Татуировка

- А полученный опыт и соответственно исходя из этого и, появляющиеся в процессе боевых действий, новые технологии, брать под контроль и, сразу внедрять в ряды вооружённых сил наших государств. Устаревшие корабли продавать ЧВК, на вырученные средства, строить взамен по одному новому прототипу и более модернизированному с учётом новых возникнувших технологий.

- Так точно! – обрадовался землянин. – Вдобавок, настроить верфей двойного назначения, гораздо больше, чем необходимо и, выпускать гражданскую или коммерческую продукцию. Военное оборудование производить в единичных экземплярах, дабы испытывать прототипы с последующей продажей ЧВК. В случае неизбежного контакта с «Неистребимым Врагом», перейти на военное положение и, скачкообразно нарастить выпуск только НОВОЙ военной продукции. И заметьте! Не устаревшие морально корабли, а выполненные по последнему слову техники и уже проверенной в боевых действиях... Однако, необходимы ещё дополнительные меры безопасности, дабы эти авантюры с ЧВК, не переросли в большую войну между государствами разумного сектора.

- Осталось определить кому, с кем, и за что воевать. – поостыл немного, вникнувший в суть идеи землянина, адмирал.

— Вот для этого мне и были нужны архивы. – Николай начал перечислять. – Тлеющие конфликты, незначительные территориальные споры, задавленные и забытые обиды и т.д. и т.п. Нам также поможет в накоплении военного опыта, глубокая, но не сильно агрессивная экспансия Торгового Альянса, внутри Разумного Сектора и за его пределами…

Четыре минуты до выхода из подпространства.

Адмирал с боцманом аккуратно плыли по пустому коридору крейсера в направлении командирской рубки, держась за поручни и тихо беседуя.

- Вы меня не убедили, адмирал. – Замашснова вжился в свою роль и, со стороны, если дословно не слышать беседы, это выглядело снова обычно: боцман следует за своим адмиралом, готовым выполнить любой приказ командира. – Мало доказательств. Старпом Николай изобретатель, а таких единицы. Они ничего не решат.

- Будут доказательства… Со временем. – уверенно ответил адмирал.

- Надеюсь…

В рубке уже во всю командовал, хорошо отдохнувший, Виктор. От дежурных офицеров во всю шли доклады о подготовке к выгрузке в реальное пространство, а голограмма, недавно включенного, искусственного интеллекта крейсера, молча стояла в полосатой лагерной робе военнопленного, времён второй мировой войны цивилизации землян и, косо, с явной обидой во взгляде, поглядывала на старпома.

Адмирал, хорошо изучивший историю Земли, слегка про себя усмехнулся, но сделав потом строгий вид, не впроплыл к своему креслу. Боцман же, напротив, не поняв шутки, безразлично уставился на землянина.

- Простите адмирал. – виновато промолвил старпом, кивая старшему штурману Выхону. - Я ожидал прихода Николая.

- Он сейчас только освободился и отдыхает. – неоднозначно высказался Каташ.

Старший штурман Выхон, нажал несколько клавиш на своей клавиатуре, и голограмма заключённого ИИ сменилась на стандартного офицера эртунианского флота.

- Тридцать секунд до выхода из прыжка. – очередной доклад вернул всех в работу. – Навигационное оборудование в норме. Идём по графику.

По средине командирской рубки появилась серая голограмма под-пространственного ничто. Дежурные офицеры засуетились, подключая внешнее оборудование слежения и мониторинга обстановки и выводя всё это на мониторы.

- Пять секунд до выхода. – эти последние секунды отсчёта всегда волнительны, даже для опытных и бывалых ветеранов. – Выход!

Серая мгла на голограмме, сменилась чернотой реального космоса и, яркими точками далёких звёзд.

- Есть сигнал от одного известного, узнаваемого пульсара. – докладывал, отвечающий за навигацию, старший штурман Выхон. – Есть второй, третий. Частота вращения, сигнатура нейтронных звёзд опознаны и загружены в навигационную систему, идёт обработка.

Всю работу мог выполнить искусственный интеллект крейсера, и намного быстрее, но жёстко зашитые в базовый компьютер крейсера стандартные программы - надёжней.

- Есть подтверждения навигационного статуса! – Выхонговорил сдержанно, но все почувствовали радостные нотки в голосе. – Мы в запланируемой точке выхода. Гасим инерциальную скорость. – тут же заработали тормозные маневровые двигатели, придав обратное ускорение судну.

