Заказ на любовь

Грейс скромно хихикнула, было видно, что она довольна произведенным эффектом. Пока мы смеялись, недалеко от нас образовалось какое-то шевеление, за которым последовал девичий визг и громкое, с придыханием:

– О, Дисеон…

Я удивленно вскинула бровь, а Эдельф вздрогнула и сделала нерешительный шажочек вперед. Однако вспомнив, что она вроде как при деле, остановилась и глянула на меня с видом побитого щенка. Вверх поползла вторая бровь, а я себя почувствовала последней гадиной, забирающей у ребенка конфету. Сложив руки в немой мольбе, девушка пискнула:

– Я вам сейчас очень нужна?

– Иди уж, – хмыкнув, махнула рукой.

Вспомнила я этого Дисеона. Точнее сказать, Дахара ди Локсара, так как первая вариация – это псевдоним. Известный певец, обладающий сильной энергетикой, небывалой харизмой, прекрасным характером и внешностью (это не мои слова, это выписка из газет). Насколько помню, Дисеон принадлежит к роду пустынных кочевников и являлся незаконнорожденным сыном местного атамана. Проходил даже слух, что этот молодой человек владеет магией тьмы. Однако сам Дисеон отрицает её наличие, заявляя, что глаза у него не черные, а просто темно-карие.

Приподнявшись на носочках, попыталась выглядеть поверх девичьих голов предмет их обожания, но все, что я увидела, это темноволосую голову, обмотанную алой куфией.

– Интересуетесь экзотикой? – раздался насмешливый, чуть приглушенный голос над ухом.

– Возможно, – не поворачиваясь, отозвалась я, щурясь. – А что? У каждого свои вкусы, – последние слова потонули в дружном девичьем ах.

– Ни в коем случае не осуждаю. С какой-то стороны даже понимаю, – хохотнул незнакомец, а я все-таки повернулась к нему лицом и тут же едва не шарахнулась в сторону, схватившись за сердце. А этот… этот расхохотался пуще прежнего, явно довольный моей реакцией.

– Ваше Высочество, попрошу не доводить леди-сваху до инфаркта. Нам еще работать сегодня, – из толпы вынырнул маг, встав рядом, пока я пыталась привести в порядок собственное сердце и найти более приличные слова, чтобы описать свое состояние.

Маркус, а это был он, виновато улыбнулся и, сцапав мою руку, аккуратно поцеловал пальчики.

– Прошу прощения, леди Рэгл. Не хотел вас напугать.

"Да уж… Действительно", – мрачно подумала я, глядя на второго принца исподлобья.

Поскольку бал-маскарад должен был оставить не только хорошее впечатление, но и произвести фурор, каждый гость подошёл к выбору костюма с особой тщательностью. И это были отнюдь не костюмы животных… Почти вся собравшаяся здесь аристократия облачилась в костюмы богов, богинь, мифических существ из старинных легенд, тех, кто населял нашу землю задолго до появления людей. Хорошо, что портные фиксировали названия костюмов, и ни у кого ничего не повторялось.

Вот и Маркус, к моему собственному недовольству, был облачён в образ Ниалла – Змея Искусителя. Чёрная, полупрозрачная рубашка, сотканная из тончайшей стальной паутины, была украшена серебряными нитями и обнажала открытую грудь. Кто-то, видимо придворный художник, хорошо постарался, украсив тело молодого человека блестящей чешуей. Тёмные брюки из-за обилия пайеток, имитирующих змеиную кожу, казались колючими на вид, переливаясь бликами при каждом движении принца, и были вправлены в высокие ботфорты на каблуке. Под рубашкой мелькнула серебряная цепочка, украшенная настоящими бриллиантами. Она плотно оплетала тело Маркуса и была закреплена на запястьях широкими браслетами. Своеобразные кандалы, которыми был скован бог после побега Амии. Уши принца заострили с помощью воска и украсили серьгами, свисающими до самых плеч. На согнутой руке молодого человека висел плотный плащ, на котором я смогла разглядеть искусную вышивку цветов вишни. Чёрная маска, фактически сливающиеся с волосами, скрывала лишь половину лица, а вторая половина была расписана по подобию змеиной морды. Особый акцент был сделан на глаза: так как природный цвет глаз Маркуса голубой, а у настоящих рептилий, зачастую, жёлтый, то область вокруг глаз украсили золотыми блёстками, подчеркнув чёрной краской. Невольно закралась мысль, что образ Бога Хаоса лучше всего подошёл бы лорду Алиоту. Не только из-за необычных глаз, но и из-за мрачной атмосферы, которую он будто бы нарочно распространял вокруг себя. Маркус же, несмотря на изобилие темных тонов в наряде казался каким-то светлым и шальным что ли… Так Ниалл мог выглядеть до того, как познакомился с Богиней Любви, но никак не после встречи с ней.

