Мой магический год: сезон тыкв

© Терновская Т., текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Глава 1

– Мирабель, беда! – Когда на рассвете ваш учитель магической кулинарии вваливается к вам в дом с такими словами и самым несчастным видом, а потом падает в обморок, немудрено запаниковать. Но мне удалось привести его в чувства, проводить на кухню и быстро заварить мятный чай с небольшим количеством кристаллов спокойствия.

Сделав пару шумных глотков, учитель немного пришел в себя и начал свой рассказ…

За неделю до этого.

Я переворачивала тыквенный оладушек на сковородке, когда на кухню зашла мама, возмущенно потрясая свежим номером «Колдслендского вестника».

– Нет, вы только гляньте, что задумали эти Милдбургские проходимцы! – воскликнула она, швырнув раскрытую газету на стол.

Папа и младшие братья с любопытством подались вперед, а я тем временем выложила на сковородку очередную порцию теста и хмыкнула. Каждый год в октябре, незадолго до Самайна[1], начиналось «великое противостояние» между городами нашего графства: Рейнстауном, Виндсити, Милдбургом, Свелтерфордом и нашим родным Колдслендом. И было бы из-за чего спорить?! Города-то, по сути, мало чем отличались друг от друга: маленькие, провинциальные, населенные в основном фермерами и лавочниками, но именно из-за сходства их жители, а особенно мэры, стремились доказать, что они лучше других. Когда графство делили на районы, каждому городу досталось по одной природной особенности, и постепенно их превратили в главные фишки.

Например, наш родной Колдсленд находился севернее остальных, и на его территории были расположены ледяные пещеры, в которых царил мороз даже в самые жаркие летние месяцы. Поэтому лед и стал нашим неофициальным символом. Название каждой улицы в городе олицетворяло зимнюю стужу (у нас был даже Ледяной проспект и Морозный переулок), дома украшали изображения снежинок, плафоны фонарей были сделаны в форме ледяных глыб, и почти в каждой лавке торговали льдом. А зимой Колдсленд и вовсе превращался в неофициальную зимнюю столицу графства.

Рейнстауну, располагавшемуся по соседству, достался лес, и там с незапамятных времен процветало пчеловодство. Нетрудно догадаться, что их символом стала пчела и весь город напоминал один большой горшочек с медом.

Милдбургу повезло с заливными лугами, на которых паслась особая порода коров, дававшая лучшее в мире молоко (по утверждению самих жителей города). Милдбург снабжал графство разнообразными молочными продуктами, а его мэр который год пытался присвоить городу славу изобретателей мороженого.

Виндсити посчастливилось присоединить к своей территории большое озеро. Там не только ловили рыбу, но и каждое лето устраивали парусные регаты. Чтобы еще больше подчеркнуть свою особенность, в городе прорыли каналы, и он почти превратился в плавучий остров, чем жители Виндсити очень гордились.

И, наконец, Свелтерфорд частично забрался на предгорья Седого хребта и развил выращивание и производство чая. Это, конечно, давало им некоторое преимущество, ведь чай был главным напитком в королевстве. «Без чая нет обеда», – любила повторять моя мама, хотя и отказывалась признавать превосходство свелтерфордской продукции. «Им просто повезло», – говорила она, намеренно пересыпая сухие темные листья из фирменной коробочки в обычную стеклянную баночку. «Чтоб этикетка выскочек из Свелтерфорда глаза не мозолила». И так думала не только моя мама.

Практически каждый житель графства превозносил свой родной город и старался всячески принизить заслуги соседей. Борьба была ожесточенной и длилась не одно десятилетие, пока не превратилась в настоящее состязание. Поводом стали два важных события – праздник урожая Самайн, который отмечался в ночь с тридцать первого октября на первое ноября, и приуроченный к нему ежегодный визит короля Вильгельма. Я до сих пор не понимаю, как людям пришло в голову устроить из радостного дня практически битву, но именно это и произошло. Мэры и простые жители из кожи вон лезли, чтобы впечатлить Его Величество, заслужить похвалу и почетное звание осенней столицы графства, а потом весь оставшийся год важничать перед соседями из менее удачливых городов.

