Клыки и снежинки. Игра в догонялки

Вторая глава. Исследование замка и новый коварный план

Спал я плохо. Негодование переполняло меня, я был полон праведной злости.

«Так повести себя с моей хозяйкой? Ох, придумаю я, как тебе отомстить!»

Утро было таким же неприятным, как и предыдущий вечер. Я бы даже сказал, что всё наше пребывание в этом месте было одним большим неприятным моментом, который хотелось поскорее пережить и убраться отсюда. Никто из слуг даже не соизволил нас разбудить. Мы словно были здесь ненужным элементом, и казалось, что наше присутствие всем в тягость.

Зачем этот хмырь вообще согласился на эту свадьбу, если мы ему настолько противны? Я плохо спал, мне было холодно, я не выспался, а нам ещё и завтрак не принесли. Я был голоден, зол, и мне хотелось одного — прийти к этому хмырю и высказать ему всё, что у меня накипело.

— Спокойно. Давай, мой пушистый, пойдём найдём завтрак и придумаем, что делать дальше. Не надо вступать в открытый конфликт с таким неприятным типом, как этот холодный король.

Я внимательно посмотрел на неё и понял: она права. Действовать на эмоциях было глупо. Нам надо было уйти отсюда красиво, а не устраивать скандалы на ровном месте. Но это не отменяло того факта, что я был обижен. Мне казалось, что унизили мою хозяйку. Однако сделать с этим ничего было нельзя.

— Милиса, но это было очень некрасиво. Ты — чистокровный вампир. Сильная, красивая. А он прошёлся по твоему самолюбию так, словно страшнее тебя никого нет. Мне за тебя обидно… Можно мне ему нагадить на трон?

Последнюю фразу я произнёс с надеждой. Я любил оставлять такие подарочки, особенно тем, кто их заслуживал. Моя хозяйка засмеялась и взяла меня на руки. Мы пошли искать завтрак. В этом огромном дворце надо было найти кухню и ограбить её. А потом отыскать что-то наподобие сада и устроиться там. Утренний пикник с коварным планом — это было самое шикарное, что можно было сделать в данной ситуации.

Выйдя за дверь, мы увидели, как во дворце начала кипеть жизнь. Все суетились, что-то делали. Было очевидно, что все готовятся к скорой свадьбе. Радовало ли нас это? Конечно, нет. Слуги делали вид, что нас вообще не существует. Несколько раз Милиса пыталась спросить, где находится кухня, но слуги притворялись, будто им срочно нужно было заняться своими делами. За это я покоцал несколько картин.

Ну, как покоцал? Они висели на стенах, а мои когти случайно их задевали.

Петляя по бесчисленным коридорам, мы кое-как по запаху определили, где находится кухня. Зайдя туда, мы увидели снующих туда-сюда служанок и кухарок. Они готовили и суетились. Пахло вкусно. Мы без тени сомнения вошли, и все вокруг застыли.

Моя хозяйка по праву была уверенной в себе женщиной. Она без стеснения открыла холодильник и просто набрала всё, что ей захотелось. На попытки служанок сказать, что так нельзя, она фыркнула и заявила, что ей можно всё, а если их что-то не устраивает, они могут пойти и высказать это её потенциальному жениху.

С кучей продуктов в руках мы отправились искать сад или что-то наподобие него — просто место, где можно было с комфортом посидеть. И, как ни странно, действительно нашли ледяной сад. В беседке стоял небольшой столик. Мы расположились именно там. Хозяйка гладила меня, подкармливала курицей и сама ела пироги.

— Ну и холодно здесь! Как только тут можно жить? Холодина лютая. Если бы не моя магия, мы бы уже превратились в сосульки. Совсем не бережёт этот король ни прислугу, ни гостей дворца, никого. Что за эгоистичный садист! — негодовала моя хозяйка.

Я довольно кивнул, поддакивая её словам. Вот что значит своенравная женщина: говорит по делу, красиво и не стесняется в выражениях. Хотя я бы ещё и похуже сказал. Но это уже детали.

В этот момент над головой раздался хлопок, и в руки Милисы прилетела внушительная папка. Я моргнул и понял: это почта от нашего мага. Он всегда собирал всю информацию о потенциальных женихах и передавал её в виде папки. Если не мог отдать лично, то присылал магией. Что, собственно, сейчас и произошло. Даже в библиотеку идти не пришлось. Вся нужная информация оказалась прямо у нас под носом.

