Волшебница Изумрудного огорода

17

В Заречье все работало не так, как в большом городе. Здесь связи и договоренности будто ничем по силе не уступали деньгам.

Я переживала, что зря отдала чулки той женщине «за услугу», но в итоге выиграла гораздо больше, чем пару серебряных.

Покупательница, внимательно выслушав, что мне нужно как-то добраться до Изумрудной деревни (хотела бы в Морзис, но домой без денег лучше не соваться), деловито кивнула. Про то, что я голодна, она даже не спросила – без слов угостила пирожком с яблоками из своей сумки. Пока я жевала и думала о том, что же буду делать в Изумрудной без денег и как найду там еду, она решала мои проблемы. Причем довольно быстро. Прямо на выходе с рынка, у дороги, где мужчины разгружали телеги с товаром. К одному из таких незнакомцев и пошла моя спасительница.

Все время, что она рассказывала о моих бедах, периодически указывая в мою сторону, я стояла неподалеку. Не слишком близко, чтобы не влезать в разговор, но достаточно, чтобы слышать каждое слово.

Как я поняла, мужчина был мужем этой дамы и работал перевозчиком товаров между ближайшими деревнями и городами. Но не сказать, что Изумрудная деревня была ближайшей… Ехать до нее на маглетричке еще пару часов бы пришлось, а на телеге – все четыре.

Ожидаемо мужчина оказался недоволен просьбой подкинуть незнакомую девицу вовсе не в соседнее село. И ожидаемо разгорелся спор… Короткий, но яркий.

— Я ей должна за товар! – обрубила дама. – Я купила его за услугу!

— Так верни! – фыркнул мужик, на что его жена громко хохотнула:

— Ну щ-щас! Разбежалась! Не отдам я то, что купила! А ты, если не повезешь ее, домой можешь не приходить.

— Сегодня?

— Вообще!

Никогда не забуду, с каким печальным видом мужик на меня посмотрел. А потом тяжело вздохнул, кивнул на телегу и выдавил:

— Полезай. Только быстрее. Нам и так ехать несколько часов.

Не ожидала, что все так быстро и легко решится! Правда, как потом поняла – с «легко» я погорячилась.

— Давай, шевелись, рыжуля, — дама за локоток подвела меня к телеге и помогла забраться. – Доброго пути и все такое… Ах, и еще!

Я и мои чемоданы уже были в телеге, когда она с прищуром покосилась на один из них:

— У тебя еще чулки найдутся?

— Для вас – конечно, — улыбнулась я и без сожалений подарила женщине еще две пары.

Ну а что? За помощь, за пирожок… и за скандал, который наверняка ждет хозяйку по возвращении мужа.

***

Трястись в открытой повозке под палящим летним солнцем – то еще испытание. Я не думала, что буду скучать по забитой маглетричке! Даже там, как оказалось, было комфортнее. Но теперь выбирать не приходилось. Сама виновата.

Жара, летящая в лицо пыль, духота и неприятный запах, что исходил от лошади и досок старой телеги, сидеть в которой приходилось на дне, цепляя на юбку занозы, — вот как я провела несколько часов на ухабистой дороге.

Кочки встречались так часто, что не получалось ни уснуть, ни расслабиться. Чуть что – едва не вылетала из телеги, либо это норовили сделать мои чемоданы.

Но гвоздем программы этой поездки стало отвалившееся за несколько километров до Изумрудной деревни колесо.

— Помогай или дальше иди пешком, — хмуро сказал мужик, и это были единственные слова, которыми мы обменялись за всю поездку.

Жизнь меня не готовила к тому, что в один прекрасный день в дважды порванном платье под палящим солнцем где-то в поле буду менять колесо телеги… Но вот я здесь! И платье, кстати, порвано уже в третий раз.

Хорошо хотя бы, что магией владею. Всяко легче было поднимать тяжеленное колесо, пока мужик держал телегу и руководил процессом.