Противостоянию способствовала и особая магия праздника. Дело в том, что на Самайн приоткрывались границы между мирами и можно было делать вещи, недоступные в другое время года. Например, вызывать мертвых. Разумеется, с большими ограничениями. Во-первых, делать это могли не все, а только специалисты с дипломом Академии магии (а их в нашем графстве раз-два и обчелся). Во-вторых, беспокоить покойных разрешалось только по важным поводам и с согласия городского судьи, например для разрешения споров о наследстве, установлении родства и раскрытия преступлений. Впрочем, некоторые и тут умудрялись устроить очередной семейный скандал, не давая усопшему покоя даже на том свете!

Но магия работала не только в ночь самого праздника – уже с первого октября начинались едва заметные перемены, которые замечали лишь люди с тонким чутьем. Листья падали иначе: теперь в их шелесте слышался шепот из потустороннего мира. В город слетались вороны, которые сидели на крышах и фонарных столбах и молча наблюдали за прохожими. Во влажном осеннем воздухе повисало тревожное ожидание. Но главным были тыквы. Никто точно не знал, почему так происходило. Наверное, дело в том, что Самайн был праздником урожая, а тыква всегда считалась главным символом плодородия в наших краях. Так или иначе, именно через тыквы и начинала просачиваться магия Самайна. Конечно, обычный человек без образования и особых способностей мало что мог сделать (да никто из фермеров не рисковал колдовать в такое время), а вот опытные чародеи использовали тыквенную магию себе на пользу.

Вообще особое самайнское волшебство открывало большой простор для возможностей, вот только наши мэры растрачивали его совершенно бездарно, на какие-то глупые соревнования. Я положила готовый оладушек на стопку других и отнесла блюдо на стол, где тем временем вовсю шло обсуждение «Милдбургских проходимцев».

– Представляете, они решили установить на главной площади музыкальный фонтан, чтобы порадовать Его Величество любимыми мелодиями. – Мама скривилась. – Можно подумать, в столице такого нет! Ха! Нашли чем удивить!

– Ты права, милая, – поддакнул папа, перекладывая горячие оладушки себе на тарелку.

Я села рядом с Сэмом, самым младшим из трех моих братьев, которому стукнуло пять лет, и налила ему какао. Кухню наполнил аромат шоколада, который отлично сочетался со сладким запахом спелой тыквы. Рядом тут же послышалось жалобное поскуливание моего фамильяра, мопса по кличке Маффин, который, как обычно, изображал из себя умирающего от голода. Я покачала головой, намекая, что он и так уже съел сегодня больше положенного. В ответ Маффин фыркнул и перебрался попрошайничать к моим братьям.

– И кто же такое удумал? Неужели их мэр? – продолжала возмущаться мама.

Я понимала, почему она так реагирует. Несмотря на старания нашего города, именно Милдбург в прошлом году удостоился особой похвалы от Его Величества и забрал звание осенней столицы графства. Мама, как и большая часть жителей Колдсленда, жаждала реванша.

– Ну и хорошо, что они решили установить музыкальный фонтан, значит, у нас больше шансов на победу, – сказала я.

Но мама лишь хмыкнула.

– Какая уж тут победа! Помяни мое слово, что бы ни придумал наш мэр, эти проходимцы найдут способ все испортить, – проворчала она, намазывая на хлеб сливочное масло.

Я пожала плечами. Соревнования между городами меня мало интересовали, тем более сейчас имелись дела поважнее. Пусть это звучало слишком драматично, но сегодня должна была решиться моя судьба.

Поэтому, быстро проглотив завтрак, я поднялась на второй этаж. Там привела себя в порядок в ванной, затем переоделась в прогулочное платье и снова спустилась. Моя семья только заканчивала завтракать.

– Я поехала! – крикнула им из прихожей.

– Удачи, милая! – отозвался папа. – Оладьи сегодня были просто восхитительны!

В ответ на его замечание мама что-то проворчала, но я ее не услышала. Несмотря на солнечную погоду, во второй половине октября уже было довольно прохладно, поэтому я накинула пальто, обмотала вокруг шеи вязаный шарф, а на голову надела берет. В этот момент в прихожей появился Маффин. Судя по довольной мордочке, ему все-таки удалось выпросить у моих братьев немного еды.