Я с интересом покосился на папку. Теперь у нас появилась возможность узнать слабую сторону этого хмыря и понять, на что давить.

Я забрался к своей хозяйке на колени, и она, открыв папку, начала читать. Разумное существо, я занялся тем же самым. Мы углубились в изучение документов. И с каждым новым словом всё становилось хуже и хуже. Выяснилось несколько огромных проблем, из-за которых до свадьбы, а тем более до церемонии, было практически невозможно не дойти.

Во-первых, обнаружилась самая большая проблема: Король Зимы был проклят. Несколько веков назад его проклял неизвестный. Король почти не испытывал эмоций: ни эмпатии, ни сострадания, ни жалости.

Я задумался. А наследника он вообще сможет зачать? Хотя, если бы не мог, нас бы сюда не отправили. Значит, всё-таки какие-то функции у него работали. Видимо, это было единственное, что работало у этого царя как надо.

Была ещё одна примечательная деталь. Он был холоден не только по характеру, но и физически. Его окутывал холод. Этот холод, как было написано, нельзя было согреть. Он источал стужу, его замок источал стужу, а прикосновения должны были быть ледяными.

Во-вторых, наследников у этого типа не было, и на него давили советники. Ему было необходимо расширить своё влияние, а союз с вампирами давал такую возможность.

В-третьих, и это было самое обидное, у него не было гарема. Он распустил его ещё год назад. Причины были неизвестны, но надеяться на залёт фаворитки теперь не приходилось: в постели этого короля не было других женщин.

Я лелеял надежду, что он вообще ничего не сможет сделать в постели и брак можно будет расторгнуть. Но что, если сможет? И что тогда? Вынашивать наследника этому типу?

Ну уж нет, я против!

Таким, как он, лучше вообще не размножаться. Да, моя неприязнь к нему была обусловлена его отношением к моей любимой хозяйке. Я её защитник и защищу от этого морального урода. Он вообще инвалид: у него нет эмоций, одна только холодность. А что будет, когда он прикоснётся к Милисе? Ей же будет больно и холодно.

— Милиса, что нам делать? — Я обнял лапками её руку, которой она меня гладила, и выжидающе посмотрел на неё.

— Грин, у меня есть один вариант. Если он проклят, его можно исцелить. Но исцелить так, чтобы он влюбился не в меня. Смотри: мы можем сделать из меня ходячую куклу. Убрать волосы в хвостики, сделать кукольный макияж, вставить линзы, спрятать татуировки под длинными рукавами и подобрать милую одежду. Я постепенно буду возвращать ему чувства. Он влюбится, я окончательно его исцелю, и он откажется от свадьбы. Что скажешь?

О, моя умная и находчивая хозяйка, ты великолепна! Растопить сердце короля, чтобы он отказался от свадьбы, — это гениально. Я тебя обожаю.

— Я в деле. План шикарен, но его надо доработать. Я буду оценивать внешний вид, сочетание деталей и следить за тем, чтобы ты не была похожа на саму себя. Представишься фрейлиной. Держу пари, он не смотрел документы и не знает, что ты приехала одна. К тому же здесь есть смежные покои. Представим тебя как фрейлину, которая то исчезает, то появляется, то снова исчезает. Это будет феерично.

— Пойдём найдём винный погреб. Надо выпить за отличную идею и додумать план.

Она взяла меня на руки, и мы отправились искать погреб. Тут уже слуги пытались нас остановить, говоря, что гостям замка нельзя заходить в винный погреб. На это они были отодвинуты силой вампира. Невесте короля можно было везде, несмотря ни на что. Это было нашим общим мнением, и оно не обсуждалось.

Я всегда поражался наглости и нахальству своей хозяйки. Она была великолепна в умении быть наглой там, где это требовалось. К слугам она относилась нормально, но они встали на пути к вину. А это означало, что они проиграли войну.

Если слуга встанет между мной и тортиком с кремом, я поведу себя точно так же.

У меня была страсть — тортики с кремом, а у моей хозяйки Милисы страстью были вино и сырое мясо. Между нами и предметами наших страстей лучше было не стоять. Это могло быть опасно для жизни человека, который по своей глупости пытался нас остановить.

Вообще, как человек может остановить вампира, если вампиры поголовно сильнее любого взрослого мужчины? Снаружи они хрупкие и утончённые, а внутри обладают сверхъестественной силой.

Это был дар крови. Наследие предков.

