Возвращение ликвидатора. Новые игры
Выбрал разрыв дистанции. Лестничный пролет скроет меня от убийцы, а чтобы преследовать, ему придется ускорится и сбить прицел. А там его можно будет и подловить уже, если повезет, конечно.
До девятого этажа я домчался так, будто предыдущих восьми и не было. Прижался к стене, пытаясь сквозь грохот сердца о ребра расслышать шаги преследователя. По логике вещей, он сейчас должен топать, как слон, но нет. Кроме своего дыхания и уже упоминаемого стука сердца, я ничего не слышал.
«Оценка». – приказал я Кукле, соскальзывая частью сознания в Чертоги. Подобный режим позволял немного «растянуть» время, уместив в одной секунде полторы, а то и две.
Та, понимая в какой мы сейчас оба находимся ситуации, сразу же перешла в режим живого компьютера.
«Пистолет с глушителем. Одиночный выстрел. Преследователь – новус. Вероятнее всего – гибрид с навыком маскировки».
Удобно все-таки иметь в голове независимые вычислительные мощности другой личности, заточенной прежде всего на анализ. Пока я, вывалив язык, несся через ступеньки, она сумела считать все данные, которые успели заметить мои глаза и уши. Даже те, которым я внимание не придал. Осознанно, я заметил только угол вхождения пули в стену. На оценку остального не было времени.
«Рекомендации?»
«Разрыв дистанции».
Хоть и ничего нового, но разумно. Не, чисто в теории, я мог бы попытаться навязать «стелсеру» бой, но результат его не смогла бы предсказать ни одна, даже самая умная аналитическая машина. А мне бы хотелось действовать наверняка. Так, чтобы по итогу остаться живым и здоровым. У меня, знаете ли, большие планы. Не хотелось бы слить их в унитаз в самом начале пути.
Так что пришлось уходить. Кукла даже план на скорую руку накидала. Еще вверх на пару пролетов, там нажать кнопку пожарной тревоги, зайти на десятый этаж. Направо и налево – длинный коридор, с расположенными по обе стороны дверьми номеров. Ныряю в ближайший – мастер-карта мне в помощь, и с телефона вызываю охрану. Это в любом случае будет быстрее, чем уходить по лестнице.
Потом сидеть за запертой дверью и ждать, пока четверо Воинов – штатное подразделение службы безопасности отеля – гоняет несостоявшегося убийцу по этажам. Не факт, что поймают, но точно спугнут и заставят отказаться от попыток меня прикончить.
Замечательному этому замыслу было не суждено сбыться. На десятом этаже, пущенная снизу пуля срикошетила от бетона ступени, и пробила мне левую икру. Потеряв часть энергии при столкновении с первым препятствием, вошла неглубоко – пробила лишь кожу и завязла в первом же слое мышц. Но, и это минус, осталась в ноге.
– Ах ты ж сука! – возопил я, падая вперед, едва успев выставить руки, а то бы лицом как раз в бетон вписался.
«Четыре. Три». – начала отсчет Кукла.
В боевом режиме, в котором я находился, пояснения не требовались. Это в другое время, я бы начал тупить, задавать вопросы, мол, а что это ты, дорогая, считаешь. Сейчас же я понимал напарницу с полуслова. Аналитик мгновенно рассчитала скорость движения противника, совместила ее углом выстрела, и выдала время подхода убийцы.
«Два. Один».
Мне удалось закончить как раз к единице. Перевернуться на спину, и ударить перед собой Криком. Недоульта ударила в воздух, где предположительно должен был находиться враг. И из пустоты на секунду выпала фигура.
Женщины.
Не пульсируй болью моя нога, не будь я загнанным, как конь после часовой скачки, мог бы и протормозить. Все-таки, основы норм поведения закладывают в детстве, а преследуют нас они потом всю жизнь. Одна из таких максим – девочек бить нельзя. Родители объясняют, что они слабее, их надо защищать, но никто, ни мама, ни папа, ни бабушки с дедушками, никогда не говорят, что однажды на твоем жизненном пути вдруг появится представительница прекрасного пола с пистолетом в руке. Которая уже дважды в тебя стреляла, и одним выстрелом продырявила тебе ногу.
Так что, среагировал я не по-джентльменски. Резко выбросил тело вперед и снарядом врезался в убийцу. Она взмахнула руками – стояла на три ступеньки ниже меня – и кубарем покатилась вниз. Вместе со мной. Продолжающим остервенело наносить удар за ударом.
