Бестиал III. История Хэйза
Хэйз медленно поднялся на ноги и сжал кулаки.
— Десять лет назад ты выкинул меня отсюда, лишил возможности увидеть Оливию, поговорить с ней, может быть, просто остаться рядом! Ты хоть понимаешь, каково мне было?! Я, сука, думать ни о ком, кроме нее не мог! Я как помешанный ходил с этим рисунком и у каждого прохожего спрашивал, не знают ли они эту девушку. Я проехал весь проклятый Лакрит в ее поисках! И сейчас ты опять играешь моей жизнью? Захотел — привез, расхотелось — выкинул отсюда к чертям собачьим. Ты больной, Бенсон?! Хер тебе, — выставив средний палец, рыкнул Хэйз. — Я не уеду. Но и плясать под твою дудку не стану.
— Барретт, — поспешил вмешаться Блейк, силой опуская руку Уилсона, все еще демонстрирующего главе неприличный жест, — Хэйз прав, не нужно торопиться. В конце концов, ты всегда успеешь вывезти его из Оникса, если захочешь.
— Быстро же ты переобулся, друг — разъярился Бар. — Что, уже не так уверен, что я пытаюсь скрестить Лив со всяким отребьем, лишь бы получить маленького Бестиа́ла?
— Бестиал, — ошарашенно пробормотал Уилсон. — Так это она — Бестиал? Про этот дар ходит много слухов, но я не знал, что его носитель — девушка.
— Единственная на материке, — кивнул Блейк. — И ты не раз видел ее в действии. Когда жил здесь…
У Хэйза от злости едва не полопались капилляры в глазах. Все это время он бродил в темноте, искал ту, что уже некоторое время казалась ему выдумкой больного сознания, но стоило ему приехать в Оникс, как на него, словно ведро ледяной воды, обрушилась отравляющая мозг правда. Девушка с его рисунка — не плод воображения. Она реальна, и она здесь. Она любила другого, но знала ли вообще о чувствах Хэйза? Он злился на нее и ненавидел Барретта, но узнать правду об их отношениях был обязан.
— Я остаюсь, — отрезал он, с неприязнью глядя на Бенсона. — И никому из вас больше не позволю лезть в мою жизнь. Друзья, мать вашу.
***
Селин — дочь Барретта и Робин — с малого возраста была окружена животными, которых приводила для нее Лив, поэтому игры на лужайке перед особняком то с зайцами, то с ласками, то с оленями стали для нее обязательным ритуалом.
Сегодня Оливия призвала для нее рысь. Повинуясь силе Бестиала, животное мирно развалилось на траве, пока Селин гладила его густую шерсть. В небе над ними парил ворон Лив — Фине́ас. Вокруг него вились свиристели и поползни, оглашающие окрестности звонкими трелями. Оливия перемещалась в сознание то одной, то другой птицы, наслаждаясь желанной тишиной, которая в моменты применения силы Бестиала вымещала оглушительное отчаяние, поселившееся у нее внутри.
Она видела себя со стороны: ставшие полностью черными глаза, на щеках дорожки от слез из черной крови — плата за пользование даром. Оказавшись в сознании Финеаса, она заметила, как к особняку подъезжает вездеход, и из него выходит Барретт в сопровождении кого-то из военных. Чувствуя головокружение, она вернулась в сознание рыси, которая теперь наворачивала круги вокруг смеющейся Селин. Им было бы еще веселее, присоединись к ним младший сын Кэсси с Дезмондом и мальчишки Блейка.
— Папа! — крикнула девчушка и захохотала, обнимая довольную рысь.
— Ты перешла на хищников? — протянул Барретт, настороженно разглядывая так и не шелохнувшуюся Оливию. Она сидела на пледе, выпрямив спину и поджав под себя ноги. Глаза снова черные. Он едва не забыл, что на самом деле цвет глаз у нее зеленый, но Лив так часто переносилась в сознание зверей и оставалась в нем так долго, что ее настоящий облик начал понемногу стираться из памяти. Это тоже тревожило Барретта, ведь он понимал, что она намеренно изводила себя, лишь бы вечером рухнуть в постель и вырубиться до утра. А днем начать эти истязания заново. — Лив? Может, вернешься наконец?