Кстати, для понимания: Милиса пила кровь весьма редко. Ей она была не особенно нужна — чистая кровь и хорошая родословная позволяли обходиться без неё. Кровь требовалась вампиру для восстановления жизненных сил или регенерации, а подобных проблем у нас не наблюдалось. Поэтому обычной еды было достаточно.

А вот к вину вампиры действительно испытывали слабость. Правда, не пьянели, а просто смаковали вкус.

По крайней мере, за всё время жизни в замке я ни разу не видел пьяную хозяйку или королеву.

Вот так обстояли дела и такова была жизнь с вампиром. А я, будучи фамильяром, был привязан к жизненному циклу хозяйки. Раз она была бессмертна, то и я стал таким же. Хотя наше знакомство оставалось тайной для большинства. Никому не нужно было знать, что тогда произошло и почему я стал фамильяром в столь раннем возрасте.

Ох, опять отошёл от темы. Что-то меня заносит.

Раздобыв вино, мы снова сели в беседке и начали додумывать полноценный план: что сделать, как поступить и что может случиться.

Мы решили, что первая встреча должна произойти где-нибудь в коридорах или в другом месте, где король окажется один.

Мы долго обсуждали план и сидели бы в беседке дальше, если бы слуги не попросили нас уйти, сообщив, что король хочет прогуляться по саду. Мы смекнули, что эта льдышка любит гулять здесь в одиночестве, и поняли: первую встречу организуем именно в саду.

Подгадаем время и попробуем прощупать почву. Ведь надо было с чего-то начать и как можно быстрее. Времени на свободные дни не оставалось. Сон остался мечтой на всю ночь, а нам нужно было подготовить всё необходимое и окончательно утвердить план, просчитать риски и возможные несостыковки, а также продумать ситуации форс-мажора.

Уснул лично я уже после рассвета — довольный, сытый и с коварным планом в голове. За дверью раздавались вопли о порванных картинах.

О да, я начал с картин и продолжу в том же духе.

Я кот. Я помечу любую территорию. Не хотите кормить — значит, будете терпеть.

Третья глава. Первая встреча короля и забавной фрейлины

Именно с этого плана началась катастрофа. Пока всё выглядело хорошо, но, забегая вперёд, скажу, что это было далеко не то, что мы планировали, и далеко не то, на что мы рассчитывали. Но начну рассказ по порядку. Настала пора знакомства короля и моей любимой хозяйки.

Только к вечеру следующего дня мы были готовы ко всему. Милиса стояла перед зеркалом и крутилась. Она была похожа на ожившую куклу, такую, каких изготавливают и выставляют на витрине. Белая кожа, кукольный макияж, линзы, милое голубое платье, хвостики с заколками, плотные белые колготки… Она была безумно красива и безумно похожа на куклу, словно кто-то действительно украл её с витрины, оживил и поселил в этом дворце.

Вообще, этот день порадовал меня гораздо больше, чем предыдущий. Точнее, не день. Во-первых, слуги принесли нам обед. Как выяснилось, никому не понравилось наше разгуливание по всему дворцу, поэтому нам предоставили несколько водолковин, нормальную еду для меня и моей хозяйки и даже оставили записку с требованием больше так не делать. В ней также значилось, что король был недоволен тем, что мы разгуливали по дворцу и успели ограбить его погреб. Но на это мы, естественно, закрыли глаза. Кто он такой, чтобы нам указывать? Всего лишь потенциальный жених, причём тот, с которым точно не будет ничего серьёзного.

Через час после обеда, когда мы уже начали подготовку, слуга принёс нам ещё одну записку, один браслет и один ошейник. В записке значилось, что в этом дворце из-за холода все носят магические браслеты, которые согревают. Моя хозяйка надела браслет на руку, а ошейник — мне на шею. Теперь мне не было холодно: я мог гулять по ледяному саду, и мои лапки оставались в тепле. Это радовало, но огорчало то, что нам сразу не дали всё необходимое и заставили ждать.

Я навёл на себя отвод глаз, и мы пошли в сад. Мы затаились среди заснеженных холодных цветов. Их было много, и все они были разными, но ждать мы выбрали возле ледяных роз. Мы делали вид, что изучаем цветы. Точнее, я просто сидел и ждал, а моя хозяйка притворялась, будто ей действительно интересны цветы. Хотя это было не так. Они казались мне однообразными: просто лёд, просто холод, ничего больше. Я не видел в них ничего красивого и прекрасного. И зачем вообще было гулять по этому саду, я тоже не понимал. Но, возможно, в моей душе жили только моя хозяйка и тортики, поэтому всё остальное казалось неважным.

