Миссия волонтёров
- Ридигунда — моё имя, Ваша Светлость, с Вашего позволения, но я не понимаю: что я не так сделала?
- Вы не должны были дать герцогу напиться до беспамятства!!! Он сердечник, ему лекарь запретил! Он мог умереть, как это однажды чуть не произошло. Вы прекрасно осведомлены, но не только не остановили его, а подпаивали сами. Он пил за себя, за сироту, за Вас из Вашего кубка, а Вы всё время подливали. Своими глазами видела, да и слуги подтвердят! Это служебное преступление! Я могла своей волей правительницы предать казни прямо на месте! Вы ещё легко отделались! Я была в бешенстве!
- Вольф, войдите! Войдите, говорю, я давно заметила щель в двери.
Боком протиснулся смущенный Вольф, редкостное зрелище, так-то он наглый тип знатного рода. Его отношение ко мне резко изменилось после вчерашнего.
- Вы там были, мы пришли вместе. Свидетельствуйте!
Он взял и рассказал всё, что видел, честно, без прикрас и преуменьшений. Я то его вызвала только факт спаивания подтвердить.
- Вы супругу узнали, приветливо улыбнулись, разгневались на госпожу Ридигунду, что не досмотрела за Вами, позволила споить. Теперь Вы перед супругой в некрасивом виде. Согнали фаворитку с колен и изволили посадить герцогиню. Она решила наказать за нерадивость фаворитку. Наказала. Я думаю, что ещё мало.
Меня особенно потрясла эпичная сцена, когда я, оказывается, неожиданно выхватила у стражника из ножен меч и принялась методично и мелко рубить в крошку поминальный стол. Всё подряд, от начала стола и до конца. Он, на минуточку, длиной метров пятнадцать.
- Как капусту шинковала, Ваша Светлость! Аккуратно и мелко-мелко. Гнев выплёскивала. Изволила выражаться. И рычала аки леопардусы — символы нашего герба. Очень красиво выглядела, с короной, в развевающемся платье, как валькирия в ярости! Жаль, Вы не видели. Спали на троне. Потом мы аккуратно меч-то отняли и вчетвером её держали. Пока ярость не угасла. Только я и трое из её десятки. Больше никто госпожи герцогини не касался, Ваша Светлость, клянусь! Вынужденно.
- Вчетвером? Одну слабую женщину? - Хессел смотрел на меня расширившимися глазами. Ригиднунда быстро занавесила снова свои повреждения. Отступила к стене. Мне было страшно и пипец как стыдно. Моя постыдная тайна безбашенной истерички раскрыта и в этом доме.
- А не было ли в роду Ваших отца и матери берсерков? - Как-то вкрадчиво-ласково начинает выпытывать супруг. Сейчас буйной сумасшедшей будут считать. Реабилитировать меня некому, один я тут на всё Средневековье психолог.
- Я об этом не слышала. Я не берсерк, даже не думайте. Просто сильно злюсь, когда у меня хотят отнять моё. Испугалась, что Вы опять умрёте, супруг мой, а я останусь безутешной вдовой.
- Да, тяжело быть вдовой, - поддакнула Ригиднунда, вот уже не ждала от неё поддержки.
- Нет, что Вы, Ваша Светлость! Нет, даже не думайте! Была бы настоящим берсерком, людей бы крушить началабез разбору, то гнев был яростный, вспышка. Силы ярость придаёт не только мужчинам, но и женщинам. Особливо когда семью защищают.
- Жаль. Был бы я мужем леди-берсерка, почёт неслыханный, прославился бы на всю Ойкумену. - серьёзно так говорит, а в глазах смешинка.
Всё он понял, чёрт белобрысый, и ему приятно, что этот приступ вызван не чем иным, как ревностью. Вдруг я понимаю, что, будучи влюблённой в Гордея, ревности особо не испытывала. Вокруг него, как кошки весной, постоянно отирались бабы. От знатнейших девиц графства до прошмандовки Илмы, а мне хоть бы хны.
