Красный закат — Гомкори

Помощник тут же обернулся, взглянул на господина советника и сказал ему: — Вот почему — они все здесь» — кивнув головой в их сторону.

Доха не хотел поднимать шум вокруг своей персоны из-за того, что не верил в эти лицемерные улыбки, пытающиеся угодить; как раз-таки наоборот, он хотел нагрянуть к ним внезапно и оценить, как обстоят дела на самом деле, но из-за того, что утром он в первую очередь пошёл на рынок, слухи быстро донеслись, что королевский совет прибыл в город.

— Кто у вас главный?

Мужчина средних лет в синей одежде и с длинной бородой вышел вперёд и согнулся в почтительном поклоне: — Советник, прошу вас в наш кабинет.

Доха вошёл и сразу же сел за деревянный стол: — Как я могу к вам обращаться?

— Меня зовут Ким Ча Ын, я глава этой деревни и занимаюсь всеми вопросами.

— Хорошо. На самом деле у меня не так много времени, поэтому я бы хотел быстро перейти к делу: я хочу посмотреть вашу книгу учёта и сверить все подсчёты. Если всё сходится, то мы сразу же покинем это место и направимся во дворец.

Господин глава Ким Ча Ын быстро предоставил все необходимые документы и отдал налог в руки советнику. Через пару часов, сверив все итоги, Доха распрощался и покинул здание.

Дорога во дворец вилась среди холмов, и телега скрипела, убаюкивая. Доха думал о том, как Суми откроет сундук — медленно, будто боясь обжечься, — и как жемчуг отразится в её зрачках. Через пол дня к самым сумеркам телега въехала в ворота, и стража склонила копья. Доха спрыгнул на землю, и пыль взметнулась вокруг его сапог. Впереди был дворец, шумный и хищный, а в руках — сундук, тяжёлый, как обещание.

Начало праздника ознаменовалось приветствием гостей. Каждый гость стремился лично выразить своё уважение и поздравить королеву. Однако Суми ожидала лишь одного человека. Когда наконец Доха вошёл во дворец и приблизился к трону короля и королевы, он низко поклонился обоим монархам. Увидев его, улыбка осветила лицо Суми. Её супруг, король Сок Чон, сразу отметил перемену настроения жены: её лицо оживилось радостью и светилось счастьем. Это задело чувства короля, ведь весь день и вечер королева пребывала в мрачном настроении, а теперь мгновенно расцвела от появления слуги.

— Ваше Величество, прошу принять мой скромный дар, — сказал мужчина, предлагая закрытый сундук.

Королева с интересом взглянула на него:

— Что находится внутри?

Доха осторожно открыл крышку и извлёк оттуда три роскошные пары обуви. Выбрав одну туфлю, он предложил надеть её лично.

— Моя королева, — с нежностью и искренней теплотой обратился советник, встретившись взглядом с королевой прямо на глазах у короля. — Я обошёл весь Пхеньян, чтобы отыскать нечто достойное вашей красоты. Эти изящные туфли покорили моё сердце одним видом, и я немедленно представил, насколько восхитительно они будут смотреться именно на ваших ногах. Могу ли я иметь честь собственноручно обуть вас ими?

Она согласилась, позволяя своему тайному любовнику совершить этот интимный жест публично, забыв о всяких правилах приличия. Присутствовавшие гости смотрели на происходящее с изумлением и смущением. Некоторые шёпотом обменивались шутливыми комментариями относительно неуместности поведения советника и королевы, пытаясь разобраться в истинных отношениях между ними. Атмосфера накалилась, и каждый гость ощутил исходящее от короля сильное напряжение.

Лицо короля выразило явное неудовольствие сценой, разыгрывающейся перед ним, но он молча принял ситуацию, стараясь убедить себя, что поведение Дохи обусловлено искренней дружбой и привязанностью к семье. Возможно, подобное проявление внимания продиктовано лишь желанием укрепить дружеские связи и доказать свою верность королевской семье. По крайней мере, открыто реагировать означало рисковать созданием ещё большего повода для слухов среди общественности. Король намеренно простил эту выходку своему советнику ради собственного достоинства.