– Знаешь, такими темпами ты скоро перестанешь помещаться в корзинку, – заметила я, имея в виду корзину на руле своего велосипеда, в которой обычно ездил Маффин.

Мопс ответил мне взглядом, означавшим: «Это не мои проблемы».

– Ну конечно! – я усмехнулась, а затем открыла дверь и вышла на улицу.

Как же все-таки красиво осенью! Моя семья жила на самой окраине Колдсленда, практически в деревне, и здесь смена времен года была особенно заметна. В солнечных лучах кроны деревьев то вспыхивали пламенем, то отливали золотом. На дороге лежал ковер из опавших листьев, который приятно шуршал, стоило ступить на него ногами. Казалось, что весь мир упакован в оберточную бумагу. Осеннее солнце было не таким жгучим, как летнее, – оно согревало ласково, не угрожая оставить на коже ожоги. А еще мне очень нравился запах осени! Стоило оказаться за пределами дома, как тебя окружал этот неповторимый аромат. Я точно не могла сказать, чем именно пахло. Была ли это древесина или влажная земля, или прелые листья, или горький дым от печи, а может, пряный запах свежеиспеченного тыквенного пирога, но стоило вдохнуть знакомый аромат, как появлялось ощущение уюта, а душу охватывала ностальгия по беззаботному детству.

Маффин гавкнул, вырвав меня из размышлений. Я подошла к велосипеду, на котором в любую погоду передвигалась по городу, и сняла его с подножки. Затем усадила фамильяра в корзинку, куда предварительно постелила теплый клетчатый плед. Когда мопс удобно устроился, я запрыгнула в седло и отправилась в путь.

Впереди меня ждал последний урок у учителя магической кулинарии, и я сильно нервничала. Не только потому, что мне предстояло сдать экзамен, но и из-за своего будущего, которое представлялось весьма туманным.

Дело в том, что мои родители были фермерами, и уже много лет они выращивали на нашем участке небесные бобы. По установленному правилу мне следовало продолжить их путь, ведь я уже достигла совершеннолетия. Вот только меня совсем не тянуло к фермерству. Моей страстью была магическая кулинария. Еще в детстве, когда бабушка научила меня азам работы с алхимическими порошками эмоций, я загорелась этим ремеслом. Чем больше времени проходило, тем отчетливее я понимала, что магическая кулинария – дело моей жизни. Я обожала готовить (и есть, конечно, тоже), к тому же обладала одновременно внимательностью, чтобы соблюсти рецепт и ничего не упустить, и воображением, позволявшим мне импровизировать, когда база уже освоена. Близкие и друзья неизменно хвалили мою выпечку, вот только… Вот только настоящие магические кулинары обучались в Академии магии, а моя семья не имела возможности отправить меня туда. К тому же я не была уверена, что справлюсь. Одно дело – стряпать на домашней кухне для своих близких, и совсем другое – готовить для других людей, да еще и за деньги. Мне становилось страшно, как только я представляла, что клиенты скривятся, пробуя мои десерты, назовут обманщицей и потребуют диплом Академии. Что я тогда им скажу? Мама всегда повторяла: «Если не уверена, не стоит и браться».

Но я все-таки рискнула и решила пройти обучение у местного преподавателя магической кулинарии, который когда-то сам закончил Академию. Я надеялась, что это поможет мне почувствовать уверенность в себе и своем мастерстве, ну или, наоборот, окончательно разочароваться и оставить затею с магической кулинарией. Но в итоге спустя несколько месяцев обучения не произошло ни того, ни другого. Я все еще не была уверена в своих силах, но и бросать любимое дело не хотела.

Как же поступить? Осталось всего одно занятие. После него мне нужно принять какое-то решение.

Увлекшись своими мыслями, я стала слишком быстро крутить педали и еле вписалась в поворот. Маффин недовольно засопел и посмотрел на меня с явным осуждением.

– Прости! – крикнула я, подъезжая к рыночной площади, располагавшейся почти в самом центре города. Там мне нужно было купить корицу для сегодняшнего занятия.

Я плавно затормозила и спрыгнула на мостовую, затем поставила на землю Маффина, который тут же принялся активно двигать своим носом-пуговкой. Уж что-что, а походы на рынок мопс любил, впрочем, как и все, связанное с едой.