И вот мы дождались.

Этот сноб шёл прямо к цветам, точнее — к розам. Высокомерно и медленно. Я бы очень хотел, чтобы кто-нибудь подставил ему подножку. Я бы даже сказал этому человеку «спасибо». Но не будем отвлекаться.

Король медленно шёл по тропе из белого мрамора. Его шёлковая накидка почти волочилась по мрамору. Я с надеждой посмотрел на неё: мне захотелось потом, когда он будет уходить, немного её порвать. Она прямо напрашивалась на мою когтистую расправу.

Как мы узнали, король любил этот сад. Наверное, это было единственное место, которым он дорожил и к которому у него ещё остались чувства. Он не терпел здесь посторонних, и именно поэтому мы затаились среди ледяных цветов, в почти гробовой тишине.

Когда он свернул за массивный кристаллический ствол, его шаг замедлился и остановился. Его отстранённый и пустой взгляд сфокусировался на фигуре Милисы.

О да! Он заметил Милису. Теперь осталось произвести неизгладимое впечатление. Я видел, как его пафос слегка померк. Наверное, он был недоволен тем, что в его святую святых пробралась какая-то девка. Это прямо читалось на его лице и в глазах.

Держи карман шире. Я к тебе и на трон залезу, если мне это будет нужно и если я этого захочу.

Он смотрел на голубую ткань платья, на нелепые рюши и мягкие шарики, украшавшие его подол. Всё это создавало феерический контраст с холодным садом, и, кажется, это его выбешивало. Белые колготки, кукольный макияж, два хвостика… Всё в этом образе кричало о наивности и почти детской приторной сладости, которые здесь были неуместны. От одного вида Милисы кого-нибудь действительно могло потянуть в уборную.

Тазик принести, ваше величество?

О да, я упивался его реакцией, его шоком и холодной мимикой. И не таких ломали. Костьми лягу, но ты не скажешь «да» у брачного алтаря.

Король несколько секунд просто молчал, пытаясь сопоставить это видение с тем смутным образом «жертвенного ягнёнка», который ему представили на балу. Да, на балу было не так весело. И вообще, узнать из бумаг, что Милиса была всего лишь выгодным приобретением для политики и расширения территорий, — отвратительное и гадкое чувство.

Так что «нравится — не нравится, терпи, моя холодная красавица».

Кажется, сначала он попытался вспомнить, как выглядела его невеста. К счастью, он не узнал в этой кукле мою хозяйку. Камень с души упал. Представление нужно было начинать красиво: легенда была заготовлена, ловушки расставлены, и оставалось лишь заманить кролика в капкан. А кроликом был король.

— Что это за маскарад? — Голос короля прозвучал неожиданно резко, разрезая тишину сада.

Ой, какой неприятный. Ещё на фальцет перейди, чтобы я тебя укусил. Пожалей мои кошачьи уши.

Он не подошёл ближе, оставаясь в тени, чтобы сохранить дистанцию. Его глаза сузились, изучая Милису. Он смотрел брезгливо, но я заметил глубоко в его глазах нотку интереса.

Опа, миловидность зацепила или что-то другое? Давай, открывай рот, пока я не начал разжимать его чем-нибудь, что можно в тебя кинуть.

— Ты… Кто позволил тебе находиться здесь в таком нелепом виде? — Он чуть наклонил голову набок, и в его взгляде снова появилось привычное высокомерие. — Ты выглядишь как дешёвая подделка под невинность. Это какая-то новая попытка манипуляции или просто отсутствие вкуса?

— Извините, я не знала, что сюда нельзя заходить. Я фрейлина вашей невесты, — сказала она, потупив взгляд.

Её голос был почти детским, наивным, а голубые линзы создавали образ застенчивой, милой девочки.

Ох, моя хозяйка, ты просто божество! Так отыграть милый голосок… Не зря мы репетировали его в покоях, ох не зря.

Он слегка приподнял одну бровь. Этот жест был исполнен такого глубокого скептицизма, что его почти можно было ощутить физически. Король медленно вышел из тени. Его взгляд скользил по фигуре Милисы — от аккуратных хвостиков до плотных белых колготок, обтягивавших стройные длинные ноги. На его лице появилось выражение клинического анализа, словно он изучал какой-то новый и крайне сомнительный вид плесени.