Я не осознавала его как только своего мужчину. Просто хотела. Оказывается, вот оно что! Вот в чём разница! И к первым трём мужьям у меня такого чувства собственности не было. Я даже гордилась своим цивилизованным подходом к браку.
Вопрос, куда теперь определить госпожу ригидную гусыню? Мало ли что, а вдруг? Это замечательно, что права фавориток в данном конкретном государстве ограничены стандартной формой договора, окладом и полным запретом на вмешательство в любые дела герцогов. Наверное, кто-то из предков Хессела сильно пострадал, решил помочь потомкам.
- Вольф, благодарю. Порох и цемент выгрузили?
- Вчера ещё. Всё на сухом складе. Под охраной Могу идти? У нас с вашими тренировка.
- Ступай! Ближе к нам подойдите, госпожа Ригиднунда. Отставку пока отставить. Расскажите о себе, познакомимся. Я, как видите, только второй день вступаю в права хозяйки, многое не знаю. - Хессел хмыкнул, но смолчал, вытянул у меня пилочку, полуобернулся к окну. За окном только полдень. Насыщенные будут событиями деньки, вон как горячо началось.
- Ваша Светлость, я из купеческого сословия происхожу. Замуж меня в пятнадцать лет тоже за купца отдали. Потому управление домом, лавкой, грамоту, письмо и счёт знаю. Пять лет брака жили хорошо, но детей Бог не дал. Я бесплодна, ибо у супруга от первого брака дети были, но умерли. Сгинул мой муж в море вместе с кораблём. Остался мне дом как вдовья доля. А деньги с приданого он всё время в товар вкладывал, было то выгодно, но они тоже пропали. Так осталась я одна, без детей, без мужа, без приданого. Лавку до конца расторговала и стала бедствовать. Хотела в отчий дом вернуться — не приняли, замуж идти — не сватают, неплодна, бесприданница. Тут поступило предложение от господина управляющего Хьюгенна в фаворитки идти. Выбрал меня за пышное телосложение, да за это бесплодие проклятое.
- Кто выбрал, не поняла?
- Господин управляющий выбрал, лично приходил знакомиться, с дамой повитухой, что благородных леди лечит, потом на утверждение Его Светлости привёл.
- Утвердил?
- Ну да, сразу прямо в этом кабинете и... утвердил. Вот на этом столе. Тут же и договор подписали.
Классика жанра, однако. Но к прошлому ревновать глупо и бессмысленно.
- В договор нужно внести изменения, дополнения, чтобы не было впредь недопонимания фаворитками своих обязанностей. Ты согласен, супруг?
- Благоразумно. Вносите. Я пойду посмотрю, как порох сложили. Продукты с обоза распределим с Хьюгенном.
- Присаживайтесь, госпожа Ригиднуда, будем работать над договором с соизволения герцога.
- Могу я попросить сокращать моё имя, госпожа Гунда, если угодно.
- Угодно, Гунда. Компенсации не будет. Выволочку Вы заслужили. Будет мазь, очень целебная и дорогая. Работаем.
По итогу к приходу Хессела часа через три он обзавёлся новым сотрудником в должности секретарь-фаворитка. Оклад увеличился, обязанностей прибавилось. Мы составили режим дня и распорядок работы и отдыха правителя, за которым она должна была следить, наблюдать и даже в том, что касается здоровья, требовать. Гунда была осведомлена, что за чем идёт в повседневной жизни герцога. Определили ей деловые обязанности, приём посетителей, контроль за планом дня, недели, месяца. Порядок делопроизводства она, конечно, не знала, но понимала, о чём речь. Завела журнал входящих-исходящих. Папку «на подпись» и прочие секретарские приблуды. Бумагу уже не экономила. Скоро своя будет. Выдала канцтовары. Назначила пацанёнка курьером.