Остановились мы на пролете между этажами. Она – без сознания, я – в крови и синяках. Но хоть не сломал себе ничего, а кровоподтеки заживут. Как и рана на ноге, надо только пулю будет достать.
«Кидай эту суку в Чертоги, пока она в себя не пришла!»
Впервые с момента первого выстрела, Кукла позволила себе эмоции. Не страх – боятся моя помощница не умела в принципе. Злость – вот что она испытывала сейчас. Кто-то напал на нас. Сделал это подло, со спины. Хотел не унизить, а убить. Это требовало наказания.
«Ага». – отозвался я.
Положил свою ладонь к тонкому запястью женщины, там, где рукав кремовой рубашки задирался, и потянулся мыслями к тусклому огоньку ее сознания. Миг, и несостоявшаяся убийца оказывается в виаре Наставник. Такая же бесчувственная, как и в реальности.
Я же материализую из воздуха пластиковые стяжки, переворачиваю противницу на живот, и без затей фиксирую ей руки за спиной, и ноги в щиколотках и коленях. Как там в Библии говорится? «Что вы что вы свяжете на земле, то будет связано на небесах». Что-то в этом роде. Спеленутый в моих Чертогах человек и в реальности не сможет руками махать.
Только после этого я вываливаюсь в настоящий мир, и начинаю осматривать пленницу. Лет двадцать пять на первый взгляд, но внешность может быть обманчивой – новусы же. Светлые волосы, собранные на затылке в короткий хвостик. Правильные черты лица. Немного крупноватый, в пропорциях к лицу, нос, будто у нее в предках греки или армяне были. Тонкие губы, накрашенные яркой помадой.
Одета – повседневно. Кремовая блузка с длинным рукавом, темно-серая юбка длинной до колена, туфли без каблука с мягкой подошвой – ага, вот почему я ее шагов не слышал! Сумочка, маникюр, кулон на груди и крохотные сережки-гвоздики в мочках ушей. Взглянешь на такую, никогда не подумаешь, что у нее в сумочке пистолет.
А он, тем не менее, есть. Вот, рядом лежит. Модель, естественно, незнакомая, я такие в начале двадцать первого века изучать не мог, а сейчас – как-то все времени не было. Однако, ничего выдающегося он из себя не представлял. Рамка со стволом и спусковой скобой, рукоять, вставленный в нее магазин. Ну, глушитель еще. А так, ничего такого, что я прежде не видел.
То, что технологии за без малого век не изменились, меня уже не удивляло. Консерватизм нынешнего общества можно было сравнить с комаром, застывшем в меду. Какое-то движение есть, но настолько неторопливое, что просто капец. С другой стороны, когда у тебя элиту общества составляют люди со сверхчеловеческими возможностями, живущими минимум вдвое дольше обычных, нафига меняться?
Пистолет отправляется в дамскую сумочку, та – мне на плечо и за спину. Сама наемница ухватывается под мышки и тащится наверх. На десятом этаже – жать кнопку пожарной сигнализации уже не нужно – я заволакиваю ее в один из номеров, и уже в реальности фиксирую на стуле разорванной наволочкой. На всякий. Черт их знает этих гибридов! Может у этой конкретной дамочки есть возможности вырваться из виара Наставника.
Фуф! Теперь можно выдохнуть и начать думать о чем-то за пределами выживания. Итак, меня хотели убить. Профессионал. Вооруженный. Специально пришедший в отель, то есть знавший, что найти меня можно здесь. Смешавшийся с толпой, некоторое время следивший, и когда подвернулась оказия – атаковавший. О чем это все говорит?
– О том, что ты умудрился за очень короткий срок оттоптать очень много ног. – заявила Кукла, материализуясь из воздуха. В целях экономии времени, мозговой штурм (как и последующий допрос), я проводил в Чертогах.
– Есть такое. – был вынужден признать я. – Но оно как-то само!
– Типичный Лях. – фыркнула девушка. – Что до подозреваемых… Навскидку могу назвать четверых. Воронцовы, Ланские, КОПы и Козыри?
– Стикс? – ухватился я за последнее предположение. – Узнал, кто стоит за его неудачей, и решил отомстить?
– Возможно. Князей ты сразу со счетов скидываешь?
– Да не стали бы они. С мокрухой вязаться ради того, чтобы получить отель? Они больше геморроя выхватят, чем профита. С моей смертью активизируются родичи графа, желающие вернуть собственность в лоно семьи, и копы, для которых моя смерть станет поводом прижать аристо.
