Тропы доли. Случайности

Глава 4

Небольшая землянка пропахла сыростью и дымом. Под низким потолком висели связки сушеного мяса, грибов да кореньев. Из мебели была лишь лавка да колоды вместо стола и скамей.

— Как тебя зовут? — Марфа пыталась всеми силами успокоить девочку.

— Таня, — она все еще плакала, но уже тише.

— Ты тут живешь?

— Да.

— А это кто? — Марфа кивнула на тело.

— Гриша! — отроковица снова зарыдала.

— А он тебе кто?

— Муж мой.

— Сколько ж тебе лет?

— Не помню. Мы тут вдвоем с ним живем…жили!

Марфа перестала допытываться, чтобы не расстраивать дитя, но вопросов было много. Так они посидели еще немного, пока бедняжка не успокоилась и начала тихо изредка всхлипывать.

— Знаешь, Танюш, тебе нельзя тут оставаться. Ты сама откуда?

— Не помню.

— Это как так?

— Помню только, что тут жила. Гриша на охоту ходил, грибы и ягоды собирал. А я тут по хозяйству поралась.

Марфа подумала, что делать дальше. Ребенка одного в лесу она бросить не могла. Солнце уже село, и все равно нужно было где-то ночевать. Землянка для этого подходила лучше всего. Но посреди жилища лежало тело.

— Танюш, у тебя есть лопата?

— Нет. А зачем?

— Гришу надо похоронить.

Девчушка, покопавшись в углу, принесла деревянный заступ.

Марфа нашла место, где земля была помягче на поляне и выкопала неглубокую яму. Вдвоем с девочкой они уже затемно перекатили тело Гриши на одеяло и волоком дотащили до могилы. Когда Марфа закапывала яму, Таня снова зарыдала.

Вернувшись под крышу, они растопили печурку и улеглись вдвоем спать. Отроковица плакала и никак не могла заснуть. Марфу по обыкновению мучила бессонница.

— Ничего, — утешала она дитя, — утро вечера мудренее.

Наконец они уснули. А утром собрались и пошли через лес. Марфа все время пыталась расспросами узнать у Тани как она тут оказалась и где жила до этого. Но та ничего не помнила о своей жизни. Дорога через чащу выматывала ее. Она все время вздрагивала чуть ли не от каждого шороха и старалась не отходить от Марфы ни на шаг. Через несколько дней они вышли из леса и увидели деревушку, утопающую в зелени.

В небе с утра нависали темные тучи, моросил мелкий дождь. Среди травы ярко алели маки, точно пятна свежей крови.

— Тут нам могут помочь, — обрадовалась Марфа.

Таня же напротив испуганно вцепилась в подол платья девицы.

— Нет-нет-нет, — замотала она головой. — Я хочу домой!

— В лес? — Марфа нахмурилась. — Как ты там жить будешь? Того дома для тебя больше нет. Нужно искать новый.

Она взяла дитя за руку и решительно направилась в селение. Сама по себе деревушка была небольшая, но чистенькая, уютная.

Пройдя немного по улочке, Марфа увидела работавшую в огороде бабку.

— Бог в помощь! — Марфа постаралась выглядеть как можно приветливее. — У вас в округе люди не пропадали?

— Люди нет, — бабка выпрямилась держась за поясницу. — Скотина пропадает, а чтоб люди… Хотя погодь! Года три назад поповна пропала. Пошла в лес за грибами да не вернулась.

Марфа украдкой посмотрела на девочку.

— А где его найти?

— Кого?

— Попа.

— А! А чего его искать? Подле церкви он живет. До церкви-то выйдете, коли сейчас прямо пойдете.

Марфа с Таней поклонились и пошли дальше.

Церковь для такой деревушки оказалась довольно большой. Видать, приход со всей округи собирала. Рядом с храмом находился небольшой дом попа.

Марфа поднялась на крыльцо и постучала в дверь. Таня осталась стоять поодаль, испуганно переминаясь с ноги на ногу.

Открыл сам хозяин. Он хмуро посмотрел на Марфу, как на нечистого и она немного оробела от этого взгляда.

— Здравы будьте! — девица поклонилась. — Нам сказали что у вас…

Священник перевел взгляд на Таню и брови у него от удивления поползли вверх. Он отодвинул Марфу в сторону и сбежал по крыльцу. На сгибающихся ногах он подошел к девочке.

— Танюшка?.. — неуверенно позвал он, охрипшим от волнения голосом. — Танечка?!