Проработали примерное меню с учётом нормального питания, а не убойного мясоедства. Когда продуктов будет вдоволь, чтобы не наел подагру, живот и бляшки. Договорились о предварительной дегустации блюд и напитков на предмет отравления. В основном надбавка шла за это. Какие меры предпринять, чтобы исключить отравление, я велела обдумать ей самой. В её же интересах. Выделили фаворитке-секретарше рабочее место, комнату рядом с кабинетом, где уже стояли стеллажи со свитками, книги, карты. Озадачили Хьюгоена перестановкой и дополнительной мебелью.
Исключили (в устном договоре) интим-услуги. Тут я на неё не понадеялась, одинокая женщина всё-таки, поработала с установкой. Аккуратно, чтобы не испортить женщине будущее. Из договора поняла, что обязанности фаворитки можно совмещать с замужеством, если обе стороны не возражают.
- Что, дамы? Всё ещё заняты? Сегодня колбаски поедим, Гунда! Три телеги колбасы герцогиня привезла! Я две на выдачу пайков направил. Горох и часть сала тоже. Содержание тебе деньгами или...
- Пайком, Ваша Светлость, пайком!
- Зачем Вам паёк, Гунда? Вы же во дворце питаетесь, сейчас добавятся пробы герцогские, берите деньгами, выгоднее.
- Семье ношу, большая семья-то.
- Та самая, что Вас назад в тяжёлое время не приняла? Они настолько голодают? У них всех есть свой паёк, часть продуктов купить можно будет. Торг через день. Деньги у купцов всегда есть.
Гунда молчала, печально свесив подбитый нос и поцарапанные щёки, вздохнула:
- Так-то оно так, но ведь семья, родня. Дети опять же...
- Так. Заработок — деньгами. Деньги в отделение банка Гольдштейна копишь, уже открылся, сзади дворца дом. Накопишь приданое, выдам замуж, если хочешь. Найдём вдовца приличного, не старого, с малыми детьми. Хессел, не возражаешь?
Я вместе с вопросом подкинула ему новый вариант договора. Он прямо просел под моим напором, прочёл и уставился на секретарь-фаворитку:
- Ты это всё умеешь? Сможешь? У меня Хьюгенн не справлялся.
- Ваша светлость, у господина управляющего множество других дел, а я при вас весь день неотлучно буду. Госпожа герцогиня обещала первое время помочь. Только и Вы обещайте супруге, что про здоровье и питание будете соблюдать.
- Я ещё разберусь, что за питание. Так-так: ... Котарди и киртл форменные с регалиями, указывающими на статус секретарь-фаворитки, драгоценности по статусу в пользование на весь срок службы, с возвратом. А что не так с платьем? - Шеф оглядел секретаршу. - Всё на месте!
- Дорогой супруг! Мне стыдно, что наша фаворитка одета в какие-то отрепья! Старое, потёртое платье, цвета резкие, но видно, что выцвели, киртл застиранный! Колпак этот старомодный! Ни единой побрякушки. Приедет делегация иностраных товарищей, увидят это всё, что о нас подумают? Что мы не в состоянии даже фаворитку достойно содержать. Нет-нет! Только форма, даже две: повседневная и парадная! Я настаиваю!
- Да ладно, ладно. Делайте что хотите. Мне главное — бумаги в порядке и напоминать, кто за кем, о чём будет речь и в какой день. Это хорошо вы придумали. Обедать не пора ли?
На обед сегодня подали тарталетки с красной икрой, ломтиками малосолёную рыбу, сверху тонкой лепёшки с маслом, суп гороховый с вяленым мясом и копчёностями, уху с крапивой, шкварки с тушёной репой, салат из морской капусты с яйцом и креветками, пироги ржаные с капустой и рыбой, рыбу печёную с морковью и луком. Колбаски выставили в центр верхнего стола, здесь было принято их не нарезать, а целиком слегка обжаривать. Из напитков был мой любимый " Ячменный колос" с козьим молоком, сбитень с ароматом пряностей, отвар мятный. За нижним столом такого изобилия не было.Слуг не так уж и много. Бедолагам досталась только икра, уха,да по ломтю пирога. Но народ там так шумно принюхивался, что я приказала нарезать ломтиками с нашего стола несколько колбасок. Наедятся то они всяко, а вот кусочек колбаски настроение поднимет - есть разнообразие, не голодаем, живём!