– Допустим. А сами охранители?
– Охренители они, а не охранители! Уроды, блин! Не, Кукла, я если и злюсь на кого-то в этой истории, то больше всего на них. Замутили интригу и свалили в туман! Ни поддержки, ни помощи, ни охраны.
– Мы оба понимаем, почему они так поступают.
– И что, мне сразу должно стать легче дышать? Да вот нихрена!
– А они сами не могли?
Тут я всерьез так задумался. Могли? Да. Зачем? Понятия не имею. Если я чего-то не знаю в их раскладах, это не значит, что у них нет достаточно логичных причин меня убить. Взять, к примеру, ту историю с Наставником, который меня атаковал, а потом еще и обозвал Разрушителем Миров. Я, помню, когда у Ледящева про его судьбу спросил, куратор отчетливо так напрягся. А вдруг его руководство решило, что Денис Пичуга задает неправильные вопросы и вообще – слишком много знает? И приказали меня убрать?
Зная конторских – они вполне могли так поступить. Вот только рассуждать об подобном без серьезных доказательств – путь в никуда. Накрутить-наворотить сложные схемы и хитропланы можно, приплести рептилоидов, жидомасонов и Нибиру, но все в жизни, как правило, проще. Так что, нет. Я не думал всерьез, что за покушением стоят копы.
– Тогда остаются Козыри. – подвела итог напарница.
– Один конкретный Козырь. – поправил ее я. – Другим я, вроде, дорогу пока не переходил.
– Ох, как мне нравится твой оптимизм! – захлопала в ладоши Кукла. Вмиг превратилась из легкомысленной няши в серьезную барышню и ткнула пальцем в пленницу. – Давай у нее спросим? Она уже пришла в себя.
Главное правило виара или, как я его называю с недавнего времени, Чертогов, здесь все происходит по моей воле. Моя голова, так-то. Более могущественный псионик может попытаться навязать свои правила, но исходно – здесь сила на моей стороне.
Так что, я заметил, как женщина пришла в себя. Она могла сколько угодно притворяться, но толку от этого было чуть.
– С добрым утром, красавица! – поприветствовал я ее, создавая стул напротив и усаживаясь. – Давай знакомится. Меня зовут Денис, а тебя?
На самом деле, на мой вкус она тянула максимум на «ниче так», но я же не изверг какой, сразу подобное женщине вываливать. Вот избить, оглушить, затащить в виар, привязать к стулу и устроить допрос – совсем другое дело.
– Лучше бы тебе меня отпустить. – спокойно ответила она. Слишком спокойно для той, кто пришел в сознание, находясь в плену.
– И ты тогда не станешь меня убивать? Дамочка, ты хотя бы причинно-следственные связи в расчет бери, а? Хотела меня пристрелить, а теперь требуешь освобождения. Логика где?
– Ты перья не распускай, мальчик! Думаешь, удержать меня в своих Чертогах?
О, так это, оказывается, не того психованного Наставника придумка? Все новусы называют виар чертогами?
– Не удержу, да? Так, а чего ты тогда говоришь, чтобы я тебя отпустил? Нет, Кукла, поизмельчали нынешние киллеры. Совсем в логику не могут!
Пленница только сейчас заметила, что мы с ней в «комнате» не одни. Моя напарница держалась у убийцы за спиной, а теперь вышла вперед. И это сразу же разбило покерфейс женщины. До этого момента она считала, что имеет дело со слабеньким Наставником, у которого данный тип не доминантный – ну, не упомянул заказчик о такой малости! И тут вдруг выясняется, что «цель» способна вводить в виар сразу двух пользователей, а это уже совсем другой уровень силы псионика.
Как следствие, надежды на то, что я быстро истощу свои резервы, и она сможет вырваться, растаяли, как утренний туман.
– Осознала? – хмыкнул я. – Тогда давай попробуем начать еще раз. Как зовут? Кто послал?
Молчание. Сообразив, что на голос меня не взять, пленница решила играть в партизана. Ну, ничего. Пытки быстро меняют подобный настрой. Не то чтобы я был в них мастером, но ведь это виар! Как в хирурга на компе играть – чего не делай, а пациент все равно не умрет. Ну, максимум, от разрыва сердца, но что-то мне говорит, что дамочку с пистолетом таким банальным способом не убьешь.