Вечеринка продолжалась своим чередом. Министры и другие богатые деятели распивали и обсуждали, по их мнению, важные дела и события, подчёркивая свою важность в обществе. Между тем Доха, находясь с этими мужчинами за одним столом, не обращал внимания на пустые разговоры, незаметно покинул зал торжеств и направился на небольшой тихий участок земли за пределами дворца. Это место было особенным укрытием детства короля и самого Дохи. Мальчишками они часто скрывались тут, играя вдали от посторонних глаз. Много лет минуло с тех пор, как ни тот, ни другой не ступали на эту землю.

— Нужно бы привести в порядок это место, оно заросло травой, — задумчиво произнёс Доха, окидывая взглядом запущенный уголок своего прошлого.

Но шум сзади отвлёк его мысли.

— Почему ты ушёл? — тихо прошептала Суми, положив голову ему на плечо. — Мне становится беспокойно, когда тебя нет рядом.

— Так сильно ты переживаешь, если меня нет хотя бы минуту? — мягко спросил Доха, разворачиваясь лицом к любимой женщине.

— Ты специально пошла за мной сюда? Или случайно натолкнулась на это место? Иначе как ты оказалась здесь?

— Нет, я следовала за тобой… А что это вообще за место? Не знала, что оно тут есть, — искренне поинтересовалась Суми.

— Это часть моих воспоминаний, очень добрых и чистых. Мы с Сок Чоном прятались здесь от дворцовых слуг и играли до самой ночи.

Доха отвёл взгляд, оглядывая всю местность, и глубоко вздохнул. Их голоса звучали у него в голове. Он говорил о своём детстве с горящими глазами. Вспоминая их дружбу с болью в душе, осознавая, что он натворил.

— Тогда я не знал, что мне предстоит так предать своего друга. Если бы я знал, то держался бы от него подальше.

Суми охватила печаль, жар наполнил её лицо от стыда, и слёзы подступили к её глазам. Ей тоже было тяжело от всего происходящего.

— Мы оказались врагами совершенно невинному человеку. Но… Доха… Ради нашей любви, ради нас я всё смогу пережить. Даже если о нас узнают и я запомнюсь как одна из самых порочных женщин, я смогу это пережить.

Доха прижал её к себе и крепко обнял.

— Я сделаю всё, всё, чтобы ты не пострадала, верь мне. Я найду способ, и мы сбежим с тобой вместе. Когда-нибудь это случится. — Ты мне доверяешь?

Держа её обеими руками за лицо, Доха крепко закрепил свои слова нежным поцелуем. Непреодолимая страсть овладела ими. Чувства захлестнули их. Его губы непрерывно целовали её, спускаясь к нежной белой шее. Руки неосознанно потянулись к завязкам её ханбока. Распахнув её грудь, он целовал её стройные плечи и грудь. В порыве страсти он развернул её к себе спиной. Он продолжал целовать её спину и шею. Доха будоражил её с каждым прикосновением. Посторонние мысли развеялись, они могли думать только об одном, и ими управляла сейчас только любовь. Он поднял подол её юбки вверх. Суми дрожала от возбуждения; когда не было сил терпеть, он вошёл внутрь. Её стоны были слышны по всей местности — она позабыла, что их могли услышать. Они не хотели уходить, перейдя со скамейки на террасу под крышей, растворившись во времени. Услышав голоса прислуг за каменным забором, они опомнились, что их, возможно, потеряли.

— Нас ищут, нужно идти. Сначала выйду я, потом ты, дорогой.

Суми быстро оделась и незаметно вышла. Все проводили время, не заметив её отсутствия. Королева как ни в чём не бывало села рядом с королём.

— Где вы были, моя королева?

— У меня закружилась голова, и мне пришлось немного отдохнуть, но сейчас всё в порядке, не беспокойтесь, мой король.