Жаль, что нельзя рассказывать матушке, в какую ситуацию меня загнала ее забота! Мама не оценит, что выскочила из маглетрички, и вынесет мне мозг. Снова.

Остаток пути я провела без сил. Даже вновь порванную во время работы с колесом юбку зашивать не стала. Смысл? Этому платью все равно теперь одна дорога – на мусорку. Даже если его удастся качественно залатать, воспоминания с ним будут связаны крайне неприятные…

Не ожидала, что вздохну с облегчением, когда въедем в Изумрудную деревню. Она встретила нас прохладой приближающегося вечера и обилием зелени, из-за которой и получила свое название. Пышные кроны деревьев укрывали тенью большую часть улочек, по которым рассыпались крохотные домики. Большинство из них окружали густо засаженные участки.

— Приехали, — мужчина высадил меня на главной деревенской площади. – Не знаю, что ты продала моей жене, но надеюсь, это того стоило.

— Разумеется, господин, — улыбнулась я и поспешила уйти. Вдруг решит уточнить, что именно было предметом торга?

Вряд ли мужик обрадуется, когда узнает, что тащился со мной несколько часов в деревню, в которую ему не нужно было, из-за чулок!

Несмотря на то, что день уже догорал, на площади было полно народу. Даже не думала, что в деревне может быть так оживленно!

Сейчас тут торговали сладостями и напитками, играла скромная группка уличных музыкантов. С десяток человек прогуливались по небольшой площади, окруженной муниципальными зданиями. Выглядели они довольно симпатично и явно знали, что такое свеженький ремонт.

Приметив, что здесь и банк с прилегающей контрой юристов рядом имелся, я решила, что обязательно схожу туда завтра, когда заведения снова откроются. Переночевать в бабушкином домике придется.

Но сначала… Его нужно как-то найти.

18

Пугать жителей и гостей Изумрудной деревни своим внешним видом я не решилась. После безумного дня и тяжелой дороги я выглядела как никогда плохо. Я это прекрасно понимала, а случайное отражение в чужих окнах лишь подтвердило догадки…

Пыль будто в кожу въелась, и ее тон стал заметно темнее. Я надеялась, что дело в грязи, а не в загаре, ведь он мне категорически не шел! Волосы походили на рыжую мочалку. От аккуратных кудрей, уложенных за спину, остались лишь воспоминания. Про некогда красивое платье молчу – тут и так все ясно.

В общем, пораскинув мозгами, я решила, что вреда от разговоров с прохожими будет больше, чем пользы. Вряд ли на жестах и словах они смогут легко пояснить, как именно мне идти. А вот неряхой и грязнулей запомнят…

Лучше я сама найду нужную улицу, пусть и потрачу на это чуть больше времени. Благо, сделать это можно было благодаря карте деревни на главной площади. Она была прибита к доске объявлений и много места на бумаге не занимала.

Улочек в Изумрудной достаточно… по меркам маленьких населенных пунктов. Если с городом сравнивать – то до смешного крохотная деревенька получается.

Мне нужна была Зеленая улица, дом под номером шесть. На карте я все нашла, но вот сориентироваться на местности оказалось сложнее. Я поплутала минут двадцать, забрела не на ту улицу, но вовремя осознала ошибку и нашла правильную дорогу.

К тому моменту солнце уже стало клониться к горизонту, тени удлинились. Через некоторые заборы я видела, как по домам расходятся люди. Некоторые из них с интересом глазели на меня, на растрепанную девушку, что в одиночестве брела по пыльной дороге, а за ней по воздуху плыли чемоданы…

Дороги, надо сказать, как и все здесь, сильно отличались от городских. Я уже и забыла, что про укладку асфальта или камня тут не в курсе. Туфли набились песком, под пальцами неприятно натирало, каблуки проваливались в землю…

Но, как говорит папа, везде надо искать плюсы. Сейчас плюс был в том, что хоть и дышалось из-за усталости тяжело, зато свежо. Воздух тут и правда был чище, чем привычный городской. И пах приятно… Как правило. Цветами и какими-то сладкими фруктами. Изредка сквозящие нотки навоза и домашних животных я игнорировала, чтобы снова не портить себе настроение.