– Просто для понимания. – с улыбкой Джокера, растягивающей мои губы, произнес я. – Мы в моем отеле, в одном из пустых номеров. При полном погружении в Чертоги, я могу замедлять время от объективного в три раза. Дел на сегодня у меня нет, а мать к ужину начнет искать самое большое через четыре часа. Так что, прежде, чем я начну, ответь себе на вопрос – ты выдержишь двенадцать часов нон-стоп самых изощренных пыток?
Эпизод 6. Выбор
Пленница продержалась три часа. В виаре, естественно. В реальности мы с ней проторчали в номере около полутора часов. Да, я соврал про скорость замедления времени, но это военная хитрость такая, так что не мне не стыдно. Да и она правды никогда не узнает.
Главное, раскололась. И рассказала очень много интересного. Совсем не того, чего я ждал, но все равно очень увлекательного и интригующего. В какой-то момент, как раз, когда женщина начала говорить, я вспомнил, что уже давно не выходил на связь, и меня мать хотела видеть. Так что ненадолго вынырнул из Чертогов, отзвонился управляющему, сообщив, что я немного залип на личных делах и Анну Алексеевну посещу чуть позже.
«Вот с пытками закончу – и сразу к ней!» – захотелось сказать под конец, но я, естественно, этого не сделал.
Да и то, строго говоря – пыток-то не было. Я просто моделировал в своем разуме различные ситуации, смотрел на реакцию пленницы и корректировал их. В итоге, выяснилось, что дамочка панически боится змей. Такая неожиданная фобия у наемной убийцы, надо же!
Но, к делу! Если коротко, то нанял Ларису (так она представилась), вовсе не Стикс. Как выяснилось, Козыри, как и князья с копами к нашей встрече вообще не имели никакого отношения. Заказчиком выступил – барабанная дробь! – Валера Мельников! Да-да, тот самый тупорогий одноклассник, который уже однажды (тогда – случайно) убил Дениса Пичугу. Теперь, как выяснилось, снова решил повторить злодейство. Только на этот раз не своими руками, а оплатив услуги наемника.
Это же насколько его должна была заесть обида на меня, а? Ну, подумаешь, вырвался паренек из твоей хватки, независимость демонстрирует, морды присным бьет – так что же, сразу убивать? Придурок, ей богу! Не придумал ничего умнее, кроме, как зайти в даркнет и найти там наемного убийцу.
Я, честно говоря, в шоке был.
Просто… Обычно таких реакций ждешь после серьезных каких-то залетов. Ну, типа, я обесчестил бы его сестру или заделал ребенка тетушке. Растоптал его честь, достоинство и человеческую нравственность особо циничным образом. Но за школьные разборки киллера нанимать? Серьезно? Это, как говорили в моем времени – эребор!
– И во сколько я обошелся? – уточнил я у уже расслабленной и охотно отвечающей на все вопросы женщине.
Дурында, наверное, думала – ну че там пацан сможет придумать? Соски, небось, выкручивать будет или насиловать. Подросток же! Сюрприз! Тяжелая жизнь, постоянные испытания и большой жизненный опыт быстро продемонстрировали наемнице всю глубину ее заблуждения.
К слову, последние пятнадцать минут мы с ней общались вполне мирно. Ну, когда она поняла, что пионера на допросе в гестапо корчить смысла больше нет. Я задавал вопросы, она отвечала. Пастораль! Можно сразу было с этого начать.
– Двадцать пять тысяч. – ответила Лариса.
– Это много или мало? – так-то я понимал, что сумма для школьника крупная, и на столовских обедах ее не сэкономишь. Но мне же хотелось понять уровень цен на рынке криминальных услуг. Вдруг придется воспользоваться?
– Ты не казался… сложной целью.
– То есть, не слишком-то много? А за убийство князя ты бы сколько взяла?
– Какого князя?
– Да любого! Настоящего аристократа, новуса, живущего в жутко охраняемом особняке, набитом телохранителем и системами безопасности?
– Я бы не взялась… Не мой уровень.
– Это хорошо, что ты понимаешь свои пределы. Но все-таки. Мне, чтобы порядок цен понять.
– Такие заказы начинаются от пяти миллионов.
Я даже присвистнул. Ну ничёсе! Пять лямов! И это еще нижний ценовой предел. Хотя, чего я удивляюсь – аристо сами по себе монстры, а не люди, так еще и личными армиями себя окружают. На вынос такой цели надо собирать неслабую команду, вооружать ее по последнему слову техники, подкупать ближний круг, несколько недель только планировать операцию… И то не факт, что получится.