Разведывательный крейсер, вместе с тяжёлыми истребителями, погасил скорость до условно нулевой и, развернувшись, ощетинился орудиями в сторону точки собственного выхода. Тяжёлые истребители цивилизации Бафен, отсоединившись от гравитационного захвата, отошли от крейсера на приличное расстояние и, выстроившись полусферой с центром в точке выхода, ушли под лучи преломления. Заработали активные сканеры, прочёсывая всё пространство вокруг и, на мониторы дежурных офицеров пошли новые данные.

- Где корветы? – озадаченно разглядывая пустоту перед собой, мыслил вслух старпом Виктор. – Мы правильно прыгнули? Старший штурман, проверьте ещё раз! Сюда же, по Вашим расчётам, пригнули наши разведчики?

Выхон молча засуетился, быстро работая пальцами по своей клавиатуре. Как вдруг, неожиданно громко сработали базеры боевой тревоги.

- Мы под облучением систем наведения вооружения неизвестного источника. – моментально подключился к работе ИИ. – Система идентична с нашей и это: целеуказание для ракет космос-космос.

- Кто источник? – напряжённый голос Виктора, выдавал тревогу.

- Источник не наблюдаю. – безразличный на сей раз голос ИИ, немного раздражал.

- Откуда источник облучает? – старпом быстро соображал. - Какую полусферу?

- Облучение идёт с кормы. – ответ ИИ, по-прежнему, приторно-равнодушный.

- Грёбаная железяка! – Виктор почти кричал. - Срочно разверни крейсер носом к источнику! Активировать зенитные противоракеты и зенитные турели! Всем малым орудиям зарядить на максимум боевые конденсаторы, навести плазменные турели в сторону источника и ждать целеуказаний. Всем одеть боевые скафандры! Произвести ионизацию защитного газа. Выпустить тросы на носу корабля: два катода и два анода. Расстояние, сто пятьдесят метров от корпуса крейсера. Зарядить индукционную катушку. Уменьшить потребление энергии на второстепенных, не стратегических направлениях.

Адмирал, как и вся команда, выполняя указания своего старпома, закрыл лицевой щиток своего гермошлема, готовясь к схватке с невидимым врагом. И как только к наушникам скафандра подключилась и заработала внутренняя связь, он услышал доклад дежурного офицера:

- Принимаю видеосигнал, вызов на кодированной частоте. Шифр наш, поддаётся расшифровке.

- Выводи. – сразу отреагировал, не на шутку встревоженный и напряжённый старпом Виктор.

На голограмме появился перепуганный капитан Думоссо словами:

- Не стреляйте! Свои!

- А чё это: «Свои», навели на нас ракеты космос-космос!? – зло, но уже с явно заметным облегченьем парировал Виктор.

- Так Вас здесь, не должно быть! Мы ждали «Неистребимого Врага». – испуг на физиономии Думосаещё не прошёл, и появившаяся улыбка на ещё перекошенном от недавнего обоснованного страха лице, выглядела довольно-таки глупо.

- И в правду! – полностью поостыл старпом и, обращаясь к дежурным офицерам, приказал. – Турелям отбой, ракетам тоже.

- Почему мы Вас не видим? – вмешался в разговор адмирал.

- Мы под лучами преломления. – на автомате ответил командир пятого корвета.

Базеры боевой тревоги стихли, по-видимому, экипаж Думоса, так же отключил свои системы наведения ракет. На крейсере включили искусственную гравитацию. Адмирал встал с кресла, подошёл поближе к мониторам дежурных офицеров и голограмме окружающего космоса. Ещё раз всё просмотрев он, обращаясь к капитану Думосу, заявил:

- Невозможно! – Каташперевёл взгляд на старпома. – Как они шлют видеосигналы, облучают нас радарами и при этом не сбили до сих пор свою собственную сферу искривления?

Виктор пожал плечами и, вопросительно посмотрел на голограмму с капитаном Думосом.

- Так у нас тут экипаж «Одиннадцатого». – начал было объяснять капитан…

- Ииии?

— Вот они и, поэкспериментировав, внедрили хитрый способ: быть активным и, при этом одновременно, невидимым.

