Океанолог Глубин: Марианский Разлом

Тишина.

Абсолютная, мертвая, давящая тишина Марианской впадины, нарушаемая лишь редким потрескиванием остывающего металла и тяжелым, сбивчивым дыханием Макара внутри шлема.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

ВНИМАНИЕ! СОВЕРШЕНА ЭКСТРЕННАЯ ПОСАДКА.

Локация: [Марианский Разлом — Сверхглубокий Уступ «Врата Хадала»].

Глубина: [11 128 метров].

Давление окружающей среды: [113,4 МПа / 1 120 атмосфер].

Целостность внешнего корпуса «Наутилуса»: [21.4% — КРИТИЧЕСКИЙ УРОВЕНЬ].

Герметичность внутреннего обитаемого отсека: [78.6%].

Запас автономности СЖО: [00:44:12].

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

Система вспыхивала кроваво-красными рунами прямо на сетчатке глаз, но Макар даже не моргнул. Он замер, затаив дыхание и отключив внешнюю вокс-связь костюма.

Пассивка «Чувство Фронта Волны» вибрировала у самого основания черепа острой ледяной иглой.

Оно проходило рядом.

Из бездны, с глубины, где плавилась земная кора и смыкались плиты мантии, поднималась тень. Через толщу бронестекла и кварцитовых иллюминаторов ничего не было видно — за бортом царил абсолютный, первозданный мрак, не знавший солнечного луча от сотворения планеты. Но Макар *видел* чудовище сенсорами своего глубинного чутья.

Длина биомассы превышала четыреста метров. Нечто змеевидное, покрытое сегментированным хитином из углеродных наноструктур и биогенного титана, бесшумно рассекало сверхплотную воду прямо под уступом, на котором заклинило «Наутилус». Каждое волнообразное движение этого титана порождало микросдвиги гравитации. Живой левиафан, заставший рождение континентов, сделал медленный разворот на дистанции девятисот метров.

Макар мысленно активировал скрытность:

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

Активирован навык: [Акустический Камуфляж: Безмолвие Бездны] (Ранг 5).

Шумовой след снижен на 95%.

Рассеивание барических вибраций: активно.

Расход энергии ядра: 4.2 ед/сек.

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

Исполин замер. Где-то в черной воде, невидимый обычному глазу, вспыхнул и погас циклопический биолюминесцентный узор бледно-изумрудного спектра — левиафан прощупывал пространство пассивным сонаром частотой в доли герца. Волна сжатия коснулась корпуса «Наутилуса», металл батискафа тонко, жалобно запел. Макар почувствовал, как кровь из разбитой губы затекла в горло, отдавая медью и солью, но не шелохнулся. Даже пульс он усилием воли и дыхательной гимнастикой загнал в коридор сорока ударов в минуту.

Секунды растягивались в вечность.

Наконец, инфранизкий гул начал удаляться. Древний хозяин бездны не нашел источника шума — кавитационный взрыв наверху угас, а модуль забился в щель, притворившись куском неживого базальта. Гигант медленно уходил в южный рукав разлома, увлекая за собой тонны придонного ила.

— Ушел... тварь, — прохрипел Макар, шумно выталкивая воздух через фильтр маски. — Пока ушел.

Таймер Системы тикал безжалостно: сорок три минуты до того момента, как углекислый газ превратит его мозг в желе, а отказ насосов приведет к разрыву контура охлаждения реактора.

Макар с усилием отстегнул крепежные ремни. Тело отозвалось резкой болью: левое плечо было выбито при ударе, в груди кололо — верная трещина в ребре.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

Внимание! Получены физические травмы:

- Ушиб мягких тканей плечевого пояса.

- Закрытая трещина IV ребра слева.

- Гипербарический стресс I степени.

Текущее здоровье: [640 / 1250 HP].

Желаете активировать [Второе Дыхание Абиссала]?

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

— Отставить пока, — пробормотал он сквозь зубы. — Ману поберегу для ремонта.

Он уперся здоровой рукой в переборку, дернул плечом назад до глухого щелчка. Сустав встал на место с ослепительной вспышкой боли, от которой потемнело в глазах. Сплюнув кровь прямо в накопитель шлема, океанолог потянулся к интерфейсу центральной консоли «Наутилуса».

Аппарат представлял собой вершину глубоководной инженерной мысли Объединенного Флота — малый исследовательский катер шестого поколения, переоборудованный Системой под требования высокоуровневого дайвера-исследователя. Но сейчас шедевр науки и техномагии выглядел как полураздавленная консервная банка. Внутри десятиметровой сферической капсулы мерцало тусклое янтарное аварийное освещение. На полу хлюпала ядовитая эмульсия из гидравлического масла и морской воды, сочившейся через микротрещины в носовом люке.

Воздух был спертым, горячим и влажным. Запах горелой проводки смешивался с удушливым химическим смрадом разлагающегося абсорбента.

— Диагностика систем, полный протокол, — скомандовал Макар, прикладывая ладонь к биометрической панели управления.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

БОРТОВОЙ ИИ «НАУТИЛУС-6»: СТАТУС ПОВРЕЖДЕНИЙ

──────────────────────────────────────────────────────────────

1. Несущий сферический корпус:

- Сектор 3 (носовой): микроразрыв сварного шва титан-боридного пояса. Деформация под давлением 1120 атм.

- Просачивание забортной воды: 0.18 л/мин. (Критично!).

2. Первичный энергетический контур:

- Кристаллический реактор «Гелиос-4»: заглушен на 85%.

- Пьезоэлектрические батареи: заряд 14%. Короткое замыкание в распределительном щите правого борта.

3. Система жизнеобеспечения (СЖО):

- Регенерационные картриджи CO2: выработаны на 96%.

- Генератор кислорода (электролизный блок): заблокирован шламом.

4. Комплекс очистки и регенерации воды:

- Модуль обратного осмоса: разрыв мембраны сверхвысокого давления.

- Деминерализационный контур: разрушен гидроударом.

- Запас питьевой воды: 0.3 литра.

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

— Ну просто курорт, — процедил Макар. — Пять звезд, все включено.

Если вода под давлением в тысячу атмосфер пробьет шов хотя бы на миллиметр шире, струя превратится в гидроабразивный резак. Она распорет его экзоскелет, тело и противоположную стенку батискафа за сотые доли секунды. В таких условиях ремонтируют не по инструкции, а по наитию и законам чистой физики, усиленной системными навыками.

Первым делом — течь.

Макар с трудом протиснулся по узкому служебному лазу в носовой отсек, волоча за собой тяжелый ящик с ремонтным комплектом. Под ногами хрустели осколки защитных кожухов. Впереди, в полумраке, раздавался тонкий, леденящий душу свист.

Это свистела смерть. Тончайшая, толщиной с волосок струйка воды хлестала из стыка между титановой плитой и сферическим бронестеклом обзора. Она уже пробила композитную обшивку внутренней переборки, вырезав в ней аккуратную глубокую борозду, будто лазером.

Макар активировал свое главное профессиональное умение:

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

Активирован навык: [Барический Резонанс: Власть над Давлением] (Ранг 6).

Концентрация маны: 120 ед.

Радиус воздействия: локальная зона шва (0.5 м²).

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

Его ладонь в толстой перчатке окуталась густым, мерцающим кобальтовым свечением. Макар осторожно, миллиметр за миллиметром, поднес руку к свистящей струе. В обычных условиях подставить руку под струю в тысячу атмосфер означало лишиться конечности. Но когда барическая мана вошла в контакт с входящим потоком, сработал закон противофазы.

Водяной нож наткнулся на невидимый силовой щит плотнейшей гравитационно-барической пленки. Свист перешел в глухое шипение, затем в чавканье. Струя превратилась в медленно сочащиеся капли.

— Держись, зараза... — прорычал Макар, чувствуя, как мана стремительно утекает: минус десять единиц в секунду.

Свободной рукой он выхватил из ремкомплекта портативный высокотемпературный плазмотрон с подачей метастабильного карбид-вольфрамового припоя, легированного частицами глубоководного орихалка — редчайшего дропа с элитных кракенов верхнего горизонта Разлома.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

Применен инженерный рецепт: [Абиссальный Сварной Шов «Тритон-М»].

Требуемые материалы:

- Паста из орихалкового порошка (1 шт.) — Использовано.

- Пьезо-флюс марки «Глубина-К» (1 шт.) — Использовано.

Шанс критического успеха: 62% (бонус класса «Океанолог Глубин» +18%).

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

Шипение пламени в тесном пространстве отозвалось мгновенным скачком температуры. Воздух в отсеке накалился до пятидесяти градусов, пот заливал глаза под шлемом, разъедая брови. Синяя вспышка плазмы ударила в трещину. Металл забурлил, принимая в себя сверхпрочную присадку. Барическое поле удерживало расплавленный состав от выдавливания внутрь чудовищным забортным прессом.

Секунда. Две. Пять.

— Схватывайся! Давай!

Металл вспыхнул ослепительным рубиновым светом, затем мгновенно потемнел под воздействием ледяного холода внешних океанических вод, проникавшего сквозь теплопроводные слои.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

УСПЕХ!

Качество сварного шва: [Превосходное — 94%].

Герметичность носового сектора восстановлена.

Течь ликвидирована.

Получено опыта: +14 500 EXP.

Прочность корпуса повышена: [21.4% 38.7%].

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

Макар тяжело опустился на колени прямо в маслянистую жижу на полу. Дыхание перехватило. В висках стучали молоты: углекислый газ в атмосфере модуля подбирался к опасной отметке в четыре процента. Если не запустить систему регенерации прямо сейчас, он просто уснет здесь и больше никогда не поднимется на поверхность.

— Первый этап закончен. Теперь дыхалка, — выдохнул он, отцепляя пустой баллон от плазмотрона.

Макар перебрался в технический отсек кормовой части «Наутилуса». Здесь, в узкой нише между фальшбортом и защитным кожухом реактора, располагалось сердце жизнеобеспечения катера — установка СЖО марки «Атлант-Био-3».

Корпус блока очистки вздулся. Один из предохранительных клапанов выбило внутренним гидроударом, когда дренажные трубки хапнули воды во время удара о скалу. Картриджи химического поглотителя углекислоты превратились в комковатую серую жижу, забившую воздуховоды.

Макар с силой рванул запорные барашки аварийного люка СЖО.

Из чрева агрегата пахнуло едким щелочным газом. Кашель согнул океанолога пополам, перед глазами заплясали разноцветные круги.

— Картриджи в утиль, — хрипел он, выламывая оплавленные пластиковые соты из пазов.

Запасных фабричных фильтров на борту больше не было — весь вспомогательный склад сдуло еще на семи тысячах метров, когда сорвало внешний грузовой контейнер. Приходилось импровизировать на уровне полевого крафта сотого тира.

Макар распахнул инвентарь. Пальцы замелькали по голографическим ячейкам хранилища:

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

ИНВЕНТАРЬ ДАЙВЕРА: РАСХОДНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

- Пористый базальт гидротермальных курильщиков (Ранг: Редкий) — 4 ед.

- Высушенные водоросли глубоководной ламинарии «Абиссис» — 12 ед.

- Кристаллический сорбент «Цеолит-Глубинный» — 2 блока.

- Каталитический порошок оксида платины — 150 грамм.

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

— Посмотрим, чему учили на третьем курсе кафедры экстремальной гидронавтики, — прошептал Макар.

Он достал универсальный инструмент исследователя — мульти-резак с функцией молекулярного спекания. Из пористого базальта он быстро нарезал пластины нужной толщины, точно повторяющие геометрию посадочных гнезд СЖО. Базальт гидротермальных жерл обладал уникальным свойством: его микропоры были естественным молекулярным ситом, сформированным при давлении в сотни атмосфер.

Далее в ход пошел высушенный мох и ламинария, добытые в подземных гротах на подступах к разлому. Эти растения выживали за счет хемосинтеза и обладали колоссальной емкостью поглощения CO2. Растерев водоросли в ладонях в грубый порошок, Макар смешал их с кристаллами цеолита и посыпал платиновым катализатором.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

Создание предмета по индивидуальной схеме:

[Биохимический картридж поглощения CO2 «Кустарный Абиссал»].

Качество: [Высокое].

Эффективность связывания углекислоты: 88% от стандарта ГОСТ.

Ресурс работы: 18 часов.

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

Макар плотно утрамбовал смесь в нарезанные базальтовые матрицы, зафиксировал их термоусадочной лентой и вогнал блок в пазы агрегата. Замки щелкнули.

— Теперь кислородный электролизер...

С ним дело обстояло хуже. Титановые пластины электролизной ванны, расщеплявшие воду на кислород и водород, закоксовались солевыми отложениями из-за прорыва неочищенного рассола. Водородный отвод заклинило. Если подать питание сейчас, взрывоопасная смесь пойдет прямо в жилой отсек, и крошечная искра превратит «Наутилус» в подводную бомбу.

Макар достал флакон с концентрированной кислотной смывкой — техническим реагентом для очистки буровых коронок. Зубами сорвав защитный колпачок, он залил реагент прямо в рабочую камеру электролизера.

Раздалось яростное шипение. Из дренажного отверстия повалила едкая пена, растворяющая кальциевые и магниевые наросты. Макар заблокировал выпускной клапан, выждал ровно девяносто секунд и применил заклинание очистки:

— [Импульс Гидростатической Продувки]!

Короткий гидроудар сорвал остатки накипи и вытолкнул грязь через аварийный забортный шлюз малого давления.

Щелчок тумблера на панели СЖО. Тихий зуммер самодиагностики.

Затем — глухой, нарастающий гул вентиляторов принудительной циркуляции.

По воздуховодам побежал свежий, морозный поток. Датчики на экране немедленно отреагировали:

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

СИСТЕМА ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ ЗАПУЩЕНА В ШТАТНОМ РЕЖИМЕ.

Содержание O2 в атмосфере: [16.2% рост до 20.8%].

Содержание CO2: [3.9% падение до 0.4%].

Опасность асфиксии ликвидирована.

Время автономности восстановлено: [17 часов 48 минут].

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

Макар сорвал с лица потяжелевший, мокрый от пота шлем. Жадный, глубокий вдох обжег легкие непривычно свежим, холодным воздухом с легким ароматом морских минералов и озона. Головокружение начало медленно отступать, туман в голове рассеялся, а взор обрел прежнюю резкость и цепкость.

Но праздновать победу было рано.

Обезвоживание уже напоминало о себе пересохшей глоткой и жжением в пересушенных связках. Человеческий организм на такой глубине под воздействием стресса и гипербарических нагрузок терял влагу с катастрофической скоростью. А в запасе оставалось меньше полукружки технического конденсата. Пить забортную воду здесь, насыщенную солями тяжелых металлов, сероводородом и сверхконцентрированными минералами абиссали, было равносильно приему цианида.

Следующий пункт аварийного протокола: система водоподготовки и опреснения.

Макар спустился в технологический трюм под настилом палубы. Здесь было еще холоднее: забортная вода Марианской впадины имела температуру около одного-двух градусов Цельсия, и стальные конструкции батискафа быстро вытягивали скудное тепло из отсека.

Установка опреснения «Гидра-М» выглядела плачевно. Сверхпрочный корпус насоса высокого давления, рассчитанный на продавливание воды через мембраны обратного осмоса, дал трещину по фланцу. Сама рулонная мембрана разорвалась в клочья, когда в нее ударил забортный ил в момент аварии.

— Обратный осмос сдох, — констатировал Макар, освещая нутро агрегата узким лучом налобного фонаря. — Восстановлению на коленке не подлежит. Нужна альтернатива.

Стандартный метод выпаривания тоже не годился: кипячение требовало колоссального расхода дефицитной энергии реактора, а каждый ватт сейчас был на счету. Пришлось комбинировать классическую термодинамику с магической механикой своего класса.

Макар извлек из ящика инструментов запасную кварцевую колбу высокого давления, использовавшуюся для забора проб донного грунта. При помощи переходников и гибких армированных шлангов гидравлики он смонтировал замкнутый контур вакуумной дистилляции.

Принцип был прост, как все гениальное: в условиях глубокого вакуума вода закипает при комнатной температуре.

Но где взять вакуум посреди океана, сжимающего аппарат с силой в сотню мегапаскалей?

— Системный интерфейс, активация ветки [Глубоководный Инженеринг], — вслух произнес Макар.

Перед ним развернулось полупрозрачное дерево доступных модулей.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

ДОСТУПНЫЕ ИНЖЕНЕРНЫЕ КОНВЕРСИИ:

Обнаружен компонент: [Эжекторный вакуумный насос Вентури].

Требуется адаптация под забортную среду.

Стоимость интеграции: [350 ед. Энергии Реактора] + [50 ед. Маны].

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

— Подтверждаю, — нажал он пальцем на светящуюся руну.

Тонкие энергоканалы на переборке батискафа вспыхнули ровным лазурным светом. Макар соединил эжекторную трубку с дренажным забортным клапаном. За счет колоссальной разницы давлений между внутренним объемом батискафа и внешней средой сброс микроскопических доз отработанной технической воды создавал мощнейшее эжекционное разрежение внутри кварцевой колбы.

Вакуумный насос заработал с характерным шипящим звуком.

В колбу по тонкой капиллярной трубке начала поступать забортная вода, предварительно прошедшая через фильтр грубой очистки из спрессованного базальта. Как только капли попадали в зону глубокого разрежения, они мгновенно вскипали, превращаясь в холодный пар при температуре всего в восемнадцать градусов. Пар поднимался вверх, отделяясь от тяжелого солевого остатка, ядовитых сульфидов и металлов, которые оседали на дне колбы в виде плотного бурого осадка.

Далее пар поступал в змеевик-конденсатор. Змеевик Макар вывел вплотную к внешнему титановому корпусу «Наутилуса», температура которого снаружи составляла ровно один градус тепла.

Физика сработала безупречно.

Ледяной металл обшивки мгновенно осаждал пар обратно в чистейшую, кристальную жидкость. Первые прозрачные капли застучали по стенкам приемного бака из пищевого полимера.

Кап. Кап. Кап.

Затем тонкая, непрерывная струйка полилась в резервуар.

Макар достал экспресс-анализатор качества воды и опустил щуп в приемник. Прибор тихо пискнул, выводя показатели:

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

АНАЛИЗАТОР ЖИДКОСТИ: ТЕСТОВЫЙ ПРОТОКОЛ

──────────────────────────────────────────────────────────────

Общая минерализация: [12 мг/л — Дистиллят высшей очистки].

Содержание тяжелых металлов: [0.00%].

Биологические токсины: [Не обнаружены].

Радиоактивность: [Фоновая норма].

Пригодность для питья: [100%].

Скорость выработки: [1.8 литра в час].

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

Макар не удержался. Он подставил металлическую кружку под струю, наполнил ее до краев и сделал первый осторожный глоток.

Вода была обжигающе холодной, почти безвкусной, стерильной, как слеза младенца. Но в этот момент для измученного, обезвоженного организма дайвера не существовало ничего слаще этого напитка. Живительная влага обожгла пересохшее горло, растекаясь по телу живительным теплом.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

Эффект гидратации:

- Снят дебафф [Тяжелое обезвоживание].

- Восстановление выносливости увеличено на +25%.

- Текущее здоровье: [790 / 1250 HP].

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

Макар вытер подбородок тыльной стороной ладони и облегченно перевел дух. Две главные смертельные угрозы — удушье и жажда — были нейтрализованы. Батискаф перестал быть железным гробом и снова стал крепостью, способной поддерживать жизнь своего пилота в самых экстремальных условиях известной вселенной.

Но оставалась третья, фундаментальная проблема: энергосистема.

Без стабильного питания батискаф не сможет согреться, не сможет запитать ходовые водометные движители, а главное — защитные барические генераторы, удерживающие внешнюю броню от медленной усталостной деформации. Марианская впадина не терпела статичности: с каждым часом титан под воздействием чудовищного давления терял микроны своей упругости. Рано или поздно базальтовые челюсти разлома просто перекусят поврежденный аппарат пополам.

Макар вернулся в центральную рубку и сел в кресло пилота. На главной панели приборов по-прежнему мигал желтый индикатор нестабильности кристаллического реактора «Гелиос-4».

— Отчет по активной зоне реактора, — приказал он.

Бортовой компьютер отозвался ровным синтетическим голосом, очищенным от прежних хрипов:

— Внимание. Топливный кристалл аквамарина высокой чистоты смещен с оптической оси фокусирующей линзы на 3.2 градуса. Энерговыход снижен до 15% от номинала. Наблюдается паразитный разогрев буферных емкостей. Риск теплового взрыва при попытке поднять мощность выше тридцати процентов.

— Значит, придется лезть в реакторный отсек вручную, — констатировал Макар.

Это была самая ювелирная и опасная часть ремонта. Кристаллические реакторы такого типа сочетали в себе квантовую оптику и мано-инженерные контуры. Малейшее неверное движение инструмента — и сфокусированный луч когерентной барической энергии срежет рубку батискафа, как спичечную головку.

Макар достал из набора инструментов микрометрический ключ с немагнитным керамическим покрытием и открыл тяжелую свинцово-боридную заслонку реакторного отсека.

Из узкой амбразуры било мягкое, глубокое ультрамариновое сияние. В центре магнитной ловушки парил полуметровый граненый кристалл аквамарина, внутри которого переливались вихри чистой энергии гидростатического сжатия. Он заметно вибрировал, выбиваясь из невидимого силового подвеса. Фиксирующие сервоприводы левого квадранта были сплющены и оплавлены.

— Ну давай, родной, не подведи, — прошептал Макар, активируя комбинированное зрение.

Его глаза затянуло лазурной пеленой навыка [Око Океанолога]. Мир потерял привычные цвета, распавшись на силовые линии напряжений и градиенты температур. Макар отчетливо увидел, как оптическая ось кристалла опасно сместилась в сторону охлаждающего контура.

Одно точное движение.

Он завел керамический ключ в паз ручной юстировки. Металл заскрежетал. Макар почувствовал сопротивление поля — реактор сопротивлялся вмешательству, обжигая пальцы через защитные перчатки наведенным статическим зарядом.

— Системная фокусировка: [Инженерное Чутье]! — выкрикнул он, вкладывая последние свободные единицы маны в точность движения.

Мышцы предплечья одеревенели от напряжения. Миллиметр за миллиметром он поворачивал юстировочный винт, компенсируя деформацию крепления. Силовые линии на сетчатке глаза начали выпрямляться, стягиваясь в идеальный, математически выверенный конус.

Щелк!

Кристалл встал в фокус главной кварцевой линзы.

Ультрамариновое сияние мгновенно сменилось ослепительно чистым, ровным лазурным светом. Гул в реакторном отсеке из надсадного и дребезжащего превратился в мощное, низкое, умиротворяющее урчание сытого хищника.

По корпусу «Наутилуса» прокатилась волна стабильного тепла. Янтарные аварийные плафоны в рубке погасли, уступая место мягкому дневному свету основных светодиодных панелей. На мониторах с шелестом перезагружались тактические карты, сонары, системы навигации и внешнего наблюдения.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

РЕАКТОР «ГЕЛИОС-4» ВЫВЕДЕН НА ШТАТНЫЙ РЕЖИМ РАБОТЫ!

Генерация энергии: [92% от проектной мощности].

Энергосеть батискафа: стабильна.

Щиты барической компенсации: активны.

Прочность корпуса: [38.7% 65.0% (за счет силового поля)].

╚══════════════════════════════════════════════════════════════╝

И следом за этим внутреннее пространство интерфейса буквально взорвалось золотым каскадом системных сообщений, которых Макар так долго ждал:

╔══════════════════════════════════════════════════════════════╗

ПОЗДРАВЛЯЕМ! ВЫ ВЫПОЛНИЛИ ЦЕПОЧКУ ЭКСТРЕННЫХ ЗАДАЧ:

«Выжить на дне мира: Реанимация Наутилуса».

──────────────────────────────────────────────────────────────

Сложность: [Ультра-Кошмар (Абиссал)].

Условия выполнения:

- Устранение критической течи при давлении >1100 атм: ВЫПОЛНЕНО.