А тут я – обычный одаренный школьник. На которого с небес пролилась благодать, и который не удосужился в связи с этим обзавестись охраной.
– М-дя… – протянул я. – Двадцать пять штук. Даже обидно как-то.
В нашей беседе с наемницей образовалась небольшая пауза. Я размышлял о том, что мне делать с этой новой информацией, наемница же смиренно молчала, ожидая, когда ее тюремщик разродится новыми вопросами. А, нет, гляди-ка! Решила без спроса рот открыть!
– Кто ты такой?
Закономерный вопрос. Так-то, дамочка уже поняла, что мальчик перед ней – не совсем мальчик. И рискнула выяснить, под чьи танковые гусеницы ее злодейка судьба бросила.
Что подводило меня к другому вопросу – с ней что делать? Убивать? Понятно, что это самый простой вариант, но тело-то куда девать? Что-то я сомневаюсь, что управляющий отелем, при всей его лояльности, поможет мне избавиться от трупа.
Есть, конечно, вариант, довести до сердечного приступа и оставить где-нибудь на лестнице или в коридоре. Мол, шла красавица по своим делам, песенку под нос мурлыкала, и вдруг моторчик перестал послушно качать кровь и лопнул. Бытовая смерть – получите и распишитесь.
Может сработать? Вполне! Только от такого подхода следы все равно останутся. Особенно для тех, кто будет знать, что и где искать. Я ведь и на камерах засветился, когда ее по коридору в номер волок. Без мертвого тела никто, если сразу не заметил, специально их просматривать не будет. Зато, когда обнаружат наемницу – тут же посадят всю дежурную смену за просмотр записей.
А мне на себя мокруху вешать нельзя, за мной копы пристально наблюдают. Нафига им давать еще один рычаг давления на меня? Не, я, конечно, владелец, и записи могу изъять. Но это тоже породит вопросы. На которые, возможно, в будущем придется отвечать.
Выводить ее из отеля и там кончать? Тоже такой себе вариант. Где-нибудь наслежу, я же не профессиональный киллер, чтобы уметь заметать за собой.
Видимо, пока я размышлял о будущем несостоявшейся убийцы, что-то на моем лице отразилось. И женщина все поняла.
– Прости! – зачастила она. – Это не мое дело! Будь ты хоть чертом – мне все равно! Не убивай меня, прошу!
Похоже, она решила, что убивать я ее буду за то, что она посмела спросить кто я такой.
– Ну-ну. – буркнул я. – Ты еще о детках, что дома ждут расскажи. Сама-то стреляла в меня без тени сомнения в своих красивых глазках.
– Пожалуйста!..
– Лариса, ты ведь неглупая баба, да? Ну, сама тогда прикинь – какие у меня еще варианты? Да, твоя смерть мне не слишком нужна, но и жизнь, если разобраться, тоже. Всем будет лучше, если тебя не станет. Ну, мне так точно.
Врать ей в глаза у меня не было ни сил, ни желания. Пусть лучше сразу поймет, что «долго и счастливо» ей не светит. В конце концов – работа у нее такая. Связанная с риском.
Но женщина сумела меня удивить.
– Оставь мне жизнь и я присягну тебе!
– В смысле?
Не то, чтобы я прямо заинтересовался, но любопытство в моей душе ей разжечь удалось. Что еще, нафиг, за присяга? И почему ее достаточно, чтобы она осталась жить.
– Я стану твоей слугой!
– Слушай, секс-рабыни нас не интересуют. – вклинилась в диалог Кукла. Она, напомню, присутствовала на допросе от начала до конца. – Да и иметь под рукой шлюху, которая может тебя прирезать во сне – такое себе.
– Кто говорит о сексе, Денис? – на мою напарницу пленница даже не посмотрела. – Я предлагаю тебе свою жизнь, как вассал! Я, между прочим, тоже, дворянка!
– Ой, да тут в кого ни плюнь – дворяне! – не унялась Аналитик. – Тоже мне!
Я с укором взглянул на нее, мол, ну чего ты напустилась? А потом дал знак, что поговорить требуется без свидетелей. И, желательно, обладая какой-то информацией по вопросу.
Так, что оставив женщину в Чертогах, сам я вывалился в реальность. Что ни говори, а на крючок она меня подсекла. Стало интересно, что же это такое она предлагает, что сама, вполне искренне считает, что это сработает? Ведь не врет же – меня в моем же сознании обмануть может только совсем нереальной мощи псион.
Оказавшись в номере, я вытащил телефон и тут же вошел в интернет. Забил в поисковик «вассалов», «присягу» и погрузился в чтение.