Отроковица со смесью удивления и испуга смотрела на попа.

На крыльцо вышла попадья с корзинкой в руках. Увидев дитя, она выронила корзинку из рук и, пошатнувшись, схватилась за грудь. Марфа придержала ее, чтобы она не упала.

— Танечка, доченька! — батюшка обнял девочку и зарыдал.

— Тятя? — она неуверенно обняла его в ответ.

Матушка пришла в себя и осторожно, словно боясь спугнуть наваждение, подошла к мужу с дочкой.

— Танюша! — дрожащим голосом позвала она. — Дитятко мое!

— Мама?

Попадья высвободила ребенка из объятий мужа и повела в дом. Поп же все еще всхлипывая упал на колени и стал истово молиться.

Воздав хвалу Всевышнему, он заметил Марфу, по прежнему скромно стоявшую на крыльце.

— Кто ты, девица? — он подошел к ней с невероятно счастливой улыбкой.

— Меня зовут Марфа, я сирота. Хожу по белу свету — своего счастья ищу.

— Заходи к нам в дом — покушай да отдохни с дороги, — батюшка гостеприимно распахнул перед ней дверь.

Марфа на секунду заколебалась, но воспользовалась приглашением.

Дом, как и полагается священнослужителю, был скромным. В красном углу стояло много икон, пахло ладаном. Марфа перекрестилась и поклонилась. Матушка уже успела умыть Таню и посадить ее за стол, уставленный едой. Пока дочка ела, попадья расчесывала гребнем ее волосы.

Хозяин усадил Марфу и сам стал ее потчевать.

— Мы-то уж и не надеялись, что Танюшка вернется, — сказал он украдкой, чтоб дочка не услышала. — Как же ты ее нашла.

— Случайно, батюшка. Я шла из деревеньки, что за лесом и увидела ее в чаще. Она не помнила, кто она и откуда. Думала, что в лесу живет, — тихо поведала Марфа.

— Не иначе как Господь ей тебя послал!

— А нет ли у вас в деревне работы какой?

— Работа всегда есть. Справляемся с божьей помощью. Коли ты ищешь заработок, надо спросить в соседнем селении.

— А может кто у вас в деревне купит поделки? — Марфа достала из котомки искусно вырезанные из дерева ложки.

— Ишь ты! Никак работа столяра Василия?

— Я у него зиму помогала по хозяйству, — Марфа умолчала, что ложки вырезала сама. — Это моя оплата.

— Купить-то купят, да много денег так не заработаешь, — батюшка задумался. — Вот что, на Иванов день около престольного града будет ярмарка. Думаю, твои ложки там втридорога возьмут!

Марфе пришлось рассказать про то как она нашла Таню, про жуткого мужика и землянку.

К вечеру уже вся деревня знала, что поповна вернулась домой из лесу от лешего.

Заночевала Марфа в доме попа. А на следующее утро с рассветом отправилась в путь. На дорогу она получила благословение и немного еды.

Отправиться на ярмарку было рискованно: много людей, много стражи, много внимательных глаз. Но если она устроится в подмастерье к торговцу, то сможет хорошо заработать и уехать с каким-нибудь обозом в соседнее государство.

Марфа успела отойти совсем недалеко от деревни, как ее догнала повозка с двумя хорошо одетыми мужиками. Один был повыше, а другой, управлявший лошадью, потолще.

— Это ты, что ль, поповну нашла? — окликнул Марфу тот что был повыше.

Она молча кивнула в ответ.

— Наш боярин слышал про великую ворожею и послал нас за тобой, — тот что потолще натянул вожжи и повозка со скрипом остановилась. — Залезай!

Глава 5

Марфа ехала в тряской повозке. Слуги устроились вдвоем на облучке и сидели молча изредка нет-нет да и поглядывая на нее. Видно, им было любопытно поглядеть на ворожею, что людей находит, да от чудищ спасает. Девица же думала, как теперь быть. Отказаться от приглашения боярина она не могла. А ну как осерчает и позовет стрельцов, а те и казнят ее как ведьму. Сказать прямо, что она не ворожея тоже нельзя. Или решат, что она обманщица и посадят в темницу, или опять же примут за отказ и казнят. Марфа так задумалась, что по привычке начала рассуждать вслух. Слуга, тот что повыше, толкнул своего приятеля в бок. Тот непонимающе уставился на высокого.

— Чего?