Гунда уже не ест за нижним столом. Не ест и за верхним. Успела перед обедом оборудовать место герцогской пробовальщицы пищи: у стены сбоку стоит столик из гостиной и стул. Ничего так, оперативно действует. Лакей сначала накладывает порцию ей, через пару минут пробы герцогу, ну и далее по старшинству разносят порции блюда. Я так установила, нечего хапать сколько влезет. Норма должна быть. Тем более в такое время.
Кларисса не в восторге от рыбных блюд, после Мюннских котлеток и супчика с фрикадельками. Она налегает на колбасу и салат. Мясоежка моя!
-Кларисса, ешь суп!
-Ну мам, я не хочу суп, можно мне ещё колбаски?
-Гороховый суп полезен детям, ешь его и колбасу вприкуску.
Хессел и Харальд замерли, когда девочка назвала меня мамой, переглянулись и продолжили кушать. Над всей этой атмосферой заводской столовки в обеденный перерыв, витал ядрёный дух нарезанного лука и чеснока - обязательная добавка в рационе и простолюдинов и правителей. Мне он кажется даже аппетитным и приятным. Привыкла. Хмельное только за нижним столом, по бокалу эля за помин души покойной леди. Верхний стол уже прекрасно помянул, вчера. Кстати скатерть новая, прежняя восстановлению не подлежит.
После обеда мы успели с Гундой в казначейство за её зарплатой, потом , торопясь успеть до закрытия банка, пошли через служебный ход, что выходил на обратную сторону дворца. Гусыня запыхалась, охрана наша тоже едва поспевала, недовольно бряцая на ходу своими девайсами для нашей защиты.
Филиал банка здесь был много шикарные нашего в Мюнне, но суть та же. Открыли срочный депозит, под неприлично маленький процент. Непуганое инфляцией Средневековье, больше двух процентов годовых не дают. Велела клерку доложить мне, если поступления от госпожи секретарь - фаворитки прекратятся. Немного мелочи на личные расходы ей остались.
Швейная мастерская закрывалась, но мы, нагло пользуясь служебным положением, ещё успели и мерки снять.
-Стройнейте, госпожа секретарь! Ваши габариты дорого обходятся казне! Девушка, не оставляйте ей под шнуровки много запаса, а то стимула не будет!
Вернувшись в её кабинет, мы провели предварительную подготовку к завтрашнему дню. Думаю недели кураторства ей хватит. Потом она выучит мне Виолетту, на личную помощницу - секретаря. Или мне лучше фаворит-секретаря назначить? С Хесселом перед сном обсудим. Я даже знаю как он меня накажет! О, святые Венера и Афродита! Скорее бы уже ночь! Предыдущая как то не сложилась.
И замолчи наконец, глупое сердце. Какие малыши? Когда так просто забываются клятвы верности и безразлично, кто сидит на коленях — я или любая другая.
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Промокод 6t9pUu7v
Глава 4.
Хессел Мартина.
Хозяйка пришла и поселилась в моём сердце, доме, городе и государстве. Та, которую я выбрал на пороге смерти, привнесла во Фрисландию новую жизнь. Вдохнула её, как вдыхают в нос слабому новорожденному жеребёнку воздух ртом.
Пока она была в Мюнне, месяц показался мне скучной рутиной. Без её «приколов», неожиданных и страннных вопросов, народной мудрости в коротких изречениях, без неё было - как без свежего воздуха. Вроде есть чем дышать, а невкусно.