– Не вздумай попрошайничать! – предупредила я, но фамильяр меня проигнорировал и устремился к прилавку с сырами. Ну кто бы сомневался!

Я покачала головой и нырнула в мир шумных торгов, буйства красок и невероятных запахов. Кстати, обоняние мне сегодня очень бы пригодилось, ведь я должна отыскать одну из самых редких специй. Я приглядывалась и принюхивалась к прилавкам, кивала знакомым продавцам и чувствовала себя в своей стихии, представляя, какие порошки эмоций добавлю в свое блюдо.

Почти век назад алхимики совершили грандиозный прорыв: научились превращать нематериальные чувства в материальные ингредиенты – порошки, пудру, эликсиры и тому подобное. Именно благодаря этому открытию появилась магическая кулинария. Концентрированные эмоции, будь то радость, ностальгия, надежда и прочее, помогали не только создать у человека нужное настроение, но и вызывали в памяти теплые моменты из прошлого. Попробовав сдобную булочку с тщательно подобранными алхимическими ингредиентами, человек словно бы переносился в детство и вспоминал, как после веселых игр с друзьями бабушка усаживала его за стол и угощала теплым молоком со свежим хлебом. Это наполняло сердце счастьем и ностальгией и превращало обычный прием пищи в особый момент. Именно поэтому я так ценила магическую кулинарию. Опытный мастер с помощью совершенно обычного и недорогого блюда мог заставить человека почувствовать себя счастливым. И я всегда мечтала научиться делать так же. Но достойна ли я этого? Обычная деревенская девчонка…

Разум опять опутали сомнения, словно липкая паутина. Я на секунду прикрыла глаза, заставляя себя выкинуть переживания из головы и сосредоточиться на цели, а когда снова открыла, увидела перед собой горку молотой корицы. То, что нужно!

Поздоровавшись, я попросила продавщицу наполнить небольшую баночку и хотела купить что-то еще, когда рядом раздался знакомый писклявый голос. В голове тут же мелькнуло: «Ну почему опять она?!»

– Вы только посмотрите на этот наряд, сразу видно, что перед тобой деревенщина! – громким шепотом сообщила Скарлет, а затем изобразила удивление: – А, это ты, Мирабель? Я тебя не узнала. Как там дела в вашей деревне?

А ведь день начинался так хорошо! Впрочем, столкновения с извечной соперницей мне было не избежать. Все-таки мы ходили на занятия к одному и тому же преподавателю.

Я выпрямилась и развернулась. Напротив меня стояла Скарлет Вивиан с прихлебательницами и ухмылялась, видимо, считая себя невероятно остроумной. Наученная горьким опытом, я старалась лишний раз ее не провоцировать, поэтому снова повернулась к продавщице и передала ей несколько медяков, надеясь, что на этом Скарлет успокоится. Но не тут-то было!

– Что, корицу покупаешь? – спросила она, заглядывая мне через плечо. – Нашла где брать! Я вот заказала баночку в самой столице. Там настоящая корица, не то что эта дешевка с рынка.

– Прошу прощения! – воскликнула продавщица. – Я отвечаю за качество своего товара!

Любой нормальный человек в этой ситуации устыдился бы и принес извинения, но только не Скарлет. Она бросила на продавщицу полный презрения взгляд и сморщила острый носик, словно уловила неприятный запах.

– А я не с вами разговариваю! – отрезала Скарлет. – И вообще, подслушивать чужие беседы невежливо, вы разве не в курсе? Ах да, откуда какая-то торговка может знать про этикет?

Прихлебательницы Скарлет, все это время маячившие у нее за спиной, противно захихикали, а продавщица аж задохнулась от возмущения.

– Извините нас! – воскликнула я и поскорее отошла от прилавка, чтобы не разразился скандал.

Скарлет, разумеется, увязалась за мной.

– Зря стараешься, – сказала она, вышагивая рядом.

– Ты же вроде говорила, что не любишь рынки, – напомнила я, – вот и шла бы отсюда!

С языка готовы были сорваться более грубые слова, но я сдерживалась. Дело в том, что отец Скарлет был весьма богатым и влиятельным человеком по меркам нашего города. Сам мэр почти каждые выходные захаживал к ним на чай. Так что, если обижу Скарлет, ничего не выиграю, а только наживу проблем своей семье, а нам они были не нужны.