Высокий вытаращил глаза и едва заметно кивнул в сторону Марфы. Товарищ нахмурился и тоже услышал, как ворожея что-то бормочет. Они проехали еще немного, напряженно вслушиваясь. Толстяк уверенно разобрал: «сказать боярину?» и «так посадят, а то и казнят».

— А боярин гневлив? — внезапно обратилась Марфа к слугам.

Возница от неожиданности натянул поводья и старая кляча, тянувшая повозку, остановилась.

— Почему вы остановились? — насторожилась Марфа нащупывая кочергу.

— Мы это,.. — неуверенно начал толстяк.

— По нужде! — нашелся его товарищ.

— Да!..По нужде!

И быстро спрыгнув с повозки, они скрылись за ближайшим деревом.

— Слыш-но чо, Сень! — быстро зашептал высокий и сделал страшные глаза. — Видать она уже поворожила, да все знает!

— Да ну, Сань! Что она там может знать?

— Ты видал как она зыркала на нас-то? Как будто прямо всю душу наизнанку вывернула!

Толстяк задумался над услышанным «посадят или казнят».

— Знаешь что, Сань, сознаться нам надо! Авось боярину-то она нас не выдаст!

— Да ну, Сень, а вдруг в кого обратит?

— Так а мы ей заплатим!

На том и порешили.

Когда они вернулись к повозке, Марфа уже ожидала чего-то недоброго и сжала пальцы на кочерге так, что костяшки побелели.

Мужики же неловко потоптавшись возле повозки попадали на колени и стали биться лбами оземь.

— Смилуйся, кудесница! — завопили они наперебой. — Не губи, милая! У нас семьи есть, дети малые! Не лишай их кормильцев, родимая!

Брови Марфы на мгновение поднялись вверх от внезапного изумления, но затем она совладала с собой и нахмурилась больше обычного.

От ее сурового взгляда слуги заголосили еще больше.

— Не выдавай боярину, что мы сундук взяли! Бес попутал! У нас семеро по лавкам — кормить поить надо! Богом клянемся, больше никогда чужого не возьмем! Бери что хочешь, все деньги тебе отдадим, пощади только!

— Сундук где? — сердито бросила Марфа. И ее слова прозвучали как стук молотка, забивающего гвозди в крышку гроба.

— Ик.. На старой мельнице! — облегченно выпалил Саня.

Сеня, лишившийся от страха дара речи, согласно закивал.

— Поехали к вашему боярину, коли не хотите в темницу!

Мужики резво вскочили в повозку и что есть мочи подгоняя старую клячу поехали навстречу своей доле.

Боярин жил в просторной усадьбе. Его владения простирались на несколько верст окрест. Сначала повозка проехала мимо луга с пасущимися лошадьми, а затем через яблоневый сад. Сам же терем изнутри изумлял: горницы дышали богатством, но срублены были бестолково. Дорогая утварь и заморская мебель стояли абы как, тесня друг друга.

Боярин оказался человеком в летах, но довольно энергичным. Он сам лично вышел встретить Марфу на крыльцо и гостеприимно поприветствовал ее, когда она спустилась с повозки.

— Антип Петрович! — представился он жестом приглашая Марфу войти. — Очень рад, очень рад!

Марфа скромно остановилась в больших сенях.

— Проходи-проходи! Как тебя звать, душенька?

— Марфа, — девица последовала за хозяином в трапезную.

Ее усадили за стол и несколько слуг засуетилось, накрывая для завтрака.

— Ты знаешь, душенька, для чего я тебя сюда позвал? — Антип Петрович придвинул к ней блюдо с ароматными свежими булочками и перешел сразу к делу. — Я тут слышал ты одну девочку пропавшую отыскала.

Марфа кивнула в ответ, умолчав, что это вышло случайно.

— Ну так вот: пропал у меня сундук. С мехами, златом и серебром. Все обыскали, ан нет нигде.

— А давно пропал-то? — Марфа слушала и поглощала еду, слуги, видя с какой скоростью исчезают кушанья все подносили и подносили их.

— Да месяц как.

— Может украл кто? — при этих словах Саня с Сеней, подслушивающие около открытой двери трапезной, напряглись.

— Может и так, — кивнул боярин, — да только сундук-то как испарился. Найдешь? Я за работу отплачу тебе.

— Добро, — согласилась Марфа, делая вид, что это ей интересно. — Ворожить ночью буду. Как солнце сядет принесите мне свечи, таз какой, да кувшин с водой. А день мне отдохнуть надобно.