Я наблюдал, как за несколько дней построился будто сам собой порядок во дворце. Дворец — громко сказано, но если Линдхен так хочет, пусть будет дворец. Наконец чуть свободно вздохнул Хьюгенн, моя герцогинюшка категорично потребовала вернуть слуг, за немногим исключением, на усмотрение управляющего. Я даже не нашёлся, что ответить на её точное замечание:
- Они городские, по большей части. Сидят сейчас, бесплатно гуманитарную помощь едят, пайки. Не работают. Тут на чашку похлёбки больше, кусок каши утром добавится, человек сыт, трудится. Чувствует себя нужным, место не потерял, порядок в нашем доме наводит. Ты Хью уже от должности управляющего до лакея используешь, мне мужика жалко! Пусть он ленивых, вороватых назад не зовёт, всех остальных завтра госпожа Гунда примет, документы оформит.
Фаворитка с неделю, конечно, поплюхалась, было много глупых ситуаций. А сейчас ничего, отдел кадров завела с конвертом на каждого работника, начиная от управляющего и себя, до водоноса. Дверь у неё в каморку открыта, стол к двери переставила, мимо неё ко мне не пройдешь. Я то и дело слышу:
- Занят! Занят! Вам назначено? Нет? Чего тогда? Записывайтесь, по какому делу! Чем могу помочь? Это к управляющему вопрос. Это к казначею. К герцогине идите с жалобой по женскому вопросу! Срочно? А что именно?
Так она фильтрует поток посетителей, до меня доходят из незапланированных единицы, действительно по серьёзным, неожиданно возникшим вопросам. На её столе стоит закутанный в салфетки кувшин, с горячим отваром каких то чего то укрепляющих трав, проходя мимо неё в нужник и обратно я восполняю этот, как его..."баланс жидкости"!
Возле этого заведения стоит приспособа, сколоченная из дерева, навроде тумбочки, называется умывальник. Тыкаешь в висюльку ладонями, вода льётся, удобно. Слуга не нужен. Утирка висит рядом. Привык уже, мою руки, раньше только перед едой и после мыл.
Когда царапины заживут у неё на лице? Не скоро, похоже глубокие. Поэтому я получу от фаворитки всю заботу о здоровье, какая полагается по договору. К слову, когда она заходит с документами ко мне , то дверь оставляет настежь отворённой, будто знатная леди, которая боится за свою репутацию. Намекать и кокетничать перестала. Ну с такой то непрезентабельной ... О, недавно смеялся над новой мудростью : "Поиметь, так королеву, проиграть, так миллион!"
Жена называет Гунду совсем мудрёным словом «офис-секретарь», приставка «фаворитка» исчезла, долго произносить. В общем, иметь, фу ты! нет, работать с секретарём удобно, с каждым днём всё проще разгребать дела. Линдхен тоже хочет нанять себе в помощь секретаря. Мы бурно обсудили этот вопрос. Потом я понял, что это был очередной прикол, но до этого я битый час объяснял, почему замужним правительницам не положен фаворит-секретарь, а можно только простую офис-секретаршу:
- Тебе можно фаворитку, женатому, а мне замужней нельзя? Это неравноправие Хессел! Ты считаешь меня, женщину, неравноправной себе - мужчине? Почему? Не знаю заметил ли ты, что я нуждаюсь в мужской ласке не меньше, чем ты в женской, а иногда и больше тебя!
О чём-то подобном меня предупреждал её брат, барон Андреас Мюнних, у моей супруги бзик по равноправию мужчин и женщин. Абсолютно непонятно, откуда такие мысли могли вообще возникнуть в её женской голове! Она не понимает, она правда не понимает, почему женщина не равна мужчине. Я уже не злился. Пытался донести разными способами и примерами:
- Женщина создана Господом нашим из ребра Адамова, то есть второй по очереди! Она часть его, понимаешь, часть! - В ответ я услышал новую, достойную трактовку сотворения Евы. Начитана у меня жена, не в пример многим аристокараткам.