– Да уж, мне не доставляет удовольствия ходить среди отбросов. Это ты привыкла жить в грязи на своей ферме, а вот я с детства вращаюсь в высших кругах, – хвасталась Скарлет. Она шла, выставив перед собой закрытый кружевной зонтик, словно меч, и расталкивала им людей, которым не посчастливилось оказаться у нее на пути.

Я промолчала. Честно говоря, намеки на мое деревенское происхождение давно перестали меня задевать. Поэтому Скарлет сменила тактику.

– Надеешься сдать экзамен и получить рекомендацию от мистера Инкрайта? – спросила она.

– Все на это рассчитывают, иначе зачем было идти к нему на занятия, – проговорила я.

Скарлет расхохоталась. При этом ее туго закрученные черные кудряшки запрыгали, словно пружинки.

– Какая же ты наивная, – сказала она таким тоном, словно разговаривала с ребенком, – и что потом будешь делать с этой бумажкой от мистера Инкрайта?

У меня не было причин отвечать на ее вопрос, тем более я прекрасно знала, что Скарлет использует любые мои слова против меня, но в этот раз она попала точно по больному, и я не смогла промолчать.

– Посмотрим, – протянула я, – может, найду работу в нашем городке.

– Ты?! – взвизгнула Скарлет и оглянулась на своих безликих прихлебательниц. Они активно закивали. – Да кому ты нужна? Обычная деревенская девка с какой-то бумажкой!

Я почувствовала, как к щекам приливает кровь.

– А сама? У тебя ведь будет точно такая же «бумажка», как у меня, – спросила я, надеясь, что Скарлет не сможет выкрутиться и сдуется. Но не тут-то было.

Взглянув на свою извечную соперницу, я увидела ликование. Мне стало понятно, что Скарлет снизошла до визита на рынок не ради того, чтобы в очередной раз меня оскорбить. У нее была припасена сногсшибательная новость, и Скарлет не терпелось ей поделиться.

– В следующем году я поступаю в Академию магии! – почти выкрикнула моя извечная соперница и залилась довольным смехом.

От неожиданности я замерла, создав небольшой затор. Какая-то женщина принялась недовольно ворчать, но я не обратила на нее внимание.

– Но как ты… – промямлила я, не веря своим ушам. Неужели она говорила правду? Но ведь для поступления в Академию нужны не только деньги и отлично сданные экзамены. Простолюдинам требуется еще и найти себе поручителя из числа высших аристократов, а это не так-то просто сделать, особенно для жителя провинциального городка вроде нашего.

Моя растерянность еще сильнее обрадовала Скарлет. Теперь она откровенно злорадствовала.

– Вот так! Мой отец же не какой-то грязный фермер, у него есть связи с нужными людьми, – с гордостью рассказала Скарлет, – так что скоро я стану студенткой Академии, получу диплом и открою свой ресторан прямо в столице, а ты так и останешься гнить в этой дыре!

Выкрикнув зловещее предсказание мне в лицо, Скарлет с довольным видом развернулась и зашагала прочь. Прихлебательницы, которых я не различала, устремились за ней, а по моей душе разлилась тоска. Скарлет была права. Зря я только все это затеяла. Мне никогда не стать настоящим магическим кулинаром!

На глаза против воли навернулись слезы. Рядом тут же возник Маффин. Он встал на задние лапы, просясь на руки. Я подняла мопса и прижала к груди. Маффин громко засопел, успокаивая меня.

– Похоже, мне суждено стать фермером, – невесело заключила я.

Маффин фыркнул, не соглашаясь с моими словами. Я усмехнулась.

– Я не удивлена, что ты против. Быть фамильяром магического кулинара и иметь возможность постоянно находиться рядом с едой гораздо лучше, чем работать на земле, – сказала я. Мопс кивнул. – Только вот даже если бы я и открыла свое кафе, ни за что не позволила бы тебе попрошайничать, особенно у посетителей.

Маффин зевнул, как бы намекая: сейчас ты можешь говорить все что угодно, но в итоге все равно не устоишь перед моим фирменным умоляющим взглядом.

– Что правда, то правда, – сказала я.

