Тропы доли. Случайности

Глава 4

Небольшая землянка пропахла сыростью и дымом. Под низким потолком висели связки сушеного мяса, грибов да кореньев. Из мебели была лишь лавка да колоды вместо стола и скамей.

— Как тебя зовут? — Марфа пыталась всеми силами успокоить девочку.

— Таня, — она все еще плакала, но уже тише.

— Ты тут живешь?

— Да.

— А это кто? — Марфа кивнула на тело.

— Гриша! — отроковица снова зарыдала.

— А он тебе кто?

— Муж мой.

— Сколько ж тебе лет?

— Не помню. Мы тут вдвоем с ним живем… жили!

Марфа перестала допытываться, чтобы не расстраивать дитя. Хотя вопросов было много. Так они посидели еще немного, пока девочка не успокоилась и начала изредка тихо всхлипывать.

— Знаешь, Танюш, тебе нельзя тут оставаться. Ты сама откуда?

— Не помню.

— Это как так?

— Помню только, что тут жила. Гриша на охоту ходил, грибы и ягоды собирал. А я тут по хозяйству поралась.

Марфа подумала, что делать дальше. Ребенка одного в лесу она бросить не могла. Солнце уже село, и все равно нужно было где-то ночевать. Землянка для этого подходила лучше всего. Но посреди жилища лежало тело.

— Танюш, у тебя есть лопата?

— Нет. А зачем?

— Гришу надо похоронить.

Девчушка, покопавшись в углу, принесла деревянный заступ.

Марфа нашла место, где земля на поляне была помягче, и выкопала неглубокую яму. Вдвоем с девочкой они уже затемно перекатили тело Гриши на одеяло и волоком дотащили до могилы. Когда Марфа закапывала яму, Таня снова зарыдала.

Вернувшись под крышу, они растопили печурку и улеглись вдвоем спать. Отроковица плакала и никак не могла заснуть. Марфу, по обыкновению, мучила бессонница.

— Ничего, — утешала она дитя, — утро вечера мудренее.

Наконец они уснули. А утром собрались и пошли через лес. Марфа все время пыталась выведать у Тани, как она тут оказалась и где жила до этого. Но та ничего не помнила о своей жизни. Дорога через чащу выматывала девочку. Она все время вздрагивала чуть ли не от каждого шороха и старалась не отходить от Марфы ни на шаг. Та привычно осматривалась и прислушивалась, выбирая более легкий путь, чтобы поберечь ее. Через несколько дней они вышли из леса и увидели деревушку, среди уходящих вдаль полей.

В небе с утра нависали темные тучи, моросил мелкий дождь. Среди травы ярко алели маки, точно пятна свежей крови.

— Тут нам могут помочь, — Марфа выдохнула.

Таня же, напротив, вцепилась в подол платья девицы.

— Нет-нет-нет, — замотала она головой. — Я хочу домой!

— В лес? — Марфа нахмурилась. — Как ты там жить будешь? Того дома для тебя больше нет. Нужно искать новый.

Она взяла дитя за руку и решительно направилась в селение.

Деревушка была небольшая, но чистенькая, уютная.

Пройдя немного по улочке, Марфа увидела работавшую в огороде бабку.

— Бог в помощь! — Марфа низко поклонилась. — У вас в округе люди не пропадали?

— Люди нет. — Бабка выпрямилась, держась за поясницу. — Скотина пропадает, а чтоб люди… Хотя погодь! Года три назад поповна пропала. Пошла в лес за грибами да не вернулась.

Марфа украдкой посмотрела на девочку.

— А где его найти?

— Кого?

— Попа.

— А! А чего его искать? Подле церкви он живет. До церкви-то выйдете, коли сейчас прямо пойдете.

Марфа с Таней поклонились и пошли дальше.

Церковь для такой деревушки оказалась довольно большой. Видать, приход со всей округи собирала. Рядом с храмом находился небольшой дом попа.

Марфа поднялась на крыльцо и постучала в дверь. Таня осталась стоять поодаль, испуганно переминаясь с ноги на ногу.

Открыл сам хозяин. Он посмотрел на Марфу, как на нечистого, и она на мгновение запнулась от этого взгляда.

— Доброго дня! — девица поклонилась. — Нам сказали, что у вас…

Священник перевел взгляд на Таню, и брови у него поползли вверх. Он отодвинул Марфу в сторону и сбежал по крыльцу. На сгибающихся ногах он подошел к девочке.

— Танюшка?.. — позвал он, охрипшим голосом. — Танечка?!

Отроковица перебегала взглядом широко распахнутых глаз с Марфы на попа.

На крыльцо вышла попадья с корзинкой. Увидев дитя, она выронила ее из рук и, пошатнувшись, прижала ладонь к груди. Марфа придержала ее.

— Танечка, доченька! — батюшка обнял девочку и зарыдал.

— Тятя? — она неуверенно обняла его в ответ.

Матушка пришла в себя и осторожно, словно боясь спугнуть наваждение, подошла к мужу с дочкой.

— Танюша! — дрожащим голосом позвала она. — Дитятко мое!

— Мама?

Попадья высвободила ребенка из объятий мужа и повела в дом. Поп же, все еще всхлипывая, упал на колени и стал истово молиться.

Воздав хвалу Всевышнему, он заметил Марфу, по-прежнему стоявшую на крыльце.

— Кто ты, девица? — он подошел к ней с счастливой улыбкой.

— Меня зовут Марфа, я сирота. Хожу по белу свету — своего счастья ищу.

— Заходи к нам в дом — покушай да отдохни с дороги, — батюшка распахнул перед ней дверь.

Марфа на секунду заколебалась, но воспользовалась приглашением.

Дом, как и полагается священнослужителю, был скромным. В красном углу стояло много икон, пахло ладаном. Марфа перекрестилась и поклонилась. Матушка уже успела умыть Таню и посадить ее за стол, уставленный едой. Пока дочка ела, попадья расчесывала гребнем ее волосы.

Хозяин усадил Марфу и сам стал ее потчевать.

— Мы-то уж и не надеялись, что Танюшка вернется, — сказал он, понизив голос, чтоб дочка не услышала. — Похоронить хотел, да супруга убивалась. Не смог. Как же ты ее нашла?

— Случайно, батюшка. Я шла из деревеньки, что за лесом, и увидела ее в чаще. Она не помнила, кто она и откуда. Думала, что в лесу живет, — тихо поведала Марфа.

— Не иначе как Господь ей тебя послал!

— А нет ли у вас в деревне работы какой?

— Работа всегда есть. Справляемся с Божьей помощью. Коли ты ищешь заработок, надо спросить в соседнем селении.

— А может, кто у вас в деревне купит поделки? — Марфа достала из котомки искусно вырезанные из дерева ложки.

— Ишь ты! Никак работа столяра Василия?

— Я у него зиму помогала по хозяйству. — Марфа умолчала, что ложки вырезала сама. — Это моя оплата.

— Купить-то купят, да много денег так не заработаешь, — батюшка задумался. — Вот что: на Иванов день около престольного града будет ярмарка. Думаю, твои ложки там втридорога возьмут!

Марфе пришлось рассказать про то, как она нашла Таню, про жуткого мужика и землянку.

К вечеру уже вся деревня знала, что поповна вернулась домой из лесу от лешего.

Заночевала Марфа в доме попа. А на следующее утро с рассветом отправилась в путь. На дорогу она получила благословение и немного еды.

Отправиться на ярмарку было рискованно: много людей, много стражи, много внимательных глаз. Но если она устроится в подмастерья к торговцу, то сможет хорошо заработать и уехать с каким-нибудь обозом в соседнее государство.

Марфа успела отойти совсем недалеко от деревни, как ее догнала повозка с двумя хорошо одетыми мужиками. Один был повыше, а другой, управлявший лошадью, потолще.

— Это ты, что ль, поповну нашла? — окликнул Марфу тот, что был повыше.

Она молча кивнула в ответ.

— Наш боярин слышал про великую ворожею и послал нас за тобой, — тот, что потолще, натянул вожжи, и повозка со скрипом остановилась. — Залезай!

Глава 5

Марфа ехала в тряской повозке. Слуги устроились вдвоем на облучке и сидели молча, изредка нет-нет да и поглядывая на нее. Видать, охота была поглядеть на диковинную ворожею, что людей находит, да от чудищ спасает. Девица же думала, как теперь быть. Отказаться от приглашения боярина она не могла. А ну как осерчает и позовет стрельцов, а те и сожгут ее как ведьму. Сказать прямо, что она не ворожея, тоже нельзя. Или решат, что она обманщица и посадят в темницу, или опять же примут за отказ и казнят. Марфа так задумалась, что по привычке начала рассуждать вслух. Слуга, тот, что повыше, толкнул своего приятеля в бок. Тот непонимающе уставился на него.

— Чего?

Высокий вытаращил глаза и едва заметно кивнул в сторону Марфы. Товарищ нахмурился и тоже услышал, как ворожея что-то бормочет. Они проехали еще немного, напряженно вслушиваясь. Толстяк уверенно разобрал: «сказать боярину?» и «так посадят, а то и казнят».

— А боярин гневлив? — внезапно обратилась Марфа к слугам.

Возница от неожиданности натянул поводья, и старая кляча, тянувшая повозку, остановилась.

— Почему вы остановились? — насторожилась Марфа, нащупывая кочергу.

— Мы это... — неуверенно начал толстяк.

— По нужде! — нашелся его товарищ.

— Да!.. По нужде!

И быстро спрыгнув с повозки, они скрылись за ближайшим деревом.

— Слышь-но чо, Сень! — быстро зашептал высокий и сделал страшные глаза. — Видать, она уже поворожила, да все знает!

— Да ну, Сань! Что она там может знать?

— Ты видал, как она зыркала на нас-то? Как будто прямо всю душу наизнанку вывернула!

Толстяк задумался над услышанным: «посадят или казнят».

— Знаешь что, Сань, сознаться нам надо! Авось боярину-то она нас не выдаст!

— Да ну, Сень, а вдруг в кого обратит?

— Так а мы ей заплатим!

На том и порешили.

Когда они вернулись к повозке, Марфа сидела ровно, как палка, сжимая пальцы на кочерге так, что костяшки побелели.

Мужики же, неловко потоптавшись возле повозки, попадали на колени и стали биться лбами оземь.

— Смилуйся, кудесница! — завопили они наперебой. — Не губи, милая! У нас семьи есть, дети малые! Не лишай их кормильцев, родимая!

Брови Марфы на мгновение поднялись от изумления, но затем она совладала с собой и нахмурилась больше обычного.

От ее сурового взгляда слуги заголосили еще больше.

— Не выдавай боярину, что мы сундук взяли! Бес попутал! У нас семеро по лавкам — кормить поить надо! Богом клянемся, больше никогда чужого не возьмем! Бери что хочешь, все деньги тебе отдадим, пощади только!

— Сундук где? — бросила Марфа. И ее слова прозвучали как стук молотка, забивающего гвозди в крышку гроба.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.