Я улыбнулась собственным мыслям и немного расслабилась. Придя в чувство после "змеиной морды", склонилась в изящном реверансе и все-таки произнесла:

– Приветствую второе солнце империи. Пусть судьба благоволит вам во всех ваших деяниях.

– Леди Рэгл, – улыбнулся он, больше не кривя рот в жутком оскале, – я ценю вашу вежливость, но это лишнее. Сегодня мы с вами находимся в равных условиях, не так ли? – подмигнул Его Высочество, поправляя свои "кандалы".

– Прикажете звать Ниаллом? – полюбопытствовала, выпрямляясь и переводя заинтересованный взгляд от одного мужчины к другому. – К слову, а вы кем будете? Драконом?

– И как вы только догадались? – по волосам мага побежали оранжевые всполохи огня, искры скользнули на лицо, а янтарные глаза, казалось, засияли ярче.

Ярко-алый камзол был расшит самоцветами, которые периодически вспыхивали благодаря огню, при этом не вредя самой ткани. Жилет на несколько тонов темнее был сделан из плотного бархата, а вот рубашка, по ткани похожая на ту, какая у Его Высочества, была настолько светлой, что сильно контрастировала со смуглой кожей королевского мага. Брюки того же цвета, что и жилет были строгими, не обтягивающими, а вот сапоги были заменены на кожаные туфли с острым носком. В отличие от Маркуса Рэндалл не стал разрисовывать лицо, отделавшись лишь красно-золотой ажурной маской. Но ему это и не требовалось, ведь магия, которой он владел, позволяла украсить себя как угодно. Вот и сейчас было видно, как по венам струится огненная магия, вспыхивая то там, то тут, заставляя мужчину буквально светиться изнутри. Но главным украшением костюма мага были полупрозрачные крылья, на поддержание которых, полагаю, требовалось немалое количество энергии. Едва сдержала восторженный вздох, в который раз поражаясь его лёгкому, почти что игривому контролю. И ведь ведёт себя так, будто ничего особенного не происходит. Так… Типичная ежевечерняя забава. Кстати, а он на этих крыльях летать может, или это просто для красоты?

– Ехидничать обязательно? – моментально огрызнулась я, не отрывая взгляд от ярких огненных огоньков. Красиво… Вот кто, наверно, никогда не мёрзнет.

– Не обязательно, – согласился лорд Алиот, изогнув губы в сдержанной улыбке. – Но за вами забавно наблюдать.

Хотела было сказать, куда именно он может направить свои наблюдения, но воспитание, крепко вбитое в голову, не позволяет. Хотя парочка крепких словечек так и вертелась на языке. Хищно улыбнулась, лишний раз напоминая себе, что он тоже ответственный за отбор. С ним лучше сохранять если не дружеские отношения, то хотя бы нейтральные.

Лишь сила воли не позволила мне ответить в той же манере, тем самым не дав разгореться дискуссии. Вместо этого демонстративно повернулась к Маркусу, давая магу понять, что наш с ним непродолжительный диалог окончен.

– Ваше Высочество, можно вас на пару слов? – по всей видимости, на моем лице отразилось нечто такое, из-за чего принца передернуло. Тем не менее молодой человек подставил мне локоть, позволяя опереться на него. – Скажите, вы уже имели удовольствие пообщаться с конкурсантками отбора?

Маркус усмехнулся, покосившись через плечо. Я обернулась, удивленно глядя на мага, который, заложив руки за спину, следовал от нас на расстоянии пяти шагов. Столкнувшись со мной глазами, лорд Алиот удивленно приподнял темную бровь, губы его дернулись в насмешливой улыбке.

– Мне тоже интересно мнение принца, – просто ответил он, глядя на меня едва ли не с вызовом.

– К сожалению, леди Рэгл, я видел девушек лишь издали, – поспешил ответить Маркус. – Но думаю, что все леди имеют равные шансы. По крайней мере по красоте. Но вы, леди Рэгл, само воплощение Амии, – подмигнул молодой человек, ободряюще похлопав меня по руке.

