Изнанка

— Пусть учится сам.

Мужчина ушёл.

Только после того, как он скрылся, люди начали дышать свободнее.

Девушку подняли с пола.

Никто не заговорил.

Никто не посмотрел ей в глаза.

Коул повернулся к Мире.

— И ты всё ещё скажешь, что они опускают головы не из страха?

— Здесь не место для этого разговора.

— Конечно. Здесь вообще нет места для разговоров.

Она резко схватила его за локоть и потащила в боковой проход.

Дверь закрылась за ними.

Они оказались в маленькой пустой комнате.

— Ты хочешь, чтобы тебя убили? — прошептала Мира.

— За вопрос?

— За то, что ты не понимаешь, когда нужно молчать.

— Тогда объясни.

— Я не могу.

— Не можешь или боишься?

Она отступила на шаг.

Коул сразу понял, что попал.

— Вот оно, — сказал он. — Вы все здесь боитесь. Пятые боятся четвёртых. Четвёртые — третьих. Третьи — вторых. Все опускают головы перед первыми. И вы называете это не страхом?

— Ты видел одну сцену.

— Мне хватило.

— Нет. Не хватило.

Голос Миры дрогнул.

Совсем немного.

— Ты не знаешь, что происходит, когда человек теряет контроль во время настоящей катастрофы. Не в тоннеле. Не там, где нужно спасти одного ребёнка. А когда перед тобой сотни людей и ты должен выбрать, какой сектор закрыть, зная, что все внутри погибнут.

Коул замолчал.

Мира тяжело выдохнула.

Будто сказала больше, чем имела право.

— Эта девушка была на четвёртом уровне, — продолжила она тише. — Значит, она уже участвовала в реальных операциях. Смех в коридоре не был преступлением. Он был признаком.

— Каким?

— Что она перестаёт справляться.

— Тогда ей нужна помощь, а не ожоги на руках.

Мира посмотрела на дверь.

— Возможно.

— Ты сама в это не веришь.

Она подняла глаза.

В них впервые не было холодной уверенности смотрителя.

Только усталость.

— Я не обязана верить. Я обязана выполнять.

— Поэтому ты застряла на третьем уровне?

Мира застыла.

Коул понял, что сказал лишнее, ещё до того, как её лицо изменилось.

— Тео рассказал?

— Никто не рассказывал. Я видел, как на тебя смотрят.

— Ты ничего обо мне не знаешь.

— Тогда мы квиты.

Она открыла дверь.

— До отбоя не покидай спальню.

— А если покину?

Мира задержалась на пороге.

— Тогда в следующий раз я могу не успеть остановить тебя раньше, чем это сделает кто-то другой.

Она ушла.

Коул остался один.

На стене напротив двери висела небольшая металлическая пластина.

На ней было выгравировано:

МОЛЧАНИЕ СОХРАНЯЕТ ПОРЯДОК. ПОРЯДОК СОХРАНЯЕТ ЖИЗНЬ.

Коул перечитал фразу дважды.

Потом провёл пальцами по холодным буквам.

В Undertow всё будто было создано ради спасения людей.

И всё же это место всё сильнее напоминало тюрьму.

Самое страшное заключалось не в закрытых дверях.

А в том, что Мира, кажется, действительно верила: снаружи будет хуже