- Я понимаю, что Адам был сотворен из праха земного, а Ева из его ребра, то есть материала намного выше по качеству! Знаешь ли ты, почему Господь не сотворил жену из кости ноги?
- ??? Есть разница?
- Чтобы не унизить творение своё. А знаешь ли ты, почему не сотворил жену Адаму из кусочка кости головы его?
- Чтобы не выше мужа была? - догадываюсь я сообразно противопоставлению
- А из бока Адама сотворена, чтобы быть бок о бок с ним. Быть равной. Из под руки его, чтобы быть защищённой. И со стороны сердца, чтобы быть любимой.
- Со стороны сердца. Красивая трактовка. Какого святого изречение? Надо запомнить и блеснуть при случае.
- Пророка Мухаммеда, из святой книги мусульман, Корана. То, что она стала второй? Значит, Адам был экспериментом Бога, а Ева — истинным венцом творения.
- Итить-колотить, Амелинда! Ты хоть вслух этого никому не говори! Я не хочу быть трижды вдовцом! Я вообще запланировал умереть в глубокой старости на твоих заботливых руках! Со стороны сердца.
- Ты написал план жизни, блондинчик?
- Да, было интересно, хочешь дам почитать?
- А кто тебя этому научил, Хессел? Чего сопишь? Я тогда на свой вопрос отвечу: Бог, но через меня! Через женщину.
- Хочешь сказать, ты умнее меня?
- О, Боже! Нет, не умнее, не глупее. Мы равноценно умны, Хес. Но мы разные. Ум у нас разный тоже. Каждый умён по-своему. Объединяем два разных ума — получаем один, очень-очень умный! Понятно?
Тут я понял, что я точно тупее жены. Не по знаниям. Она многое не знает, иногда самых простых вещей. По природному складу ума Линда однозначно меня превосходит. Возможно, я это когда-нибудь признаю вслух, но шёпотом.
Один аргумент мы обсудили подробнее:
- Женщина и мужчина не могут быть равны, они же разные телом, вот вы рожаете детей, мы нет.
- Согласна Хессел, в этом мы творцы, сотворяем из ничего почти, крошечной части двух тел - человека. выращиваем в пузе, и не только рожаем, но кормим частью себя в младенчестве.
- Ты хочешь сказать, что это акт творения? Приравниваешь женщин к Творцу всего сущего?
- Я хочу сказать, что Бог сотворяет людей через нас, мужчины тоже участвуют. Но роль женщины в этом намного больше! Зато в том, что касается защиты и прокорма подросшего потомства, важнее роль мужчины. Каждый своё, но на равных, понимаешь, Хес? Право сильного работника и защитника у мужчины, право продления рода и заботы о нём - у женщины. Они равноценны для человечества. А вы угнетаете женщин!
- Да кто вас угнетает-то! - Я с возмущением разглядывал "угнетённую" жену. Всю в шелках и драгоценностях. - Вас превозносят и чуть не молятся, подвиги за ради вашей благосклонной улыбки совершают, ах, Прекрасные Дамы, ах Дамы сердца! Турниры, балы, поэтические баталии!
- Частности, Хессел, частности, причём редкие! Если ты об этом, - она показала на колье и серьги, - то это не равноправие, не уважение, не любовь. Это вещи. Не чувства и не права. Я не промениваю одно на другое. Твои чувства мне дороже всех сокровищ мира. Но если станет вопрос, то равноправная во всех, повторюсь во всех отношениях женщина, заработает на жизнь себе и детям. Пусть скромную, без излишеств, зато без унижения. Речь о миллионах неравноправных женщин. Об их потенциале,для государства, общества, который не используется, не ценится, не понимается и затаптывается мужчинами.
- Ты меня затоптала жена своими аргументами ума и эмоциями обиженной за всех сестер по полу женщины.