Селин обняла девушку за плечи и зашептала:
— Ливи, очнись скорее! Папа приехал.
Девчонка не обратила внимания на Уилсона, замершего в паре метров от лужайки. А у него мелко задрожали пальцы, когда он увидел лицо Лив. Точно такое, как на его рисунке. Сердце заколотилось о ребра так, что в ушах зазвенело. Хэйз протяжно выдохнул и сжал пальцы в кулаки.
Оливия.
Единственный человек, который имел для него значение в этом мире.
Она моргнула, затем закрыла глаза и уперлась ладонями в плед, делая судорожный вдох. Но вот веки вновь распахнулись, и он понял, что на самом деле глаза у нее зеленые. Именно так он и запомнил.
Хэйз не сразу сообразил, что ноги сами собой понесли его ближе. Он не сводил взгляда с Лив, а та сначала даже не заметила его. Быть может, решила, что это кто-то из военных, сопровождавших главу Оникса.
— Привет, — сказала она Барретту, и теперь душа провидца скорчилась от боли. Звук ее голоса, тихого, с легкой хрипотцой, будто лезвие, обрушилось на остатки его сердца. — Ты рано.
Она машинально повернула голову вправо, туда, где стоял Уилсон, и взгляд ее зеленых глаз столкнулся с его черными.
Глава 4
Лив молча смотрела на мужчину с непослушными черными волосами, закатавшего рукава рубашки до локтей и сжимавшего кулаки с такой силой, что на запястьях выступили жилы.
Она перевела растерянный взгляд на Барретта, увидела в его глазах отчетливую панику и с трудом поднялась на ноги. Птицы, словно почуяв смену ее настроения, разлетелись в разные стороны с пронзительными криками, разозлив этим Финеаса. Он спикировал на кованую ограду и принялся наблюдать за хозяйкой, изредка взволнованно расправляя крылья.
— Лив, послушай… — начал было Барретт, зачем-то выставив перед собой ладони. — К нам приехал один человек из Даллера… Хэйз Уилсон.
Ветер ударил ее в спину, разметал волосы и принялся играть с воротником рубашки провидца. Она увидела татуировку в виде широко распахнутого глаза на его шее и отшатнулась так резко, словно он ударил ее.
— Нет, — выпалила она, пятясь от них обоих. — Нет.
— Лив!
Рысь издала оглушительный рев, перемахнула через ограду и скрылась в лесу. Селин захныкала, и Барретт быстро поднял дочь на руки. Оливия же торопливо шла к дому, но оторваться от Бенсона ей бы ни за что не удалось — усмирители могли развивать нечеловеческую скорость.
Она только вошла в гостиную, а он уже схватил ее за плечо, опустив дочь на пол.
— Послушай меня, прошу!
— Боже мой, что ты сделал, Барретт?! — выпалила она, сбрасывая его ладонь. — Что это… Что это за извращенная игра?!
— Нет никакой игры, Лив! — повысил он голос и вновь сжал ее плечи, понимая, что она вот-вот скатится в истерику.
— Он же все забыл, — глухим от подступающих слез голосом произнесла она. — Он не помнил меня, не помнил Оникс… Боги! Зачем ты привез его?!
Она ударила его по груди кулачками, но Бар этого даже не почувствовал.
— Я подумал, что он имеет право знать о твоем существовании! — рявкнул Бенсон, продолжая вглядываться в глаза Оливии.
— Как мило с твоей стороны, — услышали они низкий голос провидца, привалившегося спиной к стене.
Он сжал сигарету указательным и большим пальцами и выпустил в сторону струю дыма.
— Выброси это нахер, — процедил Барретт. — У меня здесь ребенок.
Уилсон поднял ладони вверх, сделал еще одну затяжку и бросил окурок в открытое окно. Лив смотрела на его руки, на плечи, но ни в коем случае не поднимала взгляд выше. Просто не могла.
Вместо этого она вглядывалась в лицо Барретта так отчаянно, будто пыталась найти в его глазах ответы на все свои вопросы.
— Ты не представляешь, что натворил, — тихо сказала она и неосознанно коснулась оранжевого камешка, висевшего на цепочке на ее шее. Поглаживание гладких боков камня неизменно дарило ей легкое успокоение, даже вводило в какой-то транс. Поэтому она его и не снимала…
— Не паникуй, милая, — снова подал голос Уилсон, и Лив перестала дышать. — Я здесь не ради тебя. А ради своих воспоминаний.