На душе по-прежнему было паршиво. У меня даже возникло желание прогулять последнее занятие, но в итоге я сумела взять себя в руки. Нельзя подводить ни мистера Инкрайта, ни саму себя. В конце концов, я прошла уже такой долгий путь, что просто обязана получить рекомендацию, а дальше посмотрим.

Приняв решение, я больше не сомневалась, вернулась к велосипеду и отправилась на свой последний урок.

Глава 2

Мистер Инкрайт был выпускником Академии магии и когда-то держал собственный ресторан в соседнем графстве, но, перешагнув шестой десяток, он решил оставить заведение своим детям, а сам стал путешествовать по городам, давая частные уроки магической кулинарии. Это и привело его в Колдсленд. Здесь он снял небольшой домик, на кухне которого и проводил занятия. Разумеется, много учеников там бы не поместилось, поэтому нас было всего пятеро: я, Скарлет, Эмма Флинн, Лаура Найджел и Мод Мюррей. Правда, Лаура почти не ходила на занятия, предпочитая проводить время на свиданиях со своим парнем, так что на финальном экзамене нас было всего четверо.

Я оставила фамильяра снаружи и переступила порог дома последней, хотя до этого всегда приходила раньше всех.

– Мирабель! – воскликнул мистер Инкрайт, выбежав мне навстречу. – Я уже начал беспокоиться! Все пришли, а тебя все нет.

– Бедняжка, наверное, рыдала и все не могла успокоиться, – гаденьким голосом сообщила Скарлет.

Я ее проигнорировала.

– Извините, просто долго искала корицу, – сказала я и продемонстрировала учителю баночку.

Мистер Инкрайт добродушно улыбнулся. Он был невысоким седым мужчиной, который носил старомодные костюмы и неизменно украшал петлицу пиджака свежим цветком. Сегодня это была фиолетовая астра.

– Ничего страшного, проходи скорее, – сказал мистер Инкрайт и поманил меня за собой.

Я быстро разделась и прошмыгнула на кухню. Там все уже было готово для финального экзамена. В центре комнаты стояло четыре небольших стола, за которыми мы должны были готовить. В углу расположилась большая печь с несколькими отделениями. Слева от нее находилась раковина, разделочный стол и кухонный инвентарь, а с противоположной стороны – полки с продуктами и шкаф, где хранились алхимические порошки эмоций.

Подойдя к своему столу, я огляделась, словно впервые оказалась на этой кухне, а увидев взволнованные лица Эммы и Мод, тут же занервничала.

– Итак, я научил вас основам магической кулинарии, и сегодня вам предстоит продемонстрировать свое мастерство, – торжественно объявил мистер Инкрайт. – Каждая, кто успешно справится с финальным заданием, получит от меня письменную рекомендацию, но будет и дополнительный приз. – Мы переглянулись, так как слышали об этом впервые. – Дело в том, что я решил принять участие в отборе, организованном мэром, чтобы представлять Колдсленд перед Его Величеством.

Вот это новость! Я была удивлена. Дело в том, что города обычно пытались удивить короля Вильгельма диковинными артефактами, необычными постройками или сложными чарами. Еще никто не использовал для этих целей магическую кулинарию.

– Вы?! – презрительно переспросила Скарлет. – Да не смешите меня! В отборе выиграет мой отец, и именно он будет отстаивать честь Колдсленда перед Его Величеством!

Мистер Инкрайт пожал плечами.

– Посмотрим. Лично я вполне в себе уверен, – заявил он и продолжил: – Так вот, та из вас, кто лучше других справится с финальным заданием, станет моей ассистенткой и тоже получит шанс продемонстрировать королю свое мастерство. А там кто знает.

У меня мгновенно участился пульс. Если я смогу угостить Его Величество своим десертом и ему понравится, то его похвала станет не просто «какой-то бумажкой». Это будет настоящее доказательство моего мастерства. Я почувствовала покалывание в кончиках пальцев, а ладони мгновенно стали влажными от волнения.

Мистер Инкрайт обвел нас довольным взглядом и надел на один глаз монокль.

– Итак, приступим! – Он хлопнул в ладоши. – Вашей задачей будет испечь морковные маффины с корицей и любым набором алхимических порошков эмоций.