Я рассмеялась, всем своим видом показывая, что польщена этими словами. Так-так, тактично ушел от ответа. Значит второй принц также не верит в успех отбора. Красота – весьма распространенная характеристика, – но конечно же, свои мысли высказывать не стала. Возможно мне показалось, но будто Маркус надеется на эту свадьбу. Нет, брак, безусловно, состоится, но будет ли он счастливым? Не станет ли это началом конца для королевства? На эти вопросы у простых смертных не было ответов, а боги, увы, подсказок не давали.

– Ну чисто теоретически, – не отступала я, – у кого, по-вашему мнению, больше шансов?

Маркус задумчиво почесал подбородок.

– Надеюсь, мой ответ ни на что не повлияет? – с подозрением уточнил он, обращаясь, почему-то к Рэндаллу.

– Разумеется, нет, – маг пожал плечами, всем своим видом показывая, что ответ его не интересует.

– Если бы можно было делать ставки, то я поставил бы на… леди Вайер.

– На Изабеллу Вайер? – воскликнула я в искреннем изумлении, даже актерские таланты не пригодились. Вот честно, ожидала, что Маркус назовет принцессу Мэрайю или, в крайнем случае, леди Энджелину. Но, похоже, ответ принца удивил не только меня, маг так же выглядел озадаченным. Хоть эмоции он проявил не настолько явно, но высоко поднятые брови показывали, насколько его удивил ответ.

Ответить принц не успел, торжественно зазвучали трубы, все гости встрепенулись, вскинув головы. Мы тоже замерли в ожидании торжественного открытия бала. На балкон вышли Его Величество король Дрогбар и Его Высочество кронпринц Доминик. По традиции таких балов оба были в облачении солнечного Бога, но с единственным отличием – Доминик носил золотой обруч вместо короны. Я, лорд Алиот, принц Маркус и все остальные присутствующие склонились в почтительном поклоне, приветствуя королевскую семью. Только вот интересно, почему второй наследник не с ними? Не выпрямляясь, покосилась на принца, тот, в свою очередь, почувствовав мой испытующий взгляд, тихо шепнул:

– Маскарад же, мне светиться не обязательно, – я понимающе кивнула. Действительно, суть бала – это хорошее настроение и общение. И единственный, кто в этот вечер должен быть узнаваем – это принц.

Мы произнесли традиционное приветствие во славу Солнца и рода Эрраи, и король разрешил нам выпрямиться. В свою очередь Его Величество поблагодарил всех присутствующих за то, что откликнулись на приглашение. Сказал пару слов о смене поколений, не забыв упомянуть о том, для чего мы здесь, собственно, собрались – выбор будущей королевы Алендора. Доминик обернулся, когда в сопровождении разодетых лакеев на балкон ступили наши девушки. Облаченные в одинаковые серебряные платья с полупрозрачными накидками они буквально плыли по ковровой дорожке с высоко поднятыми головами. Но, как и предупреждала Марго, невест на балу нельзя было отличить друг от друга: одинаковые блестящие маски, парики, сотканные из мельчайших белых роз и застывшие, тщательно отрепетированные улыбки. Честно сказать, даже мне, видевшей и разговаривающей с ними, будет трудно различить их с первого взгляда. Кроме леди Мэрайи и леди Изабеллы, у них глаза примечательные.

– Ого, – присвистнул рядом со мной Маркус, – неплохо.

Неплохо то оно неплохо, да вот только наследному принцу предстоит перетанцевать со всеми претендентками. К слову, мне заранее его жаль. Первым танцем по традиции должен быть полонез, который открывает бал. В связи с отсутствием супруги, король не будет принимать участия в торжественном шествии, а значит право вести гостей предоставляется Доминику. Сейчас ему предстоит выбрать девушку наугад, с которой он и познакомится, ведь полонез – это достаточно долго и нудно, но зато весьма способствует разговору. Далее будет объявлено еще шесть танцев – по одному на каждую участницу. По факту, отбор еще не начался, и молодому человеку следует сперва познакомиться с невестами. Но вот когда вечер будет заканчиваться и наступит время вальса, кронпринц будет выбирать девушку уже исходя из общения с ними.