Она опустила ладонь, в которой только что сжимала камень, сделала шаг назад и сказала Барретту:
— Пусть он уйдет.
— Лив…
Она качнула головой и стремительно прошла вглубь дома, чтобы через пару секунд скрыться в своем кабинете.
А Хэйз все это время жадно ловил каждое ее движение, каждый шаг и каждый взгляд, пусть даже он был направлен не на него. Сердце ныло и рвалось из груди, будто пыталось выскочить ей навстречу и вручить себя в ее руки. Но она даже не подошла к нему, не приблизилась, не сказала и пары слов. Его появление напугало ее и выбило почву из-под ног. И он собирался узнать, откуда взялась такая реакция. Что случилось с ними десять лет назад?
***
Оливия заперла за собой дверь и рухнула на колени, упираясь ладонями в деревянный пол. Она не могла дышать, слезы душили ее, отбирали последние силы, лишали возможности увидеть хоть что-то вокруг.
Появление Уилсона оказалось сродни урагану, который выбросил ее на десять лет назад, в те времена, когда она была счастлива с Джошем, когда он был жив, и они оба мечтали о долгой семейной жизни. Провидец выглядел почти так же, как тогда, даже прическа та же и дурацкая шапка на макушке тоже. Манера говорить, голос — все осталось прежним. И это его издевательское «милая»… Боги. Она будто перенеслась в прошлое, о котором отчаянно старалась не думать, потому что счастливые воспоминания теперь отравляли ее.
Лив принялась судорожно расстегивать рубашку, а затем отбросила ее и легла на пол, свернувшись калачиком. Ноги и руки налились тяжестью — последствия пользования даром. Потрясение от появления Уилсона и слезы высосали последние силы, и она надеялась заснуть прямо сейчас, на этом месте. Плевать, что не на кровати, плевать, что на полу прохладно — ей было все равно. Лишь бы не думать, забыть.
От стука в дверь она даже не пошевелилась. К ней часто кто-нибудь стучал, но она редко отзывалась. Сейчас им надоест, и они уйдут. Оставят ее в покое. Но не тут-то было.
— Оливия, я захожу, — оповестила ее Робин и распахнула дверь. Увидев подругу на полу, она ахнула и упала рядом. — Сейчас! Я позову Барретта!
— Я просто сплю, — вздохнула Лив и заставила себя открыть глаза. — Я устала, Робин. Вот и все.
— Оливия! — раздраженно процедила девушка. — Ты меня в могилу сведешь. С какой стати ты разлеглась на полу?
Конечно, она заметила заплаканное лицо Оливии и дорожки черной крови на щеках. Но Робин упорно продолжала подыгрывать Лив и верить в то, что она справляется.
Оливии пришлось встать, снять ботинки и забраться на диван.
— Ты ужинала?
— Я не хочу, спасибо, — прошептала она, а затем вспомнила лицо Хэйза и закрыла глаза. — Ты знаешь, кого Барретт притащил в Оникс?
Робин молчала, и это значило больше, чем все слова, которые она могла бы произнести. Лив нахмурилась и посмотрела на подругу.
— Для чего это? — серьезно спросила она. — Ладно Барретт, но ты…
— Что в этом такого? — с вызовом выпалила Робин. — Пусть живет.
— Он жил в другом городе, вы не пускали его сюда. Так что изменилось? Совет все еще верит в то, что я смогу дать продолжение роду Бестиала? — зло засмеялась она.
— Дело не в этом, — присев на корточки рядом с Лив, сказала Робин. — Просто Хэйз… любил тебя, Лив. Мы все это знаем. Он любил тебя так же, как Джош, а ты как никто заслуживаешь быть любимой.
Она невесело усмехнулась, взяла ладони Робин в свои и сказала:
— Десять лет прошло, Робин. Когда он уезжал отсюда, он не знал ничего ни о себе, ни тем более обо мне. Мне известно, что он рисовал меня, но это всего лишь расплывчатое воспоминание. Бесплотное, безликое. Уилсон начал новую жизнь, как Барретт с Джошем и хотели. Без Оникса, без воспоминаний о тяжелом детстве, о буйной молодости… обо мне. Чистый холст… Вы решили провести над нами какой-то безумный эксперимент? — откидываясь на спинку дивана, спросила она. — Но я не стану в нем участвовать. Так и передай Барретту. Я не стану.