Но оно все равно испортилось… И случилось это, когда в кусочке дикой, необузданной природы, поселившейся меж ухоженных участков, я признала цель своего поиска.

Да, дом шесть по Зеленой улице Изумрудной деревни – настоящий кошмар садовника.

На территорию, заросшую высоченной непролазной травой, я смотрела с открытым ртом. Никогда бы не признала в этих джунглях бабушкин огород, если бы из-за дерева не разглядела знакомый флюгер в виде бегущего петуха. На фоне синеющего неба он выделялся четким черным пятном.

— Намекаешь мне на что-то, да? – пробормотала себе под нос, глядя на металлического пернатого. – Только вот ни тебе, ни мне сбежать не выйдет. По крайней мере, сегодня.

Краем глаза я заметила, как что-то мелькнуло сбоку.

Дикая собака?

Я сжала кулак, уже готовясь метнуть сонные чары в животное, если оно окажется агрессивным, но вовремя спохватилась.

19

Это не зверь. Всего лишь соседский ребенок, который подглядывал за мной из-за забора дома напротив. Девочке на вид было не больше пяти. Она смотрела на меня большущими светлыми глазами и теребила кончик русой косы.

— Папа говорит, что туда ходить нельзя, — пискляво поделилась девочка.

— Почему? – я даже о приветствии позабыла от растерянности.

Хотела подойти поближе к девочке, но не стала. Не хотелось пугать ни ребенка, ни его родителей, которые явно не оценят беседу своего чада с растрепанной незнакомкой.

— Потому что в саду живут бобруслики.

— Кто?

— Бобруслики, — наивно повторила маленькая соседка. – Папа говорит, что они злые и жадные. Укусить могут, если к их добру полезешь.

Что ж это за бобруслики такие? Впервые слышу.

— А как эти твои бобруслики выглядят?

Я переминалась с ноги на ногу от усталости, но уходить не спешила. Наверное, потому что понимала, что даже за худым забором родного огорода отдых ждет еще ой как не скоро. Уверена, в домике такой же беспорядок, как и на участке. А, может, даже хуже.

— Я не знаю, — девочка пожала по-детски пухленькими плечами. – Я их не видела никогда. Просто знаю, что кусаются больно.

— Тебя кусали? – я нахмурилась, с жалостью представив, как какой-то противный зверек, наверняка уродливый и зубастый, нападает на эту малышку. Может, подсознание крохи вытеснило воспоминания об этом чудовище, что посмело напасть на ребенка?

— Нет. Моего папу кусали, когда он хотел в том саду яблок нарвать.

Я хмыкнула. Во-первых, назвать этот зеленый буйный ужас садом – очень смело. Во-вторых, меня позабавило, что даже в отсутствие хозяев наш огород умудрялся отгонять воришек. Пусть и мелких. Пусть и с помощью каких-то зубастых вредителей.

— Что ж, будь осторожна и опасайся бобрусликов, — улыбнулась я на прощание и пошла к покосившейся калитке. Та почти слилась в одно целое с плющом. – Доброй ночи, малышка!

— Ты куда? – девочка нетерпеливо подпрыгнула, будто намеревалась перелезть через забор. Ростика не хватит. – Не ходи в туда! Бобруслики…

— Меня не тронут. Я не собираюсь у них ничего отбирать.

Это правда. Ни к яблокам, ни к диким зеленым захватчикам нашей территории я лезть не планировала. Бобруслики, кем бы они ни были, не должны видеть во мне угрозы. А, значит, не станут и кусаться. Надеюсь…

В любом случае, завтра же схожу в банк, попрошу помочь вернуть мое наследство законному владельцу. Мне. А дальше – хватаю чемоданы и обратно в Морзис, открывать шляпный салон!

— Но там опасно не только из-за бобрусликов, — пискнула девочка, а затем почти шепотом добавила: — Папа с мамой говорят, что там часто ходит гарпия. Она вредню-ющая!

