Вас разлучит смерть. Книга 2

Тянуло нервно рассмеяться. Вместо этого я расправила плечи и внесла финальные штрихи:

– Маги древности так и не смогли решить эту дилемму. Как победить чарами то, что из-за них и рождается? Они нашли временный выход – отгородиться. Спрятаться в «домике». Создали границу и переходящих, которые получали от нее силу при рождении, взращивали с годами и возвращали обратно, принося себя в жертву. Отлаженный цикл сдерживания угрозы.

Слова резали горло, но приносили странное облегчение – наконец высказать это вслух, признать. Осудят? И пусть…

– Да, – выдохнула я под пристальными ошеломленными взглядами, – моей судьбой было умереть у приграничного барьера. Я выбрала убрать его, а потом еще и оттяпала силы, ускорив падение нашего волшебного купола.

– Это с какого хрена ты должна была умереть? – рыкнул Герман. – Что за судьба такая? Из изложенного тобой я понял, что древние «гении» загнали всех нас в тупик своим решением. Ты избежала очередного жертвоприношения и правильно сделала.

– Я – творение тех самых гениев. Часть их ритуала. Моя магическая структура… Ее не должно существовать в природе.

– Неважно, кто или что тебя создало, – убежденно заявил Келлар. – Даже если твой дар – искусственный, ты-то настоящая.

Ладонь Рады легла поверх моей, цепко сжала.

– Я терпеть не могу Культ, но… – Она закусила губу. – Удачно, что адепты знают чары против порождений. Граница не простояла бы вечно. Она была срочной мерой – пущенной на самотек без присмотра создателей! Однажды всяко рухнула бы. Вышло бы хуже, застань твари беспомощную Империю врасплох. Велизар хоть подготовился…

– Ускоренное разрушение барьера, конечно, прискорбно, – глухо сказал Северин, рассматривая трещинку на столе. – Но дар Сияны крайне полезен. Смешанные чары губительны для очага. Он поглощал любую магию, кроме двойной.

– Не может же Сияна одна уничтожать все очаги, – зашипела Рада. – Нельзя на нее такое вешать! Это непосильно.

– Никто и не вешает. Не менее эффективно работает симбиотическая магия двух отдельных магов, светлого и темного. Примеры: ведьма и колдун из племен, Велизар и Сидония. Они колдовали вместе с аналогичным эффектом.

– Это исследования Юстина, – вспомнил Герман, – которые запретили.

– Запретили, – не смутился Келлар, – но сейчас много чего запрещенного используется почти официально. Проблема в другом. Пар, способных работать в такой унисонной связке, ничтожно мало. Для этого необходима не просто совместимость, а близость.

– В каком смысле близость? – сощурилась Рада. – В том самом?..

– Необязательно, – нахмурился Северин, – хотя и это не исключено. В основе тут – глубокое взаимопонимание. Кроме того, имеются вспомогательные средства.

Он вытащил из недр мантии и бросил на стол серебряное ожерелье – покрытые вязью символов пластины, соединенные цепочками. Германа передернуло.

– Реликвии, – подхватила я, – позволяют магу единолично колдовать и свет, и тьму, используя «одолженную» силу партнера. Эту цацку мы нашли там же, в руинах.

– Ее можно изучить, – вроде как вызвался Северин, – понять принцип работы. Воспроизвести.

Почему бы и нет? Только осторожнее. Одну реликвию Юстин уже наизучал…

– Хоронить человечество рано, – заключил Келлар, глядя на древнее ожерелье. – У нас есть кристаллы-детекторы, защитные и отводящие артефакты. Ученые маги разрабатывают контур, который не будет пропускать порождений. Не такой мощный, как приграничный, но для охраны небольших участков и зданий подойдет. С очагами тоже разберемся.

Я наклонилась и извлекла из сумки исписанную тетрадь. Положила на противоположный край стола, раскрыв на последних страницах.

– Зарисовала устройство очага.

Северин и Келлар склонились над схемой. Вскоре поочередно прокомментировали:

– Очень похоже! Я так детально оригинал не рассмотрел, для меня он был… несколько размыт.

– Это бесценный материал для анализа. Но отдавать его в чужие руки нельзя, особенно Дарию.

Угу, все сами, все сами… И должны не только восстановить наследие прошлого, но и превзойти предков.

– Итак, – по-секретарски проговорила Рада, резюмируя, – Необходимо прихлопнуть очаги порождений. Как-нибудь по-умному, дабы не возникли заново. И… запретить магию обратно? Вернуться к жестким ограничениям?

– Вся суть идеи Велизара в том, чтобы маги имели право беспрепятственно колдовать все, что им вздумается, – мрачно сказал Северин. – Какие еще рамки? Он скорее всех подведет под смерть, чем откажется от своей «свободы». Будет не устранять очаги, а противостоять порождениям, изобретая новые мощные заклинания. Пока мир не рухнет окончательно.

– Этого я и боюсь… – Я в сердцах стукнула по столу. – А еще новой войны между людьми и магами, если правда выплывет наружу. Со всем этим надо что-то делать. Но что?

– Ответ быстро не найдется. – Келлар оперся о стол. – Придется ориентироваться по обстоятельствам.

– Да как? Формально у нас разные ведомства и разные приказы! Мы не вправе действовать вместе… Вдобавок застряли в гарнизоне.

Герман, до этого слушавший молча, осененно щелкнул пальцами.

– Послезавтра я уезжаю в западное королевство. И беру вас с собой! Нечего вам тут прозябать.

Все мы уставились на него – с нулевым пониманием. Нет, предложение-то заманчивое, но…

– Разве так можно?.. – растерялась я.

– А кто мне запретит? – коварно подмигнул он. – Создам специальный отдел.

– Отдел? – переспросил Келлар, будто перебирая в голове варианты. – Какой?

– Оперативный королевский по противодействию порождениям. Или как там посолиднее назвать… А войдете в него все вы.

– Я? – поинтересовался Северин с откровенным скепсисом.

– Ой, не начинай. – Герман скривился. – Или ты намерен торчать в гарнизоне из ностальгической любви и ждать следующей опасной вылазки, в которой начальству уже удастся от тебя избавиться?

– Хорошая идея! – В глазах Рады загорелся знакомый азартный огонек. Северин кашлянул. – В смысле, про отдел… Логично объединить уникальную переходящую, боевого высшего магистра, побывавшего за границей, и ведущего сотрудника Надзора. Сила, знания, опыт.

– Ты тоже туда заочно принята. – Герман ткнул в нее пальцем. – А то это преступление – секретарить у меня с такими-то талантами.

Рада опешила, но спорить и не подумала. На лице Келлара читалась сложная работа мысли, в итоге он выдал вердикт:

– У этого отдела должны быть реальные полномочия и доступ к ресурсам. При минимуме публичности.

– Будут, – уверенно пообещал Герман. – И доступ, и полномочия. А публичность… решим. Сегодня же составлю указ. Оформим как временную исследовательско-оперативную группу под моим непосредственным руководством. Ковен, тайную службу и Надзор обяжем оказывать содействие. Формулировки подберем такие, что не подкопаются…

Я слушала, затаив дыхание, чувствуя, как сужается разверзшаяся передо мной пропасть, а острота одиночества притупляется. Со мной рядом сидели люди, готовые помочь. Не идеальные, не всемогущие. Со своим долгом. Но они у меня были.

Да, яничего не исправлю. Это сделаем мы.