«Ну, что скажешь?» – через несколько минут спросил я у Куклы. Зная Аналитика, она прочла все еще раньше моими глазами, и уже успела сделать выводы.
«Интересный вариант. – протянула девушка. – Нет, в самом деле интересный. Пойти на такое добровольно только, чтобы тебя убить… Не, сомневаюсь. Скорее всего, она искренне желает таким образом спасти свою жизнь».
«Вот и мне так кажется. Воткнуть себе в голову бомбу не каждый рискнет».
Суть института пожизненного вассалитета, о котором говорила Лариса, заключалась вот в чем. С момента принесения клятвы, а процедура эта добровольная, она отказывалась от своего права на жизнь, и передавала ее в мои руки. Причем, не фигурально. На разум вассала ставилась ментальная блокада. Сделать это мог любой сильный Наставник, правда, при условии, что вассал полностью открывал ему себя.
Итогом становилась такая вот вынужденная верность и преданность, ведь по сути слуге прошивали новые поведенческие паттерны. Служить господину и умереть на месте, если вдруг задумаешь против него что-то недоброе.
Уж не знаю, что за придурок из новусов это придумал, но штука реально жесткая. И не слишком распространенная. Обычно, таким образом поступали с проштрафившимися аристократами, убивать которых было не выгодно, так как на их жизни было завязано множество других вопросов. Или – они могли потом пригодиться.
Но главное, подобное можно было проделать только при согласии жертвы. В интернете встречались упоминания о неком князе Арефьеве, живущем в Иркутске, который таким образом обзавелся двумя личными слугами – сыновьями своего погибшего врага. Они стали его телохранителями. Довольно садистский способ расправы, ведь даже помыслить против своего господина они не могли. Но, сами себе такую судьбу выбрали. Как говориться, выбирая между смертью и бесчестием… Или там про войну и позор было? А, да пофиг, вообще!
«А делать с ней что после этого?»
«Блин, Лях! Она убийца! Придумаем какое-нибудь применение ее талантам!»
«Да как-то стремно… – протянул я без особой уверенности. – Это же фактически рабство».
«А чего я тебя уговариваю? – возмутилась подруга. – Вали ее тогда и дело с концом!»
«Может, это действительно более простой вариант…»
Но, чем больше я об этом думал, тем больше мне предложенный Ларисой вариант нравился. Имелись в нем, конечно, и минусы. Взять хотя бы лежащие на поверхности. Если я оставлю ей жизнь, что с ней делать? Держать при себе? В каком статусе? А зарплату платить? А как матери это все объяснять?
Но плюсы все равно перевешивали.
«Да решил же уже все! – рявкнула в голове Кукла. – Сколько можно сиськи мять?»
«Да иду я, иду!» – отмахнулся я от помощницы, и вернулся в Чертоги.
– Лариса, ты хорошо подумала? – уточнил я первым делом.
В реальности я провел около пяти минут, которые для пленницы превратились в десять. И она аж извелась вся. Сразу же, стоило только вопросу прозвучать, выпалила.
– Да! Я готова! – и уже тише. – Ты сам сказал, что я не глупая. Других вариантов выжить у меня нет. Не после того, что я видела.
А, главное, что она тут видела-то? Ну да, мальчишка с силой не по рангу. Слишком умелый и хладнокровный для такого нежного возраста. Слишком, скажем так, изобретательный. Маловато для такой реакции или в самый раз?
– Я все понимаю. – продолжила меж тем она. – Ты скрываешь свою истинную личность. Не знаю, по какой причине, и меня это не должно касаться, но с сильным господином и слуга возвысится!
Да уж. Тут только валить или на короткий поводок ментальной присяги. Но наворотили-то, наворотили! Слуги, господа – девятнадцатый век какой-то!
– Хорошо. – оборвал ее я. – Значит, так и решим. Ну, давай тогда, приноси присягу. В Реестровый Приказ потом уже сходим, чтобы тебя зарегистрировать, как положено. А пока главным займемся.
Вся процедура не заняла много времени, да и сил от меня почти не потребовала. Основная нагрузка легла на Ларису, которая добровольно погрузилась в полурастительное состояние, позволяя мне хозяйничать у нее в мозгах. В процессе я много узнал о той, кто поклялась мне служить. Действительно, не высшая лига. Гибрид четвертой ступени с псионической доминантой – то есть, ничего большего, кроме как отводить глаза людям и камерам, она не умела.