— Гарпия? – у меня наверняка брови дугой от удивления выгнулись. – Они не живут в нашем климате и в такой местности. Тут нет скал…

Девочка пожала плечами. Из дома ее уже звала мама. Так я и узнала, что мою маленькую собеседницу зовут Алиша.

— Гарпия часто на моих родителей ругается. Она мне не нравится…

Вот так новость. С каких пор у нас гарпии ведут беседы с соседями по даче? Хотела бы я узнать, но Алиша помахала мне рукой и убежала к маме.

Я осталась стоять на входе в огород, у полусгнившей калитки. А в голове роились мысли про бобрусликов и загадочную гарпию.

Может, детские выдумки? Девочка еще совсем кроха. Наверняка родители просто запугали ее, чтобы не влезла в заброшенный сад. А то ведь это действительно опасно.

В любом случае, у меня выбора нет.

Собравшись с духом, я толкнула калитку. Та встретила меня серенадой – противным скрипом несмазанных петель.

— Да-да, я тоже скучала!

Едва шагнула на территорию огорода, внутри растеклось странное чувство… Смесь чего-то теплого, светлого, как воспоминания о детстве, и легкой горечи. Все-таки больно было смотреть на это место сейчас, когда в памяти жили совсем иные картинки.

При бабушке тут все было ухоженным, цвело и пахло. На грядках всегда спели овощи, на ветках яркими боками красовались ягоды и фрукты. Домик каждый год подкрашивали и латали, если что-то где-то прохудилось. Под крышей и вдоль тропинок каждый вечер загорались магические искорки.

А теперь…

Я щелкнула пальцами и призвала огоньки. Они плыли вокруг меня, освещая грустную реальность.

Пока шла к крыльцу, распрощалась с несколькими лентами рюш на юбке. Их сгубили колючие ветки и густая трава, что цеплялись за ажурную ткань.

Ступеньки жалобно скрипнули, когда ступила на них, а дверь поддалась… Без всякого ключа, хотя тот был при мне.

— Странно, — шепнула себе под нос.

Не похоже, что замок сломался. Его будто… вскрыли.

По спине пробежал нехороший холодок.

Я замерла перед дверью и настороженно обернулась. Из-за зарослей виднелись крыши и окна соседских домов, в которых горел свет.

Это немного успокоило. Если что-то пойдет не так, если я закричу, меня точно услышат и придут на помощь. Если не побоятся каких-то бобрусликов и гарпию.

Стоять на пороге вечность было нельзя. Собрав волю в кулак, я все же толкнула дверь, запустила внутрь пару огоньков. Ничего подозрительного в прихожей не заметила и нерешительно шагнула внутрь.

Но не прошло и десяти секунд, как спокойствие тихого вечера на Зеленой улице нарушил мой пронзительный крик.

---------------

Очнулась в теле умирающей девушки, которой открыто изменяет муж, а свекровь давно использует в качестве прислуги и мечтает сжить со свету? Бывает.

Оказалась на улице без денег и связей, но с необходимостью быстро заработать на дорогостоящее лечение? Уже хуже.

Нежная аристократка Вивьен не выжила бы. А я не сдамся и покажу, на что разведёнки способны! Открою своё дело, научу всех кофе любить и круассаном закусывать.

Ой, а это что еще за метка на запястье? Какие еще драконы?

https://litnet.com/shrt/_q7h

20

— Мерзавка! Воровка! – раздалось одновременно с тем, как что-то узкое и твердое шибануло меня по спине.

Я завизжала, отскочила вглубь прихожей и дальше – в коридор к гостиной. И тут же об этом пожалела…

Снова горло драл визг, но на этот раз не из-за нового удара, а из-за того, что потеряла равновесие. Споткнулась обо что-то, раскиданное на полу, и на это же что-то упала. Очень больно упала! По ощущениям – на склад каких-то палок и железок.

