой, – влез в разговор Илья, откладывая правила, – «Монополия» старше, чем ты думаешь. И мы не жили во времена динозавров, Макс.

— Вот именно, – довольно кивнула Агата и потянулась к Илье, чтобы дать ему «пять». Но мужчина жеста не увидел, и она опустила руку, принимая поражение.

— Ну давайте, – фыркнул Максим. – Образуйте союз детей девяностых против меня.

— Сейчас Вика вернётся — и обязательно, – с довольной улыбкой кивнул Илья. – Агата, отбей!

Он протянул ей кулачок, и Агата с большим удовольствием стукнула по нему своим. Максим понял, что потерял единственного союзника, с которым мог бы объединиться против сестры и её мужа. Теперь придётся отбиваться самостоятельно.

Агата умиротворённо раскладывала игровое поле, карточки улиц и купюры разного номинала по отдельным стопкам. В последний день перед отъездом домой они играли с друзьями. Тогда поле было не таким ярким, карточки успели протереться по краям, а деньги были склеены скотчем. Но она часто вспоминала те счастливые часы.

Сейчас Агата чувствовала себя живой — потому что с её мнением считались, её шутки понимали. Ей казалось странным и необъяснимым, что Илья и Вика отреагировали с таким пониманием, но она жадно принимала всё, что ей давалось сейчас.

Виктория притащила с кухни тарелки, стаканы и каждому по охлаждённой бутылке пива. Агате, по просьбе Максима, достался яблочный сок.

Они распределили игровые фишки. После недолгой борьбы Агата забрала себе фигурку собаки, Максиму досталась шляпа, Вике — кошка, а Илье — корабль. Началась игра.

Это были часы смеха, громких споров и недовольного бубнежа Вики. Илья не щадил никого: безжалостно скупал улицы, строил на них дома, а затем отели. Максим обанкротился первым, всё его имущество перешло довольной Агате, которая не отставала от Ильи.

Несколько раз её пытались обвинить в жульничестве и использовании сверхъестественной силы, но она слёзно клялась, что и думать не смела о подобном. Максим не поверил ей ни на йоту, но от Агаты отстали.

В итоге они остались с один на один. Вика громко ворчала, что муж никогда ей не поддаётся, хотя мог бы. Даже когда они играли с компанией друзей в покер на небольшие деньги, он раздел её практически до трусов. Тогда она почти заполнила онлайн-заявление на развод, но любимый торт, бутылка шампанского и букет цветов от Ильи спасли их семью.

Безжалостная дуэль продолжалась долго. Агата гневно пыхтела и от негодования хлопала Максима по коленке. Он перестал следить за игрой, когда вылетела Вика, и помогал только тогда, когда Агата хотела что-то сказать. В большинстве случаев это была многоуровневая ругань и проклятия, которые он отказывался озвучивать.

Максим негромко разговаривал с сестрой и решал кейс по уголовному праву, заданный ещё в понедельник. На четвертом курсе пар было немного, да и в целом плотным расписанием учёба в его университете не отличалась. Но задания часто давали сложные, требующие детального изучения материала и знаний, накопленных за все годы обучения.

Максим перечитывал условие, хмурился, отмахивался от Агаты.

— Токсикологическую экспертизу не провели, – подсказала Вика, на несколько мгновений заглянув в экран ноутбука. – Соберись, Максик, это детская задачка. Тебе ещё искать убийцу в реальной жизни.

— Без тебя разберусь, – ощетинился он, но после подсказки сестры стало заметно проще.

К отсутствию экспертизы добавилось то, что не проверили обстоятельства назначения погибшей лекарственных препаратов, а также не было никакой информации о конфликтах погибшей с сожителем.

Он печатал быстро, научившись за годы учёбы не смотреть на клавиатуру. Пальцы двигались самостоятельно, находили нужные буквы, а он лишь успевал записывать выстроившуюся в голове логическую цепочку.

Когда Максим закончил и закрыл ноутбук, Агата и Илья всё ещё играли. Девушка агрессивно размахивала давно остывшим куском пиццы, едва не попав локтем Максиму в челюсть. В итоге она сдалась — Илья загнал её в угол. Ей не победить, но можно уйти с честью и принять условную ничью.