Робин встала и сделала шаг назад, понимая, что Оливию лучше оставить в одиночестве. Однако, уже стоя у двери, она сказала:
— У нас нет никакого плана, Лив. Клянусь. Просто будь собой. Живи так, как ты хочешь. Общайся с кем хочешь. Хэйз такой же одаренный, как и остальные в Ониксе. Тебя никто не принуждает становиться ему другом. Но не забывай, пожалуйста, что десять лет назад он отдал за тебя жизнь.
Робин вышла, а ее слова, будто пули, влетели в голову Лив и разорвались в висках ослепляющей болью.
Глава 5
Хэйз получил несколько комплектов военной формы и немного пообщался с командиром своего отряда. Тот, как оказалось, помнил его и даже поделился воспоминаниями об их недолгой совместной службе. Ничего особенно примечательного из его слов Уилсон для себя не вычленил. То, что он отлично обращается с холодным оружием и предпочитает пользоваться серпами во время нападения ламий, он уже понял и сам за те десять лет, что учился жить заново. Похоже, мышечная память у него отлично сохранилась, чего не скажешь о предательском разуме.
Для него выделили комнату в казарме военных, но Хэйз сомневался, что ему стоит жить там. Барретт, все еще раздраженный выходкой провидца, скрипя сердце предложил ему пожить в особняке Бенсонов, и Уилсон решил принять его предложение. Хотя бы временно.
Он подъехал к дому главы города, невольно задаваясь вопросом, столкнется ли сегодня с Оливией. Но нет. В гостиной ее не было, а Робин проводила его на второй этаж, прошла по длинному коридору и толкнула дверь в одну из комнат.
— Ну вот, — вздохнув, сказала она. — Мы вернулись к тому, с чего начали… Ты жил здесь десять лет назад.
Хэйз огляделся, бросив рюкзак на постель, застеленную коричневым пледом. В комнате не было ничего примечательного: деревянный комод на высоких ножках, старый стеллаж с книгами и дверь в крошечную ванную. Интересно, Лив когда-нибудь заходила к нему?..
— Комната Оливии тоже на втором этаже? — спросил он целительницу.
Она покачала головой и заправила за ухо короткую прядь пшеничного цвета.
— Она сюда не поднимается, — призналась Робин. — Может, потому, что раньше они с Джошем занимали одну из спален здесь. Теперь Лив живет в кабинете Барретта… Точнее, это уже не его кабинет. Комната в полном распоряжении Лив.
— Где же она спит? Разве там есть кровать?
— Там стоит диван, — вздохнула Робин. — Я уже сотню раз говорила ей, что лежать там неудобно, но ей все равно. Что ж, я тебя оставлю. Ужин накроют не раньше семи, поэтому можешь пока пройтись по городу. Вдруг… что-нибудь вспомнишь.
Она уже была у двери, когда Хэйз окликнул ее и спросил:
— Может, просветишь меня? В каких мы с Лив были отношениях?
В глазах Робин мелькнуло замешательство.
— В сложных, — наконец ответила она.
Уилсон вскинул бровь и развел руками, надеясь, что девушка прояснит свои слова, но она молчала.
— Она меня ненавидела или что? — не выдержал он.
— Не думаю, что я должна отвечать на такие вопросы, — слабо улыбнулась Робин. — Спроси об этом у самой Оливии.
— Легко сказать, — буркнул Хэйз, а целительница поторопилась сбежать.
Он воспользовался советом Робин и долго бродил по городу, даже успел взглянуть на озеро Азур, в центре которого дрейфовала «Амфибия». Воспоминания не вернулись, да он на это и не рассчитывал. Уже утратил на это надежду за все долгие годы. Однако вид озера и каменистого берега всколыхнул в душе какое-то смутное чувство, которое он никак не мог облечь в слова. Он будто бы и правда бывал здесь когда-то, видел эти места, но так давно, что воспоминания потеряли четкость. Нет, он ни за что не сказал бы, что делал в этих местах десять лет назад, но стойкое ощущение того, что он когда-то ходил по этим камням, трогал прохладную воду, не покидало его. Хэйз впервые ощутил пусть и слабую, но все же связь с этим местом. Только почему? Могло ли здесь случиться что-то важное для него?