Бал-маскарад – это, в первую очередь, максимальное сохранение анонимности (по крайней мере, очень многие стараются делать вид, что никого не узнают). Даже сами леди не знают, кто из них, кто. Нам же их и вовсе представили лишь перечнем имен. А с такими костюмами немудрено и запутаться. Так как же быть? Всё довольно-таки просто: для невест предусмотрены бутоньерки на руку из семи разных цветов. Поэтому на сегодняшний вечер, как принц Маркус – это Ниалл, а господин королевский маг – Алый Дракон, девушки будут зваться просто леди и название цветка. Мне было плохо видно, так как мы стояли достаточно далеко от балконов, но готова поспорить, что среди бутонов должны быть роза и лилия.

Все замерли в ожидании, когда Его Высочество Доминик учтиво поклонился, губы его шевельнулись в тихом комплименте, который, увы, мы не могли услышать, но могли предположить. Семь девушек присели в изысканном реверансе, чуть выпрямились, а затем так и замерли, ожидая решения кронпринца. Впрочем, Его Высочество не стал долго раздумывать, подойдя к той, которая стояла ближе к нему. Даже со своего места я видела, насколько ослепительно улыбнулась девушка, которой выпала честь открывать бал. Гости расступились, образовав коридор, по которому прошествовали король и Доминик со своей партнершей. Лакеи помогли оставшимся невестам спуститься вниз по винтовой лестницы, а затем к ним направились несколько высокопоставленных мужчин, желая пригласить на танец. В том числе и принц Маркус, и господин королевский маг.

Все стали разбиваться по парам, а я, растерявшись, принялась оглядываться в поисках кресел, чтобы присесть. Когда уже выстроилась очередь из нескольких десятков пар, ко мне подошел человек в красной куфии, галантно поклонившись, произнес:

– Леди, не окажите мне честь? – голос его был низким, глубоким и каким-то гипнотизирующим, неземным. Поэтому неудивительно, что в следующее мгновение я, согласившись, заняла свое место среди танцующих.

Заиграла музыка, и кронпринц со своей спутницей начали шествие, толпа медленно двинулась по одной линии.

– Как вам праздник? Нравится ли у нас в Алендоре? – осведомилась я, глядя на своего партнера.

– Я вполне доволен и вашей страной, и праздником, и обществом, – улыбнулся Дисеон. – По крайней мере, уезжать отсюда в ближайшее время не планирую.

– Намереваетесь остаться здесь до коронации Его Высочества?

Певец пожал плечами, мол, кто его знает, и лучезарно улыбнулся. А мне, наконец, представилась возможность разглядеть своего собеседника как следует. Высокий, как и все люди юго-восточных стран, поэтому приходилось говорить с ним с поднятой головой. С удивительной светлой, почти что мраморной кожей, что уже не характерно для людей его нации. Впрочем, Дисеон и не скрывал, что является бастардом, мать его была из наших. Из-под куфии выглядывали жесткие, смоляные волосы, челка которых падала на левую сторону лица. И такие же глаза – темные, серьезные и какие-то уставшие. Я бы даже сказала, что это глаза человека, повидавшие жизнь. И, несмотря на моложавость, этому мужчине было уже за тридцать.

– Вы так смотрите, что вот-вот пронзите меня своим взглядом, – Дисеон бархатисто рассмеялся, а я все-таки решила уточнить.

– Вы точно не маг?

– А что? – окончательно развеселился мужчина, глядя на меня с легким прищуром. В уголках его глаз тут же образовались едва заметные морщинки: не возрастные, а свидетели того, что он очень часто улыбается.

– У вас потрясающий голос, – вполне искренне и крайне серьезно констатировала я. Уверена, что ему часто приходилось это слышать, но что есть, то есть, и от этого никуда не деться. – Боги не обделили вас талантами.

– За что я им благодарен и по сей день, – Дисеон белозубо улыбнулся. – Скажите, леди, ты тоже верите, что я нарочно пускаю слухи о своем магическом происхождении? Чтобы еще больше подогреть интерес в глазах общественности и, тем самым, привлечь внимание отца?

Я пристально взглянула в его темные, но отнюдь не черные глаза. Обычные темно-карие, хоть и без хорошего освещения разглядеть цвет достаточно затруднительно. А вот ресницы у него были черными, густыми, даже чуточку завидно.

– Нет, – уверенно мотнула головой я. – Не думаю, что вы стали бы нарочно пускать слухи о вашем магическом даре. Во-первых, ваши глаза. Да, возможно, так себе доказательство, но глаза у вас человеческие. Как бы другие не пытались доказать обратное. Ну и во-вторых, – демонстративно выдержала паузу, подогревая интерес мужчины, – я думаю, что вы такой человек, у которого если бы и обнаружился магический потенциал… Заметьте, я сказала если. То не стали бы его использовать. Ведь музыка и любовь публики вам милее, чем бремя ответственности и потаенного страха других людей.