Суми пыталась говорить твёрдо и уверенно, хотя сердце дико колотилось от того, что она только что предала своего мужа вновь. Совесть кричала и рвала внутри, но невозможно сдержать себя, когда он рядом. «Я ужасная женщина, мой грех непростителен». На душе была словно дыра, хотелось плакать от своих же поступков.

Доха тут же появился в поле зрения. Встав рядом с королём, он кинул взгляд на Суми, а после на короля.

— Вам что-нибудь нужно, мой король?

— А ты куда пропал, Доха?

— Я осматривал двор.

— Всё же хорошо?

— Да, Ваше Величество. — Доха поклонился и произнёс: — Я могу закончить и уйти?

— Хорошо, иди, Доха!

Ему было стыдно смотреть королю в глаза, и он ушёл опять на ту же лужайку, где был пару минут назад.

Сев на скамью, он спрятал лицо в ладонях. Боль разрывала его изнутри. Издав громкий крик отчаяния, он начал горько плакать, бесконечно повторяя одни и те же слова:

— Как мне быть? Как мне быть?..

Почувствовав лёгкое прикосновение на плече, он произнёс, не поднимая глаз:

— Опять пришла, Су…

Однако знакомый голос прервал его поток мыслей:

— Так и знал, что ты что-то скрываешь, Доха!

Он не ожидал услышать этот голос и замер от неожиданности. Сердце бешено застучало, глаза лихорадочно бегали по сторонам.

— О чём вы, Ваше Величество? Что я могу скрыть от вас?

— Зачем пришёл сюда и почему в таком расстроенном состоянии? Ведь я чётко расслышал, как ты произнёс: «Ты опять пришла».

Король уселся рядом и мягко заговорил:

— Объясни, что с тобой стряслось? Ты понимаешь, что я твой друг и близкий человек, можешь довериться мне.

Доха молча смотрел перед собой, ощущая тяжесть молчания.

— Хён, я… влюблён, — наконец прошептал он, делая долгую паузу.

— В кого ты влюблён?

— Сказать не могу, поскольку мы не вместе.

— Но что же тебя терзает?

— Невозможность быть с ней, это исключено…

Вздохнув тяжело, он оглядел окружающее пространство, вспоминая детство, проведённое здесь.

— Помнишь, как ты свалился с этой скамьи, а обвиняли меня?

— Конечно, именно здесь я ушиб голову, и мать ругала тебя за это. Ты даже пытался залечить рану подорожником, чтобы никто не узнал, но бесполезно оказалось…

Обменявшись взглядами, друзья ненадолго вернулись мыслями в прошлое, наполненное счастьем и простотой.

— Затем меня жёстко наказала придворная дама, — добавил Доха с лёгкой грустью. — Ах, как чудесно было тогда…

— Доха, я скажу тебе одну вещь. Нет ничего невозможного: если это любовь взаимна, то будь верен себе. Надеюсь, настанет то время, когда ты сможешь мне всё рассказать. А теперь я пойду, моя госпожа меня ждёт.

Пьяные гости покинули дворец оставив за собой последствия праздника, ночной шум, постепенно уступивший место утреннему солнцу. Дворец ожил под яркими солнечными лучами. Вместе с королём завтракала королева, которой становилось плохо от вида блюд.

— Тебе нездоровится? Тебя тошнит?

— Возможно, несварение желудка.

Приказав вызвать врача, король велел прислужнице немедленно привести лекаря.

Спустя мгновение лекарь измерил пульс королевы.

— Ваше Величество, поздравляю, вы скоро станете матерью!

— Беременна?.. — ахнула Суми.

Понимая, чьё дитя она вынашивает, королева нервно посмотрела на вошедшего советника Доху.

— Советник, как вижу, вы узнали, что моей супруге нездоровится.

Радостно обняв Доху, король воскликнул:

— Скоро у меня родится наследник!

На сердце закралась тревога: нужно торопиться, что-то предпринять, нужно бежать, но как это сделать? Голова словно в тумане, мысли переполняют разум: я стану отцом, это мой ребёнок…

— Доха, ты слышишь? — король одёрнул советника.

— Да, Ваше Величество, я вас поздравляю, — Доха поклонился и поспешил уйти.