— Отдыхай, душенька, — с этими словами Антип Петрович оставил ее.

После завтрака ее отвели в небольшую горницу. Как для боярских хоромов она была скромной: простая кровать, да старый ларь для вещей. Видать, для обычных гостей. Но для Марфы оказалось роскошью лечь на кровать с мягкой периной да подушками после странствий по полям да лесам.

Но как же теперь указать боярину на сундук? Марфа задумалась и по привычке начала тихо рассуждать вслух.

— Как он там оказался? А как пропал? Видать без нечистого дело не обошлось.

Она пыталась придумать годную историю пропажи сундука, но в голову пока ничего не приходило. Благо времени у нее до вечера было много. Что если сундук забрало какое-то чудище? Какое именно чудище? Да и зачем ему сундук-то со златом и мехами?

У Марфы разболелась голова, и мягкая перина, как болотная топь, утащила на дно — девица заснула.

Снилось ей диковинное существо с крыльями, которое несло в когтистых лапах сундук. Чудище прилетело в огромное гнездо, открыло сундук и начало перебирать сокровища. Потом захлопнуло крышку и постучало.

Марфа проснулась. За окошком уже стемнело. Стук повторился. Она с трудом поднялась с постели. Все тело ужасно болело. Она даже не замечала, насколько измоталась за время пути и битву с лешим. А на мягкой перине она размякла. С трудом подойдя к двери Марфа открыла.

На пороге стоял Сеня с подносом в руках и тазом под мышкой.

— Боярин того… принести велел! — торопливо выпалил он.

Вода в кувшине, стоявшем на подносе, расплескалась, а огонь свечи все время дрожал, как и сенины руки. Марфа попыталась забрать у него поднос, но Сеня протиснулся боком в дверь и закрыл ее за собой. Поставив поднос на деревянную крышку, а таз на пол он не спешил уходить, явно желая что-то сказать, но не решаясь.

— Мы тут, — наконец неуверенно начал он, — мы тут с Саней подумали… Зря мы тебе про сундук-то сказали. Ты ж ворожея. Считай, работу за тебя сделали.

Он замолчал, набрал побольше воздуха и выпалил:

— Так-то половина награды нам причитается!

У Марфы на мгновение отвисла челюсть от такой наглости. Мало того, что мужики у хозяина сокровища украли, так теперь еще денег хотят, чтоб вернуть! Она бросила на Сеню гневный взгляд. Тот икнул от испуга и задом попятился к двери.

— А не боитесь, что я вас в кого-то обращу? — Марфа наступала за ним следом.

— Ик!.. Ты ж ворожея, а не видунья. А коли не поделишься наградой, так мы того!.. Скажем боярину, что это ты сундук стащила!

Он стремительно выскочил из горницы и закрыл за собой дверь.

— Ах ты ж! — она злобно пнула ларь. — Будет вам награда! Вы у меня пожалеете, что на чужое добро позарились!

Она умылась из принесенного кувшина. Стало получше. Головная боль прошла, но все тело ныло. Остаток ночи она провела придумывая как теперь быть. А на утро с петухами вышла из горницы и потребовала будить боярина.

Боярин спросонья хотел наказать разбудивших его слуг, но услышав, что его требует ворожея, подскочил с постели и босой в одной рубахе предстал перед Марфой. Вид рассерженной, не спавшей ночь девицы произвел на него глубокое впечатление.

— Что случилось, душенька? Ты нашла сундук? — с надеждой спросил он.

— Вижу тьму, всюду пыль, слышу скрип и ветра вой, — слегка осипшим от недосыпа голосом пробормотала Марфа.

Боярину и остальным присутствующим стало не по себе.

— Вели запрягать повозку. Я вижу сундук на заброшенной мельнице!

Антип Петрович облегченно вздохнул.

— Саня! — закричал он.

Слуга тот час явился.

— Бери Сеню и едьте на старую мельницу! Чтоб привезли мой сундук!

Саню как ветром сдуло.

Марфа поклонилась боярину.

— Покуда сундук не привезут, я буду в горнице. Как слуги вернутся не трогайте сундук — позовите меня.

Она легла на мягкую перину и наконец спокойно заснула.

Спала она увы не долго. Саня с Сеней обернулись довольно быстро. Они стояли по бокам сундука с довольными ухмылками. Однако, вид сердито нахмуренной Марфы с растрепанной косой произвел на них гнетущее впечатление.