К ужину он опоздал. За столом собралась семья главы, Дезмонд и его жена Кэсси с двумя детьми, а еще двое пожилых военных из числа усмирителей. Оливии не было. Уилсон сел рядом с рыжим мальчишкой по имени Рональд и машинально покосился на свободный стул по левую руку от себя.
Барретт заметил его взгляд и вздохнул.
— Лив не выйдет. Она… редко ужинает.
— Скорее всего, она уже спит, — добавила Робин.
От провидца не укрылись озабоченные взгляды друзей Оливии, и сердце кольнуло беспокойство.
— Солнце только садится, — хрипло сказал он. — Как она может спать так рано?
Рыжая Кэсси отложила вилку и пояснила:
— Дар довольно быстро опустошает ее. Если она находится в сознании зверя около четырех часов, из глаз начинает течь черная кровь — это признак истощения. А Лив обычно становится Бестиалом часов на восемь. Вот и представь, что с ней творится к концу дня.
— Зачем так себя изводить? — нахмурился Хэйз. — Ламий сейчас гораздо меньше, и постоянный контроль границ уже не требуется.
— Оливия считает иначе. Она тщательно следит за всем, что происходит вокруг Оникса, — сказала Робин. — И сразу же докладывает военным, если замечает монстров на подступах к городу.
— Я скучаю по ней, — захныкала Селин. — Ливи может целый день прятаться в своем лесу, и я не могу с ней играть!
— Я тоже, — подхватил рыжий мальчишка рядом с Хэйзом. — Мы так редко ее видим.
Уилсон перевел вопросительный взгляд на Барретта, и тот недовольно качнул головой.
— Она загружает себя изо дня в день. Теперь ей проще оставаться в сознании зверя, чем в собственном.
Завтрак опять прошел без Оливии, и Хэйз начал злиться. Может быть, она намеренно не появляется в гостиной из-за того, что он теперь живет здесь? Что, черт возьми, было между ними десять лет назад?!
В окно застучали наглые капли дождя, забарабанили по навесу над крыльцом и по карнизам. Хэйз перехватил взгляд Барретта и спросил:
— Она еще спит?
Но ответила ему Робин:
— Ее нет в комнате.
Он снова посмотрел в окно на непогоду, удостоверяясь, что ему это не привиделось, будто идиот.
— Она на базе?
— Насколько я знаю, нет, — произнес Барретт. — Кстати, нам с тобой тоже пора. Вездеход уже подъехал. Собирайся.
День прошел словно в тумане: знакомство с отрядом, тренировка, спарринги, скудный обед. Вечером его доставили в особняк Бенсонов, и он, встретив на втором этаже Робин, быстро спросил:
— Оливия уже спит?
— Она не возвращалась, — с некоторым беспокойством ответила девушка. — Днем меня здесь не было, но Джек сказал, что не видел Лив. В кабинете пусто…
Дождь, прекратившийся к обеду, снова закрапал.
— Где она может быть?
— Скорее всего, в лесу. Среди своих животных.
— Ты же говорила, что она рано ложится, — чувствуя, как начинают подрагивать пальцы, резко сказал провидец, — так почему тогда ее до сих пор нет?
— Если бы я знала, Хэйз, — всплеснула руками Робин. — По рации она не отвечает. Наверное, выключила. Лишь бы ей не стало плохо… В такую погоду недолго и воспаление легких подхватить.
— Я найду ее, — буркнул он. — Возьму вездеход Бенсона.
— Хорошо. Думаю, он не будет против.
— Даже если и будет — мне по барабану.
Робин озадаченно уставилась ему в спину, а затем опомнилась и крикнула:
— Ее любимая тропа в лес находится у озера!
— Понял, — коротко ответил Хэйз и буркнул себе под нос: — И с чего я, сука, взял, что моя жизнь изменится к лучшему, когда я найду девчонку с рисунка? Легче ни хрена не становится.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов