Цепь

Но жеребцы там стояли уже без седока. В такой плотной толпе невозможно было бы всаднику двигаться быстро, и Майра с сожалением покинула только что приобретенных, невероятно дорогих скакунов.

Когда узкие улицы городов полны людей, бегать среди них умеет лишь городская стража, а также тот, кого она преследует. Эльфийке пришлось в свое время отточить столь полезный навык. Лавируя среди громко возмущающихся горожан, она, наконец, достигла места, где толпа значительно поредела, там девушка помчалась во всю прыть, петляя по кривым улочках, и присматриваясь к стенам домов, ища наиболее удобный путь наверх, на плоские крыши, по которым гораздо проще уходить от погони. Вдруг, из-за приоткрывшейся двери ее позвали на том же диалекте, который она понимала в этих краях:

- Эй, давай сюда, я помогу!

Она приостановилась, недоверчиво глядя на незнакомца, но он особым образом сложил пальцы в символ разбитых цепей и быстро проговорил:

- Приют ворам и бродягам! Братство!

Вероятно, человек принял ее за вора, убегающего от стражников. Майра прекрасно знала о существовании подобного Братства – правда, очень далеко отсюда, в Южных землях, но выбора не было, и девушка скользнула в дверь. Человек приложил палец к губам и повел ее за собой по темному извилистому коридору. Они миновали несколько коротких лестничных пролетов, ведущих вниз, и находились уже в подвале дома.

- Куда ты ведешь меня? – поинтересовалась эльфийка, не снимая ладонь с рукоятки охотничьего ножа – гораздо более эффективного в узком пространстве, чем меч, но человек снова заговорщицки прижал палец к губам. Подойдя к тяжелой, обитой железом двери, он склонился перед ней в легком поклоне, приглашая ее пройти вперед. Майра вытащила нож из ножен:

- После тебя, незнакомец, - тихо прошептала она. Мужчина, поколебавшись, кивнул и начал открывать дверь, девушка услышала легкий шорох за спиной и почувствовала движение воздуха, резко обернулась, увидев темный силуэт, закрывающий собой проход, резкую вспышку в глазах – и тьма накрыла ее.

…….

Когда Майра вновь приоткрыла глаза, то обнаружила, что лежит на холодном полу в полной темноте. На расстоянии вытянутой руки от нее неровные каменные плиты пола рассекали толстые прутья решетки, и затхлый сырой воздух будто сгустился в неподвижную завесу вокруг нее. Она в темнице! Девушка осторожно приподнялась и села. Одежда на ней была нетронута, за исключением длинного шарфа, которым истерлинги иногда обматывают и голову от солнца, и лицо от пыли. Оружия также при ней, конечно же, не было. Голова кружилась и Майра тщательно ощупала ее, с удивлением не найдя следов удара. Что же в таком случае заставило ее потерять сознание? В небольшой камере кроме нее никого не было, напротив, через коридор была такая же темница с решеткой, тоже пустовавшая. Из глубины коридора изредка доносились негромкие звуки - либо там возятся крысы, либо другие пленники все же здесь содержались.

Уткнувшись лбом в колени, она размышляла о причинах своего пленения, когда услышала шаги и скрежет отворяемой двери. Свет факелов отразился от грязных влажных стен и двое стражников вывели ее в коридор. В невысоком помещении, очевидно, предназначенном для допросов, за столом сидел высокий худой человек, выражением глаз напоминающий вареную рыбу. Он приготовился записать все, что скажет ему Майра.

- Кто ты? Откуда? – таким же бесцветным, как глаза, голосом спросил мужчина.

-Я – урук, пришла из становища в Серых горах.

Человек слегка приподнял одну бровь:

- Ты не похожа на орка?

- Потому меня и выгнали из нашей общины,- проникновенно ответила девушка.

- Твое имя?

- Сталга из рода Урш.

- С какой целью ты пришла в Архон?

- Попытать удачу и пополнить ряды войска истерлингов.

- Какого войска?

- Любого.

Человек окинул сомнительным взглядом изящную фигуру девушки.

- На тебе одежда наемного воина, значит, тебя уже приняли на службу?

- Еще нет, но я решила, что воина, который не требует экипировки, возьмут быстрее, - невозмутимо отвечала Майра. Она понимала, что это еще не настоящий допрос, и ему не важно, что она говорит сейчас. Этот писец, что сидел перед ней, с таким же равнодушием, много раз задавал свои вопросы растянутым на дыбе пленникам, записывая их бессвязные выкрики, пока те в состоянии вообще говорить. Или пока не сообщат ему то, что он посчитает правдой. В комнату вошел еще один стражник, судя по одежде рангом повыше, чем те двое, что привели ее.

- Господин желает лично видеть пленницу.

Пока ее вели наверх, девушка внимательно осматривалась вокруг, запоминая расположение темницы. Вскоре они вышли в небольшой зал, где на высоком кресле восседал состарившийся седовласый эльф с изборожденными морщинами лицом. Майра удивленно разглядывала его - никогда прежде не видела она подобных стариков среди эльфов и не слышала от кого-либо о существовании таковых. Старец уставился на нее тяжелым немигающим взором черных глаз, казалось, он безуспешно пытается прочесть ее мысли. Девушка ощутила темную силу, исходившую от него, и поняла, что перед ней Темный маг.

Писец, с поклоном, протянул сидящему в кресле магу бумагу со своими записями, но старик жестом отмахнулся от него.

- Почему он послал за тобой воинов? - произнес старый эльф низким хрипловатым голосом.

Майра и сама задумывалась об этом и совершенно откровенно пожала в ответ плечами:

- Ты же имеешь в виду того человека, что торжественно вошел в город? Не имею понятия.

- Господин, - больно ткнул ее сзади в спину стражник, - тебе подобает говорить «Господин», когда отвечаешь на вопрос.

Майра представила, как скрестила бы со стражником мечи и чуть улыбнулась:

- Не имею понятия, Господин.

Маг пристально смотрел ей в лицо.

- Кто твои родители, эльф?

Она сказала ему правду – что ее родители были воинами и пали от рук орков, а она их совсем не помнит.

- Куда же ты направлялась?

- Я слышала легенды об эльфах, живущих на востоке, эльфах, отринувших свет Иллуватара и закрывших в своем сердце путь в Валлинор. Я искала их, питая надежду присоединиться к ним, ибо сердце мое разбито.

Девушке было что вспомнить, чтобы слезы блеснули в ее глазах.

Старый маг задумался. Что-то было неправильное в этой эльфийской девчонке, он пока не мог понять, что именно.

Дерзкий выскочка, называющий себя вождем четырех племен, славился своим вниманием к красивым девушкам, он вполне мог разглядеть под мужской одеждой стройное тело. Возможно, и следует предложить ему эльфийку в качестве дорогого подарка, но на что рассчитывать взамен? Кхамул явился в Архон с предложением передать ему ключи от города в обмен на долгий мир и защиту – предложение не подразумевает отказа - под стенами Архона стоит его войско, и этот город неспособен к обороне. Старейшины согласятся с любыми условиями, он знал это. Невзирая на то, что один из членов совета, в его лице, будет против. Трусливые скоты – все их жалкое сборище! К тому же, у Кхамула много сторонников в Архоне, этот хитрец долго подготавливал себе здесь благодатную почву. Многие из предателей сгинули в подземельях под этим троном, но слишком много их еще осталось.

Он надеялся найти покой в этом городишке, правя им, не привлекая к себе много внимания. Слишком много своих жизненных сил вложил он во Тьму, и тело его начало поддаваться течению времени, подобно человеческому. И он устал. Иногда он жалел, что время, когда он был здоров и полон энергии, не потратил он так, как хотел бы сейчас. Если бы он мог разгадать тайну вечной молодости и вернуть себе свои силы... Он подмял бы под себя и самоуверенного выскочку с его войском, да и другие племена тоже бы склонились перед ним!

В зал вошел мужчина, одетый в простую темную тунику до пола, лишенную каких-либо изысков и украшений, но и стража, и писец почтительно поклонились ему. Вероятнее всего, прежде чем потерять сознание, именно его силуэт увидела Майра в коридоре, когда шла за человеком, выдававшим себя за представителя Братства воров.

- Учитель, мне есть, что поведать вам - наедине.

Старик кивнул страже:

- Уведите ее, пока что.

С протяжным скрежетом за девушкой вновь закрылась решетчатая дверь. На этот раз ей сунули глиняный кувшин с водой. Майра осторожно попробовала ее, не заметив ничего подозрительного, разом выпила половину. Шагая от одной стены к другой, она размышляла. От зала до спуска в темницу ведет коридор, длинной пятьдесят семь шагов, затем винтовая лестница в семнадцать ступеней, и еще один короткий коридор до тяжелой двери. Никаких боковых проходов в длинном коридоре наверху она не увидела, как не было там и окон. Стражники вооружены короткими широкими мечами, но не похоже было, что они считали ее опасным противником и проявляли бдительность. Если даже она убьет их, единственный путь отсюда пролегал через большой зал. Маловероятно, что старик проводил там много времени, но столкнуться с колдуном не было никакого желания.

Темного мага интересовало, по какой причине ее пытался схватить какой-то Кхамул. Может быть, они враждуют, и старец изыскивает способы влияния на своего врага? Майра вспомнила цепкий хищный взгляд черных глаз вождя-истерлинга. Он смотрел так, будто узнал ее, но девушка была уверена, что впервые видела этого человека. Возможно ли, что ее просто перепутали с кем-то другим, и она оказалась втянута в сплетение чужих интриг по ошибке? Но в таком случае, у нее крайне мало шансов остаться в живых. Нет, выход есть всегда, его нужно лишь увидеть, надо найти способ бежать, бежать прочь из этой темницы, из этого города!

Прошло довольно много времени, эльфийка дремала, прислонившись к холодной стене, когда громкий топот ног разбудил ее, в темницу ввалились пятеро стражников во главе с тем самым учеником колдуна, который оглушил ее. Они явно были чем-то возбуждены, а взгляд ученика был слегка растерянный. Девушку схватили под руки и потащили наверх. В том же зале вдоль стен выстроилась стража, Майра успела насчитать не менее трех десятков воинов, старик, преисполненный злобой, расхаживал перед своим высоким креслом.

- Надо было сразу передать тебя палачу! – прошипел он, - Кто же ты такая, что Тварь из Мордора явилась за тобой?!

У Майры перехватило дыхание - о чем говорит этот спятивший от злобы старик? И тут она осознала смысл брошенных им слов!

- Ты - мерзкая старая развалина! – прорычала она, - Все из-за тебя! Я выпущу твои гнилые кишки за то, что ты тянул время в поисках своей ничтожной выгоды…

Колдун оторопело уставился на нее и через мгновение разразился визгливым истеричным смехом:

- А теперь я вижу! Я вспомнил эти глаза! Так он искал тебя не для себя!!! Быстро, девчонку держите рядом со мной! Открыть ворота!

Яростно вырывающуюся эльфийку теперь крепко держали трое рослых стражников, а сбоку от них с гордо поднятой головой встал старец. Перед Майрой он очень бережно держал в руке маленькую пузатую бутыль из черного стекла.

- Стой спокойно, девчонка, если этот сосуд разобьется, тебя постигнет кара, худшая, чем смерть, - прошептал колдун.

Девушка замерла, с ненавистью глядя на него:

- Если мы выживем сегодня, запомни, старик, я вернусь за твоей жалкой жизнью.

Он ничего ей не ответил – зал наполнился воинами в красных масках. Они расступились, пропуская своего вождя. Кхамул шел с обнаженным мечом в руке, и глаза его метали молнии.

- Остановись, или девчонка умрет, - торжественно произнес Темный маг.

Вождь усмехнулся:

- Что даст тебе ее смерть? Со мной в три раза больше воинов, чем есть у тебя и весь этот город отныне мой. Отдай ее мне, и ты будешь жить, как жил прежде. Я сохраню твое место в совете старейшин, даю слово.

- Совет больше не имеет власти в Архоне, - покачал головой старик.

- Что же ты хочешь?

- Я буду править этим городом единолично, а ты покинешь его стены навсегда, в чем принесешь мне кровавую клятву! – заявил колдун. Кхамул молчал, изучая сосуд, что держал старик на вытянутой руке. И тут воины позади него расступились, пропуская высокую закутанную в плащ фигуру. Майра почувствовала, что тот, кто вышел вперед также несет в себе Темную силу.

- Я обращаюсь к тебе, Азамант, от лица Властелина Мордора, - произнес он, - Отдай нам девчонку, и он вернет тебе молодость. Новая долгая жизнь ожидает тебя, полная великих свершений и побед. Властелин одарит тебя своей милостью – вот тебе его нерушимое слово!

Девушка обернулась на старого колдуна и увидела, что слова закутанного в плащ мага достигли своей цели, обнажив потаенную мечту, и он сейчас отдаст ее этим мордорским прихвостням! Она на секунду закрыла глаза – лица тех, кто был ее друзьями, пронеслись в памяти, мысленно она словно прижалась к теплой шее Тени… Рука старика уже дрогнула, готовая опуститься, когда нога эльфийки выбила из его пальцев темный сосуд. Хрупкое стекло со звоном разлетелось по полу, и Майра успела увидеть ужас на лице мордорского мага. Черный туман расстелился перед ней, и темные призрачные змеи взметнулись из него во все стороны. Одна из них, изогнувшись, будто слегка прикоснулась к ноге девушки, мышцы пронзила острая боль, и мрак начал окружать ее со всех сторон. Словно во сне, она слышала, как кто-то выкрикивает заклинания, сквозь черную пелену увидела, как скорчился от боли старик, пленивший ее, как стражники, рядом с ней, рухнули замертво. Пол под ней закачался, и чьи-то руки подхватили ее, а голос продолжал твердить слова на непонятном ей языке, и нога ее словно превращалась в лед. Руки несли ее куда-то, и мрак клубился вокруг Майры, затягивая ее в свою бездонную глубину, и в голове билась мысль: «Он не получит меня! Он меня не получит!»…