— Я ж наказывала не трогать сундук, — буркнула она боярину. Тот развел руками.

Марфа лукавила: наказывала-то она не трогать сундук уже после того, как Саня и Сеня уехали. Улыбки окончательно исчезли с лиц слуг.

Девица сделала вид, что внимательно осматривает сундук.

— Так и есть! — наконец сказала она. — На сундук наложено проклятье!

Антип Петрович удивленно вскинул брови, кто-то из прислуги ахнул, а Саня с Сеней побелели как снег.

— Что ж делать, душенька? Сможешь его снять?

— Попробую. Мне нужны травы. Можно гляну в стряпчей?

Боярин кивнул. Марфу проводили в тесную стряпчую, уставленную утварью и жарко натопленную. Под потолком висели сушеные грибы, связки лука, чеснока и пучки пряных трав. Марфа выбрала неказистый пучок чабреца, сунула его в огонь и потушила.

Затем она принялась водить тлеющим веником над сундуком, по привычке бормоча под нос.

Саня явно разобрал «не будь жадных» и «казнить во благо». Все в напряжении ждали. Боярин начал терять терпение и стал постукивать ногой. Наконец, когда от пучка осталась половина, а все вокруг пропахло дымом, Марфа сухо изрекла:

— Можно открывать!

Антип Петрович радостно кинулся к своим сокровищам. Он достал из-за пазухи ключ и, открыв замок, принялся проверять содержимое.

— Что возьмешь за работу? — поинтересовался он у Марфы, убедившись, что все ценности на месте.

— Десять ударов плетей.

Повисла тишина. Боярин изумленно вытаращил на девицу глаза. У Сани с Сеней отвисли челюсти.

— А что ж так? — придя в себя уточнил Антип Петрович.

— Да вот, ваши слуги, когда меня сюда везли, сказали, что работа простая. Меня накормят и напоят. А коли я справлюсь, так они хотят половину награды. Так что пять ударов мне, пять им.

Саня с Сеней переменились в лице. А боярин захохотал.

— Славная шутка, душенька! — выдавил он из себя, вытирая навернувшиеся на глаза слезы, и протянул Марфе кошель. — Вот тебе за работу награда. А этим, — он кивнул в сторону остолбеневших слуг, — я всыплю десять плетей! По пять на каждого. Пусть знают как своего боярина за нос водить!

Саня с Сеней бухнулись на колени и поползли к Антипу Петровичу с воплями и стонами. Боярин пригрозил им кулаком, но те упорно пытались схватить его за полы кафтана и облобызать.

— Хорошо ты повеселила старика! — сказал боярин, отогнав от себя пинками незадачливых слуг. — За это тебе полагается отдельная награда. Чего хочешь?

Марфа задумалась.

— Я еду в престольный град. Пущай меня хоть подвезут до ближайшей деревни.

— Эй вы, болваны! — заорал боярин и Саня с Сеней тут же приползли к нему. — Отвезите девицу в деревню. Да возвращайтесь поскорее — не то еще десять плетей всыплю!

Марфа поклонилась боярину, забрала свою котомку и вышла на крыльцо. Не прошло и получаса, как она ехала в повозке в сопровождении насупившихся слуг.

— Это все ты виновата, ведьма проклятая! — зло бросил Саня, когда они выехали за пределы поместья.

— Нет, мужики. Это работает проклятье. Вы когда сундук воровали, оно уже было на сокровища наложено.

— Да иди ты!.. — Сеня недоверчиво махнул рукой. — Ты ж сняла проклятье.

— Снять-то я его сняла, — задумчиво протянула Марфа. — Но только с сундука.

Саня натянул вожжи и повозка остановилась.

— Смилуйся, кудесница! — наперебой заголосили слуги. — Не дай погибнуть! Сними с нас проклятье! Что хочешь сделаем!

Марфа злорадно полюбовалась на унижающихся слуг и развела руками:

— Сильное проклятие! С сундука с трудом сняла. С вас — не смогу.

Саня с Сеней в который раз за день сделались белыми и стали пуще прежнего умолять девицу.

Марфа вздохнула:

— Но! — слуги с надеждой уставились на нее. — Проклятье работает, коли вы обманываете и воруете. Будете жить честно и с вами будет все хорошо.

Саня с Сеней переглянулись и печально замолкли.

«Да они неисправимы!» — с возмущением подумала Марфа. Ее очень допекали глупцы, но глупых и жадных она вообще не переносила.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.