Помолчав несколько секунд, Дисеон опустил голову, а затем его мелко затрясло. Я было хотела спешно извиниться, если вдруг мои слова показались грубыми и задели его. Но тут мужчина запрокинул голову и расхохотался, отчего пары, шедшие позади и впереди нас, едва не споткнулись. И смех у него был дивным, бархатистым, звонким и по-мужски красивым.

– Достойный ответ от достойной леди, – отсмеявшись, мужчина слегка склонил голову в знак уважения.

Я безразлично пожала плечами, скрывая, что похвала мне приятна.

– Просто считаю, что человек сам волен выбирать, как ему жить. Вы нашли счастье в своем таланте, я же нашла счастье в своем даре. Думаю, что для некоторых иметь магию, дабы быть полезным и помогать людям, а не кичиться своим положением, это тоже, своего рода счастье, – глазами невольно нашла лорда Алиота. Маг, будто почувствовав, что я говорю именно о нем, обернулся, с хищным прищуром вглядываясь в мое лицо. Гордо вскинув голову, ответила ему высокомерным взглядом, при этом едва удержавшись от того, чтобы не показать ему язык. По крайней мере, не при всех.

– Есть и обратная сторона счастья, – заметил Дисеон, устремляя свой взор на шествующего впереди Доминика. – Для кого-то счастье – это нести бремя ответственности за других. И быть тем, кем тебя хотят видеть.

– Вам это не по душе?

– Когда за тебя всё заранее предрешено, вплоть до твоего личного долго и счастливо? – мужчина как-то грустно усмехнулся. – Конечно же нет, это лишь иллюзия выбора, которая угодна всем, кроме тех, на кого она наложена. Только, тш-ш, никому ни слова.

Не могу сказать, что он не прав. У рожденных в королевской семье, в принципе, изначально нет выбора. Если ты наследный принц – значит сядешь на трон и будешь нести ответственность за людей, которых даже не знаешь. Если ты принцесса, то велика вероятность, что выдадут замуж за того, за кого выгодно. Не спрашивая о желаниях и ограничиваясь лишь тем, что всё это во благо. Но во благо кого? Зачастую люди даже не знают о принесенных жертвах.

– Тем не менее, я считаю, что этот отбор – хорошая идея, – внезапно произнес певец и, повернувшись ко мне, подмигнул. – Ведь в этой иллюзии находятся все, кроме Его Высочества. Ведь мы до последнего не будем знать о выборе, который он совершит. Чудесная смена ролей, не находите?

На этой радостной ноте музыка стихла, пары остановились, и партнеры поклонились друг другу.

– Прошу прощения леди, сейчас мне нужно идти на сцену, – поцеловав мне руку, мужчина лукаво улыбнулся. – На второй и третий танцы не рассчитываю, но молю о четвертом.

Взвесив все за и против, не нашла причины для отказа. Едва Дисеон удалился, над ухом раздалось мрачное:

– Надеюсь, вы помните, что мы сюда не развлекаться пришли?

Настроение, секунду назад радостное, начало стремительно опускаться. Скривившись, раздраженно прошипела:

– Могу сказать о вас то же самое.

Маг высокомерно вздернул подбородок. Схватив с подноса разносчика два бокала красного вина, протянул один мне.

– Было бы весьма некрасиво, оставить наших дорогих гостей без внимания.

– Было бы весьма некрасиво, если бы джентльмен не проявил галантность, пригласив одинокую даму на танец, – фыркнула, делая глоток вина, которое оказалось на удивление вкусным и сладким.

Лорд Алиот усмехнулся, глядя на сцену.

– Вот только таких одиноких дам было еще с десяток.

– Разве нельзя предположить, что молодого человека покорила моя красота? – сказала, а сама едва не стукнула себя по лбу. Должно быть, вино все-таки в голову ударило. Совсем из ума выжила! Не хватает с ним еще и флиртовать.

– Вы нарываетесь на комплимент, – заметил он, и глаза его насмешливо полыхнули.

Собиралась ответить, что ежели мужчина действительно хотел бы сделать комплимент, то давно мог бы об этом сообщить, но в последний момент передумала. Одним мнением больше, одним меньше, какая, собственно, разница?