- Снимайте сферу и на стыковку. – приказал адмирал. – Потом в командирскую рубку, капитан, вместе с инициаторами экспериментов…

После отключения лучей преломления, как оказалось, два разведывательных корвета находились совсем рядом – на гарантированной дистанции для возможности боя средних орудий, подхода и стыковки, в командирскую рубку зашли трое разумных: два капитана - Рейнусс Думосоми, с виноватым, провинившимся видом - старпом разведывательного корвета «Одиннадцать», Ян. Адмирал Каташ, украдкой взглянув на внимательного боцмана, начал допрос:

- Сначала разложите: как работает ваш хитрый способ, а потом, кто предложил!

Два капитана одновременно предательски посмотрели на маленького землянина Яна, давая тому слово. Предчувствуя разнос и «смертную казнь» в последствии, старпом дрожащим голосом начал:

- Для начала, необходимо отключить управление ИИ корветов. – после этих слов землянина, адмирал, как-то странно посмотрел на Виктора. – Потом связать оба корвета на гибкую гравитационную связку. – Ян так перенапрягся, что начал сбиваться. – Один из корветов, в данном случае, это была «Тройка», врубает лучи искривления, а «Пятёрка», пользуясь, меняющую свою полярность, гравитационной связкой отходит на границу сферы. То, что вы облучались радаром, но не видели источник, свидетельствует о точности наших расчётов. Вся «Пятёрка» находилась внутри сферы искривления, кроме, торчащих на носу задействованных боевых радаров и нескольких антенн. А увидеть маленький радар, за пару сотен километров, практически невозможно.

- Идея хорошая. Надо будет внедрить во всём флоте. – констатировал адмирал. – Но зачем было отключать ИИ.

Старпом Ян, почувствовав после последних слов адмирала, что «расстрела» или «распятия» точно не будет, немного успокоившись, продолжил:

- Очень негибкая система ИИ. Она не позволяла работать в паре с, меняющей полярность, гравитационной связкой.

С каждым ответом, вопросов всё больше. Для адмирала и так уже стало ясно, кто главный инициатор идеи.

- Как Вы старпом. – обратился опять к Яну Каташ. – Умудрились отключить ИИ корвета. Это невозможно. Такой функции, насколько я знаю, на герутынянскихкорветах нет!

- Так он его просто сломал. – вмешался Рейнус. – Ещё до возвращения нашего корвета в ту систему, откуда начали. Но обещал, что когда вернёмся домой, то починит.

На эти слова капитана одиннадцатого корвета, адмирал как-то странно посмотрел на Яна. Тот сразу поёжился и опять сник.

- Да, и, если б не сломал ИИ на «Одиннадцатом», мы бы здесь, сейчас не стояли. – Рейнус, казалось, утопил сначала своего старпома, но тут же сразу, оперативно вытащил.

- И всё-таки. – совершенно уже по-доброму спросил у Яна Каташ. – Как сломал?

- Я их зациклил. – видя, непонимание в глазах старших офицеров, старпом продолжил, объясняя. – Поставил задачу, которую ИИ не могут решить.

- Типа: «Кто первичный, курица или яйцо», а может вопрос про философский камень. – вмешался откровенно повеселевший старпом крейсера Виктор.

- Типа, да! Но посложнее с математической привязкой. – ответил Ян, и тут же начал оправдываться. – По приходу домой, я сниму задачу и ИИ восстановится.

- Ты уж прости меня, железяка! – реально извиняясь, обратился к ИИ крейсера Виктор. – Ведь я тебя не сломал... В отличие от некоторых!..

- Ваши действия, приведшие к спасению разведывательного флота, не поддаются стандартному мышлению и логическому объяснению. – не приняв извинений старпома, ответил ИИ.

- А какому тогда мышлению, они поддаются? – искренне заинтересовался боцман Замаш.

- Мышлению и действиям «Ушедших». – спокойно, как и положено машине, без эмоций, ответил искусственный интеллект эртунианского разведывательного крейсера.

- Так у них даже дети так мыслят. – подтвердил слова ИИ капитан Рейнус, не понимая, что он очень сильно этой фразой помог адмиралу. – Я-то знаю, прожил некоторое время на оккупированной Земле.

Никто, кроме боцмана, не заметил – победную, еле заметную улыбку на строгом лице адмирала…

Собранные в кают-компании крейсера капитаны и высшие офицеры разведывательного объединённого флота Торгового Альянса Разумного Сектора, после двухнедельного карантина на точке выхода, ожидали какого-то важного объявления своего адмирала. Когда наконец, в зал зашёл адмирал, за ним последовал боцман. Боцман, зашедший неожиданно в форме контр-адмирала, ошарашив этим всех.