— А ну выметайся отсюда! – вновь возмутился противный женский голос. Даже скрип несмазанных петель звучал приятнее!

В неверном свете крошечных магических огоньков я увидела, как незнакомка снова замахнулась чем-то. Я не разглядела ни ее лица, ни фигуры. Лишь морщинистые руки, сжимающие черенок от лопаты, проступили в слабом свечении.

Я похолодела, представив, что будет, если маньячка ударит лопатой мне по голове. Этой же лопатой меня можно будет закапывать!

Действовать нужно быстро.

Я вскинула руку, но не для того, чтобы защититься от удара. Все равно бесполезно. А вот натравить светящиеся огоньки на агрессивную женщину – может сработать.

Вмиг колдовские огоньки полетели к лицу недоброжелательницы. Она сморщилась, растерялась и передумала бить меня лопатой. Все ее внимание было сконцентрировано на том, чтобы отогнать слепящие огни.

Теперь я разглядела, с кем имею дело. То была пожилая женщина с испещренным морщинами лицом и гулькой седых волос. Если бы не лопата в руках и злой блеск в темных глазах, подумала бы, что это бабулька – божий одуванчик. К таким я обычно питаю только теплые чувства, потому что они напоминают мне родную бабушку…

Но эта!..

— Уберите лопату! – приказала я, поднимаясь на ноги с кучи наваленного хлама.

Почему хлама? Да потому что я хоть и бегло, но успела разглядеть, что посреди моей прихожей валялись сломанные вещи. Самые разные – от тяпок до чайников.

Что за помойку тут развели? И кто?

— Ты мне еще приказывать будешь?! – зло прошипела старуха и вслепую ударила лопатой. К счастью, та лишь просвистела в воздухе, не задев ни меня, ни стекла в окнах.

Ясно. Договариваться с этой гарпией бесполезно.

Стоп… Как я только что ее мысленно назвала?!

Не эта ли бабулька – та самая гарпия, о которой предупреждала Алиша?

Размышлять было некогда. Гарпия опять попыталась напасть, но на этот раз я была готова. Заклинание левитации легко слетело с губ. Лопата попыталась вырваться из рук старухи, потянулась к потолку… Но гарпия держала крепко.

— Что ты творишь?! Отпусти мою лопату, проклятая магичка!

— Нет! Это вы отпустите оружие!

И она вдруг послушалась… На мою голову!

Лопата взмыла к потолку, а старуха резко и неожиданно кинулась вперед. Причем так бодро и быстро, что я впала в ступор и не успела отскочить. Уже через секунду мы обе валялись на полу. Бабка-маньячка повалила меня с ног и с противным визгом вцепилась мне в волосы.

И вот это уже не на шутку меня напугало.

Ни безопасной дистанции, ни шанса сбежать. Я в захвате у безумной старухи!

21

— Я тебе покажу, как у старушек воровать! Научу не обижать стареньких!

Она отпустила одну руку, отвела ее за спину. Явно пыталась нащупать на полу что-то, чем можно было бы меня огреть.

— Завтра же пойдем к легионерам разбираться! – продолжала угрожать она, пока я судорожно перебирала варианты. Как выбраться?

Лопата все еще висела под потолком, подчиняясь моей магии. Я могла бы призвать ее и огреть нахалку, но побоялась не рассчитать силу. Если что-то пойдет не так, к легионерам меня точно поведут… Но уже далеко не за взлом моего же дома!

Нет, бить старых людей нельзя. Никаких нельзя! Даже если они такие противные, как эта мадам!

Гарпия побеждала. Судя по звуку, она что-то нащупала на полу и теперь подтаскивала это к себе, чтобы ударить. Время неумолимо ускользало… И тогда я краем глаза заметила свои же чемоданы, возле которых нервно плясали огоньки.

Быстрыми кадрами перед глазами пронеслись картинки сегодняшнего дня. И одной из них была сделка с женщиной в Заречном.

«Чулки крепкие?» — вспомнился ее вопрос и мое однозначное «Конечно».