– Леди Карина, – из толпы вынырнула запыхавшаяся Грейс. Увидев мага, она на секунду опешила, но довольно быстро взяла себя в руки и вежливо поклонилась, Рэндалл ограничился лишь легким наклоном головы. – Я поговорила с горничными, которые служат в крыле молодых леди.

Услышав это, у меня моментально навострились ушки. Не без интереса глянув на девушку, бегло осмотрелась по сторонам и, достав из потайного кармана веер с бело-розовыми перьями, прикрыла лицо. Маг же уходить не спешил. Напротив, поставив свой опустевший бокал на стол и забрав мой, мужчина любезно предложил мне локоть, якобы прогуляться. Грейс, опустив голову, отступила на три шага назад, покорно следуя за нами. Говорила она не тихо, поскольку шум и гам с трудом позволяли расслышать слова, но и не очень громко, дабы не привлекать лишнее внимание

– Леди Ирис, с которой танцевал Его Высочество – это герцогиня Энджелина Дюссо. Мак принадлежит принцессе Аните Тэссел, Лилия – для принцессы Мэрайи Тэссел. Герцогиня Корделия ван Блер – это Роза. Для леди Изабеллы Вайер подготовили Гортензию. Леди Камелии Альконт достался Пион. Ну а Нарцисс – Виолетта Кларк.

Хм, весьма интересный выбор, и ведь действительно не угадаешь. Признаться, даже я думала, что роза достанется старшей принцессе Тэссел, а лилия, скажем, Камелии. Хотя, было бы весьма иронично, если бы среди бутоньерок присутствовал цветок камелии.

Украдкой взглянув на Рэндалла, тихонько полюбопытствовала:

– Лорд Алиот, а с кем танцевали вы и Его Высочество Маркус?

– С принцем была леди Изабелла, я же пригласил Её Высочество Аниту. К слову, Грейс, – мужчина едва заметно обернулся к камеристке, – как вам удалось это выяснить? Даже мне потребовалось несколько дней, учитывая, что выбор цветов менялся несколько раз.

– Что-о-о? – прошипела я сквозь плотно сжатые зубы, глядя на мужчину с нескрываемым возмущением. – Почему мне никто ничего не сказал?

Леди Эдельф опустила голову, виновато прикусив губу, но лицу её пробежала тень досады. Видимо, девушка чувствовала некую вину за то, что не смогла разузнать обо всем раньше. Конечно, во время бала эта информация не так уж и важна, я бы в любом случае узнала обо всем от кронпринца. Но, черт возьми, было просто-напросто обидно от того, что меня оставили в дураках. Ну что ж… Карты в руки и играем в свою игру. Скрыв нервный смешок за веером, более спокойно поинтересовалась:

– Грейс, милая, так как тебе удалось всё узнать, да еще и так быстро?

– Лесть и похвала в пользу неземной красоты невест творят чудеса, – довольная собой девушка буквально светилась от гордости.

Лениво обмахнувшись ещё несколько раз, протянула:

– Значит нам останется лишь пока не лезть в чужие дела, – хлопнув веером, повернулась к мужчине. – Лорд Алиот, как вы относитесь к мазурке?

Рэндалл усмехнулся, отстранился и, галантно поклонившись, буквально промурлыкал:

– Леди Рэгл, не подарите мне следующий танец? – дождавшись моего положительного ответа, маг наклонился к самому уху и насмешливо прошептал: – Вы же не собирались вмешиваться в чужие дела, или я что-то не так понял?

– О чем вы говорите, господин королевский маг? – округлив глаза, всплеснула руками. – Я всего лишь хочу потанцевать и выветрить из организма остатки алкоголя, – приложив руку к груди взглянула на него самым честным взглядом, на который была способна. Тщательно отрепетированный, должна сказать.

– В таком случае, леди, спешу вас расстроить… Я плохой танцор, – и Рэндалл виновато развел руками. Ага, как же, так и поверила, что он раскаивается.

– Что ж, – ничуть не расстроилась я, – ради одного танца с вами можно и потерпеть. Постарайтесь только не сильно оттоптать мне ноги, иначе мне не удастся снять туфли. Тогда вновь придётся обращаться к вам за помощью.

Закинув голову, маг расхохотался. Никак не пойму, разве я говорю что-то настолько смешное, что каждый считает своим долгом рассмеяться?

– Леди, вы страшная женщина! – то ли попрекнул, то ли восхитился он, поправляя маску, едва не слетевшую с его лица.