- Страшные вещи творятся, Хес, по этой причине. Женщины не защищены законом. Даже имущественное право унижает их. Не говоря о семейном. А незаконнорожденные дети? Возьми твоего брата — дрянь человек, но не в этом суть. Почему он юридически унижен в своих правах? Ведь все люди равны перед Богом, а люди наплевали на это и ввели свои законы и клюют таких детей и их матерей. Растаптывают их человеческое достоинство. Если бы всё было иначе, гуманнее, то многих преступлений со стороны женщин просто не было бы! Она пошла к себе в спальню, недолго шуршала там и вернулась в мою, у нас ней смежные спальни.
- Вот тот самый конверт, что леди Джеральдина завещала своему приёмному сыну, обгорели края у пергамента. Он по пути на улицу выбросил в камин, но всё хорошо читается. Вот архив леди Маргарет, твоей уважаемой тёти. настоящей матери Германа. Хотела уберечь тебя от этого, но вижу - нарывы без боли не вскрываются.
Амелинда здорово разгорячилась тогда, глаза её сверкали гневно. Непонятно только на кого она гневалась. Я чувствовал, что не на меня.
- Хессел, читай и думай: если бы не было позора и унижений женщине, родившей вне брака, то не было бы мести тебе и твоему отцу. Нужны законы о защите детей, о материнстве, о лишении недостойных родителей родительских прав, много чего нужно было давно сделать. А «умные» мужчины всё друг с другом не тем умом меряются.
Выбрал время. Прочёл. Тщательно сжёг. Хорошо, что сердце у меня, оказывается, здоровое. Иначе бы умер. Господи, прости ей грехи её тяжкие. Моего отца тётя Маргарет уморила. Очередь дошла до меня. Почти достигла цели. Мои дети никогда не узнают об этом. Тут я с женой согласен.
Главные, основные законы должны быть едины во всём королевстве Ольдфрисандском. После коронации, на которую обещал приехать сам император с сыном Виктором, мы как верховные законодатели будем обсуждать этот вопрос. Буду предлагать много нового в новое законодательство. Женские законы поручил жене. Влезла, пусть отдувается. Из вредности она сказала, что одна думать не будет, созовёт женсовет. Показать мне хочет: «Я настолько умна, что позволяю себе использовать чужие мозги». Ну-ну, посмотрим, чего бабьё там всеобщим разумом намозгует.
Перемена деятельности здорово прочищает мозг от ненужных запоздалых переживаний, они называются - рефлексии. Вот чтобы не рефлексировать и смотреть на жизнь веселее, по научному с оптимизмом, я взял с собой на проверку морского порта и работы на дамбе семью, жену и детей. К Харальду прицепились его дружки, все верхами. Кони стали более работоспособными, свежая трава и немного овса - они как и люди рады горбушке хлеба, сморщенной морковке. Дети таскают в конюшню и на псарню потихоньку еду. Буянка моей жены никак не желает подружиться с фризами. Она злобно скалится, стоит кому то подъехать поближе. Видимо тоскует по родным местам и по своим лошадиным друзьям.
Не торопя коней, спускаемся с холмов к морю. Май бушует вокруг и внутри. В начале мая на берегу Северного моря, погода переменчива. Это переход от прохладных дней с дождём и ветром к теплу. Но тёплый только воздух с запахом соли и водорослей, а море пока холодное, большие волны несут на берег новые кипы водорослей, топляк из рек и прочий морской мусор. Штормит не сильно. Рыбаки бесстрашно выходят на яликах и баркасах в море. Появляются первые косяки рыбы, предвестники начинающейся морской жатвы. Мы пережили голодное время. От однообразного рыбного рациона ещё никто не умирал.
Линда спешилась, поругала Буянку, за плохой характер, привязала её к большому бревну и пошла вдоль берега. Она ковыряется в этой склизкой массе водорослей, кучами захламляющей берег. Что ищет? Парнишки с Харальдом и собаками весело носятся по песчаному откосу, придумали съезжать с него на заднице. Вспомнил себя... Кларисса сидит у меня в седле впереди и не закрывает рта: бесконечные «почему», «зачем» и «как» радуют меня всё меньше. Устал.