— Ко мне! – зачем-то заорала я, хотя это было необязательно.

Но крик будто напугал старуху, она на миг растерялась. И этого мига мне хватило, чтобы магией распахнуть чемодан и заставить чулки жесткими лентами кинуться к ее рукам.

Визг, крик, ругань… И звук затягивающихся вокруг морщинистых запястий чулок.

— Пусти! Пусти! – верещала старуха, чьи руки оказались во власти капрона. Из них на пол рядом с моими ногами вывалилась скалка.

Я тут же стряхнула гарпию с себя. Не без труда, но все же выбралась из-под старухи, которая теперь сама завалилась на пол и осталась лежать там, зло зыркая на меня.

— Вот так-то, — выдохнула я. Встала и отряхнула руки и юбку (будто в последнем был смысл). – Будете знать, как нападать на других!

— Мерзавка, — зло цедила поверженная пожилая женщина. – Я тебя засужу! Ты в чужой дом влезла!

— Правда? Я-то?

— Ты-ты! Тут мой склад, ясно тебе? Если из этой кучи вещей хоть одна пропадет, тебе конец!

— Ваш склад? Тут? – я быстро выходила из себя. От наглости гарпии, от абсурда всей ситуации. – А ничего, что это мойдом и огород тоже мой? И это вы влезли на мою территорию!

На самом деле, я не помнила, на ком сейчас числится территория огорода. Но какая разница? Ясно же, что на ком-то из нашей семьи. А остальное не имеет значения.

— Твой? С чего бы? – сипло рассмеялась старуха. – Габриэлла умерла давным-давно, а на этот дом все забили. Он ничейный! Так что не ври мне и готовься к суду!

— Габриэлла была моей бабушкой, — я воинственно вскинула подбородок, хотя внутри все сжалось от воспоминаний о бабуле. – Я Элоиза Саммерс.

Когда я представилась, глаза старухи изумленно округлились. Стало ясно, что она узнала меня, хотя я ее – нисколько. Наверное, она всегда была нашей соседкой. Просто я не помню ее, потому что в последний раз, когда виделись, была еще ребенком.

После такого приветствия, я надеялась, разговор закрыт. Хотела отозвать чулки и развязать соседке руки, чтобы она поскорее убралась из дома, но не успела.

Даже не слышала, как скрипнули ступени, как открылась дверь… Лишь увидела, что в прихожую вошел еще один человек. А когда поняла, кто именно, с губ само собой сорвалось:

— А ты что тут делаешь?!

22

Я не сдержалась и на всякий случай протерла глаза. Быть не могло, что оноказался тут! Из всех людей мира именно он!

— Хочу задать тебе тот же вопрос, — хмыкнул блондин, которого видеть была совсем не рада. Наше знакомство в маглетричке было коротким, и я надеялась, что таким и останется. Но нет. Любитель цветков-пожирателей-белья стоял в моем доме и прожигал неодобрительным взглядом. – Что тыздесь делаешь? И почему на полу лежит эта несчастная женщина?

— Несчастная женщина?! – голос сорвался на возмущенный писк. – Ты бы так не говорил, если бы знал, что она вытворяла!

Я чувствовала, как закипаю изнутри. Не слети во время драки с меня шляпка, она бы сейчас подпрыгивала, как крышечка на свистящем чайнике.

— И что такого могла сделать старушка, что ты ее так? – парень смотрел на меня как на главного врага человечества.

Неприятно. Несправедливо!

Собиралась оправдаться, пожаловаться на агрессивную взломщицу, что устроила не пойми что в моем доме, но не успела даже рот открыть. Гарпия вдруг жалобно застонала, заохала и едва не заплакала горькими старушечьими слезами.

— Ой-ой-ой, суставы! Мои суставы! Как все болит теперь!

— Давайте я вам помогу, — блондин опустился на колени перед актрисой, но не преминул перед этим наградить меня осуждающим взглядом. Мол, «И такую беззащитную бабушку ты посмела обижать?»