Да, кажется, на текущий момент мы для него плесень. Но ничего, дело поправимое. Уже есть прогресс: от пустого места до плесени — а там и до «любимой» недалеко.

— Фрейлина, — повторил он, и это слово прозвучало из его уст как приговор. — Значит, та, что претендует на роль моей невесты, считает уместным окружать себя существами столь приторными?

Он сделал ещё один шаг, сокращая расстояние. В нос ударил резкий запах озона и морозного воздуха. Король не смотрел на неё с сочувствием. Напротив, его снисходительность была почти осязаемой. То, что она опустила глаза, не вызывало у него симпатии. Для него это было лишь естественным признанием её низкого статуса. Иначе и быть не могло: нынче мы выступали в образе низшего существа, а не королевы. Зато партию мы выиграем.

— Твоё невежество в отношении правил моего дома не делает тебя менее навязчивой, — произнёс он, остановившись в паре шагов от неё. Его голос стал ровным, лишённым каких-либо эмоций, кроме лёгкого оттенка брезгливости. — Я не привык к тому, чтобы в моём саду находились лишние элементы, тем более те, кто выглядит так, будто сбежал с детского праздника в каком-нибудь захолустье человеческого поселения.

Он замолчал, и в этом молчании чувствовалось напряжение. Король явно пытался вспомнить девушку-невесту, которую видел два дня назад.

А надо было смотреть на мою хозяйку, а не сквозь неё. Прямо вижу, как ты сейчас пытаешься понять, зачем такая свита нужна твоей невесте. Да, по нашим правилам царственные особы обычно передвигались и приезжали со слугами и фрейлинами. Но свитой Милисы был великий и неподражаемый «я». Остальные были не нужны. Максимум один мог бы создать иллюзию свиты, но он ныне отдыхал там, где явно теплее, чем в этом холодном аду.

— Вам настолько неприятно, что я здесь нахожусь? Моё общество? Я же просто зашла в сад. Разве это преступление?

Он проигнорировал её вопрос, но задал свой:

— Скажи мне… — Он чуть склонил голову, глядя на неё сверху вниз. — Твоя хозяйка всегда так стремится создать вокруг себя ореол фальшивой чистоты или ты всего лишь инструмент для создания определённого впечатления? Впрочем, не отвечай. Твои ответы вряд ли будут содержать что-то, кроме извинений и бессмысленного лепета.

Он медленно развернулся, давая понять, что аудиенция окончена. В его голосе всё ещё звучали холод и отстранённость:

— Возвращайся в свои покои и постарайся больше не попадаться мне на глаза в этом платье. Оно вызывает у меня физическое желание очиститься от всего голубого.

— Простите. Я не знала, что мой внешний вид настолько ужасен, — сказала она, поджав губы, и направилась к выходу из сада.

Жалостливая, с милым голосочком и неуверенностью в себе — всё это казалось очень странным на фоне льда, окружавшего их.

Да-да-да. Идеально отыгранная роль. Оскар моей хозяйке!

Он не обернулся, чтобы посмотреть на её лицо, и снова надел на себя брезгливое выражение.

— «Ужасен» — слишком мягкое определение, — бросил он в спину Милисы. — Твой вид не просто плох. Он иррационален. Ты выглядишь как плод воображения безумного кондитера, решившего создать живое существо из голубой сахарной ваты.

Он всё же позволил себе короткий, едва уловимый взгляд ей вслед, наблюдая за тем, как голубое платье колышется при ходьбе.

Кажется, это был интерес. Да, король, тебе ещё учиться. От моего взгляда зрителя ничего не укроется. Если бы ты не был заинтересован, то не стал бы смотреть, а гордо отвернулся бы, задрав подбородок.

— Иди, — добавил он. В его тоне проскользнула снисходительность. — Твоя способность извиняться за собственное существование — единственная черта, которая делает тебя терпимой в этом замке.

Я подождал немного и, дождавшись, пока он наклонится к цветам, незаметно продрал подол его накидки. Затем мягко и бесшумно ступая, побрёл за своей хозяйкой.

Вот это представление мне понравилось. Я получил крохи эмоций, значит, что-то пробудить в этой льдышке было реально. А это было самое важное.

Такой была первая встреча нашего образа куклы и короля. Такой она и останется навсегда. Это прошлое, которое не вытереть, не поменять и с которым ничего не сделать. В тот момент я ликовал и был убеждён, что всё идёт хорошо. Наверное, я до сих пор остаюсь тем, кто не думает наперёд.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.