Временами густой мрак ненадолго расступался, и она смутно чувствовала, как бешеный ветер яростно хлещет ее тело, а земля под ней утратила свою твердь и стала зыбкой, как болотная топь. И снова в ушах слышался монотонный голос, твердящий грубые раскатистые слова, чья-то рука наклоняла ее в сторону и рвотные спазмы болезненно терзали ее пустой желудок, а затем черный туман опять уносил ее прочь. С каждым разом она все глубже и глубже погружалась в непроницаемый мрак, тянущий ее за собой.

Мрак снова чуть отступил, и ветер уже не завывал. Глубокий властный голос отдал приказ: «В мой шатер, быстро! Она уже переходит...», и Майра окончательно погрузилась в густую тьму.

Она шла по равнине, состоящей из плотного черного тумана, он клубился вокруг нее, порой принимая демонические очертания с жадно блестевшими мертвенно-бледными глазами: «Иди, иди к нам», - звали они, но она все шла и шла вперед, и невыносимая тоска сжимала ей сердце. Тени вокруг метались и тонко выли, тоскливо и жадно протягивая к ней то, что, должно быть, было их руками. Туман впереди стал сгущаться, собираясь в гигантскую колеблющуюся фигуру. Контуры ее расплывались, клочья тумана, составляющие ее, распадались на части, но тут же вновь слеплялись в единое целое. И таким безграничным ужасом повеяло от неясного силуэта, что Майра закричала. Ее крик эхом повторили демоны, что окружали ее на пути, искажая звук и дополняя его злобным хохотом. О, неужели для нее все закончится здесь – в этом ужасном мраке? Злобный хохот перешел в многоголосый гомон, громче и громче звучащий в ушах на отвратительно высокой ноте. Она зажала уши ладонями и закричала снова. И в этот миг чья-то сильная рука обхватила ее и спокойный волевой голос произнес:

- Не бойся.

И тут же визгливые голоса замолкли, а стальной обруч ужаса, сжавшего ее сердце, распался.

Но темная фигура перед ними не развеялась, и в голове ее зазвучал слабым шелестом голос:

«Майрон. Я тебя чувствую. Я рад».

«И я рад, Учитель».

«Не называй меня так. Я лишь тень его, слабый отголосок мыслей и воспоминаний, да и ты давно не нуждаешься в учителях».

Тот, кто крепко держал ее со спины, промолчал.

«Я и ее чувствую, Майрон. Ее вибрацию! У меня получилось…»

«Как ты сделал это, Мелькор?», - спросил ее невидимый спутник.

«Тебе не все дано познать, ведь ты не Вала!»

«Это так», - сухо ответил Майрон.

«Бери ее, мой бывший Ученик, бери ее себе. Это мой дар тебе. На самой высоте своих чувств она сможет впитать и передать тебе часть моей силы, рассеянной по всей Арде. И мой дар, возможно, станет проклятием для тебя за твое предательство».

«Я не предавал тебя».

«Всякий предатель, кто не развеян вместе со мной в ледяной пустоте», - тихо прошептал слабый, умирающий голос, растворившись во мгле.

Майрон почувствовал, как в его руках дрожит та, за которой он явился в мир теней, та, чье появление в этом мире всколыхнуло и стянуло воедино последние остатки воли Мелькора. Он развернул ее к себе и увидел пронзительную тоску в ее гаснущих глазах. Этого нельзя было допускать, и он прижался к ее губам горячим поцелуем, чувствуя, как перетекает в нее его воля, как возрождается в ней собственная жизненная сила. Он посмотрел ей в глаза и сказал:

- Я забираю тебя отсюда.

И туманная мгла закружилась вокруг них яростным вихрем, и снова раздался тонкий вой, понявшийся на невыносимо высокую ноту, затем все оборвалось.

Оказавшись в мире живых, он крикнул своего ученика – того самого, который привез умирающую эльфийку:

- Я вернул ее феа, полагаю, ты знаешь, как исцелить ее тело от яда сумрачной змеи?

Ученик виновато склонился перед ним. Гортхаур взглянул на девчонку – она спала глубоким сном, он отвернулся:

- После, найди, где ее разместить, проследи, чтобы у нее было все необходимое. И пусть выставят вокруг усиленный караул – я не собираюсь заново отряжать своих разведчиков на ее поиски. Пока не вернемся в Лугбурз – ты отвечаешь за нее своей головой!