Илья не слышал её бубнёж, но всё равно довольно улыбнулся, когда протянул ей руку. Агата пожала её в ответ. Давно она не соприкасалась с людьми так часто: приходящие на кладбище шарахались от каждого треска ветки и ощутимо холодного ветра. В первое время она специально задевала каждого проходящего мимо её могилы человека, потом перестала. Возвращалась к подобным шуткам, когда становилось совсем тоскливо.

Они убрали со стола, сложили недоеденную пиццу в контейнер, весь мусор собрали в пакеты. Вика принесла постельное бельё, решив не интересоваться, спят ли призраки и, если спят, то насколько комфортно им будет вдвоём на небольшом диване. Потрясений за сегодня было достаточно — не осталось сил беспокоиться за младшего брата.

Она пожелала всем спокойной ночи и проскользнула в ванную после Ильи. Максим прикрыл дверь и приглушил свет. Агата ловко заправляла постель и хихикала над одним одеялом. Укрываться она не собиралась, но сейчас это желание неожиданно вернулось.

— Хочешь переодеться? – спросил Максим, когда Агата закончила разглаживать наволочки на подушках.

— Двадцать лет ходила в одном и том же, – отмахнулась она. – Ещё столько похожу. Или ты хочешь украсть у Вики вещи для меня? Такой романтик.

Агата согнула пальцы так, что получилось сердечко. Максим закатил глаза. Последние два дня это движение стало таким частым, что он всерьёз запереживал о здоровье своих глаз и зрении.

— Я просто стараюсь быть вежливым, невыносимая девчонка, – бросил Максим.

— Эй, сам ты девчонка. Я тебе в матери гожусь! – крикнула Агата, но Максим уже скрылся за дверью и заперся в ванной.

Агата легко ходила сквозь стены — замок её не остановил бы, но Максим взмолился Богу, чтобы тот защитил его и позволил помыться в одиночестве. И Бог услышал, откликнулся на зов… или Максиму просто повезло.

Он вернулся в комнату и застал Агату за изучением своего домашнего задания. Она внимательно читала текст, кусая внутреннюю сторону щеки.

— Ты умный. Моего убийцу так же быстро вычислишь? Чего же мы ждём? – серьёзно спросила Агата, закрывая ноутбук.

— Не ёрничай, – Максим принял из её рук технику и положил её на стол. Забрался под одеяло — голые ноги тут же кольнуло холодом, исходящим от девушки. — Ты знаешь, что всё не так просто.

— Знаю, – легко согласилась Агата. – Просто вредничаю, возраст, знаешь ли.

— Да-да, я понял, – он повернулся к ней и улыбнулся.

Агата недовольно поморщилась и отодвинулась. Холод ушёл вместе с ней, Максим непонимающе нахмурился.

— От тебя пахнет алкоголем. Не люблю этот запах, – объяснила Агата.

— Расскажешь? – попросил Максим, отворачиваясь от неё.

— Нечего рассказывать. Отец много пил, особенно после распада СССР. Говорил, что успокаивает нервы после работы. Конечно… – зло процедила Агата. – Нам с мамой сказали, что его организм не выдержал. И теперь каждый раз я думаю, что он мог быть жив, если бы не лишняя рюмка. Поэтому, – она слабо улыбнулась, – думай о себе. Иначе на той стороне мы встретимся раньше положенного.

Максим кивнул, вышел из комнаты, а когда вернулся, от него так сильно пахло мятой, что у Агаты заслезились глаза. От шуток она легко удержалась, про себя отметив, что Максим намного лучше тех парней, с которыми она училась. Возможно, дело в разнице поколений или воспитании — или Максим в любое время оставался таким же.

— Я знаю, чем мы займёмся, пока ждем информацию, – сказал он, когда вновь залез под одеяло.

— Удиви, – любопытство блеснуло в бесцветных глазах.

— Проверим, что в интернете правда про призраков, а что — нет.

Глава 6.

Вике и Илье пообещали найти старое дело как можно быстрее, но, по словам старшего следователя, поиски могли затянуться на несколько недель. Им не нужна была известная информация о дате и месте смерти — важными сейчас были имена тех, кто так или иначе причастен к убийству: свидетель, водитель, врач, передавший следствию ложные показания о наличии алкоголя в крови, и сотрудник МВД, занимавшийся этим делом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.