-Ссссмирно! – прокричал сразу кто-то из высших офицеров, завидев адмирала и контр-адмирала в парадных формах флотов Торгового Союза.

Поочерёдно подходя к высшим офицерам разведывательного флота, вытянутых в струнку, бывший боцман официально говорил:

- Вашу руку.

Почти все офицеры, подав руку с прикреплённым личным переводчиком, округляли глаза, после действий новоявленного контр-адмирала. Тот набирал, известный только им пароль, входя в личную систему идентификации, добавлял свой шифр и давал прочитать текст на мини мониторе личного переводчика. Надпись на дисплее гласила: «Особый статус! Подчинение! Контр-адмирал Замаш - специальный представитель объединённого военного ведомства Торгового Альянса».

После обхода четырёх офицеров: старшего штурмана Выхона, старпомов Виктора и Николая, а также капитана Рейнуса, адмирал Каташ официально заявил:

- Пред Вами, военный инспектор Торгового Альянса.

Каждый из офицеров к кому подходил контр-адмирал, поочерёдно официально подтвердили:

- Подтверждаю!

- Подтверждаю!

- Подтверждаю!

- Подтверждаю!

Выдержав многозначительную паузу, Замаш объявил:

- Мы прошли двухнедельный карантин. Завтра прыгаем домой. Время прохождения подпространства займёт двадцать пять суток. За это время, предоставьте мне все письменный и видео отчёты о всём, что с Вами произошло за время разведывательного рейда. Также, повторно подпишите документы о неразглашении. Любая информация, которой Вы владеете, является государственной тайной и приобретает особый статус. С каждым, я проведу в далнейшем индивидуальную беседу. Даже с рядовыми матросами. На сегодня всё, пока отдыхайте. Вольно!

После официального выступления адмирала, и бывшего боцмана, офицеры не собирались расходиться. В воздухе витали обстоятельства недосказанного и не до выясненного. Но обстановку разрядили.

- Расскажите капитан. – обратился Виктор к командиру пятого корвета. – Как Вы чуть не угробили мне земляка?

- Да мы сами там были в шоке. – понимая, что старший помощник капитана шутит, а не строго спрашивает, подыграл ему Думос. – Особенно мой старпом. Когда, после ЭМ атаки, у нас в трюме что-то взорвалось, я послал его узнать: что? То, что он увидел лучше рассказать ему самому…

- Да. – принимая эстафету от своего командира, подтвердил старший помощник капитана пятого корвета. – Когда, в полной темноте, подсвечивая себе фонарём, я влетел в трюм нашего корабля, после взрыва, то опешил… По всему залу в невесомости летали техники с бьющими в разные стороны маленькими молниями статики из их рук… Но самое странное, это было слышать их перепуганные крики, звучащие без электронных переводчиков на их родных языках… Там стояла такая какофония звуков... И самое главное, мне показалось, хоть они из разных рас, но друг друга понимают.

Подкинул шуточную тему и старший штурман крейсера, представитель серой расы Хейнока,Выхон. Он неожиданно спросил у, славившегося дружелюбным юмором во флоте, капитана одиннадцатого корвета, гетурынянинаРейнуса:

- Кажется, тот самый, многострадальный Николай, предложил представить Ваши глаза капитан, в момент, когда вы узнали, что наша космическая группировка подвергла ядерной бомбардировке планету…

- Вы лучше расскажите, штурман, как Вы, наполняясь неподдельным ужасом, реагировали на «домашнюю заготовку» старпома Николая, наслаждающегося своим рассказом о подготовленном кровожадном способе самоликвидации планетарных оборонительных систем нашей группировки... – перебил Выхонаофицер связи, дежуривший в тот момент и случайно ставшим свидетелем данной сцены в командной рубке.

- Я, по началу подумал… - капитан Рейнусввернул тему разговора в прежнее, начатое офицером Выхоном,русло, при этом спасая его от насмешек. - Что моя команда от скуки и безделья очень длительного, скрытого перелёта, начала злостно употреблять и, нажралась охладительной жидкости. – как обычно, полным серьёзных ноток в голосе и интонации продолжил рассказ, своей начинающейся шутки, командир «Одиннадцатого». – Но, увидев квадратные, а не круглые глаза своего дежурного офицера, я понял, что дело тут в другом. – капитан Рейнустеатрально выдержал паузу, заметив, как почти все офицеры в кают-компании переключились от своих напряжённых раздумий на развязку, всеми ожидаемой шутки.

- Неужто Вы не удивились сами? – не успокаивался офицер связи.

Как раз похожего вопроса и ожидал Рейнус, выдерживая паузу, для продолжения своей экспромтной шутки:

- Вы про орбитальную бомбардировку ничем не повинной единственной планеты в той звёздной системы, начатую «сдвинувшимся» разведывательным крейсером?..

- Так точно! – в зале уже были слышны пока ещё редкие смешки, прислушивающихся к шуткам говорунов, офицеров.

- Ни чуть! Мое удивление, связанное с начавшимся термоядерным апокалипсисом на планете, затмило другое, более значимое действие… - капитан «Одиннадцатого», снова придержал коней в разговоре, ожидая так нужный ему для продолжения хохмы, правильный вопрос.

- И какое же? – не выдержал, уже рядом сидящий с офицером связи, коллега.

- Я был сильно поражён уникальными снайперскими способностями моего любезного друга, командира истребительного звена гвардейской космической разведки цивилизации Бафен, прославленного снайпера, первого пилотаГлуша. – пол зала кают-компании взорвалось смехом, зная про реальные боевые способности экипажа «Восьмёрки», одного из лучших во всём флоте цивилизации Бафен, и приказе не уничтожать раньше времени свой же беспилотник.

- У меня прика… - начал было оправдываться безобидный, крупного телосложения панцырник,первый пилот Глуш. – Старпом Викто…

- Да-да. – дружелюбно перебил обескураженного друга гетурынянин. – Получив приказ, на незамедлительное уничтожение очень опасного, коварного и изворотливого летательного аппарата. - все знали, что тем беспилотником являлся неповоротливый и медлительный, летательный аппарат связи. - Доблестный первый пилот Глуши его непревзойдённая команда головорезов, героически расстреляв весь свой боекомплект самого совершенного и манёвренного в наше время, боевого, эксклюзивного истребителя, выполнила боевой приказ командования, загнав свою жертву в марафонском преследовании. – теперь-то уже весь зал взорвался от хохота, у некоторых ржущих, даже потекли слёзы из глаз.

- Да ну вас. – почти обижаясь, махнул своей тяжёлой рукой добродушный первый пилот «Восьмёрки» Глуш, ещё больше подзадоривая ржущую публику.

- Мой ведомый… - развивая шутку гетурынянина, вмешался ещё один известный шутник, молчавший доселе, первый пилот тяжёлого истребителя под номером три, панцырникКраг. – Так увлёкся снайперской стрельбой по беспилотнику в никуда, что я и моя команда уж очень сильно забеспокоились из-за возможного попадания ведомого нам в корму, с последующим возгоранием двигателей… И, ВОТ!..

Первый пилот Крагвстал из своего кресла и снял свой головной убор. Повреждённые, во время боевых действий, санитарно-бытовые помещения не позволили экипажу крейсера, полностью привести себя в порядок. И поэтому, на голове панцырникаКрага,красовалась взъерошенная, несущая застарелым потом, шевелюра, торчащая в разные стороны, как будто хозяина этой эксклюзивной причёски ударили током. В дополнение, командир «Тройки» скосил на центр лица свои глаза и скорчил глупую, перепуганную гримасу.

- Да, брат… Ээээ… Не повезло тебе с дымящейся кормой! – выкрикнул кто-то из зала.

Весь зал лёг… Даже доселе серьёзный и почти обижающийся первый пилот Глуш, ухватился за свой живот, вздрагивающий от хохота. Кто-то пытался что-то добавить вслух, но подавившись своим же смехом, прекратил бесполезное занятие.

Когда все вокруг радовались и поздравляли друг друга со спасением и удачно выполненным заданием, адмирал вдруг громко, неожиданно и очень серьёзно, обратился к почти полностью перебинтованному землянину Николаю, старпому военного грузовика.

- Старпом!

- Да, адмирал. – хохотавший до этого момента, офицер умолк и, вытянулся в струнку, его примеру последовали, сразу притихшие, все бойцы, члены разведывательного флота.

- Что такое: «ТРУБЫ ИЕРИХОНА»?..